О ПроектеАпологетикаНовый ЗаветЛитургияПроповедьГалереиМузыкальная коллекцияКонтакты

Алфавитный указатель:

АБВГ
ДЕЖЗ
ИКЛМ
НОПР
СТУФ
ХЦЧШ
ЩЭЮЯ


Все имена на сайте

Все имена на сайте

АВЕРИНЦЕВ Сергей Сергеевич
АДАМОВИЧ Георгий Викторович
АРАБОВ Юрий Николаевич
АРХАНГЕЛЬСКИЙ Александр Николаевич
АСТАФЬЕВ Виктор Петрович
АХМАТОВА Анна Андреевна
АХМАДУЛИНА Белла Ахатовна
АДЕЛЬГЕЙМ Павел Анатольевич (протоиерей)
АНТОНИЙ [Андрей Борисович Блум] (митрополит)
АЛЕШКОВСКИЙ Петр Маркович
АЛЛЕГРИ Грегорио
АЛЬБИНОНИ Томазо
АЛЬФОНС X Мудрый
АМВРОСИЙ Медиоланский
АФОНИНА Сайда Мунировна
АРОНЗОН Леонид Львович
АМИРЭДЖИБИ Чабуа Ираклиевич
АРТЕМЬЕВ Эдуард Николаевич
АЛДАШИН Михаил Владимирович
АНДЕРСЕН Ларисса Николаевна
АНДЕРСЕН Ханс Кристиан
АЛЛЕНОВА Ольга
АНФИЛОВ Глеб Иосафович
АПУХТИН Алексей Николаевич
АФАНАСЬЕВ Леонид Николаевич
АКСАКОВ Иван Сергеевич
АНУФРИЕВА Наталия Даниловна
АРЦЫБУШЕВ Алексей Петрович
АНСИМОВ Георгий Павлович
АДРИАНА (монахиня) [Наталия Владимировна Малышева]
АЛЬШАНСКАЯ Елена Леонидовна
АРХАНГЕЛЬСКАЯ Анна Валерьевна
АЛЕКСЕЕВ Анатолий Алексеевич
АРКАДЬЕВ Михаил Александрович
АЛЕКСАНДРОВ Кирилл Михайлович
АРБЕНИНА Диана Сергеевна
АРШАКЯН Лев (иерей)
АБЕЛЬ Карл Фридрих
АЛФЁРОВА Ксения Александровна
БАЛЬМОНТ Константин Дмитриевич
БУНИН Иван Алексеевич
БЕХТЕЕВ Сергей Сергеевич
БИТОВ Андрей Георгиевич
БОНДАРЧУК Алёна Сергеевна
БОРОДИН Леонид Иванович
БУЛГАКОВ Михаил Афанасьевич
БУТУСОВ Вячеслав Геннадьевич
БОНХЁФФЕР Дитрих
БЕРЕСТОВ Валентин Дмитриевич
БРУКНЕР Антон
БРАМС Иоганнес
БРУХ Макс
БЕЛОВ Алексей
БЕРДЯЕВ Николай Александрович
БЕРЕЗИН Владимир Александрович
БЕРНАНОС Жорж
БЕРОЕВ Егор Вадимович
БРЭГГ Уильям Генри
БУНДУР Олег Семёнович
БАЛАКИРЕВ Милий Алексеевич
БАХ Иоганн Себастьян
БЕТХОВЕН Людвиг ван
БОРОДИН Александр Порфирьевич
БАТАЛОВ Алексей Владимирович
БЕНЕВИЧ Григорий Исаакович
БИЗЕ Жорж
БРЕГВАДЗЕ Нани Георгиевна
БУЗНИК Михаил Христофорович
БОРИСОВ Александр Ильич (священник)
БЛОХ Карл
БУЛГАКОВ Артем
БЕГЛОВ Алексей Львович
БЕХТЕРЕВА Наталья Петровна
БЕРЯЗЕВ Владимир Алексееич
БУОНИНСЕНЬЯ Дуччо ди
БРОДСКИЙ Иосиф Александрович
БАКУЛИН Мирослав Юрьевич
БАСИНСКИЙ Павел Валерьевич
БУКСТЕХУДЕ Дитрих
БУЛГАКОВ Сергий Николаевич (священник)
БАТИЩЕВА Янина Генриховна
БИБЕР Генрих
БАРКЛИ Уильям
БЕРХИН Владимир
БОРИСОВ Николай Сергеевич
БУЛЫГИН Павел Петрович
БОРОВИКОВСКИЙ Александр Львович
БЫКОВ Дмитрий Львович
БАЛАЯН Елена Владимировна
БИККУЛОВА Алёна Алексеевна
БЕЛАНОВСКИЙ Юрий Сергеевич
БУРОВ Алексей Владимирович
БАХРЕВСКИЙ Владислав Анатольевич
БАШУТИН Борис Валерьевич
БЕРЕЗОВА Юлия
БАБЕНКО Алёна Олеговна
БУЦКО Юрий Маркович
БОЛДЫШЕВА Ирина Валентиновна
БАК Дмитрий Петрович
БЕЛЛ Роб
БИБИХИН Владимир Вениаминович
БАРТ Карл
БУДЯШЕК Ян
БАЙТОВ Николай Владимирович
БАТОВ Олег Анатольевич (протоиерей)
БЕНИНГ Симон
БАЛТРУШАЙТИС Юргис Казимирович
БЕЛЬСКИЙ Станислав
БЕЛОХВОСТОВА Юлия
БЕЖИН Леонид Евгеньевич
БИРЮКОВА Марина
БОЕВ Пётр Анатольевич (иерей)
БЫКОВ Василь Владимирович
ВАРЛАМОВ Алексей Николаевич
ВАСИЛЬЕВА Екатерина Сергеевна
ВОЛОШИН Максимилиан Александрович
ВЯЗЕМСКИЙ Юрий Павлович
ВАРЛЕЙ Наталья Владимировна
ВИВАЛЬДИ Антонио
ВО Ивлин
ВОРОПАЕВ Владимир Алексеевич
ВИСКОВ Антон Олегович
ВОЗНЕСЕНСКАЯ Юлия Николаевна
ВИШНЕВСКАЯ Галина Павловна
ВИЛЕНСКИЙ Семен Самуилович
ВАСИЛИЙ (епископ) [Владимир Михайлович Родзянко]
ВОЛКОВ Павел Владимирович
ВЕЙЛЬ Симона
ВОДОЛАЗКИН Евгений Германович
ВОЛОДИХИН Дмитрий Михайлович
ВЕЛИЧАНСКИЙ Александр Леонидович
ВОЛЧКОВ Сергей Валерьевич
ВАРСОНОФИЙ (архимандрит) [Павел Иванович Плиханков]
ВЕРТИНСКАЯ Анастасия Александровна
ВДОВИЧЕНКОВ Владимир Владимирович
ВАССА [Ларина] (инокиня)
ВИНОГРАДОВ Леонид
ВАСИН Вячеслав Георгиевич
ВАРАЕВ Максим Владимирович (священник)
ВИТАЛИ Джованни Баттиста
ВУЙЧИЧ Ник
ВОСКРЕСЕНСКИЙ Семен Николаевич
ВЕЛИКАНОВ Павел Иванович (протоиерей)
ВАСИЛЮК Фёдор Ефимович
ВИКТОРИЯ Томас Луис
ВАЙГЕЛЬ Валентин
ВАНЬЕ Жан
ВЛАДИМИРСКИЙ Леонид Викторович
ВЫРЫПАЕВ Иван Александрович
ВОЛФ Мирослав
ГОЛЕНИЩЕВ-КУТУЗОВ Арсений Аркадьевич
ГАЛАКТИОНОВА Вера Григорьевна
ГАЛИЧ Александр Аркадьевич
ГАЛКИН Борис Сергеевич
ГЕЙЗЕНБЕРГ Вернер
ГЕТМАНОВ Роман Николаевич
ГИППИУС Зинаида Николаевна
ГОБЗЕВА Ольга Фроловна [монахиня Ольга]
ГОГОЛЬ Николай Васильевич
ГРАНИН Даниил Александрович
ГУМИЛЁВ Николай Степанович
ГУСЬКОВ Алексей Геннадьевич
ГУРЦКАЯ Диана Гудаевна
ГАЛЬЦЕВА Рената Александровна
ГОРОДОВА Мария Александровна
ГАЛЬ Юрий Владимирович
ГЛИНКА Михаил Иванович
ГРАДОВА Екатерина Георгиевна
ГАЙДН Йозеф
ГЕНДЕЛЬ Георг Фридрих
ГЕРМАН Расслабленный
ГРИГ Эдвард
ГОРБОВСКИЙ Глеб Яковлевич
ГАЛУППИ Бальдассаре
ГЛЮК Кристоф
ГУРЕЦКИЙ Хенрик Миколай
ГУМАНОВА Ольга
ГЕРМАН Анна
ГРИЛИХЕС Леонид (священник)
ГРААФ Фредерика(Мария) де
ГОРДИН Яков Аркадьевич
ГЛИНКА Елизавета Петровна (Доктор Лиза)
ГУРБОЛИКОВ Владимир Александрович
ГРИЦ Илья Яковлевич
ГРЫМОВ Юрий Вячеславович
ГОРИЧЕВА Татьяна Михайловна
ГВАРДИНИ Романо
ГУБАЙДУЛИНА София Асгатовна
ГОЛЬДШТЕЙН Дмитрий Витальевич
ГОРЮШКИН-СОРОКОПУДОВ Иван Силыч
ГРЕЧКО Георгий Михайлович
ГРИМБЛИТ Татьяна Николаевна
ГОРБАНЕВСКАЯ Наталья Евгеньевна
ГРИБ Андрей Анатольевич
ГОЛОВКОВА Лидия Алексеевна
ГАСЛОВ Игорь Владимирович
ГОДИНЕР Анна Вацлавовна
ГЕРЦЫК Аделаида Казимировна
ГНЕЗДИЛОВ Андрей Владимирович
ГУТНЕР Григорий Борисович
ГАРКАВИ Дмитрий Валентинович
ГОРОДЕЦКАЯ Надежда Даниловна
ГУПАЛО Георгий Михайлович
ГЕ Николай Николаевич
ГАЛИК Либор Серафим (священник)
ГЕЗАЛОВ Александр Самедович
ГЕНИСАРЕТСКИЙ Олег Игоревич
ГЕОРГИЙ [Жорж Ходр] (митрополит)
ГИППЕНРЕЙТЕР Юлия Борисовна
ГРЕБЕНЩИКОВ Борис Борисович
ГРАММАТИКОВ Владимир Александрович
ГУЛЯЕВ Георгий Анатольевич (протоиерей)
ГУМЕРОВА Анна Леонидовна
ГОРОДНИЦКИЙ Александр Моисеевич
ГИОРГОБИАНИ Давид
ГОЛЬЦМАН Ян Янович
ГАНДЛЕВСКИЙ Сергей Маркович
ГЕНИЕВА Екатерина Юрьевна
ГЛУХОВСКИЙ Дмитрий Алексеевич
ГРУНИН Юрий Васильевич
ДЮЖЕВ Дмитрий Петрович
ДОРЕ Гюстав
ДЕМЕНТЬЕВ Андрей Дмитриевич
ДЕСНИЦКИЙ Андрей Сергеевич
ДОВЛАТОВ Сергей Донатович
ДОСТОЕВСКИЙ Фёдор Михайлович
ДРУЦЭ Ион
ДИКИНСОН Эмили
ДЕБЮССИ Клод
ДВОРЖАК Антонин
ДАРГОМЫЖСКИЙ Александр Сергеевич
ДОНН Джон
ДВОРКИН Александр Леонидович
ДУНАЕВ Михаил Михайлович
ДАНИЛОВА Анна Александровна
ДЖОТТО ди Бондоне
ДИОДОРОВ Борис Аркадьевич
ДЬЯЧКОВ Александр Андреевич
ДЖЕССЕН Джианна
ДЖАБРАИЛОВА Мадлен Расмиевна
ДРОЗДОВ Николай Николаевич
ДАНИЛОВ Дмитрий Алексеевич
ДИМИТРИЙ (иеромонах) [Михаил Сергеевич Першин]
ДИККЕНС Чарльз
ДОРОНИНА Татьяна Васильевна
ДЕНИСОВ Эдисон Васильевич
ДАНИЛОВ Анатолий Евгеньевич
ДАНИЛОВА Юлия
ДОРМАН Елена Юрьевна
ДРАГУНСКИЙ Денис Викторович
ДУДЧЕНКО Андрей (протоиерей)
ДЕГЕН Ион Лазаревич
ЕСАУЛОВ Иван Андреевич
ЕМЕЛЬЯНЕНКО Федор Владимирович
ЕЛЬЧАНИНОВ Александр Викторович (священник)
ЕГЕРШТЕТТЕР Франц
ЖИРМУНСКАЯ Тамара Александровна
ЖУКОВСКИЙ Василий Андреевич
ЖИДКОВ Юрий Борисович
ЖУРИНСКАЯ Марина Андреевна
ЖИЛЬСОН Этьен Анри
ЖИЛЛЕ Лев (архимандрит)
ЖИВОВ Виктор Маркович
ЖАДОВСКАЯ Юлия Валериановна
ЖИГУЛИН Анатолий Владимирович
ЖЕЛЯБИН-НЕЖИНСКИЙ Олег
ЖИРАР Рене
ЗАЛОТУХА Валерий Александрович
ЗОЛОТУССКИЙ Игорь Петрович
ЗУБОВ Андрей Борисович
ЗАНУССИ Кшиштоф
ЗВЯГИНЦЕВ Андрей Петрович
ЗАХАРОВ Марк Анатольевич
ЗОРИН Александр Иванович
ЗАХАРЧЕНКО Виктор Гаврилович
ЗЕЛИНСКАЯ Елена Константиновна
ЗАБОЛОЦКИЙ Николай Алексеевич
ЗОЛОТОВ Андрей
ЗОЛОТОВ Андрей Андреевич
ЗАБЕЖИНСКИЙ Илья Аронович
ЗАЙЦЕВ Андрей
ЗОЛОТУХИН Денис Валерьевич (священник)
ЗАЙЦЕВА Татьяна
ЗОЛЛИ Исраэль
ЗЕЛИНСКИЙ Владимир Корнелиевич (протоиерей)
ЗОБИН Григорий Соломонович
ИВАНОВ Вячеслав Иванович
ИСКАНДЕР Фазиль Абдулович
ИВАНОВ Георгий Владимирович
ИЛЬИН Владимир Адольфович
ИГНАТОВА Елена Алексеевна
ИЛАРИОН (митрополит) [Григорий Валериевич Алфеев]
ИАННУАРИЙ (архимандрит) [Дмитрий Яковлевич Ивлев]
ИЛЬЯШЕНКО Александр Сергеевич (священник)
ИЛЬИН Иван Александрович
ИЛЬКАЕВ Радий Иванович
ИВАНОВ Вячеслав Всеволодович
КОНАЧЕВА Светлана Александровна
КАБАКОВ Александр Абрамович
КАБЫШ Инна Александровна
КАРАХАН Лев Маратович
КИБИРОВ Тимур Юрьевич
КИНЧЕВ Константин Евгеньевич
КОЗЛОВ Иван Иванович
КОЛЛИНЗ Френсис Селлерс
КОНЮХОВ Фёдор Филлипович (диакон)
КОПЕРНИК Николай
КУБЛАНОВСКИЙ Юрий Михайлович
КУРБАТОВ Валентин Яковлевич
КУСТУРИЦА Эмир
КУЧЕРСКАЯ Майя Александровна
КУШНЕР Александр Семенович
КАПЛАН Виталий Маркович
КУРАЕВ Андрей Вячеславович (протодиакон)
КОРМУХИНА Ольга Борисовна
КУХИНКЕ Норберт
КУПЧЕНКО Ирина Петровна
КЛОДЕЛЬ Поль
КОЗЛОВ Максим Евгеньевич (священник)
КАЛИННИКОВ Василий Сергеевич
КОРЕЛЛИ Арканджело
КАРОЛЬСФЕЛЬД Юлиус
КИРИЛЛОВА Ксения
КЕКОВА Светлана Васильевна
КОРЖАВИН Наум Моисеевич
КРЮЧКОВ Павел Михайлович
КРУГЛОВ Сергий Геннадьевич (священник)
КРАВЦОВ Константин Павлович (священник)
КНАЙФЕЛЬ Александр Аронович
КИКТЕНКО Вячеслав Вячеславович
КУРЕНТЗИС Теодор
КЫРЛЕЖЕВ Александр Иванович
КОШЕЛЕВ Николай Андреевич
КЮИ Цезарь Антонович
КОРЧАК Януш
КЛОДТ Евгений Георгиевич
КРАСНИКОВА Ольга Михайловна
КОРОЛЕНКО Псой
КЬЕРКЕГОР Серен
КОВАЛЬДЖИ Владимир
КОВАЛЬДЖИ Кирилл Владимирович
КОРИНФСКИЙ Аполлон Аполлонович
КЮХЕЛЬБЕКЕР Вильгельм Карлович
КОЗЛОВСКИЙ Иван Семёнович
КАРПОВ Сергей Павлович
КАМБУРОВА Елена Антоновна
КРАСИЛЬНИКОВ Сергей Александрович
КОПЕЙКИН Кирилл (протоиерей)
КАЛЕДА Кирилл Глебович (протоиерей)
КРАСНОВА Татьяна Викторовна
КРИВОШЕИНА Ксения Игоревна
КОТОВ Андрей Николаевич
КОРНОУХОВ Александр Давыдович
КЛЮКИНА Ольга Петровна
КАССИЯ
КРАВЕЦ Сергей Леонидович
КАЗАРНОВСКАЯ Любовь Юрьевна
КРАВЕЦКИЙ Александр Геннадьевич
КРИВУЛИН Виктор Борисович
КОСТЮКОВ Леонид Владимирович
КЛЕМАН Оливье
КУКИН Михаил Юрьевич
КОНАНОС Андрей (архимандрит)
КИРИЛЛОВ Игорь Леонидович
КАЛЛИСТ [Тимоти Уэр ] (митрополит)
КРИВОШЕИН Никита Игоревич
КИТНИС Тимофей
КИНДИНОВ Евгений Арсеньевич
КЛИМОВ Дмирий (протоиерей)
КОЗЫРЕВ Алексей Павлович
КУПРИЯНОВ Борис Леонидович (протоиерей)
КОКИН Илья Анатольевич (диакон)
КНЯЗЕВ Евгений Владимирович
КРАПИВИН Владислав Петрович
КЕННЕТ Клаус
КОЛОНИЦКИЙ Борис Иванович
ЛИЕПА Илзе
ЛИПКИН Семён Израилевич
ЛЮБОЕВИЧ Дивна
ЛОПАТКИНА Ульяна Вячеславовна
ЛОШИЦ Юрий Михайлович
ЛЕВИТАНСКИЙ Юрий Давыдович
ЛЕРМОНТОВ Михаил Юрьевич
ЛУНГИН Павел Семенович
ЛЬЮИС Клайв Стейплз
ЛУКЬЯНОВА Ирина Владимировна
ЛИСНЯНСКАЯ Инна Львовна
ЛЕГОЙДА Владимир Романович
ЛЮБИМОВ Илья Петрович
ЛОКАТЕЛЛИ Пьетро
ЛЮБАК Анри де
ЛАЛО Эдуар
ЛЕОНОВ Андрей Евгеньевич
ЛОСЕВА Наталья Геннадьевна
ЛИЕПА Андрис Марисович
ЛЯДОВ Анатолий Константинович
ЛАРШЕ Жан-Клод
ЛОСЕВ Алексей Федорович
ЛИСТ Ференц
ЛЮЛЛИ Жан-Батист
ЛЕГА Виктор Петрович
ЛОБАНОВ Валерий Витальевич
ЛЮБИМОВ Борис Николаевич
ЛЕВШЕНКО Борис Трифонович (священник)
ЛОРГУС Андрей Вадимович (священник)
ЛАССО Орландо
ЛЮБИЧ Кьяра
ЛУЧЕНКО Ксения Валерьевна
ЛЮБШИН Станислав Андреевич
ЛЕОНОВ Евгений Павлович
ЛАВЛЕНЦЕВ Игорь Вячеславович
ЛЮДОГОВСКИЙ Феодор (иерей)
ЛЮБИМОВ Григорий Александрович
ЛАВРОВ Владимир Михайлович
ЛЕОНОВИЧ Владимир Николаевич
ЛОПУШАНСКИЙ Константин Сергеевич
ЛИТВИНОВ Александр Михайлович
ЛУЧКО Клара Степановна
ЛАВДАНСКИЙ Александр Александрович
ЛОБЬЕ де Патрик
ЛАШКОВА Вера Иосифовна
ЛИПОВКИНА Татьяна
ЛОРЕНЦЕТТИ Амброджо
ЛОТТИ Антонио
ЛУКИН Павел Владимирович
ЛАШИН Емилиан Владимирович
МАЙКОВ Апполон Николаевич
МАКДОНАЛЬД Джордж
МАКОВЕЦКИЙ Сергей Васильевич
МАКОВСКИЙ Сергей Константинович
МАКСИМОВ Андрей Маркович
МАМОНОВ Пётр Николаевич
МАНДЕЛЬШТАМ Осип Эмильевич
МИНИН Владимир Николаевич
МИРОНОВ Евгений Витальевич
МОТЫЛЬ Владимир Яковлевич
МУРАВЬЕВА Ирина Вадимовна
МИЛЛИКЕН Роберт Эндрюс
МЮРРЕЙ Джозеф Эдвард
МАРКОНИ Гульельмо
МАТОРИН Владимир Анатольевич
МЕДУШЕВСКИЙ Вячеслав Вячеславович
МОРИАК Франсуа
МАРТЫНОВ Владимир Иванович
МЕНДЕЛЬСОН Феликс
МИРОНОВА Мария Андреевна
МАЛЕР Густав
МУСОРГСКИЙ Модест Петрович
МОЦАРТ Вольфганг Амадей
МАНФРЕДИНИ Франческо Онофрио
МИХАЙЛОВА Марина Валентиновна
МЕНЬ Александр (протоиерей)
МИХАЙЛОВ Александр Николаевич
МЕРЗЛИКИН Андрей Ильич
МАССНЕ Жюль
МАРЧЕЛЛО Алессандро
МАКИН Андрей Сергеевич
МАШО Гийом де
МАХНАЧ Владимир Леонидович
МАШЕГОВ Алексей
МЕРКЕЛЬ Ангела
МЕЛАМЕД Игорь Сунерович
МОНТИ Витторио
МИЛЛЕР Лариса Емельяновна
МОЖЕГОВ Владимир
МАКАРСКИЙ Антон Александрович
МАКАРИЙ (иеромонах) [Марк Симонович Маркиш]
МИТРОФАНОВ Георгий Николаевич (священник)
МОЩЕНКО Владимир Николаевич
МОГУТИН Юрий Николаевич
МИНДАДЗЕ Александр Анатольевич
МЕЛЬНИКОВА Анастасия Рюриковна
МИКИТА Андрей Иштванович
МАТВИЕНКО Игорь Игоревич
МЕЖЕНИНА Лариса Николаевна
МАРИЯ (монахиня) [Елизавета Юрьевна Пиленко]
МИРСКИЙ Георгий Ильич
МАЛАХОВА Лилия
МАРКИНА Надежда Константиновна
МОЛЧАНОВ Владимир Кириллович
МАГГЕРИДЖ Малькольм
МЕЛЛО Альберто
МОРОЗОВ Александр Олегович
МАКНОТОН Джон
МЕЕРСОН Ольга
МЕЕРСОН-АКСЕНОВ Михаил Георгиевич (протоиерей)
МИТРОФАНОВА Алла Сергеевна
МЕНЬШОВА Юлия Владимировна
МАЗЫРИН Александр (иерей)
МУРАВЬЁВ Алексей Владимирович
МАЛЬЦЕВА Надежда Елизаровна
МАГИД Сергей Яковлевич
МАРЕ Марен
МИРОНЕНКО Сергей Владимирович
НАРЕКАЦИ Григор
НЕКРАСОВ Николай Алексеевич
НЕПОМНЯЩИЙ Валентин Семенович
НИКОЛАЕВ Юрий Александрович
НИКОЛАЕВА Олеся Александровна
НЬЮТОН Исаак
НИКОЛАЙ [ Никола Велимирович ] (епископ)
НОРШТЕЙН Юрий Борисович
НЕГАТУРОВ Вадим Витальевич
НЕСТЕРЕНКО Евгений Евгеньевич
НОВИКОВ Денис Геннадьевич
НЕЖДАНОВ Владимир Васильевич (священник)
НЕСТЕРЕНКО Василий Игоревич
НЕКТАРИЙ (игумен) [Родион Сергеевич Морозов]
НАДСОН Семён Яковлевич
НИКИТИН Иван Саввич
НИКОЛАЙ [Николай Хаджиниколау] (митрополит)
НАЗАРОВ Александр Владимирович
НИВА Жорж
НИШНИАНИДЗЕ Шота Георгиевич
НИКУЛИН Николай Николаевич
ОКУДЖАВА Булат Шалвович
ОСИПОВ Алексей Ильич
ОРЕХОВ Дмитрий Сергеевич
ОРЛОВА Василина Александровна
ОСТРОУМОВА Ольга Михайловна
ОЦУП Николай Авдеевич
ОГОРОДНИКОВ Александр Иоильевич
ОБОЛДИНА Инга Петровна
ОХАПКИН Олег Александрович
ОРЕХАНОВ Георгий Леонидович (протоиерей)
ПАНТЕЛЕЕВ Леонид
ПАСКАЛЬ Блез
ПАСТЕР Луи
ПАСТЕРНАК Борис Леонидович
ПИРОГОВ Николай Иванович
ПЛАНК Макс
ПЛЕЩЕЕВ Алексей Николаевич
ПОГУДИН Олег Евгеньевич
ПОЛОНСКИЙ Яков Петрович
ПОЛЯКОВА Надежда Михайловна
ПОЛЯНСКАЯ Екатерина Владимировна
ПРОШКИН Александр Анатольевич
ПУШКИН Александр Сергеевич
ПАВЛОВИЧ Надежда Александровна
ПЕГИ Шарль
ПРОКОФЬЕВА Софья Леонидовна
ПЕТРОВА Татьяна Юрьевна
ПЯРТ Арво
ПОЛЕНОВ Василий Дмитриевич
ПЕРГОЛЕЗИ Джованни
ПЁРСЕЛЛ Генри
ПАЛЕСТРИНА Джованни Пьерлуиджи
ПЕТР (игумен) [Валентин Андреевич Мещеринов]
ПУЩАЕВ Юрий Владимирович
ПУЗАКОВ Алексей Александрович
ПАВЛОВ Олег Олегович
ПРОСКУРИНА Светлана Николаевна
ПАНИЧ Светлана Михайловна
ПЕЛИКАН Ярослав
ПОЛИКАНИНА Валентина Петровна
ПЬЕЦУХ Вячеслав Алексеевич
ПЕТРАРКА Франческо
ПУСТОВАЯ Валерия Ефимовна
ПЕВЦОВ Дмитрий Анатольевич
ПАНЮШКИН Валерий Валерьевич
ПОЗДНЯЕВА Кира
ПИВОВАРОВ Юрий Сергеевич
ПОРОШИНА Мария Михайловна
ПЕТРЕНКО Алексей Васильевич
ПАРРАВИЧИНИ Эльвира
ПРЕЛОВСКИЙ Анатолий Васильевич
ПАНТЕЛЕИМОН [Аркадий Викторович Шатов] (епископ)
ПРЕКУП Игорь (священник)
ПЕТРАНОВСКАЯ Людмила Владимировна
ПОДОБЕДОВА Ольга Ильинична
ПОПОВА Ольга Сигизмундовна
ПАРФЕНОВ Филипп (священник)
ПЛОТКИНА Алла Григорьевна
ПАРХОМЕНКО Сергей Борисович
ПАЗЕНКО Егор Станиславович
ПРОХОРОВА Ирина Дмитриевна
ПАГЫН Сергей Анатольевич
РАСПУТИН Валентин Григорьевич
РОМАНОВ Константин Константинович (КР)
РЫБНИКОВ Алексей Львович
РАТУШИНСКАЯ Ирина Борисовна
РОСС Рональд
РАНЦАНЕ Анна
РАЗУМОВСКИЙ Феликс Вельевич
РАХМАНИНОВ Сергей Васильевич
РАВЕЛЬ Морис
РАУШЕНБАХ Борис Викторович
РУБЛЕВ Андрей
РИМСКИЙ-КОРСАКОВ Николай Андреевич
РЕВИЧ Александр Михайлович
РУБЦОВ Николай Михайлович
РАТНЕР Лилия Николаевна
РОСТРОПОВИЧ Мстислав Леопольдович
РОГИНСКИЙ Арсений Борисович
РОЗЕНБЛЮМ Константин Витольд
РЕШЕТОВ Алексей Леонидович
РОГОВЦЕВА Ада Николаевна
РЫЖЕНКО Павел Викторович
РОДНЯНСКАЯ Ирина Бенционовна
РИЛЬКЕ Райнер Мария
РОШЕ Константин Константинович
РАКИТИН Александр Анатольевич
РОМАНЕНКО Татьяна Анатольевна
РЯШЕНЦЕВ Юрий Евгеньевич
РАЗУМОВ Анатолий Яковлевич
РУЛИНСКИЙ Василий Васильевич
СВИРИДОВ Георгий Васильевич
СЕДАКОВА Ольга Александровна
СЛУЦКИЙ Борис Абрамович
СМОКТУНОВСКИЙ Иннокентий Михайлович
СОЛЖЕНИЦЫН Александрович Исаевич
СОЛОВЬЕВ Владимир Сергеевич
СОЛОДОВНИКОВ Александр Александрович
СТЕБЛОВ Евгений Юрьевич
СТУПКА Богдан Сильвестрович
СОКОЛОВ-МИТРИЧ Дмитрий Владимирович
СМОЛЛИ Ричард
СЭЙЕРС Дороти
СМОЛЬЯНИНОВА Евгения Валерьевна
СТЕПАНОВ Юрий Константинович
СИМОНОВ Константин Михайлович
СМОЛЬЯНИНОВ Артур Сергеевич
СЕДОВ Константин Сергеевич
СОПРОВСКИЙ Александр Александрович
СКАРЛАТТИ Алессандро
САРАСКИНА Людмила Ивановна
САМОЙЛОВ Давид Самуилович
САРАСАТЕ Пабло
СТРАДЕЛЛА Алессандро
СУРОВА Людмила Васильевна
СЛУЧЕВСКИЙ Николай Владимирович
СОКОЛОВ Александр Михайлович
СОЛОУХИН Владимир Алексеевич
СТОГОВ Илья Юрьевич
СЕН-САНС Камиль
СОКУРОВ Александр Николаевич
СТРУВЕ Никита Алексеевич
СОЛЖЕНИЦЫН Игнат Александрович
СИКОРСКИЙ Игорь Иванович
СУИНБЕРН Ричард
САВВА (Мажуко) архимандрит
САНАЕВ Павел Владимирович
СИЛЬВЕСТРОВ Валентин Васильевич
СТЕФАНОВИЧ Николай Владимирович
СОНЬКИНА Анна Александровна
СИНЯЕВА Ольга
СОЛОНИЦЫН Алексей Алексеевич
САЛИМОН Владимир Иванович
СВЕТОЗАРСКИЙ Алексей Константинович
СКУРАТ Константин Ефимович
СВЕШНИКОВА Мария Владиславовна
СЕНЬЧУКОВА Мария Сергеевна [ инокиня Евгения ]
СЕЛЕЗНЁВ Михаил Георгиевич
САВЧЕНКО Николай (священник)
СПИВАКОВСКИЙ Павел Евсеевич
САДОВНИКОВА Елена Юрьевна
СЕН-ЖОРЖ Жозеф
СУДАРИКОВ Виктор Андреевич
САММАРТИНИ Джованни Баттиста
САНДЕРС Скип и Гвен
СКВОРЦОВ Ярослав Львович
СТЕПАНОВА Мария Михайловна
САРАБЬЯНОВ Владимир Дмитриевич
СЛАДКОВ Дмитрий Владимирович
СТОРОЖЕВА Вера Михайловна
СИГОВ Константин Борисович
СТЕПУН Фёдор Августович
СЕНДЕРОВ Валерий Анатольевич
СВЕЛИНК Ян
СТЕРЖАКОВ Владимир Александрович
СТРУКОВА Алиса
СУХИХ Игорь Николаевич
ТЮТЧЕВ Фёдор Иванович
ТУРОВЕРОВ Николай Николаевич
ТАРКОВСКИЙ Михаил Александрович
ТЕРАПИАНО Юрий Константинович
ТОНУНЦ Елена Константиновна
ТРАУБЕРГ Наталья Леонидовна
ТАУНС Чарльз
ТОКМАКОВ Лев Алексеевич
ТКАЧЕНКО Александр
ТЕУНИКОВА Юлия Александровна
ТАРТИНИ Джузеппе
ТИССО Джеймс
ТРОШИН Валерий Владимирович
ТАХО-ГОДИ Аза (Наталья) Алибековна
ТАВЕНЕР Джон
ТОЛКИН Джон Рональд Руэл
ТРАНСТРЁМЕР Тумас
ТАРИВЕРДИЕВ Микаэл Леонович
ТЕПЛИЦКИЙ Виктор (протоиерей)
ТРОСТНИКОВА Елена Викторовна
ТОЛСТОЙ Алексей Константинович
ТУРГЕНЕВ Иван Сергеевич
ТЕПЛЯКОВ Виктор Григорьевич
ТИМОФЕЕВ Александр (священник)
ТИРИ Жан-Франсуа
ТАРКОВСКИЙ Арсений Александрович
ТЕЙЛОР Чарльз
ТАРАСОВ Аркадий Евгеньевич
ТЕРСТЕГЕН Герхард
ТАЛАШКО Владимир Дмитриевич
ТУРОВА Варвара
УЖАНКОВ Александр Николаевич
УОЛД Джордж
УМИНСКИЙ Алексей (священник)
УСПЕНСКИЙ Михаил Глебович
УЗЛАНЕР Дмитрий
УГЛОВ Николай Владимирович
УСПЕНСКИЙ Федор Борисович
УЛИЦКАЯ Людмила Евгеньевна
ФУДЕЛЬ Сергей Иосифович
ФЕТ Афанасий Афанасьевич
ФЕДОСЕЕВ Владимир Иванович
ФИЛЛИПС Уильям
ФРА БЕАТО АНДЖЕЛИКО
ФРАНК Семён Людвигович
ФИРСОВ Сергей Львович
ФЕСТЮЖЬЕР Андре-Жан
ФАСТ Геннадий (священник)
ФОРЕСТ Джим
ФЕОДОРИТ (иеродиакон) [Сергей Валентинович Сеньчуков]
ФОФАНОВ Константин Михайлович
ФЕДОТОВ Георгий Петрович
ФРАНКЛ Виктор
ФЛАМ Людмила Сергеевна
ФЛОРОВСКИЙ Георгий Васильевич (протоиерей)
ФОМИН Игорь (протоиерей)
ФИЛАТОВ Леонид Алексеевич
ФЕДЕРМЕССЕР Анна Константиновна
ХОТИНЕНКО Владимир Иванович
ХОМЯКОВ Алексей Степанович
ХОДАСЕВИЧ Владислав Фелицианович
ХАМАТОВА Чулпан Наилевна
ХАБЬЯНОВИЧ-ДЖУРОВИЧ Лиляна
ХУДИЕВ Сергей Львович
ХЕРСОНСКИЙ Борис Григорьевич
ХИЛЬДЕГАРДА Бингенская
ХОРУЖИЙ Сергей Сергеевич
ХЛЕБНИКОВ Олег Никитьевич
ХЕТАГУРОВ Коста Леванович
ХОРИНЯК Алевтина Петровна
ХЛЕВНЮК Олег Витальевич
ХИЛЛМАН Кристофер
ХОПКО Фома Иванович (протопресвитер)
ЦИПКО Александр Сергеевич
ЦВЕТАЕВА Анастасия Ивановна
ЦФАСМАН Михаил Анатольевич
ЦВЕЛИК Алексей Михайлович
ЦЫПИН Владислав Александрович (протоиерей)
ЧАЛИКОВА Галина Владленовна
ЧУРИКОВА Инна Михайловна
ЧЕРЕНКОВ Федор Федорович
ЧЕЙН Эрнст
ЧАЙКОВСКАЯ Елена Анатольевна
ЧЕХОВ Антон Павлович
ЧЕСТЕРТОН Гилберт
ЧЕРНЯК Андрей Иосифович
ЧЕРНИКОВА Татьяна Васильевна
ЧИЧИБАБИН Борис Алексеевич
ЧИСТЯКОВ Георгий Петрович (священник)
ЧЕРКАСОВА Елена Игоревна
ЧАВЧАВАДЗЕ Елена Николаевна
ЧУХОНЦЕВ Олег Григорьевич
ЧАВЧАВАДЗЕ Зураб Михайлович
ЧАПНИН Сергей Валерьевич
ЧАРСКАЯ Лидия Алексеевна
ЧЕРНЫХ Наталия Борисовна
ЧИМАБУЭ Ченни ди Пепо
ЧУКОВСКАЯ Елена Цезаревна
ЧЕЙГИН Петр Николаевич
ШЕМЯКИН Михаил Михайлович
ШЕВЧУК Юрий Юлианович
ШАНГИН Никита Генович
ШИРАЛИ Виктор Гейдарович
ШАВЛОВ Артур
ШЕВАРОВ Дмитрий Геннадьевич
ШУБЕРТ Франц
ШУМАН Роберт
ШМЕМАН Александр Дмитриевич (священник)
ШНИТКЕ Альфред Гарриевич
ШМИТТ Эрик-Эммануэль
ШАТАЛОВА Соня
ШАГИН Дмитрий Владимирович
ШУЛЬЧЕВА-ДЖАРМАН Ольга Александровна
ШТЕЙН Ася Владимировна
ШМЕЛЕВ Иван Сергеевич
ШНОЛЬ Дмитрий Эммануилович
ШАЦКОВ Андрей Владиславович
ШЕСТИНСКИЙ Олег Николаевич
ШВАРЦ Елена Андреевна
ШИК Елизавета Михайловна
ШИЛОВА Ольга
ШПОЛЯНСКИЙ Михаил (протоиерей)
ШМАИНА-ВЕЛИКАНОВА Анна Ильинична
ШВЕД Дмитрий Иванович
ШЛЯХТИН Роман
ШМИДТ Вильям Владимирович
ШТАЙН Эдит
ШОСТАКОВИЧ Дмитрий Дмитриевич
ШМЕЛЁВ Алексей Дмитриевич
ШНУРОВ Константин Сергеевич
ШОРОХОВА Татьяна Сергеевна
ШАУБ Игорь Юрьевич
ЩЕПЕНКО Михаил Григорьевич
ЭЛИОТ Томас Стернз
ЭКЛС Джон
ЭЛГАР Эдуард
ЭЛИТИС Одиссеас
ЭППЛЕ Николай Владимирович
ЭПШТЕЙН Михаил Наумович
ЭГГЕРТ Константин Петрович
ЭЛЬ ГРЕКО
ЭДЕЛЬШТЕЙН Георгий (протоиерей)
ЮРСКИЙ Сергей Юрьевич
ЮРЧИХИН Фёдор Николаевич
ЮДИНА Мария Вениаминовна
ЮРЕВИЧ Андрей (протоиерей)
ЮРЕВИЧ Ольга
ЯМЩИКОВ Савва Васильевич
ЯЗЫКОВА Ирина Константиновна
ЯКОВЛЕВ Антон Юрьевич
ЯМБУРГ Евгений Александрович
ЯННАРАС Христос
ЯРОВ Сергей Викторович

Рекомендуем

Абсолютная жертва Голгофы "Даже если Нарнии нет..." Вера без привилегий С любимыми не разводитесь Двери ада заперты изнутри Расцерковление Технический христианин Мифы сексуального просвещения Последие Времена Нисхождение во ад Христианство и культура Что делать с духом уныния? Что такое вера? Цена Победы Сироты напоказ Ты не один! Про ад и смерть Основная форма человечности Сложный человек как цель Оправдание веры Истина православия Зачем постился Христос? Жизнь за гробом Моя судьба Родина там, где тебя любят Не подавляйте боли разлуки Дом нетерпимости Сучок в чужом глазу Необразцовая семья Демонская твердыня Русский грех и русское спасение Кто мы? История моего заключения Мученик - означает "свидетель" Почему я перешла в православие Всех ли вывел из ада Христос? Что дало России православное христианство Право на мракобесие Если тебя обидели, бросили, предали В больничной палате Мадонна из метро Болезнь и религия Страна не упырей "Я был болен..." Совесть От виртуального христианства к реальному Картина мира Почему мои дети ходят в Церковь Божья любовь в псалмах Благая Весть Серебро Господа моего Каждый человек незаменим О судьбах человеческих "Вера - дело сердца" Антирелигиозная религия Пятнадцать вопросов атеистов Христианская жизнь как сверхприродная Можно и нужно об этом говорить Логика троичности "Душа разорвана..." Ecce Homo "Я дитя неверия и сомнения..." Мир, полный добра Крестик в пыли Все впереди Пасхальные письма Как жить с диагнозом Слишком поздно О страхе исповедания веры Единство несоединимого Убитая совесть Об антихристовом добре Чему учит смерть? Из истории русского сопротивления Религиозность Пушкина Тем, кто потерял смысл жизни Свет Церкви Рай и ад О Чудесах Книга Иова Светлой памяти Кровь мучеников есть семя Церкви Теология от первого лица Смысл удивления Начало света Как рассказать о вере? Право на красоту Любовь и пустота Осень жизни



Версия для печати

ВОРОПАЕВ Владимир Алексеевич ( род. 1950)

Интервью   |   Статьи    |   Аудио
ВОРОПАЕВ Владимир Алексеевич

Владимир Алексеевич ВОРОПАЕВ (род. 1950) - доктор филологических наук, профессор МГУ им. М.В. Ломоносова: Видео | Интервью | Статьи | Аудио | Фотогалерея.

Владимир Алексеевич Воропаев председатель Гоголевской комиссии Научного совета РАН «История мировой культуры». Член Союза писателей России. Специалист по русской литературе ХIХ века. Автор многочисленных трудов о жизни и творчестве Гоголя. Член редколлегии «Гоголеведческих студий» (Гоголевский научно-методический центр, Украина, г. Нежин), журнала «Православный Паломник».


Владимир Алексеевич ВОРОПАЕВ: интервью

Владимир Алексеевич ВОРОПАЕВ (род. 1950) - доктор филологических наук, профессор МГУ им. М.В. Ломоносова: Видео | Интервью | Статьи | Аудио | Фотогалерея.

«ГОГОЛЮ МОЖНО ВСЁ, И ПРОПОВЕДОВАТЬ ТОЖЕ". 
"Гоголь писал, что жить нужно не в России, а в Боге. Если мы будем жить по Божьим заповедям, то Господь и о России позаботится".


  Рыцарский роман о религиозной войне

- Владимир Алексеевич, какое произведение Гоголя Вы читаете, когда Вам хочется отдохнуть, для души?
- Никакого.

- А в данный момент?
- Сейчас столько забот...

- А какое произведение Гоголя у Вас любимое?
- У Гоголя всё отличное, всё классическое, нет чего-то одного любимого.

- А какое произведение Гоголя было первым?
- По-моему, повесть «Шинель». Был такой фильм советский, я его несколько раз смотрел. И когда произносились слова: «А шинелька-то моя!», я забирался под одеяло и очень тяжело переживал. Мне всегда было очень жалко Акакия Акакиевича.

- Недавно на экраны вышел фильм «Тарас Бульба». Как Вы его оцениваете?
- Скорее положительно, чем даже нейтрально. Фильм полезный. Он, правда, в голливудской манере сделан, красочный такой, и мне кажется, интерес к Гоголю он возбуждает, хотя там и есть такие сюжетные моменты, которых у Гоголя нет. И понятно, для чего они сделаны режиссёром: чтобы объяснить мотивы поступков Тараса Бульбы и войны вообще. У Гоголя описана война религиозная. А здесь режиссёр пытается придать некий личный характер поступкам и действиям многих запорожцев, в частности Тараса Бульбы. Если помните, у Гоголя нет никакого момента, связанного со смертью его жены. А здесь показывается смерть жены, убитой поляками, и у Тараса Бульбы как бы появляется еще один мотив мести.

- Да, вряд ли можно поверить в то, что казаки, люди, для которых воевать было профессией, убегая от поляков, везли с собой десятки километров труп женщины...
- Да, это момент неправдоподобный и для понимания ничего не даёт. Или, например, сюжетная линия любви Андрия, сына Тараса Бульбы, к красавице-полячке. У Гоголя эта любовь описана совсем иначе: один из источников этого эпизода - книга Есфирь (Гоголь хорошо знал Библию), и именно как соблазн трактуются отношения героев. А в фильме у них рождается ребёнок, получается, что это уже любовь, благословение от Бога. Но у Гоголя это всё-таки соблазн, соблазн и измена, предательство.  "Фильм полезный. Интерес к Гоголю он возбуждает, хотя там и есть такие сюжетные моменты, которых у Гоголя нет".

 - В Вашем юбилейном докладе говорится о том, что «Тарас Бульба» в некотором роде рыцарский роман. А где же в нем идеал, ради которого, по-видимому, режиссёр снимал фильм, ради которого Гоголь писал это произведение?
- Многих смущают запорожцы. Их трактуют как бражников, пьяниц, убийц. У Гоголя, конечно, всё не так. Подвиг запорожцев заключается в том, что они душу свою за други своя отдают, они сражаются за веру и за Родину, за Отечество. И в этом святость их подвига, хотя они совершенно не идеальные герои. И Тарас Бульба - это не лучший представитель казачества, а его самый характерный, типичный представитель. Он такой же грешник, как и все остальные, но жизнь свою и душу за други своя отдаёт. В этом и его подвиг, и подвиг других запорожцев. Вообще, центральный вопрос, который поднимал Гоголь в «Тарасе Бульбе», - это видно из его черновых записей и выписок из святых Отцов Церкви - можно ли защищать силой оружия святыни веры?

Помните Ивана Ильина, его известную книгу «О сопротивлении злу силою»? Это вопрос очень важный, вопрос исторический, философский, богословский. Именно его Гоголь и поднимает, о нём размышляет. Об этом говорят и выписки из творений святых Отцов. Одни говорят, что непозволительно убивать христианину, что меч - это прежде всего духовный меч, это бдение, пост. Другие же выписки говорят, что хотя непозволительно убивать христианину, но убивать на поле брани позволительно и похвалы достойно. Гоголь идёт этим путём. "Тарас Бульба - это не лучший представитель казачества, а его самый характерный, типичный представитель".

 В книге «Выбранные места из переписки с друзьями» он приводит в пример прп. Сергия Радонежского, который благословлял иноков на битву с татарами. Они взяли в руки мечи, как пишет Гоголь, противные христианину. Для Бульбы этот вопрос был решён. Долг христианина - защищать свою Родину, семью, веру. Ничего общего с непротивлением злу насилием в христианстве нет, это толстовство. А Гоголь был человеком глубокой веры. Не будучи духовным лицом, он вступил на путь проповеди, духовных размышлений, правильно давал ответы на все эти упрёки. Гоголь писал от глубины верующего сердца. Такому художнику, как Гоголь, можно всё, я считаю. И проповедовать тоже.
 
Учитель и проповедник или сумасшедший?..
 
- Вот Вы сказали о проповедничестве Гоголя. Ведь многие духовные лица его времени, например, святитель Игнатий Брянчанинов, отец Матфей, с которым Гоголь много общался, отрицательно относились к его роли учителя и проповедника.
- Знаете, это вопрос довольно сложный. Дело в том, что принципиальных расхождений у Гоголя со святителем Игнатием не было. И тот, и другой несли в мир свет Христов. У святителя Игнатия есть довольно критический отзыв: он утверждает, что книга Гоголя «Выбранные места...» издает и свет, и тьму, советует своим чадам читать прежде всего святых Отцов, а не Гоголя. Но Гоголь так и говорил, что писал свою книгу для тех, кто не ходит в Церковь, для тех людей, которые ещё только стоят на этом пути. И для него искусство - это незримые ступени к христианству. Он говорил, что если после прочтения книги человек возьмёт в руки Евангелие - это и есть высший смысл его творчества. Вот его цель как писателя. И в этом смысле он очень многого достиг. Многие нецерковные люди через книгу Гоголя пришли к Православию.

- Есть такие свидетельства?
- Конечно, и это бесспорно. Например, Климент Зедергольм, друг Константина Леонтьева. Он был сыном немецкого пастора и сам говорил послушнику Оптиной Пустыни Леониду Каверину, который впоследствии стал архимандритом, настоятелем Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, что именно книга Гоголя привела его к Православию, после того как он прочитал её впервые. Я, кстати, в своей последней книжке «Николай Гоголь: Опыт духовной биографии» привожу примеры такого благотворного влияния книги Гоголя. Она подействовала, но на немногих, конечно.

- Известно, что современники, читавшие «Выбранные места из переписки с друзьями», не поняли эту книгу и не приняли ее; советы Гоголя, как надо управлять Россией, как нужно ее любить, что нужно делать мужчинам, женщинам, священникам и прочее, вызвали у них резкое неприятие... В чём, на Ваш взгляд, была основная причина?
- Не приняли, во-первых, потому, что не ожидали этого от Гоголя. От него ожидали художественных произведений, а он ступил на путь духовной проповеди. Человек не в рясе вдруг стал проповедовать - это многим казалось странным. Вы, наверное, знаете, что Гоголя после его книги многие называли сумасшедшим, а Белинский прямо утверждал, что ему нужно спешить лечиться. И многие другие считали, что он просто сошёл с ума. Почитайте, например, воспоминания Ивана Сергеевича Тургенева. Он пишет, что когда ехал к Гоголю с актёром Щепкиным, другом Гоголя (это было осенью 1851-го года, всего за несколько месяцев до смерти Гоголя), то они ехали к нему как к человеку, у которого что-то помешалось в голове. Вся Москва была о нём такого мнения.

- Получается, что даже друзья его не поняли... Это следствие того, что Гоголь написал не то, что от него ожидали, или неприятие его религиозной точки зрения?
- Я думаю, что Гоголь немножко опередил своё время, как и положено гениальному писателю. Когда Лев Толстой в 1847-м году прочитал «Выбранные места...», то был страшно раздражён. Через 40 лет, в 1887-м году, он перечитал эту книгу, включил отдельные главы в свой сборник избранных мыслей великих людей и написал одному своему корреспонденту о Гоголе, что сорок лет лежал под спудом наш Паскаль и пошлые люди ничего не поняли. И что он всеми силами пытается говорить то, что сказал до него Гоголь. Толстой называл её великой оклеветанной книгой. Вот такой полный разворот. Блок писал в одной из своих статей, что мы опять стоим перед этой книгой, и она скоро пойдёт в жизнь и в дело. Эта книга сейчас, может быть, более современна и актуальна для нас, чем для современников Гоголя. Есть у нас такой философ - Виктор Николаевич Тростников, известный церковный публицист. Вот он однажды написал, что современники считали Гоголя сумасшедшим, а сейчас мы начинаем понимать, что Гоголь был одним из немногих здравых людей своего времени. И его книга сейчас гораздо более актуальна, чем то, что писал, например, Александр Солженицын. Тоже очень талантливый писатель, классик, можно сказать, и болел за Россию. Помните его брошюру «Как нам обустроить Россию»? Она же миллионными тиражами была издана. И что? Где эти идеи? Сбылось хоть что-нибудь из того, что предлагал Солженицын?

 А Гоголь современен и актуален. В своей последней книге он указал на два условия, без которых никакие благие преобразования в России невозможны. Прежде всего, нужно любить Россию. А во-вторых, не должно также ничего делать без благословения Церкви.

- Но и Белинский любил Россию.
- Наверное, по-своему. Но что значит «любить Россию»? У Гоголя есть ответ и на этот вопрос. Он говорил: «Тому, кто пожелает истинно честно служить России, нужно иметь очень много любви к ней, которая бы поглотила уже все другие чувства, - нужно иметь много любви к человеку вообще и сделаться истинным христианином во всем смысле этого слова». Все революционеры историческую Россию, Святую Русь, ненавидели.

Для Гоголя патриотизм имеет духовный смысл. Он даже писал одному из своих друзей, графу Александру Петровичу Толстому, что жить нужно не в России, а в Боге. Если мы будем жить по Божьим заповедям, то Господь и о России позаботится, и всё будет в порядке. Очень правильные слова, точные.

Многие наши патриоты этого не понимают. И в книге «Выбранные места из переписки с друзьями» об этом откровенно сказано. Вот что прежде всего вызвало раздражение Белинского и других. Для Гоголя христианство выше цивилизации.

Об отходе образованного общества от Церкви, о падении религиозного духа в народе писали многие наши святители: и Феофан Затворник, и Игнатий Брянчанинов. Это важнейшая тема. А из светских писателей говорил об этом со всей силой своего слова Гоголь. Он видел, что ждёт Россию, предчувствовал страшную катастрофу.

- Гоголь, наверное, был первым учителем в русской литературе. После него были и Толстой, и Достоевский. Потом возникла известная формула, что поэт в России - больше, чем поэт... Эта учительская функция, которую взяла на себя русская литература, свойственна литературе, как Вы считаете? Не привела ли она в конце концов к духовному краху, к революции?
- Литература здесь ни при чём. Хотя Константин Леонтьев и писал, что Гоголь был вреден, пусть и несознательно. Помните, как у Ленина: декабристы разбудили Герцена. А кто разбудил Белинского? Гоголь, наверное.

Писатель должен учить, если он писатель

– Получается, что наши писатели взяли на себя это бремя – всех учить – вот и научили…
– Вы знаете, в общем, смотря кто будет учить. Когда Гоголя упрекали в учительстве, он отвечал, что пока не монах, а писатель. А писатель должен учить – учить понимать жизнь. Назначение искусства – служить незримой ступенью к христианству. По Гоголю, литература должна выполнять ту же задачу, что и сочинения духовных писателей, – просвещать душу, вести ее к совершенству. И в этом для него – единственное оправдание искусства.

– Но здесь может возникнуть проблема: наши представления о пути к совершенству несколько разнятся…
– У Гоголя правильные критерии совершенства, духовные. Он говорил, что если кто-нибудь только помыслит о том, чтобы сделаться лучшим, то он уже непременно потом встретится со Христом, увидевши ясно как день, что без Христа нельзя сделаться лучшим. В издательстве Сретенского монастыря, в серии "Письма о духовной жизни" вышел сборник писем Гоголя, в которых заключен богатейший церковно-аскетический опыт писателя. По словам С.Т. Аксакова, Гоголь выражается совершенно в своих письмах, в этом отношении они гораздо важнее его печатных сочинений. Это первый светский автор, удостоившийся чести напечататься в этой серии, кстати, очень популярной среди читателей. Такие творцы, как Гоголь, по своему значению в истории слова подобны Святым Отцам в Православии. Так что в учительстве Гоголя, мне кажется, нет ничего душевредного, соблазнительного. Писатель должен учить, если он писатель. Зачем еще нужна литература, если она не научает, не развивает человека…

– Ну, одно дело развивать, а другое – быть учителем жизни. Даже будучи христианами, все мы имеем чем-то различающиеся точки зрения на какие-то предметы.
– На самые главные предметы мы имеем общую точку зрения, да единомыслием исповемы.

– Но если мы все имеем одинаковые представления, тогда зачем нужен писатель как учитель?
– Не одинаковые представления – у нас есть критерии добра и зла, правды и лжи. И Гоголь, и Достоевский, и все русские писатели понимали это прекрасно. "Если Бога нет, то всё позволено" – очень точная и справедливая формула Достоевского. Всё позволено – кредо многих современных писателей. Иногда думают, что Гоголь учительствовал только в своей публицистике, в духовной прозе. Это не так. А "Мёртвые души"? Разве это не учительная литература? Многие не понимают, кто такие мёртвые души. Это мы с вами мёртвые души. Гоголь в своей предсмертной записке раскрыл сокровенный смысл названия своей поэмы: "Будьте не мёртвые, а живые души. Нет другой двери, кроме указанной Иисусом Христом…". Герои Гоголя мертвы духовно, потому что живут без Бога. Это про нас всех сказано… А "Ревизор"… "Страшен тот ревизор, который ждет нас у дверей гроба", – говорил Гоголь. Вот смысл знаменитой комедии.

Мертвые души, женские образы и размышления о Литургии

– Как Вам видится, почему Гоголь не смог написать второй том "Мёртвых душ"? Может быть, потому что ему не удалось создать положительный образ?
– Положительный образ – где его взять-то? Нет в природе положительного человека. Человек грешен, он греховное существо. Гоголь обличал не человека, а грех в человеке. Русская пословица назидает: "С грехом борись, а с грешником мирись". Вот Гоголь и боролся с грехом…

– Считалось также, что у Гоголя нет положительных женских образов, что он боялся женщин и потому никогда не был женат…
– У Гоголя вообще нет положительных образов. Героические есть. Например, Тарас Бульба. Да и может ли писатель создать положительный образ? Очень сомнительно.

– Но есть же в литературе после Гоголя положительные образы, скажем, князя Андрея Болконского, Наташи Ростовой…
– Условно положительные, конечно. Как говорит один из героев Гоголя: "Все бабы на базаре в Киеве – ведьмы". У Гоголя немножко народное отношение к этому. Он не боялся женщин, как иногда думают. У него были очень интересные и дружеские отношения, и в переписке он состоял со многими замечательными женщинами своего времени, с Александрой Осиповной Смирновой, например. Он себя осознавал в роли ее наставника, многие говорили, что он был влюблён. Но, думаю, это неправда – здесь были другие отношения. И с графиней Анной Михайловной Виельгорской, которую он учил быть русской. Ведь это были люди аристократического круга, в них было мало русского. Гоголь это понимал и по мере своих сил старался воздействовать на них. Так что Гоголь не боялся женщин. Он очень заботился о матери и сёстрах.

– Таким образом, можно сказать, что нет какой-то отдельной проблемы положительных женских образов?
– Да. Хотя Гоголь пытался создать во втором томе "Мёртвых душ" положительный образ Улиньки (Ульяны), невесты одного из героев, Тентетникова. Многие считают, что это искусственный образ, хотя из того, что дошло до нас, на мой взгляд, образ получился удачным. Положительный образ вообще трудно создать, тем более женский.

– А о чем же он намеревался написать второй том?..
– Герои второго тома – это не добродетельные герои. Как говорил Гоголь, они должны были быть значительнее героев первого тома. Чичиков должен был в конце концов осознать ложность своего пути. Прийти к пониманию евангельской истины, что нет пользы человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит.

– Почему же тогда второй том не получился?
– Потому что цели, которые Гоголь поставил перед собой как писатель, выходили за рамки художественной литературы. Не случайно одним из последних его произведений стали "Размышления о Божественной Литургии". Гоголь говорил, что в "Мёртвых душах" он хотел показать читателю путь ко Христу, чтобы он был ясен для всех. Этот путь давно всем указан. И Гоголь писал, что для того, кто хочет идти вперёд и становиться лучше, необходимо как можно чаще посещать Божественную Литургию. Она нечувствительно строит и создаёт человека. И это единственный путь.
Ничего лучше нельзя сделать писателю, как дать вот такое лирическое толкование, объяснение, подобное гоголевским "Размышлениям…". На мой взгляд, это один из лучших образцов русской духовной прозы, недооценённый до сих пор. Но мысль в этой книге та же самая, что и в "Мёртвых душах".

– Но в наше время есть иные толкования Литургии, более профессиональные, что ли…
– Толкования есть, конечно, и другие, и профессиональнее, как Вы говорите. Но нет такого, как у Гоголя, художественного, проникнутого "лирическим взглядом на предмет" (как говорили оптинские иноки, первые слушатели этого сочинения). Не случайно книга Гоголя была любимой у наших царственных страстотерпцев. Уже в заточении, в Тобольске, императрица Александра Феодоровна вместе с царевичем Алексием читали именно ее. Для детского и юношеского возраста это лучшая книга.

Голова Гоголя

– Большой вопрос – загадка смерти Гоголя, а также перезахоронения его останков в 1931 году. История прямо-таки мистическая…
– В этой истории очень много путаного, неясного. Как известно, очевидцы, участники перезахоронения, дают совершенно разные свидетельства. Говорят, что до позднего вечера не могли принять никакого решения, и только когда совсем стемнело, получили разрешение вышестоящих органов перевезти то, что нашли после вскрытия могилы, на Новодевичье кладбище. Но что они перевозили, неизвестно до сих пор. Есть версия, что могилу вообще не нашли, и до сих пор неясно, что же захоронено на Новодевичьем кладбище. Да не стоит в этом и разбираться, лучше поставить крест на могиле Гоголя. Это надо сделать бесспорно. На месте прежнего захоронения в Свято-Даниловом монастыре тоже стоит поставить какой-либо памятный знак или крест. Я думаю, проблемы-то здесь особенно нет. А выяснить сейчас всё с достоверностью вряд ли возможно. Существуют разные, исключающие друг друга, версии этой истории.

– Вы считаете, весь этот интерес к смерти Гоголя стал несколько нездоровым?
– Конечно. Но сам Гоголь дал повод для этого, когда в своём завещании, опубликованном в книге "Выбранные места из переписки с друзьями", просил тела его не погребать до тех пор, пока не появятся явные признаки разложения". Он писал это во время болезни, как бы предчувствуя смерть. И всё же Гоголь действительно умер. Его осматривали лучшие врачи, они не могли сделать такой грубой ошибки.

Есть и духовное объяснение: после церковного отпевания душа уже не может вернуться в тело, это невозможно по духовным причинам. Для некоторых людей это не является аргументом, им можно привести материалистические доказательства. Скульптор Рамазанов, который снимал посмертную маску, вынужден был проделать эту процедуру дважды, при этом была даже повреждена кожа носа, видны были признаки разложения.

Ещё, если помните, в 70-х годах была поэма Андрея Вознесенского "Похороны Гоголя Николая Васильевича", где автор в поэтических красках описал это событие, что тоже придало некий стимул и импульс разного рода слухам и разговорам.

– Была ещё легенда, что голова Гоголя при вскрытии могилы отсутствовала. Вспоминается знаменитый булгаковский сюжет с головой Берлиоза…
– Да, он безусловно связан. Слухи в Москве ходили очень упорные, и Булгаков, конечно, о них знал. У меня нет сомнения, что этот эпизод имеет прямую связь с разговорами о голове Гоголя, но как было на самом деле, повторяю, установить сейчас практически невозможно. Самое полное исследование, где эти события освещены, – книга Петра Паламарчука "Ключ к Гоголю", переизданная, кстати, в нынешнем году.

– Есть такое выражение "все мы вышли из "Шинели" Гоголя". А почему именно из "Шинели" Гоголя, а не из "Онегина" Пушкина, или из чего-то ещё?
– Это гуманистический пафос, внимание к обыкновенному человеку, которое столь явно проявилось в повести Гоголя. Конечно, гуманистический пафос не исчерпывает гоголевской повести, в ней заложена и очень глубокая христианская мысль. Но главное, после Гоголя нельзя было писать так, как будто Гоголя не было.

– Но ведь гуманистический пафос был и до того. Почему именно из "Шинели" и именно из Гоголя?
– У Гоголя действительно есть такие произведения, которые имеют особое значение для истории литературы. Вы помните андреевский памятник, который сейчас стоит во дворе дома, где умер Гоголь и где сейчас создан музей? Когда в 1909-м году этот памятник открывали, то говорили, что скульптор отразил в нём два произведения Гоголя – "Нос" и "Шинель". Само название – "Шинель" – звучит как выстрел, без него невозможно представить нашу литературу. Едва ли не впервые в качестве названия использована вещь. Мне кажется, что это правильная мысль – о том, что русская литература, пусть не вся, вышла из "Шинели". Из "Мёртвых душ" мало кто вышел, да и произведение незавершённое…

– То есть главное – внимание Гоголя к "маленькому" человеку?
– Он раскрывал проблемы этих людей. Ведь в "Шинели" ощутимы традиции святоотеческой литературы. Гоголь очень хорошо знал агиографическую, житийную литературу, этот пласт очень заметен в его творчестве. Существует целая литература по агиографической традиции в "Шинели". Никакое произведение Гоголя не сводимо к однозначному смыслу.

– А что Вы подразумеваете под гуманистическим пафосом?
– Внимание к человеку. Ведь любой гоголевский герой написан про нас. Для многих из нас вещь становится самым главным в жизни. Как писал один из критиков, современник Гоголя: "В образе Акакия Акакиевича поэт начертал последнюю грань обмеленья Божьего создания до той степени, что вещь, и вещь самая ничтожная, становится для человека источником беспредельной радости и уничтожающего горя, до того, что шинель делается трагическим fatum в жизни существа, со­здан­ного по образу и подобию Вечного…".

– В школе нас учили, что Гоголь – зачинатель натуральной школы. А как сейчас считают литературоведы?
– При жизни Гоголя ценили прежде всего как юмориста и сатирика. Многое в его творчестве стало понятно позднее. И сейчас любое литературное направление или течение может по праву видеть в нём своего предтечу. И конечно, Гоголь стал отцом так называемой натуральной школы. Появился целый ряд писателей, которые стали подражателями Гоголя. Они описывали действительность с натуры, как она есть, хотя и без гениальности Гоголя, у которого в такого рода описании была бездна духовного смысла. Гоголь действительно породил эту школу, и целый период в литературе справедливо называют гоголевским. Повторяю, после Гоголя нельзя было писать так, как будто Гоголя не было.

– Сейчас у нас идет год Гоголя. Какие-то из мероприятий кажутся Вам удавшимися?
– Конечно. Прежде всего, впервые в России появился музей Гоголя. Как ни странно, до сих пор у нас не было ни одного музея Гоголя. Это полноценный музей, в котором сейчас образован культурно-просветительский центр, в доме, где жил и умер Гоголь, на Никитском бульваре.

– Он уже работает?
– Да. Сейчас он уже открыт, можно прийти, посмотреть. Музей пока находится в стадии становления, меняются экспозиции, что-то дорабатывается, но с конца апреля он открыт для посетителей. Кроме того, прошла юбилейная конференция, посвящённая 200-летию со дня рождения Гоголя, которую проводил Московский университет, наш филологический факультет, совместно с открывшимся музеем и с Гоголевской комиссией при Научном совете "История мировой культуры" РАН. На форум съехались ученые со всего мира, около 70-ти участников из 30-ти стран. Это было центральное событие празднования юбилейных торжеств. На конференции была презентация целого ряда гоголевских изданий. Так что гоголеведение развивается.

Источник: www.taday.ru  Автор:Любовь Макарова


Владимир Алексеевич ВОРОПАЕВ: статьи

Владимир Алексеевич ВОРОПАЕВ (род. 1950) - доктор филологических наук, профессор МГУ им. М.В. Ломоносова: Видео | Интервью | Статьи | Аудио | Фотогалерея.

ТВОРИТЬ БЕЗ ЛЮБВИ НЕЛЬЗЯ
Гоголь за чтением Библии

Гоголь знал и любил Священное Писание.Николай Васильевич Гоголь В статье «Предметы для лирического поэта в нынешнее время» он писал, обращаясь к Н. М. Языкову: «Разогни книгу Ветхого Завета: ты найдешь там каждое из нынешних событий, ясней как день увидишь, в чем оно преступило пред Богом, и так очевидно изображен над ним совершившийся Страшный суд Божий, что встрепенется настоящее»[1].

В то время редко можно было услышать от светского человека столь глубокие слова о Ветхом Завете. Недаром в уцелевших главах второго тома «Мертвых душ» генерал-губернатор говорит: «К стыду, у нас, может быть, едва отыщется чело<век>, который бы прочел Библию…» (7, 279).

Ветхозаветные книги питали творческую мысль Гоголя. Так, при переработке «Тараса Бульбы» он широко использовал тексты книг Иудифи и Есфири[2], многочисленные цитаты и реминисценции из Книги Премудрости Иисуса сына Сирахова, Третьей Книги Царств, Книги Бытия, Книги Премудрости Соломона, Псалтири, Песни Песней встречаются в «Выбранных местах из переписки с друзьями».

Как человек с чуткой поэтической душой Гоголь особенно ценил псалмы святого пророка Давида. «Перечти их внимательно, – писал он тому же Н. М. Языкову 15 февраля (н. ст.) 1844 года из Ниццы, – или, лучше, в первую скорбную минуту разогни книгу наудачу, и первый попавшийся псалом, вероятно, придется к состоянию души твоей. Но из твоей души должны исторгнуться другие псалмы, не похожие на те, из своих страданий и скорбей исшедшие, может быть более доступные для нынешнего человечества…» (12, 263).

Лира самого Гоголя наполнялась не слыханными миром прекрасными звуками от Давидовых псалмов. Поэтическая душа русского писателя воспринимала их не только как источник духовности и глубоких мыслей для творчества художника. Его поражала высочайшая поэзия, тонкий лиризм языка Псалтири. И он связывал поэтическую чуткость русского человека именно с Псалтирью, по которой как по основному (а иногда единственному) учебнику народ русский учился грамоте. Отношение Гоголя к Псалтири как к непревзойденному художественному творению во многом созвучно суждениям Оптинского старца Варсонофия, который, имея в виду Гоголя (что примечательно) говорил, что Псалтирь «есть высшее художественное произведение, которое когда-либо слышало человечество», что нет среди них равного ей, что «надо читать ее на церковнославянском языке», так как он сильнее действует на человека. И чтобы наслаждаться ею, «надо иметь высокую, чуткую ко всему прекрасному душу»[3].

Не случайно Гоголь советовал А. О. Cмирновой в дни уныния и тоски учить наизусть псалмы Давида: «…молитесь. Если ж вам не молится, учите буквально наизусть, как школьный ученик, те псалмы, которые я вам дал, и учитеcь произносить их с силою, значеньем и выраженьем голоса, приличным всякому слову» (12, 528-529). По преданию, Гоголь сам читал в Ницце А. О. Смирновой Псалтирь, Евангелие, Книгу Иова и некоторые Книги пророков[4]. Княжна В. Н. Репнина-Волконская вспоминала, как Гоголь, читая в их доме псалмы, восклицал: «Только в славянском все хорошо, все возвышенно!»[5].

Сохранилось два гоголевских автографа на церковнославянском языке с выписками из Псалтири. Один из них, хранящийся в Рукописном отделе Пушкинского Дома, содержит 15 псалмов и предназначался, вероятно, А. О. Смирновой. Второй – из гоголевского фонда Российской государственной библиотеки – показывает, что Гоголь несколько раз принимался за переписывание Псалтири: записи оставлены на 3, 6, 9 и 11-м псалмах.

Еще один гоголевский автограф – списки псалмов параллельно на греческом и латинском языках – представляющий собой альбом в переплете из пятидесяти двух листов, также хранится ныне в Российской государственной библиотеке. По свидетельству современников, Гоголь ежедневно читал по главе из Ветхого Завета, а также Евангелие на церковнославянском, латинском, греческом и английском языках[6].

Ежедневное чтение Евангелия – непременная обязанность христианина, как и домашние молитвы. У Гоголя оно сделалось потребностью с юных лет. В Нежине протоиерей Павел Волынский на уроках Закона Божия читал с гимназистами толкования святителя Иоанна Златоуста на святых евангелистов Матфея и Иоанна. Речь шла, конечно, не о простом чтении, – недостаточно Евангелие читать, как любую иную книгу, – оно есть тот высший закон, по которому христианин должен строить свою жизнь. «Не довольствуйся одним бесплодным чтением Евангелия, – учит святитель Игнатий (Брянчанинов), – старайся исполнять его заповедания, читай его делами. Это книга жизни, и надо читать ее жизнью»[7].

Именно Евангелием проверял Гоголь все свои душевные движения. В бумагах его сохранилась запись на отдельном листе: «Когда бы нас кто-нибудь назвал лицемером, мы глубоко оскорбились бы, потому что каждый гнушается этим низким пороком; однако читая в первых стихах 7-й главы Евангелия от Матфея, не укоряет ли совесть каждого из нас, что мы именно тот лицемер, к которому взывает Спаситель: Лицемере, изми первее бервно из очесе твоего. Какая стремительность к осуждению…»[8].

Ольга Васильевна Гоголь-Головня, сестра писателя, вспоминала: «Он всегда при себе держал Евангелие, даже в дороге. Когда он ездил с нами в Сорочинцы, в экипаже читал Евангелие. Видна была его любовь ко всем. Никогда я не слыхала, чтобы он кого осудил»[9]. На письме Н. Н. Шереметевой от 11 февраля 1850 года Гоголь карандашом поистине пророчески начертал: «Один только исход общества из нынешнего положения – Евангелие»[10].

Евангельская любовь, считал Гоголь, должна лежать в основании отношений между людьми. «Истинно христианская помощь не в одном денежном подаянии, – поучал он младшую сестру Ольгу в письме от 20 января (н. ст.) 1847 года, – это еще небольшая помощь. Избавить от нужды, холода, болезни и смерти человека, конечно, есть доброе дело, но избавить от болезни и смерти его душу есть в несколько раз большее. Обратить преступного и грешника ко Господу – вот настоящая милостыня, за которую несомненно можно надеяться получения небесного блаженства. Ибо ты сама уже, вероятно, узнала из Евангелия, что на небесах больше радуются обратившемуся грешнику, чем самому праведнику. А для этого подвиги тебе предстоят на всяком шагу, обратись только вокруг себя. Много в вашем соседстве пребывает людей во пьянстве, буйстве, разврате всякого рода и пороках. Губят невозвратно свою душу – и нет человека, который подвигнулся бы жалостью к ним, и нет человека, который бы так пожалел о душах их, как бы о собственной душе своей, и возгорелся бы хотя частицею той любви, которою горит к нам Божественный Спаситель наш. Не думай, чтобы душа человека могла уже так грубо зачерстветь, что никакие слова не в силах поколебать его. Надобно сказать лучше, что нет прямой любви к человеку, оттого и слова бессильны: слово без любви только ожесточает, а не мирит или исцеляет». (13, 182).

Несомненно, что и сам Гоголь и в своем творчестве, и в жизни руководствовался этой Евангельской любовью к человеку. «Надобно любовью согреть сердца, – говорил он, – творить без любви нельзя»[11]. В «Завещании», напечатанном в книге «Выбранные места из переписки с друзьями», Гоголь писал: «Соотечественники, я вас любил; любил тою любовью, которую не высказывают, которую мне дал Бог, за которую благодарю Его, как за лучшее благодеяние…» (8, 221). О глубокой искренности этих слов свидетельствует и составленная Гоголем молитва, которая содержится в его записной книжке 1846-1851 годов: «Боже, дай полюбить еще больше людей. Дай собрать в памяти своей все лучшее в них, припомнить ближе всех ближних и, вдохновившись силой любви, быть в силах изобразить. О, пусть же сама любовь будет мне вдохновеньем» (7, 381).

Эмилия Ковриго, сирота, воспитанница матери Гоголя, рассказывала, что в ее отроческие годы Николай Васильевич учил ее грамоте, и когда выучил, то первой книгой, которую она с ним прочитала, было Евангелие. «И эти уроки и беседы о любви к ближнему, – вспоминала она, – так глубоко запали в мою детскую душу, что никакие невзгоды жизни не могли бы поколебать во мне веры в истину христианской любви, о которой он мне с такой силой говорил и которая на каждом шагу осуществлялась в семье Гоголей»[12].

«Читай всякий день Новый Завет, – наставлял Гоголь сестру Ольгу в том же январском письме 1847 года, – и пусть это будет единственное твое чтение. Там все найдешь, как быть с людьми и как уметь помогать им. Особенно для этого хороши послания апостола Павла. Он всех наставляет и выводит на прямую дорогу, начиная от самых священников и пастырей Церкви до простых людей, всякого научает, как ему быть на своем месте и выполнить все свои обязанности в мире как в отношении к высшим, так и низшим» (13, 183).

И далее Гоголь советует читать апостольские послания с вниманием и рассуждением, как и учат святые отцы: «Читай не помногу: по одной главе в день весьма достаточно, если даже не меньше. Но, прочитавши, предайся размышлению и хорошенько обдумай прочитанное, чтобы не принять тебе в буквальном смысле то<го>, что должно быть принято в духовном смысле» (13, 183-184).

Послания святого апостола Павла не только повлияли на христианское миросозерцание Гоголя, но и самым непосредственным образом отразились в его творчестве. В принадлежавшей Гоголю Библии самое большее число помет и записей относится к апостольским посланиям Павла. Понятие «внутренний человек» становится центральным в творчестве Гоголя 1840-х годов. Это выражение восходит к словам святого апостола Павла: «…но аще и внешний наш человек тлеет, обаче внутренний обновляется по вся дни» (2 Кор. 4, 16). В своей Библии Гоголь против этого стиха написал: «Наш внешний человек тлеет, но внутренний обновляется»[13]. В «Выбранных местах из переписки с друзьями», говоря о поэзии Пушкина, Гоголь замечает: «На все, что ни есть во внутреннем человеке, начиная от его высокой и великой черты до малейшего вздоха его слабости и ничтожной приметы, его смутившей, он откликнулся так же, как откликнулся на все, что ни есть в природе видимой и внешней» (8, 380-381). В уцелевших главах второго тома «Мертвых душ» Тентетников лишился своего замечательного наставника, когда еще «не успел образовать<ся> и окрепнуть начинавший в нем строиться высокий внутренний человек…» (7, 22-23).

Произведения Гоголя буквально пронизаны новозаветными реминисценциями. Учитывая постоянную обращенность писателя к текстам как Евангелия, так и Апостола, нельзя не видеть, что проблема эта крайне важна при изучении его творческого наследия. В этом смысле пометы на принадлежавшей Гоголю Библии помогают лучше понять ход его мысли. Так, в «Авторской исповеди» Гоголь говорит о «великой истине слов апостола Павла, сказавшего, что весь человек есть ложь» (8, 433). Гоголь приводит слова святого апостола Павла из Послания к Римлянам (гл. 3, ст. 4)[14]. На полях своей Библии Гоголь против этих слов сделал помету: «Человек Ложь, Бог истинен»[15].

О значении Гоголя для истории русской литературы говорилось немало. Может быть, точнее других сказал об этом протоиерей Павел Светлов, профессор богословия Киевского университета Св. Владимира: «Мысль Гоголя о необходимости согласования всего строя нашей жизни с требованием Евангелия, так настойчиво высказанная им в нашей литературе в первый раз, явилась тем добрым семенем, которое выросло в пышный плод позднейшей русской литературы в ее лучшем и доминирующем этическом направлении. Призыв обществу к обновлению началами христианства, хранимого в Православной Церкви, был и остается великою заслугою Гоголя перед отечеством и делом великого мужества для его времени, чаявшего спасения в принципах европейской культуры»[16].

[1] Гоголь Н. В. Полн. собр. соч.: В 14 т. <Л.>: Изд-во АН СССР, 1937-1952. Т. 8 С. 278. Сочинения и письма Гоголя, кроме особо оговоренных случаев, цитируются по этому изданию. В дальнейшем ссылки на него даются в тексте с указанием тома и страницы.
[2] Гоголь Н. В. Собр. соч.: В 9 т. /Сост., подгот. текстов и коммент. В. А. Воропаева, И. А. Виноградова. М.: Русская книга, 1994. Т. 2 С. 467-468; 478.
[3] Преподобный Варсонофий Оптинский. Беседы. Келейные записки. Духовные стихотворения. Письма. «Венок на могилу Батюшки». Изд-во Свято-Введенской Оптиной Пустыни, 2005. С. 204-205.
[4] См.: Записки А. О. Смирновой (Из записных книжек 1826-1845 гг.). Ч. 2. СПб., 1895. С. 78.
[5] <Хитрово Е. А.> Гоголь в Одессе. 1850-1851 // Русский Архив. 1902. . 3. С. 553.
[6] Там же. 551.
[7] Сочинения епископа Игнатия Брянчанинова. СПб., 1886. Т. 1. /Репринтное издание. М., 1993. С. 106.
[8] Гоголь Н. В. Собр. соч.: В 9 т. Т. 6. С. 384.
[9] Из семейной хроники Гоголей (Мемуары Ольги Васильевны Гоголь-Головни). Киев, 1909. С. 55.
[10] Переписка Н. В. Гоголя с Н. Н. Шереметевой /Издание подготовили И. А. Виноградов, В. А. Воропаев. М., 2001. С. 225.
[11] <Хитрово Е. А.> Гоголь в Одессе. 1850-1851 // Русский Архив. 1902. . 3. С. 553.
[12] Ковриго Э. Личные воспоминания о Гоголе // Русское Слово. 1909. 20 марта. . 65.
[13] Виноградов И. А., Воропаев В. А. Карандашные пометы и записи Н. В. Гоголя в славянской Библии 1820 года издания // Евангельский текст в русской литературе ХVIII-ХХ веков. Вып. 2. Петрозаводск, 1998. С. 244.
[14] Ср. комментарий современного исследователя: «Возможно, имеются в виду не слова апостола Павла, а следующее место из «Псалтыри»: "Я сказал в опрометчивости моей: всякий человек ложь" (115, 2)» (Гоголь Н. В. Собр. соч.: В 8 т. Т. 7 /Примеч. Ю. В. Манна. М., 2001. С. 381.
[15] Виноградов И. А., Воропаев В. А. Карандашные пометы и записи Н. В. Гоголя в славянской Библии 1820 года издания С. 242.
[16] Светлов П. Я., прот., проф. Идея Царства Божия в ее значении для христианского миросозерцания (Богословско-апологетическое исследование). Свято-Троицкая Сергиева лавра, 1905. С. 232.


Источник: www.portal-slovo.ru.
       

ЦЕРКОВЬ ОДНА: ХОМЯКОВ И ГОГОЛЬ


Алексей Степанович Хомяков сегодня более известен как один из идейных вдохновителей славянофильства, как поэт и публицист. В наше время были изданы его поэтические произведения ("Библиотека поэта". Большая серия, Л., 1969) и критические статьи ("О старом и новом", М., 1988). Но с начала 1990-х годов начали переиздаваться и его историософские и – главное – богословские сочинения (Соч. в двух томах, М., 1994; Соч. богословские, СПБ., 1995). Ранее, в 1991 году, напечатана была "Церковь одна" (Литературная учеба, № 3). Это первое и наиболее яркое богословское произведение Хомякова. В сжатой, отточенной и образной форме он обосновывает учение о единстве и единственности Церкви. Трактат произвел в свое время большое впечатление на тех людей, кому Хомяков дал его прочесть под видом не своего, а как бы обнаруженного сочинения неизвестного православного автора прошлых времен.

Впервые "Церковь одна" была опубликована уже после смерти Хомякова, в 1864 году, в тринадцатом томе журнала "Православное Обозрение" (под названием "О Церкви. Из неизданных сочинений А. С. Хомякова"), по рукописи, предоставленной сыном философа Дмитрием Алексеевичем. В рукописи это произведение озаглавлено "Церковь одна"; под этим названием в дальнейшем оно и издавалось. Трактатом открывается второй том собрания сочинений Хомякова ("Сочинения богословские" – Прага, на титуле 1867-й, в действи¬тельности – 1868 год), изданного под редакцией ученика и друга Хомякова Юрия Федоровича Самарина – представителя младшего поколения славянофилов, публициста, литературного критика, историка и богослова. Здесь же появилось и второе название труда: "Опыт катехизического изложения учения о Церкви", уточняющее его характер. Самарин снабдил том предисловием (имеющим вполне самостоятельное значение), в котором с почти художественной силой и наглядностью раскрыл смысл богословских сочинений Хомякова. К распространению в России этот том постановлением Святейшего Синода был разрешен в 1879 году; и первое русское издание его (М., 1880) сопровождалось следующим примечанием: "…неопределенность и неточность встречающихся в нем некоторых выражений произошли от неполучения автором специально-богословского образования". Примечание сохранялось во всех последующих изданиях, включая последнее одиннадцатое (М., 1918). Однако имеются свидетельства, что трактат одобрен был святителем Филаретом, митрополитом Московским, а харьковский архиепископ Нектарий дал положительный отзыв о богословских сочинениях Хомякова.

В XX веке отдельным изданием "Церковь одна" выходила неоднократно. В 1926 году философ Лев Карсавин выпустил ее в Берлине со своим предисловием и примечаниями, в которые он включил обширные отрывки из других богословских произведений Хомякова, помогающих уяснению "Опыта..." В 1953 и 1975 годах "Церковь одна" была издана иждивением Братства Преп. Иова Почаевского в США – оба раза с предисловием Юрия Самарина к богословским сочинениям Хомякова. Однако эти издания в текстологическом отношении не могут считаться образцовыми, так как за основу текста в них было принято не издание Самарина (сделанное по рукописи), а последующие перепечатки в собраниях сочинений Хомякова с редакторскими исправлениями.

Неудовлетворительно в текстологическом отношении и издание 1994 года (Приложение к журналу "Вопросы философии", подготовка текста В. А. Кошелева, В. М. Лурье, Н. В. Серебренникова, А. В. Чернова). Источниками публикации стали две авторизованные копии: одна сделана рукою П. И. Бартенева, другая Ю. Ф. Самарина (обе хранятся в Государственном историческом музее в Москве). Поскольку рукопись Самарина отличается большей полнотой и точностью, она и положена в основу публикации текста. Разночтения приведены в комментариях. Но вот что любопытно. В обеих копиях пропущен текст Никео-Константинопольского символа [1].

В первых изданиях трактата (в "Православном Обозрении" и пражском) приводится текст Символа Веры, где использована грамматическая форма множественного числа, – в точном соответствии с деяниями первых четырех Вселенских соборов. В церковной практике с глубокой древности утвердилась форма единственного числа: "Верую…", "Исповедую…", "Чаю…". В собраниях сочинений Хомякова, начиная со второго издания 1880 года, Символ Веры приводится в церковно-канонической редакции. В этой редакции напечатан он и в издании 1994 года.

Вернемся теперь к истории создания трактата. В краткой преамбуле к нему Самарин писал: "Мы не можем определить в точности, к какому году относится этот опыт; но несомненно, что в сороковых годах он уже был написан. А. С. Хомяков долго держал его в портфеле, так что об нем не знал никто; впоследствии он возымел мысль перевести его на греческий язык и напечатать в Афинах, но это предположение не состоялось".

В этих словах Самарина по меньшей мере две неточности. Дело в том, что Хомяков первоначально выдавал свое произведение за найденную древнюю рукопись на греческом языке – которую он перевел на русский – и в этом качестве показывал ее многим и пытался опубликовать. Самарин не мог не знать об этом: именно к нему обращено письмо Хомякова 1846 года с просьбой содействовать публикации рукописи в Германии: "Покойный Д. А. Валуев (историк-славянофил и родственник Хомякова. – В. В.) нашел греческую рукопись (кем писанную, греком или другим каким православным, неизвестно), содержащую в себе изложение православного учения, и вез ее в чужие края с намерением напечатать, находя ее весьма примечательною. К ней приделал он маленькое предисловие по-латыни, и вся рукопись составила бы около двух печатных листов. Мы, то есть здешние друзья Валуева, желали бы исполнить его намерение и напечатать рукопись, которая в России может встретить цензурные затруднения, а в Германии может или принести пользу, или по крайней мере обратить на себя внимание".

Петр Бартенев, публикуя это письмо в издаваемом им "Русском Архиве" (1879, Кн. 3), сопроводил его следующим комментарием: "Эта греческая рукопись – мистификация. Дело шло об известном труде Хомякова, напечатанном во втором томе его сочинений под названием "Опыт катехизического изложения учения о Церкви". Впрочем, на рукописи стояло другое название: "Церковь одна". В секрет, кажется, был посвящен только один Валуев; вероятно, он же или кто-нибудь по его заказу перевел ее на греческий язык, с целью напечатать в Афинах или за границей. Она несколько времени ходила по рукам в Москве в рукописи с русским текстом, выдаваемым за перевод, и даже самые близкие друзья не знали настоящего автора. Говорят, покойный митрополит Филарет не дался в обман и, признав ее вполне замечательною, выразил, однако же, мнение, что она писана не греком и не лицом духовного звания, а светским (вероятно, по оригинальности некоторых мыслей и по своеобразию приемов, чуждых нашей официальной богословской школе). Впрочем, кажется, через год секрет раскрылся. Причина, почему Хомяков скрывал свое авторство, понятна: ему нужно было узнать мнение свободное от всякого предубеждения в пользу или против его имени, да и не хотелось в дело такого рода вмешивать невольные притязания личности".

Биограф Хомякова Владимир Завитневич предполагал, что Валуев не только был посвящен в "секрет", но до известной степени был даже инициатором написания трактата (как это было в другом случае, когда он запер Хомякова в комнате и унес с собой ключ, заставив его начать писание "Записок по всемирной истории"). Таким образом, "Церковь одна" датируется концом 1844 – началом 1845 года; во всяком случае, она написана не позднее конца 1845-го – Валуев умер в декабре этого года.

В греческом происхождении рукописи были, например, уверены друзья Хомякова – Николай Гоголь и Василий Жуковский. Это и не удивительно. Катехизис Хомякова от начала до конца настолько тонко и последовательно выдержан в стиле древней рукописи, что у читателя-знатока, даже убежденного в том, что это сочинение Хомякова (сомнений в этом не возникало ни у его младших современников – Самарина, Ивана Аксакова и других, ни у богословов XX столетия – В.Зеньковского, Г.Флоровского, И.Андреева), невольно закрадывалась мысль о существовании некоего оригинала. Искусная имитация Хомякова делает честь ему не только как автору-богослову, но и как стилисту-литератору.

Весной 1847 года Хомяков, захватив с собой рукопись, едет за границу. Встретившись в Эмсе с Жуковским и Гоголем, знакомит их с нею. План быстрого напечатания трактата не осуществился. По-видимому, на совете с Гоголем и Жуковским было решено, что рукопись нуждается в предисловии, которое Хомяков должен был написать по возвращении в Россию и переслать Жуковскому, – что он и исполнил. Жуковский получил рукопись в Бадене через князя Петра Андреевича Вяземского в конце 1847 года, но напечатать ее не сумел. По версии Завитневича, "Церковь одна" могла быть опубликована и произвести эффект только при условии перевода ее на один из европейских языков, – что представляло значительные трудности ввиду особого характера рукописи, написанной крайне лаконическим языком и требующей специальных богословских знаний. Хомяков же рассчитывал прежде всего на русского читателя; но в России "Церковь одна" в то время не могла быть напечатана из-за того, что написана светским лицом, – так что Хомяков оставил мысль о ее публикации. По-видимому, он пытался предпринять какие-то шаги через святителя Филарета, митрополита Московского, с которым часто общался в начале 1850-х годов по поводу своей известной переписки с англиканским богословом Пальмером, – но, очевидно, безуспешно. Впоследствии Хомяков писал Ивану Аксакову, что многие духовные лица, прочитавшие его "Исповедание" (как называл он свой трактат), "согласились, что оно вполне православно и только к тиснению неудобно или сомнительно". По этой же причине – чтобы избежать недоверия отечественной духовной цензуры – и Самарин издал богословские сочинения Хомякова не в России, а за границей.

При жизни Хомякова "Церковь одна" была оценена немногими. В числе их Гоголь, скорее всего так и не узнавший, что она написана Хомяковым и ценивший ее как святоотеческое творение. В августе 1847 года он извещал своего ближайшего друга графа Александра Петровича Толстого: "Хомяков, между прочим, привез с собой катехизис, отысканный им, на греческом языке в рукописи. Катехизис необыкновенно замечательный. Еще нигде не была доселе так отчетливо и ясно определена Церковь, ее границы, ее пределы".

К мнению Гоголя стоит отнестись с доверием: он был весьма начитан в святоотеческой литературе. Ныне известен большой сборник его выписок из творений святых отцов и учителей Церкви. После смерти Гоголя в его бумагах была найдена тетрадь, в которую он собственноручно переписал "Церковь одну"; это свидетельствует, что он ценил ее именно как православный катехизис. Данная рукопись подала повод к курьезной ошибке: сочинение было принято за гоголевское. 13 ноября 1895 года известный издатель Адольф Федорович Маркс писал биографу Гоголя Владимиру Шенроку (письмо хранится ныне в Российской государственной библиотеке): "Спешу препроводить на Ваше заключение вновь найденную оригинальную рукопись Гоголя под названием "Церковь одна", которую мне предложил приобрести Василий Яковлевич Головня, сын сестры Гоголя, Ольги Васильевны. По словам г. Головни, рукопись эта нигде не была напечатана и представляет большой интерес. Я не успел просмотреть ее, так как г. Головня приехал специально в Петербург, для продажи этой рукописи и требует ответа до четверга. За рукопись и право печатания он просит тысячу рублей. Рукопись и это письмо Вы получите завтра, во вторник. Будьте добры сейчас же рассмотреть ее и возвратить в тот же день и никак не позднее среды. Прошу также при возвращении рукописи сообщить мне, насколько она представляет интерес, стоимость ее по Вашему мнению и где можно бы поместить статью эту – в 6 или 7 томе".[2].

В перечне рукописей Гоголя, хранящихся в Московском Румянцевском музее, помещенном В.И.Шенроком в седьмом томе 10-го издания Сочинений Гоголя (СПб., 1896), значится и "Церковь одна". Местонахождение ее в настоящее время неизвестно.

В высокой оценке рукописи как святоотеческого творения Гоголь невольно сошелся с мнением своих современников – Ивана Аксакова и Юрия Самарина, знавших настоящего автора катехизиса и ставивших его, может быть, несколько преувеличенно, наравне с учителями Церкви. Иван Аксаков в 1860 году говорил о значении трудов Хомякова: "Мудрец с младенческой простотой души, аскет, постоянно озаренный святым веселием души, поэт, философ, пророк, учитель Церкви, Хомяков, как и в порядке вещей, был оценен при жизни очень немногими, но значение его будет расти с каждым годом. Его слово еще звучит, несется через современные поколения к поколениям грядущим..."

Юрий Самарин писал в предисловии ко второму тому сочинений Хомякова: "В былые времена тех, кто сослуживал православному миру такую службу, какую сослужил ему Хомяков, кому давалось логическим уяснением той или другой стороны церковного учения одержать для Церкви над тем или другим заблуждением решительную победу, тех называли учителями Церкви".

Религиозное мировоззрение Хомякова основывалось не только на глубоком знании святоотеческих писаний, но и на живой, горячей вере, на практической жизни в лоне Русской Православной Церкви. Об этой особенности единодушно свидетельствуют близко знавшие его. "Церковь была для него живым средоточием, из которого исходили и к которому возвращались все его помыслы; он стоял перед ее лицом и по ее закону творил над самим собою внутренний суд" (Юрий Самарин). "В нем поэт не мешал философу, и философ не смущал поэта; синтез веры и анализ науки уживались вместе, не нарушая прав друг друга; напротив, в безусловной, живой полноте своих прав, без борьбы и противоречия, но свободно и вполне примиренные. Он не только не боялся, но признавал обязанностью мужественного разума и мужественной веры спускаться в самые глубочайшие глубины скепсиса, и выносил оттуда свою веру во всей ее цельности и ясной, свободной, какой-то детской простоте" (Иван Аксаков).

Значение Хомякова состоит не только в том, что он, мирской человек, писатель, оказал значительную услугу Русской Православной Церкви в ее самоопределении перед лицом инославия; его работы являются целым этапом в развитии русской религиозной мысли, отсюда ведет свою родословную новая философско-богословская школа конца XIX – начала XX века.

Катехизический трактат Хомякова в нашу эпоху приобретает новое, сугубо современное звучание: он противостоит, с одной стороны, всем попыткам раскола Церкви; с другой – попыткам "соединения" якобы разделенных Церквей. На бесплодность как того, так и другого, указывает само название трактата: "Церковь одна". И если мы прибавляем к слову "Церковь" определение "Православная" – то лишь в силу существования в христианском мире отколовшихся от нее частей. По слову Хомякова: "Когда исчезнут ложные ученья, не нужно будет и имя Православия; ибо ложного Христианства не будет".
Примечания
1. Никео-Константинопольское исповедание (или Символ Веры) – краткое изложение христианской догматики, состоящее из двенадцати членов. Было составлено на Первом Вселенскос соборе в Никее в 325 году (первые семь членов) и дополнено на Втором Вселенском соборе в Константинополе в 381 году (последние пять членов).

2. НИОР РГБ. Ф. 419. Картон 1. Ед. хр. 25.

Источник: www.portal-slovo.ru.


 Карта сайта

Анонсы




Персоны

АВЕРИНЦЕВ АРАБОВ АРХАНГЕЛЬСКИЙ АСТАФЬЕВ АХМАТОВА АХМАДУЛИНА АДЕЛЬГЕЙМ АЛЛЕГРИ АЛЬБИНОНИ АЛЬФОНС АЛЛЕНОВА АКСАКОВ АРЦЫБУШЕВ АДРИАНА БУНИН БЕХТЕЕВ БИТОВ БОНДАРЧУК БОРОДИН БУЛГАКОВ БУТУСОВ БЕРЕСТОВ БРУКНЕР БРАМС БРУХ БЕЛОВ БЕРДЯЕВ БЕРНАНОС БЕРОЕВ БРЭГГ БУНДУР БАХ БЕТХОВЕН БОРОДИН БАТАЛОВ БИЗЕ БРЕГВАДЗЕ БУЗНИК БЛОХ БЕХТЕРЕВА БУОНИНСЕНЬЯ БРОДСКИЙ БАСИНСКИЙ БАТИЩЕВА БАРКЛИ БОРИСОВ БУЛЫГИН БОРОВИКОВСКИЙ БЫКОВ БУРОВ БАК ВАРЛАМОВ ВАСИЛЬЕВА ВОЛОШИН ВЯЗЕМСКИЙ ВАРЛЕЙ ВИВАЛЬДИ ВО ВОЗНЕСЕНСКАЯ ВИШНЕВСКАЯ ВОДОЛАЗКИН ВОЛОДИХИН ВЕРТИНСКАЯ ВУЙЧИЧ ГАЛИЧ ГЕЙЗЕНБЕРГ ГЕТМАНОВ ГИППИУС ГОГОЛЬ ГРАНИН ГУМИЛЁВ ГУСЬКОВ ГАЛЬЦЕВА ГОРОДОВА ГЛИНКА ГРАДОВА ГАЙДН ГРИГ ГУРЕЦКИЙ ГЕРМАН ГРИЛИХЕС ГОРДИН ГРЫМОВ ГУБАЙДУЛИНА ГОЛЬДШТЕЙН ГРЕЧКО ГОРБАНЕВСКАЯ ГОДИНЕР ГРЕБЕНЩИКОВ ДЮЖЕВ ДЕМЕНТЬЕВ ДЕСНИЦКИЙ ДОВЛАТОВ ДОСТОЕВСКИЙ ДРУЦЭ ДЕБЮССИ ДВОРЖАК ДОНН ДУНАЕВ ДАНИЛОВА ДЖОТТО ДЖЕССЕН ЖУКОВСКИЙ ЖИДКОВ ЖУРИНСКАЯ ЖИЛЛЕ ЖИВОВ ЗАЛОТУХА ЗОЛОТУССКИЙ ЗУБОВ ЗАНУССИ ЗВЯГИНЦЕВ ЗОЛОТОВ ИСКАНДЕР ИЛЬИН КАБАКОВ КИБИРОВ КИНЧЕВ КОЛЛИНЗ КОНЮХОВ КОПЕРНИК КУБЛАНОВСКИЙ КУРБАТОВ КУЧЕРСКАЯ КУШНЕР КАПЛАН КОРМУХИНА КУПЧЕНКО КОРЕЛЛИ КИРИЛЛОВА КОРЖАВИН КОРЧАК КОРОЛЕНКО КЬЕРКЕГОР КРАСНОВА ЛИПКИН ЛОПАТКИНА ЛЕВИТАНСКИЙ ЛУНГИН ЛЬЮИС ЛЕГОЙДА ЛИЕПА ЛЯДОВ ЛОСЕВ ЛИСТ ЛЕОНОВ МАЙКОВ МАКДОНАЛЬД МАКОВЕЦКИЙ МАКСИМОВ МАМОНОВ МАНДЕЛЬШТАМ МИРОНОВ МОТЫЛЬ МУРАВЬЕВА МОРИАК МАРТЫНОВ МЕНДЕЛЬСОН МАЛЕР МУСОРГСКИЙ МОЦАРТ МИХАЙЛОВ МЕРЗЛИКИН МАССНЕ МАХНАЧ МЕЛАМЕД МИЛЛЕР МОЖЕГОВ МАКАРСКИЙ МАРИЯ НАРЕКАЦИ НЕКРАСОВ НЕПОМНЯЩИЙ НИКОЛАЕВА НАДСОН НИКИТИН НИВА ОКУДЖАВА ОСИПОВ ОРЕХОВ ОСТРОУМОВА ОБОЛДИНА ОХАПКИН ПАНТЕЛЕЕВ ПАСКАЛЬ ПАСТЕР ПАСТЕРНАК ПИРОГОВ ПЛАНК ПОГУДИН ПОЛОНСКИЙ ПРОШКИН ПАВЛОВИЧ ПЕГИ ПЯРТ ПОЛЕНОВ ПЕРГОЛЕЗИ ПЁРСЕЛЛ ПАЛЕСТРИНА ПУЩАЕВ ПАВЛОВ ПЕТРАРКА ПЕВЦОВ ПАНЮШКИН ПЕТРЕНКО РАСПУТИН РЫБНИКОВ РАТУШИНСКАЯ РАЗУМОВСКИЙ РАХМАНИНОВ РАВЕЛЬ РАУШЕНБАХ РУБЛЕВ РЕВИЧ РУБЦОВ РАТНЕР РОСТРОПОВИЧ РОДНЯНСКАЯ СВИРИДОВ СЕДАКОВА СЛУЦКИЙ СОЛЖЕНИЦЫН СОЛОВЬЕВ СТЕБЛОВ СТУПКА СКАРЛАТТИ САРАСКИНА САРАСАТЕ СОЛОУХИН СТОГОВ СОКУРОВ СТРУВЕ СИКОРСКИЙ СУИНБЕРН САНАЕВ СИЛЬВЕСТРОВ СОНЬКИНА СИНЯЕВА СТЕПУН ТЮТЧЕВ ТУРОВЕРОВ ТАРКОВСКИЙ ТЕРАПИАНО ТРАУБЕРГ ТКАЧЕНКО ТИССО ТАВЕНЕР ТОЛКИН ТОЛСТОЙ ТУРГЕНЕВ ТАРКОВСКИЙ УЖАНКОВ УМИНСКИЙ ФУДЕЛЬ ФЕТ ФЕДОСЕЕВ ФИЛЛИПС ФРА ФИРСОВ ФАСТ ФЕДОТОВ ХОТИНЕНКО ХОМЯКОВ ХАМАТОВА ХУДИЕВ ХЕРСОНСКИЙ ХОРУЖИЙ ЦВЕТАЕВА ЦФАСМАН ЧАЛИКОВА ЧУРИКОВА ЧЕЙН ЧЕХОВ ЧЕСТЕРТОН ЧЕРНЯК ЧАВЧАВАДЗЕ ЧУХОНЦЕВ ЧАПНИН ЧАРСКАЯ ШЕВЧУК ШУБЕРТ ШУМАН ШМЕМАН ШНИТКЕ ШМИТТ ШМЕЛЕВ ШНОЛЬ ШПОЛЯНСКИЙ ШТАЙН ЭЛГАР ЭПШТЕЙН ЮРСКИЙ ЮДИНА ЯМЩИКОВ