О ПроектеАпологетикаНовый ЗаветЛитургияПроповедьГалереиМузыкальная коллекцияКонтакты

Алфавитный указатель:

АБВГ
ДЕЖЗ
ИКЛМ
НОПР
СТУФ
ХЦЧШ
ЩЭЮЯ


Все имена на сайте

Все имена на сайте

АВЕРИНЦЕВ Сергей Сергеевич
АДАМОВИЧ Георгий Викторович
АРАБОВ Юрий Николаевич
АРХАНГЕЛЬСКИЙ Александр Николаевич
АСТАФЬЕВ Виктор Петрович
АХМАТОВА Анна Андреевна
АХМАДУЛИНА Белла Ахатовна
АДЕЛЬГЕЙМ Павел Анатольевич (протоиерей)
АНТОНИЙ [Андрей Борисович Блум] (митрополит)
АЛЕШКОВСКИЙ Петр Маркович
АЛЛЕГРИ Грегорио
АЛЬБИНОНИ Томазо
АЛЬФОНС X Мудрый
АМВРОСИЙ Медиоланский
АФОНИНА Сайда Мунировна
АРОНЗОН Леонид Львович
АМИРЭДЖИБИ Чабуа Ираклиевич
АРТЕМЬЕВ Эдуард Николаевич
АЛДАШИН Михаил Владимирович
АНДЕРСЕН Ларисса Николаевна
АНДЕРСЕН Ханс Кристиан
АЛЛЕНОВА Ольга
АНФИЛОВ Глеб Иосафович
АПУХТИН Алексей Николаевич
АФАНАСЬЕВ Леонид Николаевич
АКСАКОВ Иван Сергеевич
АНУФРИЕВА Наталия Даниловна
АРЦЫБУШЕВ Алексей Петрович
АНСИМОВ Георгий Павлович
АДРИАНА (монахиня) [Наталия Владимировна Малышева]
АЛЬШАНСКАЯ Елена Леонидовна
АРХАНГЕЛЬСКАЯ Анна Валерьевна
АЛЕКСЕЕВ Анатолий Алексеевич
АРКАДЬЕВ Михаил Александрович
АЛЕКСАНДРОВ Кирилл Михайлович
АРБЕНИНА Диана Сергеевна
АРШАКЯН Лев (иерей)
АБЕЛЬ Карл Фридрих
АЛФЁРОВА Ксения Александровна
БАЛЬМОНТ Константин Дмитриевич
БУНИН Иван Алексеевич
БЕХТЕЕВ Сергей Сергеевич
БИТОВ Андрей Георгиевич
БОНДАРЧУК Алёна Сергеевна
БОРОДИН Леонид Иванович
БУЛГАКОВ Михаил Афанасьевич
БУТУСОВ Вячеслав Геннадьевич
БОНХЁФФЕР Дитрих
БЕРЕСТОВ Валентин Дмитриевич
БРУКНЕР Антон
БРАМС Иоганнес
БРУХ Макс
БЕЛОВ Алексей
БЕРДЯЕВ Николай Александрович
БЕРЕЗИН Владимир Александрович
БЕРНАНОС Жорж
БЕРОЕВ Егор Вадимович
БРЭГГ Уильям Генри
БУНДУР Олег Семёнович
БАЛАКИРЕВ Милий Алексеевич
БАХ Иоганн Себастьян
БЕТХОВЕН Людвиг ван
БОРОДИН Александр Порфирьевич
БАТАЛОВ Алексей Владимирович
БЕНЕВИЧ Григорий Исаакович
БИЗЕ Жорж
БРЕГВАДЗЕ Нани Георгиевна
БУЗНИК Михаил Христофорович
БОРИСОВ Александр Ильич (священник)
БЛОХ Карл
БУЛГАКОВ Артем
БЕГЛОВ Алексей Львович
БЕХТЕРЕВА Наталья Петровна
БЕРЯЗЕВ Владимир Алексееич
БУОНИНСЕНЬЯ Дуччо ди
БРОДСКИЙ Иосиф Александрович
БАКУЛИН Мирослав Юрьевич
БАСИНСКИЙ Павел Валерьевич
БУКСТЕХУДЕ Дитрих
БУЛГАКОВ Сергий Николаевич (священник)
БАТИЩЕВА Янина Генриховна
БИБЕР Генрих
БАРКЛИ Уильям
БЕРХИН Владимир
БОРИСОВ Николай Сергеевич
БУЛЫГИН Павел Петрович
БОРОВИКОВСКИЙ Александр Львович
БЫКОВ Дмитрий Львович
БАЛАЯН Елена Владимировна
БИККУЛОВА Алёна Алексеевна
БЕЛАНОВСКИЙ Юрий Сергеевич
БУРОВ Алексей Владимирович
БАХРЕВСКИЙ Владислав Анатольевич
БАШУТИН Борис Валерьевич
БЕРЕЗОВА Юлия
БАБЕНКО Алёна Олеговна
БУЦКО Юрий Маркович
БОЛДЫШЕВА Ирина Валентиновна
БАК Дмитрий Петрович
БЕЛЛ Роб
БИБИХИН Владимир Вениаминович
БАРТ Карл
БУДЯШЕК Ян
БАЙТОВ Николай Владимирович
БАТОВ Олег Анатольевич (протоиерей)
БЕНИНГ Симон
БАЛТРУШАЙТИС Юргис Казимирович
БЕЛЬСКИЙ Станислав
БЕЛОХВОСТОВА Юлия
БЕЖИН Леонид Евгеньевич
БИРЮКОВА Марина
БОЕВ Пётр Анатольевич (иерей)
БЫКОВ Василь Владимирович
ВАРЛАМОВ Алексей Николаевич
ВАСИЛЬЕВА Екатерина Сергеевна
ВОЛОШИН Максимилиан Александрович
ВЯЗЕМСКИЙ Юрий Павлович
ВАРЛЕЙ Наталья Владимировна
ВИВАЛЬДИ Антонио
ВО Ивлин
ВОРОПАЕВ Владимир Алексеевич
ВИСКОВ Антон Олегович
ВОЗНЕСЕНСКАЯ Юлия Николаевна
ВИШНЕВСКАЯ Галина Павловна
ВИЛЕНСКИЙ Семен Самуилович
ВАСИЛИЙ (епископ) [Владимир Михайлович Родзянко]
ВОЛКОВ Павел Владимирович
ВЕЙЛЬ Симона
ВОДОЛАЗКИН Евгений Германович
ВОЛОДИХИН Дмитрий Михайлович
ВЕЛИЧАНСКИЙ Александр Леонидович
ВОЛЧКОВ Сергей Валерьевич
ВАРСОНОФИЙ (архимандрит) [Павел Иванович Плиханков]
ВЕРТИНСКАЯ Анастасия Александровна
ВДОВИЧЕНКОВ Владимир Владимирович
ВАССА [Ларина] (инокиня)
ВИНОГРАДОВ Леонид
ВАСИН Вячеслав Георгиевич
ВАРАЕВ Максим Владимирович (священник)
ВИТАЛИ Джованни Баттиста
ВУЙЧИЧ Ник
ВОСКРЕСЕНСКИЙ Семен Николаевич
ВЕЛИКАНОВ Павел Иванович (протоиерей)
ВАСИЛЮК Фёдор Ефимович
ВИКТОРИЯ Томас Луис
ВАЙГЕЛЬ Валентин
ВАНЬЕ Жан
ВЛАДИМИРСКИЙ Леонид Викторович
ВЫРЫПАЕВ Иван Александрович
ВОЛФ Мирослав
ГОЛЕНИЩЕВ-КУТУЗОВ Арсений Аркадьевич
ГАЛАКТИОНОВА Вера Григорьевна
ГАЛИЧ Александр Аркадьевич
ГАЛКИН Борис Сергеевич
ГЕЙЗЕНБЕРГ Вернер
ГЕТМАНОВ Роман Николаевич
ГИППИУС Зинаида Николаевна
ГОБЗЕВА Ольга Фроловна [монахиня Ольга]
ГОГОЛЬ Николай Васильевич
ГРАНИН Даниил Александрович
ГУМИЛЁВ Николай Степанович
ГУСЬКОВ Алексей Геннадьевич
ГУРЦКАЯ Диана Гудаевна
ГАЛЬЦЕВА Рената Александровна
ГОРОДОВА Мария Александровна
ГАЛЬ Юрий Владимирович
ГЛИНКА Михаил Иванович
ГРАДОВА Екатерина Георгиевна
ГАЙДН Йозеф
ГЕНДЕЛЬ Георг Фридрих
ГЕРМАН Расслабленный
ГРИГ Эдвард
ГОРБОВСКИЙ Глеб Яковлевич
ГАЛУППИ Бальдассаре
ГЛЮК Кристоф
ГУРЕЦКИЙ Хенрик Миколай
ГУМАНОВА Ольга
ГЕРМАН Анна
ГРИЛИХЕС Леонид (священник)
ГРААФ Фредерика(Мария) де
ГОРДИН Яков Аркадьевич
ГЛИНКА Елизавета Петровна (Доктор Лиза)
ГУРБОЛИКОВ Владимир Александрович
ГРИЦ Илья Яковлевич
ГРЫМОВ Юрий Вячеславович
ГОРИЧЕВА Татьяна Михайловна
ГВАРДИНИ Романо
ГУБАЙДУЛИНА София Асгатовна
ГОЛЬДШТЕЙН Дмитрий Витальевич
ГОРЮШКИН-СОРОКОПУДОВ Иван Силыч
ГРЕЧКО Георгий Михайлович
ГРИМБЛИТ Татьяна Николаевна
ГОРБАНЕВСКАЯ Наталья Евгеньевна
ГРИБ Андрей Анатольевич
ГОЛОВКОВА Лидия Алексеевна
ГАСЛОВ Игорь Владимирович
ГОДИНЕР Анна Вацлавовна
ГЕРЦЫК Аделаида Казимировна
ГНЕЗДИЛОВ Андрей Владимирович
ГУТНЕР Григорий Борисович
ГАРКАВИ Дмитрий Валентинович
ГОРОДЕЦКАЯ Надежда Даниловна
ГУПАЛО Георгий Михайлович
ГЕ Николай Николаевич
ГАЛИК Либор Серафим (священник)
ГЕЗАЛОВ Александр Самедович
ГЕНИСАРЕТСКИЙ Олег Игоревич
ГЕОРГИЙ [Жорж Ходр] (митрополит)
ГИППЕНРЕЙТЕР Юлия Борисовна
ГРЕБЕНЩИКОВ Борис Борисович
ГРАММАТИКОВ Владимир Александрович
ГУЛЯЕВ Георгий Анатольевич (протоиерей)
ГУМЕРОВА Анна Леонидовна
ГОРОДНИЦКИЙ Александр Моисеевич
ГИОРГОБИАНИ Давид
ГОЛЬЦМАН Ян Янович
ГАНДЛЕВСКИЙ Сергей Маркович
ГЕНИЕВА Екатерина Юрьевна
ГЛУХОВСКИЙ Дмитрий Алексеевич
ГРУНИН Юрий Васильевич
ДЮЖЕВ Дмитрий Петрович
ДОРЕ Гюстав
ДЕМЕНТЬЕВ Андрей Дмитриевич
ДЕСНИЦКИЙ Андрей Сергеевич
ДОВЛАТОВ Сергей Донатович
ДОСТОЕВСКИЙ Фёдор Михайлович
ДРУЦЭ Ион
ДИКИНСОН Эмили
ДЕБЮССИ Клод
ДВОРЖАК Антонин
ДАРГОМЫЖСКИЙ Александр Сергеевич
ДОНН Джон
ДВОРКИН Александр Леонидович
ДУНАЕВ Михаил Михайлович
ДАНИЛОВА Анна Александровна
ДЖОТТО ди Бондоне
ДИОДОРОВ Борис Аркадьевич
ДЬЯЧКОВ Александр Андреевич
ДЖЕССЕН Джианна
ДЖАБРАИЛОВА Мадлен Расмиевна
ДРОЗДОВ Николай Николаевич
ДАНИЛОВ Дмитрий Алексеевич
ДИМИТРИЙ (иеромонах) [Михаил Сергеевич Першин]
ДИККЕНС Чарльз
ДОРОНИНА Татьяна Васильевна
ДЕНИСОВ Эдисон Васильевич
ДАНИЛОВ Анатолий Евгеньевич
ДАНИЛОВА Юлия
ДОРМАН Елена Юрьевна
ДРАГУНСКИЙ Денис Викторович
ДУДЧЕНКО Андрей (протоиерей)
ДЕГЕН Ион Лазаревич
ЕСАУЛОВ Иван Андреевич
ЕМЕЛЬЯНЕНКО Федор Владимирович
ЕЛЬЧАНИНОВ Александр Викторович (священник)
ЕГЕРШТЕТТЕР Франц
ЖИРМУНСКАЯ Тамара Александровна
ЖУКОВСКИЙ Василий Андреевич
ЖИДКОВ Юрий Борисович
ЖУРИНСКАЯ Марина Андреевна
ЖИЛЬСОН Этьен Анри
ЖИЛЛЕ Лев (архимандрит)
ЖИВОВ Виктор Маркович
ЖАДОВСКАЯ Юлия Валериановна
ЖИГУЛИН Анатолий Владимирович
ЖЕЛЯБИН-НЕЖИНСКИЙ Олег
ЖИРАР Рене
ЗАЛОТУХА Валерий Александрович
ЗОЛОТУССКИЙ Игорь Петрович
ЗУБОВ Андрей Борисович
ЗАНУССИ Кшиштоф
ЗВЯГИНЦЕВ Андрей Петрович
ЗАХАРОВ Марк Анатольевич
ЗОРИН Александр Иванович
ЗАХАРЧЕНКО Виктор Гаврилович
ЗЕЛИНСКАЯ Елена Константиновна
ЗАБОЛОЦКИЙ Николай Алексеевич
ЗОЛОТОВ Андрей
ЗОЛОТОВ Андрей Андреевич
ЗАБЕЖИНСКИЙ Илья Аронович
ЗАЙЦЕВ Андрей
ЗОЛОТУХИН Денис Валерьевич (священник)
ЗАЙЦЕВА Татьяна
ЗОЛЛИ Исраэль
ЗЕЛИНСКИЙ Владимир Корнелиевич (протоиерей)
ЗОБИН Григорий Соломонович
ИВАНОВ Вячеслав Иванович
ИСКАНДЕР Фазиль Абдулович
ИВАНОВ Георгий Владимирович
ИЛЬИН Владимир Адольфович
ИГНАТОВА Елена Алексеевна
ИЛАРИОН (митрополит) [Григорий Валериевич Алфеев]
ИАННУАРИЙ (архимандрит) [Дмитрий Яковлевич Ивлев]
ИЛЬЯШЕНКО Александр Сергеевич (священник)
ИЛЬИН Иван Александрович
ИЛЬКАЕВ Радий Иванович
ИВАНОВ Вячеслав Всеволодович
КОНАЧЕВА Светлана Александровна
КАБАКОВ Александр Абрамович
КАБЫШ Инна Александровна
КАРАХАН Лев Маратович
КИБИРОВ Тимур Юрьевич
КИНЧЕВ Константин Евгеньевич
КОЗЛОВ Иван Иванович
КОЛЛИНЗ Френсис Селлерс
КОНЮХОВ Фёдор Филлипович (диакон)
КОПЕРНИК Николай
КУБЛАНОВСКИЙ Юрий Михайлович
КУРБАТОВ Валентин Яковлевич
КУСТУРИЦА Эмир
КУЧЕРСКАЯ Майя Александровна
КУШНЕР Александр Семенович
КАПЛАН Виталий Маркович
КУРАЕВ Андрей Вячеславович (протодиакон)
КОРМУХИНА Ольга Борисовна
КУХИНКЕ Норберт
КУПЧЕНКО Ирина Петровна
КЛОДЕЛЬ Поль
КОЗЛОВ Максим Евгеньевич (священник)
КАЛИННИКОВ Василий Сергеевич
КОРЕЛЛИ Арканджело
КАРОЛЬСФЕЛЬД Юлиус
КИРИЛЛОВА Ксения
КЕКОВА Светлана Васильевна
КОРЖАВИН Наум Моисеевич
КРЮЧКОВ Павел Михайлович
КРУГЛОВ Сергий Геннадьевич (священник)
КРАВЦОВ Константин Павлович (священник)
КНАЙФЕЛЬ Александр Аронович
КИКТЕНКО Вячеслав Вячеславович
КУРЕНТЗИС Теодор
КЫРЛЕЖЕВ Александр Иванович
КОШЕЛЕВ Николай Андреевич
КЮИ Цезарь Антонович
КОРЧАК Януш
КЛОДТ Евгений Георгиевич
КРАСНИКОВА Ольга Михайловна
КОРОЛЕНКО Псой
КЬЕРКЕГОР Серен
КОВАЛЬДЖИ Владимир
КОВАЛЬДЖИ Кирилл Владимирович
КОРИНФСКИЙ Аполлон Аполлонович
КЮХЕЛЬБЕКЕР Вильгельм Карлович
КОЗЛОВСКИЙ Иван Семёнович
КАРПОВ Сергей Павлович
КАМБУРОВА Елена Антоновна
КРАСИЛЬНИКОВ Сергей Александрович
КОПЕЙКИН Кирилл (протоиерей)
КАЛЕДА Кирилл Глебович (протоиерей)
КРАСНОВА Татьяна Викторовна
КРИВОШЕИНА Ксения Игоревна
КОТОВ Андрей Николаевич
КОРНОУХОВ Александр Давыдович
КЛЮКИНА Ольга Петровна
КАССИЯ
КРАВЕЦ Сергей Леонидович
КАЗАРНОВСКАЯ Любовь Юрьевна
КРАВЕЦКИЙ Александр Геннадьевич
КРИВУЛИН Виктор Борисович
КОСТЮКОВ Леонид Владимирович
КЛЕМАН Оливье
КУКИН Михаил Юрьевич
КОНАНОС Андрей (архимандрит)
КИРИЛЛОВ Игорь Леонидович
КАЛЛИСТ [Тимоти Уэр ] (митрополит)
КРИВОШЕИН Никита Игоревич
КИТНИС Тимофей
КИНДИНОВ Евгений Арсеньевич
КЛИМОВ Дмирий (протоиерей)
КОЗЫРЕВ Алексей Павлович
КУПРИЯНОВ Борис Леонидович (протоиерей)
КОКИН Илья Анатольевич (диакон)
КНЯЗЕВ Евгений Владимирович
КРАПИВИН Владислав Петрович
КЕННЕТ Клаус
КОЛОНИЦКИЙ Борис Иванович
ЛИЕПА Илзе
ЛИПКИН Семён Израилевич
ЛЮБОЕВИЧ Дивна
ЛОПАТКИНА Ульяна Вячеславовна
ЛОШИЦ Юрий Михайлович
ЛЕВИТАНСКИЙ Юрий Давыдович
ЛЕРМОНТОВ Михаил Юрьевич
ЛУНГИН Павел Семенович
ЛЬЮИС Клайв Стейплз
ЛУКЬЯНОВА Ирина Владимировна
ЛИСНЯНСКАЯ Инна Львовна
ЛЕГОЙДА Владимир Романович
ЛЮБИМОВ Илья Петрович
ЛОКАТЕЛЛИ Пьетро
ЛЮБАК Анри де
ЛАЛО Эдуар
ЛЕОНОВ Андрей Евгеньевич
ЛОСЕВА Наталья Геннадьевна
ЛИЕПА Андрис Марисович
ЛЯДОВ Анатолий Константинович
ЛАРШЕ Жан-Клод
ЛОСЕВ Алексей Федорович
ЛИСТ Ференц
ЛЮЛЛИ Жан-Батист
ЛЕГА Виктор Петрович
ЛОБАНОВ Валерий Витальевич
ЛЮБИМОВ Борис Николаевич
ЛЕВШЕНКО Борис Трифонович (священник)
ЛОРГУС Андрей Вадимович (священник)
ЛАССО Орландо
ЛЮБИЧ Кьяра
ЛУЧЕНКО Ксения Валерьевна
ЛЮБШИН Станислав Андреевич
ЛЕОНОВ Евгений Павлович
ЛАВЛЕНЦЕВ Игорь Вячеславович
ЛЮДОГОВСКИЙ Феодор (иерей)
ЛЮБИМОВ Григорий Александрович
ЛАВРОВ Владимир Михайлович
ЛЕОНОВИЧ Владимир Николаевич
ЛОПУШАНСКИЙ Константин Сергеевич
ЛИТВИНОВ Александр Михайлович
ЛУЧКО Клара Степановна
ЛАВДАНСКИЙ Александр Александрович
ЛОБЬЕ де Патрик
ЛАШКОВА Вера Иосифовна
ЛИПОВКИНА Татьяна
ЛОРЕНЦЕТТИ Амброджо
ЛОТТИ Антонио
ЛУКИН Павел Владимирович
ЛАШИН Емилиан Владимирович
МАЙКОВ Апполон Николаевич
МАКДОНАЛЬД Джордж
МАКОВЕЦКИЙ Сергей Васильевич
МАКОВСКИЙ Сергей Константинович
МАКСИМОВ Андрей Маркович
МАМОНОВ Пётр Николаевич
МАНДЕЛЬШТАМ Осип Эмильевич
МИНИН Владимир Николаевич
МИРОНОВ Евгений Витальевич
МОТЫЛЬ Владимир Яковлевич
МУРАВЬЕВА Ирина Вадимовна
МИЛЛИКЕН Роберт Эндрюс
МЮРРЕЙ Джозеф Эдвард
МАРКОНИ Гульельмо
МАТОРИН Владимир Анатольевич
МЕДУШЕВСКИЙ Вячеслав Вячеславович
МОРИАК Франсуа
МАРТЫНОВ Владимир Иванович
МЕНДЕЛЬСОН Феликс
МИРОНОВА Мария Андреевна
МАЛЕР Густав
МУСОРГСКИЙ Модест Петрович
МОЦАРТ Вольфганг Амадей
МАНФРЕДИНИ Франческо Онофрио
МИХАЙЛОВА Марина Валентиновна
МЕНЬ Александр (протоиерей)
МИХАЙЛОВ Александр Николаевич
МЕРЗЛИКИН Андрей Ильич
МАССНЕ Жюль
МАРЧЕЛЛО Алессандро
МАКИН Андрей Сергеевич
МАШО Гийом де
МАХНАЧ Владимир Леонидович
МАШЕГОВ Алексей
МЕРКЕЛЬ Ангела
МЕЛАМЕД Игорь Сунерович
МОНТИ Витторио
МИЛЛЕР Лариса Емельяновна
МОЖЕГОВ Владимир
МАКАРСКИЙ Антон Александрович
МАКАРИЙ (иеромонах) [Марк Симонович Маркиш]
МИТРОФАНОВ Георгий Николаевич (священник)
МОЩЕНКО Владимир Николаевич
МОГУТИН Юрий Николаевич
МИНДАДЗЕ Александр Анатольевич
МЕЛЬНИКОВА Анастасия Рюриковна
МИКИТА Андрей Иштванович
МАТВИЕНКО Игорь Игоревич
МЕЖЕНИНА Лариса Николаевна
МАРИЯ (монахиня) [Елизавета Юрьевна Пиленко]
МИРСКИЙ Георгий Ильич
МАЛАХОВА Лилия
МАРКИНА Надежда Константиновна
МОЛЧАНОВ Владимир Кириллович
МАГГЕРИДЖ Малькольм
МЕЛЛО Альберто
МОРОЗОВ Александр Олегович
МАКНОТОН Джон
МЕЕРСОН Ольга
МЕЕРСОН-АКСЕНОВ Михаил Георгиевич (протоиерей)
МИТРОФАНОВА Алла Сергеевна
МЕНЬШОВА Юлия Владимировна
МАЗЫРИН Александр (иерей)
МУРАВЬЁВ Алексей Владимирович
МАЛЬЦЕВА Надежда Елизаровна
МАГИД Сергей Яковлевич
МАРЕ Марен
МИРОНЕНКО Сергей Владимирович
НАРЕКАЦИ Григор
НЕКРАСОВ Николай Алексеевич
НЕПОМНЯЩИЙ Валентин Семенович
НИКОЛАЕВ Юрий Александрович
НИКОЛАЕВА Олеся Александровна
НЬЮТОН Исаак
НИКОЛАЙ [ Никола Велимирович ] (епископ)
НОРШТЕЙН Юрий Борисович
НЕГАТУРОВ Вадим Витальевич
НЕСТЕРЕНКО Евгений Евгеньевич
НОВИКОВ Денис Геннадьевич
НЕЖДАНОВ Владимир Васильевич (священник)
НЕСТЕРЕНКО Василий Игоревич
НЕКТАРИЙ (игумен) [Родион Сергеевич Морозов]
НАДСОН Семён Яковлевич
НИКИТИН Иван Саввич
НИКОЛАЙ [Николай Хаджиниколау] (митрополит)
НАЗАРОВ Александр Владимирович
НИВА Жорж
НИШНИАНИДЗЕ Шота Георгиевич
НИКУЛИН Николай Николаевич
ОКУДЖАВА Булат Шалвович
ОСИПОВ Алексей Ильич
ОРЕХОВ Дмитрий Сергеевич
ОРЛОВА Василина Александровна
ОСТРОУМОВА Ольга Михайловна
ОЦУП Николай Авдеевич
ОГОРОДНИКОВ Александр Иоильевич
ОБОЛДИНА Инга Петровна
ОХАПКИН Олег Александрович
ОРЕХАНОВ Георгий Леонидович (протоиерей)
ПАНТЕЛЕЕВ Леонид
ПАСКАЛЬ Блез
ПАСТЕР Луи
ПАСТЕРНАК Борис Леонидович
ПИРОГОВ Николай Иванович
ПЛАНК Макс
ПЛЕЩЕЕВ Алексей Николаевич
ПОГУДИН Олег Евгеньевич
ПОЛОНСКИЙ Яков Петрович
ПОЛЯКОВА Надежда Михайловна
ПОЛЯНСКАЯ Екатерина Владимировна
ПРОШКИН Александр Анатольевич
ПУШКИН Александр Сергеевич
ПАВЛОВИЧ Надежда Александровна
ПЕГИ Шарль
ПРОКОФЬЕВА Софья Леонидовна
ПЕТРОВА Татьяна Юрьевна
ПЯРТ Арво
ПОЛЕНОВ Василий Дмитриевич
ПЕРГОЛЕЗИ Джованни
ПЁРСЕЛЛ Генри
ПАЛЕСТРИНА Джованни Пьерлуиджи
ПЕТР (игумен) [Валентин Андреевич Мещеринов]
ПУЩАЕВ Юрий Владимирович
ПУЗАКОВ Алексей Александрович
ПАВЛОВ Олег Олегович
ПРОСКУРИНА Светлана Николаевна
ПАНИЧ Светлана Михайловна
ПЕЛИКАН Ярослав
ПОЛИКАНИНА Валентина Петровна
ПЬЕЦУХ Вячеслав Алексеевич
ПЕТРАРКА Франческо
ПУСТОВАЯ Валерия Ефимовна
ПЕВЦОВ Дмитрий Анатольевич
ПАНЮШКИН Валерий Валерьевич
ПОЗДНЯЕВА Кира
ПИВОВАРОВ Юрий Сергеевич
ПОРОШИНА Мария Михайловна
ПЕТРЕНКО Алексей Васильевич
ПАРРАВИЧИНИ Эльвира
ПРЕЛОВСКИЙ Анатолий Васильевич
ПАНТЕЛЕИМОН [Аркадий Викторович Шатов] (епископ)
ПРЕКУП Игорь (священник)
ПЕТРАНОВСКАЯ Людмила Владимировна
ПОДОБЕДОВА Ольга Ильинична
ПОПОВА Ольга Сигизмундовна
ПАРФЕНОВ Филипп (священник)
ПЛОТКИНА Алла Григорьевна
ПАРХОМЕНКО Сергей Борисович
ПАЗЕНКО Егор Станиславович
ПРОХОРОВА Ирина Дмитриевна
ПАГЫН Сергей Анатольевич
РАСПУТИН Валентин Григорьевич
РОМАНОВ Константин Константинович (КР)
РЫБНИКОВ Алексей Львович
РАТУШИНСКАЯ Ирина Борисовна
РОСС Рональд
РАНЦАНЕ Анна
РАЗУМОВСКИЙ Феликс Вельевич
РАХМАНИНОВ Сергей Васильевич
РАВЕЛЬ Морис
РАУШЕНБАХ Борис Викторович
РУБЛЕВ Андрей
РИМСКИЙ-КОРСАКОВ Николай Андреевич
РЕВИЧ Александр Михайлович
РУБЦОВ Николай Михайлович
РАТНЕР Лилия Николаевна
РОСТРОПОВИЧ Мстислав Леопольдович
РОГИНСКИЙ Арсений Борисович
РОЗЕНБЛЮМ Константин Витольд
РЕШЕТОВ Алексей Леонидович
РОГОВЦЕВА Ада Николаевна
РЫЖЕНКО Павел Викторович
РОДНЯНСКАЯ Ирина Бенционовна
РИЛЬКЕ Райнер Мария
РОШЕ Константин Константинович
РАКИТИН Александр Анатольевич
РОМАНЕНКО Татьяна Анатольевна
РЯШЕНЦЕВ Юрий Евгеньевич
РАЗУМОВ Анатолий Яковлевич
РУЛИНСКИЙ Василий Васильевич
СВИРИДОВ Георгий Васильевич
СЕДАКОВА Ольга Александровна
СЛУЦКИЙ Борис Абрамович
СМОКТУНОВСКИЙ Иннокентий Михайлович
СОЛЖЕНИЦЫН Александрович Исаевич
СОЛОВЬЕВ Владимир Сергеевич
СОЛОДОВНИКОВ Александр Александрович
СТЕБЛОВ Евгений Юрьевич
СТУПКА Богдан Сильвестрович
СОКОЛОВ-МИТРИЧ Дмитрий Владимирович
СМОЛЛИ Ричард
СЭЙЕРС Дороти
СМОЛЬЯНИНОВА Евгения Валерьевна
СТЕПАНОВ Юрий Константинович
СИМОНОВ Константин Михайлович
СМОЛЬЯНИНОВ Артур Сергеевич
СЕДОВ Константин Сергеевич
СОПРОВСКИЙ Александр Александрович
СКАРЛАТТИ Алессандро
САРАСКИНА Людмила Ивановна
САМОЙЛОВ Давид Самуилович
САРАСАТЕ Пабло
СТРАДЕЛЛА Алессандро
СУРОВА Людмила Васильевна
СЛУЧЕВСКИЙ Николай Владимирович
СОКОЛОВ Александр Михайлович
СОЛОУХИН Владимир Алексеевич
СТОГОВ Илья Юрьевич
СЕН-САНС Камиль
СОКУРОВ Александр Николаевич
СТРУВЕ Никита Алексеевич
СОЛЖЕНИЦЫН Игнат Александрович
СИКОРСКИЙ Игорь Иванович
СУИНБЕРН Ричард
САВВА (Мажуко) архимандрит
САНАЕВ Павел Владимирович
СИЛЬВЕСТРОВ Валентин Васильевич
СТЕФАНОВИЧ Николай Владимирович
СОНЬКИНА Анна Александровна
СИНЯЕВА Ольга
СОЛОНИЦЫН Алексей Алексеевич
САЛИМОН Владимир Иванович
СВЕТОЗАРСКИЙ Алексей Константинович
СКУРАТ Константин Ефимович
СВЕШНИКОВА Мария Владиславовна
СЕНЬЧУКОВА Мария Сергеевна [ инокиня Евгения ]
СЕЛЕЗНЁВ Михаил Георгиевич
САВЧЕНКО Николай (священник)
СПИВАКОВСКИЙ Павел Евсеевич
САДОВНИКОВА Елена Юрьевна
СЕН-ЖОРЖ Жозеф
СУДАРИКОВ Виктор Андреевич
САММАРТИНИ Джованни Баттиста
САНДЕРС Скип и Гвен
СКВОРЦОВ Ярослав Львович
СТЕПАНОВА Мария Михайловна
САРАБЬЯНОВ Владимир Дмитриевич
СЛАДКОВ Дмитрий Владимирович
СТОРОЖЕВА Вера Михайловна
СИГОВ Константин Борисович
СТЕПУН Фёдор Августович
СЕНДЕРОВ Валерий Анатольевич
СВЕЛИНК Ян
СТЕРЖАКОВ Владимир Александрович
СТРУКОВА Алиса
СУХИХ Игорь Николаевич
ТЮТЧЕВ Фёдор Иванович
ТУРОВЕРОВ Николай Николаевич
ТАРКОВСКИЙ Михаил Александрович
ТЕРАПИАНО Юрий Константинович
ТОНУНЦ Елена Константиновна
ТРАУБЕРГ Наталья Леонидовна
ТАУНС Чарльз
ТОКМАКОВ Лев Алексеевич
ТКАЧЕНКО Александр
ТЕУНИКОВА Юлия Александровна
ТАРТИНИ Джузеппе
ТИССО Джеймс
ТРОШИН Валерий Владимирович
ТАХО-ГОДИ Аза (Наталья) Алибековна
ТАВЕНЕР Джон
ТОЛКИН Джон Рональд Руэл
ТРАНСТРЁМЕР Тумас
ТАРИВЕРДИЕВ Микаэл Леонович
ТЕПЛИЦКИЙ Виктор (протоиерей)
ТРОСТНИКОВА Елена Викторовна
ТОЛСТОЙ Алексей Константинович
ТУРГЕНЕВ Иван Сергеевич
ТЕПЛЯКОВ Виктор Григорьевич
ТИМОФЕЕВ Александр (священник)
ТИРИ Жан-Франсуа
ТАРКОВСКИЙ Арсений Александрович
ТЕЙЛОР Чарльз
ТАРАСОВ Аркадий Евгеньевич
ТЕРСТЕГЕН Герхард
ТАЛАШКО Владимир Дмитриевич
ТУРОВА Варвара
УЖАНКОВ Александр Николаевич
УОЛД Джордж
УМИНСКИЙ Алексей (священник)
УСПЕНСКИЙ Михаил Глебович
УЗЛАНЕР Дмитрий
УГЛОВ Николай Владимирович
УСПЕНСКИЙ Федор Борисович
УЛИЦКАЯ Людмила Евгеньевна
ФУДЕЛЬ Сергей Иосифович
ФЕТ Афанасий Афанасьевич
ФЕДОСЕЕВ Владимир Иванович
ФИЛЛИПС Уильям
ФРА БЕАТО АНДЖЕЛИКО
ФРАНК Семён Людвигович
ФИРСОВ Сергей Львович
ФЕСТЮЖЬЕР Андре-Жан
ФАСТ Геннадий (священник)
ФОРЕСТ Джим
ФЕОДОРИТ (иеродиакон) [Сергей Валентинович Сеньчуков]
ФОФАНОВ Константин Михайлович
ФЕДОТОВ Георгий Петрович
ФРАНКЛ Виктор
ФЛАМ Людмила Сергеевна
ФЛОРОВСКИЙ Георгий Васильевич (протоиерей)
ФОМИН Игорь (протоиерей)
ФИЛАТОВ Леонид Алексеевич
ФЕДЕРМЕССЕР Анна Константиновна
ХОТИНЕНКО Владимир Иванович
ХОМЯКОВ Алексей Степанович
ХОДАСЕВИЧ Владислав Фелицианович
ХАМАТОВА Чулпан Наилевна
ХАБЬЯНОВИЧ-ДЖУРОВИЧ Лиляна
ХУДИЕВ Сергей Львович
ХЕРСОНСКИЙ Борис Григорьевич
ХИЛЬДЕГАРДА Бингенская
ХОРУЖИЙ Сергей Сергеевич
ХЛЕБНИКОВ Олег Никитьевич
ХЕТАГУРОВ Коста Леванович
ХОРИНЯК Алевтина Петровна
ХЛЕВНЮК Олег Витальевич
ХИЛЛМАН Кристофер
ХОПКО Фома Иванович (протопресвитер)
ЦИПКО Александр Сергеевич
ЦВЕТАЕВА Анастасия Ивановна
ЦФАСМАН Михаил Анатольевич
ЦВЕЛИК Алексей Михайлович
ЦЫПИН Владислав Александрович (протоиерей)
ЧАЛИКОВА Галина Владленовна
ЧУРИКОВА Инна Михайловна
ЧЕРЕНКОВ Федор Федорович
ЧЕЙН Эрнст
ЧАЙКОВСКАЯ Елена Анатольевна
ЧЕХОВ Антон Павлович
ЧЕСТЕРТОН Гилберт
ЧЕРНЯК Андрей Иосифович
ЧЕРНИКОВА Татьяна Васильевна
ЧИЧИБАБИН Борис Алексеевич
ЧИСТЯКОВ Георгий Петрович (священник)
ЧЕРКАСОВА Елена Игоревна
ЧАВЧАВАДЗЕ Елена Николаевна
ЧУХОНЦЕВ Олег Григорьевич
ЧАВЧАВАДЗЕ Зураб Михайлович
ЧАПНИН Сергей Валерьевич
ЧАРСКАЯ Лидия Алексеевна
ЧЕРНЫХ Наталия Борисовна
ЧИМАБУЭ Ченни ди Пепо
ЧУКОВСКАЯ Елена Цезаревна
ЧЕЙГИН Петр Николаевич
ШЕМЯКИН Михаил Михайлович
ШЕВЧУК Юрий Юлианович
ШАНГИН Никита Генович
ШИРАЛИ Виктор Гейдарович
ШАВЛОВ Артур
ШЕВАРОВ Дмитрий Геннадьевич
ШУБЕРТ Франц
ШУМАН Роберт
ШМЕМАН Александр Дмитриевич (священник)
ШНИТКЕ Альфред Гарриевич
ШМИТТ Эрик-Эммануэль
ШАТАЛОВА Соня
ШАГИН Дмитрий Владимирович
ШУЛЬЧЕВА-ДЖАРМАН Ольга Александровна
ШТЕЙН Ася Владимировна
ШМЕЛЕВ Иван Сергеевич
ШНОЛЬ Дмитрий Эммануилович
ШАЦКОВ Андрей Владиславович
ШЕСТИНСКИЙ Олег Николаевич
ШВАРЦ Елена Андреевна
ШИК Елизавета Михайловна
ШИЛОВА Ольга
ШПОЛЯНСКИЙ Михаил (протоиерей)
ШМАИНА-ВЕЛИКАНОВА Анна Ильинична
ШВЕД Дмитрий Иванович
ШЛЯХТИН Роман
ШМИДТ Вильям Владимирович
ШТАЙН Эдит
ШОСТАКОВИЧ Дмитрий Дмитриевич
ШМЕЛЁВ Алексей Дмитриевич
ШНУРОВ Константин Сергеевич
ШОРОХОВА Татьяна Сергеевна
ШАУБ Игорь Юрьевич
ЩЕПЕНКО Михаил Григорьевич
ЭЛИОТ Томас Стернз
ЭКЛС Джон
ЭЛГАР Эдуард
ЭЛИТИС Одиссеас
ЭППЛЕ Николай Владимирович
ЭПШТЕЙН Михаил Наумович
ЭГГЕРТ Константин Петрович
ЭЛЬ ГРЕКО
ЭДЕЛЬШТЕЙН Георгий (протоиерей)
ЮРСКИЙ Сергей Юрьевич
ЮРЧИХИН Фёдор Николаевич
ЮДИНА Мария Вениаминовна
ЮРЕВИЧ Андрей (протоиерей)
ЮРЕВИЧ Ольга
ЯМЩИКОВ Савва Васильевич
ЯЗЫКОВА Ирина Константиновна
ЯКОВЛЕВ Антон Юрьевич
ЯМБУРГ Евгений Александрович
ЯННАРАС Христос
ЯРОВ Сергей Викторович

Рекомендуем

Абсолютная жертва Голгофы "Даже если Нарнии нет..." Вера без привилегий С любимыми не разводитесь Двери ада заперты изнутри Расцерковление Технический христианин Мифы сексуального просвещения Последие Времена Нисхождение во ад Христианство и культура Что делать с духом уныния? Что такое вера? Цена Победы Сироты напоказ Ты не один! Про ад и смерть Основная форма человечности Сложный человек как цель Оправдание веры Истина православия Зачем постился Христос? Жизнь за гробом Моя судьба Родина там, где тебя любят Не подавляйте боли разлуки Дом нетерпимости Сучок в чужом глазу Необразцовая семья Демонская твердыня Русский грех и русское спасение Кто мы? История моего заключения Мученик - означает "свидетель" Почему я перешла в православие Всех ли вывел из ада Христос? Что дало России православное христианство Право на мракобесие Если тебя обидели, бросили, предали В больничной палате Мадонна из метро Болезнь и религия Страна не упырей "Я был болен..." Совесть От виртуального христианства к реальному Картина мира Почему мои дети ходят в Церковь Божья любовь в псалмах Благая Весть Серебро Господа моего Каждый человек незаменим О судьбах человеческих "Вера - дело сердца" Антирелигиозная религия Пятнадцать вопросов атеистов Христианская жизнь как сверхприродная Можно и нужно об этом говорить Логика троичности "Душа разорвана..." Ecce Homo "Я дитя неверия и сомнения..." Мир, полный добра Крестик в пыли Все впереди Пасхальные письма Как жить с диагнозом Слишком поздно О страхе исповедания веры Единство несоединимого Убитая совесть Об антихристовом добре Чему учит смерть? Из истории русского сопротивления Религиозность Пушкина Тем, кто потерял смысл жизни Свет Церкви Рай и ад О Чудесах Книга Иова Светлой памяти Кровь мучеников есть семя Церкви Теология от первого лица Смысл удивления Начало света Как рассказать о вере? Право на красоту Любовь и пустота Осень жизни



Версия для печати

ОСИПОВ Алексей Ильич ( род. 1938)

Статьи   |   Интервью    |   Аудио
ОСИПОВ Алексей Ильич

Алексей Ильич ОСИПОВ (род.1938) - доктор богословия, профессор Московской Духовной Академии: Видео | Апологетика | Статьи | Интервью | Аудио | Фотогалерея.

Алексей Ильич Осипов родился в г. Белёве Тульской области в семье служащих. В 1955 году, окончив школу, отказался поступать в какой-либо вуз и три года в домашних условиях изучал начала богословия под руководством игумена Никона (Воробьёва). В 1958 году поступил в четвёртый (выпускной) класс Московской духовной семинарии, сдав экзамены сразу за три предыдущих года. В следующем году поступил в Московскую духовную академию, которую окончил в 1963 г. со степенью кандидата богословия. В 1964 году прослушал курс аспирантуры при Московской духовной академии.

С 1965 года - преподаватель основного богословия в Московской духовной академии, с 1969 года - доцент, с 1975 года - профессор. В 1985 году присвоена учёная степень доктора богословия honoris causa. С 2004 -заслуженный профессор Московской духовной академии. Читает лекции по основному богословию на пятом курсе семинарии и первом курсе академии. Научные интересы - основное богословие (апологетика), западные исповедания. Много выступает в различных аудиториях  с лекциями и беседами, значительная часть которых получили распространение на кассетах, дисках и в интернете.


Алексей Ильич ОСИПОВ: статьи

Алексей Ильич ОСИПОВ (род.1938) - доктор богословия, профессор Московской Духовной Академии: Видео | Апологетика | Статьи | Интервью | Аудио | Фотогалерея.

АНТИРЕЛИГИОЗНАЯ РЕЛИГИЯ

Почему человек обращается к Богу? Что это - потребность в защите, желание испытать религиозный экстаз, стремление отличаться от неверующих и демонстрировать свою религиозность? Видимо, общих ответов нет, каждое обращение - это тайна человеческой души. И тем не менее существует тысячелетний опыт, который можно обсуждать.

Точно так же можно обсуждать и другой вопрос - а почему речь идет именно об обращении в Православие? То ли потому, что это русская традиция и многие крещены в детстве, то ли потому, что в Православии открываются некие измерения, недоступные в иных формах религиозности?

Мы попросили поделиться своими размышлениями об этом православного человека, профессора Московской духовной семинарии и академии Алексея Ильича Осипова.


Что со мной происходит?
Все религии одинаковы?
Три доказательства неземного происхождения христианства.
Почему Православие?
Для чего нужны догматы?


Что со мной происходит?
Человечество всегда стремилось к счастью, миру, справедливости, материальному изобилию. Но реальная история говорит, что чем ближе к нашему времени, тем хуже с этим. Двадцатый век залил кровью весь земной шар, хотя от него ожидали рая на земле. Прогресс ведет нас прямым путем к кризисам. Например, экологическому. В книге академика Н.Н. Моисеева "Быть или не быть человечеству" говорится, что человечество как биологический вид смертно. Всечеловеческий научно-технический прогресс, который ставит своей целью максимальное благоденствие человечества на Земле, приводит его к смерти. Хотя в животном мире все хорошо. Разве Землю портят тигры и верблюды?! Где же произошла ошибка? Ведь не было же злодея, который только бы и думал о том, как погубить Землю.

А что же происходит внутри человека? Мне кажется, что я - хороший. Но, оказывается, я хорош до тех пор, пока меня не тронули как следует. К примеру, Петр, апостол, горячий человек, восклицал: "Господи, даже если умереть мне придется с Тобою, я не отрекусь от Тебя". И вот, когда Христа уже взяли под стражу, при первом вопросе подозрительной служанки: "И ты с Ним был?" - Петр отрекается... Сняв розовые очки, мы невольно повторяем слова апостола Павла: "Бедный я человек!.. Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю" (Послание к Римлянам, 7 глава, стихи 24, 15, 19), - и не могу справиться. Но это очень странно. Почему так остро порой чувствуется некий диссонанс в нашей жизни? Где же произошла ошибка?

Я думаю, ошибка в том, что человек забыл, что он - духовно-телесное существо. И что эта духовная часть связует его с Богом. Человек забыл, что он - смертное существо, но что по духу своему предназначен к вечному существованию. Он забыл о первичности духовного начала. Если бы не телесная, не материальная сторона обладала в человеке, то он бы, наверное, совершенно иначе относился бы к окружающей природе (бережно, как к продолжению своего тела), к другому человеку (не рассматривал бы его как врага). Не возникла бы та ужасная вещь, которая называется потребительским отношением к миру и к другому человеку. "Забывчивость" привела человека к потере гармонии между миром и собой, между собой и другими, между душой и Богом.
 
Все религии одинаковы?

Чтобы почувствовать этот диссонанс, уразуметь свою духовную составляющую, человеку необходимо очищение сознания. Чувства, эмоции, а тем более страсти затрудняют познание. Их действие таково: перед человеком пробегает целый калейдоскоп вспышек, воспоминаний. Чувственный туман застилает сознание, рассеивает внимание, производит ту самую забывчивость... Для его очищения в разных религиях предлагаются разные средства. Любопытно, что внешне они кажутся похожими, почти совпадают.

Например, в самой популярной индуистской системе, веданте, для достижения нирваны необходим аскетизм, освобождение от страстей, привязанности к мирскому. Важным в духовной жизни считается молчание. Существует такая практика: гуру говорит возросшему ученику: "Ты - брахман". Ученик ничего не отвечает. И они расстаются. Ученик ходит в молчании в течение нескольких лет, а потом возвращается к своему гуру и говорит: "Да, я брахман".

У Варсонофия Великого (христианского подвижника VI-VII вв.) есть такие слова: "Молчание лучше и удивительнее всех повествований. Его лобызали и ему поклонялись отцы наши. И им прославились".

Вообще, отшельники всех времен и религий опытно приходили к тому, что наиболее чистое и ясное познание наступает тогда, когда умолкают все чувства. И сам "ratio"...
Если все религии, кажется, говорят об одном и том же, то к какой примкнуть, какая из них - истинная?
 
Три доказательства неземного происхождения христианства.

Христианство - единственная религия, которая имеет объективные аргументы, подтверждающие его нечеловеческое, неземное происхождение, то есть Божественное. Таких аргументов много, я назову основные.

1. Первый аргумент - самый простой, не требующий особых познаний, исторический. В отличие от других религий, христианство началось с чудовищных гонений. С распятия Самого Христа, с казни всех апостолов (кроме Иоанна Богослова), с жесточайших преследований. До 313 года было десять мощных волн страшнейших гонений. Почитайте историка I века Корнелия Тацита: император Нерон в своих садах приказывал привязывать христиан к столбам, осмаливать их с наступлением темноты и ночью зажигать вместо факелов. Самым популярным был возглас: "Христиан ко львам". Давайте попробуем представить себе подобную картину сейчас. У меня вопрос: кто пойдет в эту религию? Кто захочет жертвовать своей жизнью за религию, о которой практически ничего не известно?! Как же могло христианство сохраниться? Пусть историки попробуют объяснить. Деяния апостолов описывают, что происходило с теми, кто искренне принимал веру: многие из них сразу же получали дар чудотворения, пророчества, исцеления. Но самое главное, что они получали душе такое познание Бога, которое снимало весь страх перед мучениями. Великомученик Евстратий говорил Господу: "Мучения эти суть радость рабам Твоим". Без признания того, что в этой религии действовал Сам Бог, оживлял, одухотворял этих людей, - понять существование христианства невозможно.

2. Второй аргумент - вероучительный, он самый пространный. Основные христианские истины принципиально отличны от всех аналогов иудаизма и язычества той эпохи, в которой христианство родилось. Учение о Троице отличается от языческих триад; Боговоплощение - от воплощений юпитеров, зевсов. Сейчас не стану на этом останавливаться. Хотя своим студентам-семинаристам я целый год объясняю эти отличия. Рыбаки (авторы Евангелий) просто констатировали, что видели, что слышали, что осязали. Констатировали, а не придумывали, сами часто не понимая того, что происходило. Евангелисты были не дюже грамотные. Помните картину "Охотники на привале"? Простые работяги... И рыбаки были очень на них похожи. И вдруг они говорят такие истины, от которых философы и мыслители всех веков приходят в недоумение. Очередной вопрос: откуда же эти истины возникли? Книжным среди апостолов был только Павел. Он заявил открыто и с потрясающей ясностью: "Мы проповедуем Христа распятого - иудеям соблазн; эллинам безумие".

3. Третий аргумент - духовно-нравственный. Можно задать вопрос (не важно, какой религии): "С религиозной точки зрения, кто спасется?" Нам ответят: "Тот, кто исполняет требования данной религии". Но в христианстве это не так. Какие требования исполнял разбойник, бывший на кресте рядом со Христом? Негодяй, преступник - и первый попадает в рай. В этом смысле христианство - это антирелигиозная религия. Подумайте, а это откуда? Все ученики - евреи, воспитанные в Законе. Откуда же такая проповедь?!

Это объективные вещи, задуматься о которых нелишне, неважно, верю или не верю я во Христа. Да, пожалуй, корни христианства в другом месте, где угодно, только не на Земле.

Почему Православие?

Христианство утверждает, что основным препятствием, стоящим перед человеком на пути познания Бога, через Которого и в Котором возможно истинное познание и себя, и другого человека, и окружающего мира, является некое толстое (или тонкое, в зависимости от состояния человека) мнение о себе. Если хотите, ложное восприятие своего Я, когда Я рассматривается как нечто чуть ли не самодостаточное. Ложное понимание того, что мы называем человеческим достоинством. Когда говорим "человеческое" - великолепно, когда говорим "мое достоинство", начинается ложь. Мы все чувствуем себя хорошими. Я хороший человек. Я могу вам сказать, какие у меня есть недостатки, но при этом я чувствую и не сомневаюсь, что я - хороший человек. И мне, хорошему, непонятны слова Макария Великого: "Господи, очисти меня грешного, яко николиже сотворих благое пред Тобою (так как я не сделал ничего доброго)". Как мне увидеть, понять, что "я - не слишком хороший человек", что я испорчен, что во мне поврежден замысел Творца обо мне?

Мы не знаем себя. Православие направляет наш взор на себя, на познание того повреждения, которое присуще человеку как таковому. И только на пути познания себя я могу обратиться ко Христу. Будучи грешными, мы не видим, что погибаем. Преподобный Петр Дамаскин сказал: "Первым признаком начинающегося здравия души начинается видение грехов своих". С познания невозможности своими силами искоренить страсти, победить болезни начинается путь к признанию Христа, к вере в Него. С этого начинается реальное христианство.

Все внимание Православия сконцентрировано на познании той смертельной болезни, исцелить которую пришел Христос. Следующая аналогия: когда я обрезал палец, я не пойду к хирургу, а помажу йодом. Если рана будет глубже, то я пойду к медсестре. Когда я пойду к врачу? Когда у меня что-то более серьезное. А когда уже болезнь такая, что и врачи не могут справиться, я призову к себе светил мира. Обратите внимание: к человечеству приходили пророки, святые... Пришел Сам Бог! Значит, наша болезнь такова, что Самому Богу необходимо было прийти для ее исцеления.

"... А я ничего не вижу! - скажет кто-то. - Странная болезнь". Православие все обращено на то, чтобы увидеть, для чего пришел Христос. Вот чем отличается Православие: оно все обращено на познание себя. Ибо только тот, кто увидел, в чем его болезнь, может тогда правильно оценить и те средства, которые необходимы для исцеления. Не развлечения мы ищем в христианстве, не восторгов, не блаженств, не наслаждений. Христианство - это терапия. Христос - величайший Врач, исполненный любви. Он не может коснуться моей свободы - я должен сам обратиться к Нему. Мое лицо поражено, но я знаю, что его исцелит солнечный свет. От меня зависит - подставить солнцу свой нос или нет. Могу подставить на минутку, но исцеление произойдет, когда я постоянно буду на солнце.
Вот это то положительное, чем характеризуется Православие: внимание к себе, познание себя. Аскетика - это путь познания себя, через которое человек действительно обращается ко Христу и начинается путь исцеления.

Какой главной чертой он характеризуется? Человек все больше смиряется. Один из важнейших критериев правильного пути: смирение не видит себя смиренным. ("Священная двоица, - пишет Иоанн Лествичник, - любовь и смирение; первая возносит, а последняя вознесенных поддерживает и не дает им падать".)

Это отличительная черта Православия. Не хотелось бы говорить в отрицательных тонах о других христианских конфессиях, но для примера обращусь к католичеству. Начиная с св. Франциска Ассизского, развивается compassio, или чувственное сопереживание Христовым Страстям. Основная цель этого - достижение любви через сопереживание. В книге Игнатия (Игнатий Лойола (1491(?)-1556) - основатель ордена иезуитов, автор книги "Духовные упражнения") есть один главный аккорд: "Представь себе!" Верующим предлагают представлять мысленно страдания Христа. Его раны, кровь... Этим человек доводит себя до такого психосоматического состояния, когда на теле появляются раны, подобные ранам Христа. Это явление называют стигматами ("стигма" по-гречески - "клеймо").

Православие же очень бережно хранит учение Древней Церкви. Ведь все отцы единого христианства (до разделения Церквей) первого тысячелетия: Иоанн Лествичник, Авва Дорофей, Кассиан Римлянин и Бенедикт Нурсийский - категорически запрещают при молитве представление, воображение, мечтательность. Ведь человеку важно истинное общение с Богом, для которого необходимо очищение от грязи, а не психические эксперименты со своим воображением.
 
Для чего нужны догматы?

И так ли важны для различения религий догматы?! Так ли мне, действительно, важно, чем чистилище отличается от мытарств? Или чем рождение Сына отличается от исхождения Духа? Что такое filioque? (Я называю основные догматические отличия между православием и католичеством.) Это безусловно важные, рациональные по своей природе вещи. Догматы, вообще вся церковная дисциплина, - это только некая структура, вектор, указывающий направление практической, духовной жизни человека. Только организуя верную духовную жизнь, человек станет способным хотя бы прикоснуться к Тайнам Божиим.

Мне кажется, в начале пути не так важно знать догматы о Христе. Пока человек издали смотрит на христианство, он может искренне заблуждаться. Помните, как гоголевский Чичиков едет в одну из деревень, смотрит на Плюшкина издали и удивляется: "Аль мужик, аль баба?" И пока он не подъехал ближе - не убедился, что мужик. Так вот и с духовными вещами то же самое. Нужно подойти ближе, и тогда мы сможем дать объективную оценку. Требуется проявление как ума, рассудочной деятельности, так и сердца. "Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят". У Исаака Сирина есть парафраз: "Душа видит Истину по силе жития". Поэтому искренне ищущие Истину люди из любых религий, атеизма, приходили в христианство, они были чисты в своей искренности. А человек, который не будет стремиться жить по совести, Христа никогда не познает, хоть его трижды крестите, рукоположите... Бессовестный Христа не знает. Диавол получше всех докторов богословия знает все о Христе, но остается дьяволом. Он не имеет того, что мы на христианском языке называем познанием. Познание означает единение. Диавол никак не может стать единым с Богом. А только в единении и происходит истинное познание. А единение возможно только тогда, когда есть подобие. Подобное познается подобным.
 
Источник: www.foma.ru Записала Екатерина Литовченко                         


Алексей Ильич ОСИПОВ: интервью

Алексей Ильич ОСИПОВ (род.1938) - доктор богословия, профессор Московской Духовной Академии: Видео | Апологетика | Статьи | Интервью | Аудио | Фотогалерея.

Я СКЕПТИК, ВЫ УЧТИТЕ

Что плохого в личном духовном опыте? Кто может быть миссионером? Почему люди хотят в ад? Что такое духовная жизнь и где её искать? Об этом и многом другом - профессор Московской духовной академии Алексей Ильич Осипов.

Подвиг выше сил

- Вы учились в семинарии, потом в академии. Почему вы не стали священником? Ведь практически все, кто учится здесь, в итоге становятся священниками.

- Во-первых, не все. Почему не стал я священником? Первое, я, к сожалению, узнал вдруг, как говорил преподобный Сергий: «Желание сана - есть начало и корень властолюбия».

- То есть, вы не хотели этого?
- Нет, я не об этом говорю. Во-первых, я услышал такие вещи - начало и корень властолюбия. Во-вторых, я в ужас пришел только от осознания того, что нужно принимать исповедь. Уже ко мне подходили: и женщины, и задавали вопросы, и я понял, что это такое, что такое исповедь. Это подвиг, который выше моих сил. Третье - я увидел, что мое направление совсем другое - педагогическое, а не священнослужение.

К тому же, в академии принять сан, я считал и до сих пор так считаю, это - нечто странное. Священник должен быть с паствой. В данном случае в академии паству возглавляет ректор, а все священники только служат. Ничего большего они не делают, и делать не могут в академии. Так же преподают, но только в сане.

Больший вес? Я этого крайне боюсь. Потому что, если бы действительно это нужно было бы, то, я думаю, Христос был бы обязательно каким-нибудь первосвященником. Каким-нибудь высоким сановником, может быть, даже императором. И тогда бы Его речи производили другое психологическое впечатление. Но нам нужно не психологическое впечатление. Наша задача совсем другая - говорить только о том, что, как мы считаем, является верным, истинным, полезным. А заниматься тем, чтобы производить впечатление на людей, избави Бог.

Об апперцепции и сожжении совести

- Алексей Ильич, как объяснить, в общем то, тягу к роскоши во многом и оправдание этого - в Церкви, ведь это не редкость, правда?
- Это ненормальное явление, и всё. Ведь в Церкви люди не с Луны свалились, а из обычной среды, из народной среды пришли, поэтому удивляться не приходится. Даже осуждать нельзя. К сожалению, часто православие представляется только одной поверхностной стороной - культовой: внешнее богослужение, внешняя, обрядовая сторона. Совсем забывают, что суть православия совсем не в этом.

Суть православия в том, чтобы человек знал, как бороться со своими страстями, которых у нас целый воз и маленькая тележка. Как научиться не раздражаться, не ненавидеть, не завидовать, не тщеславиться, не гордиться. Задача - исцелиться, потому что это болезни. А все прочее - это внешняя сторона, она нужна только как помощь. Но может стать и помехой. В частности, то, о чем вы сказали - это уже помеха.

- Вам не кажется, что сейчас это стремление принимает какие то, просто уже нездоровые, масштабы? Эти скандалы с часами, суды с квартирами, заявления… Причем, с одной стороны, как бы говорится о том, что прихожане должны нести священникам все самое хорошее. С другой стороны, говорится спикерами церковными, что священнику грех думать о пенсии. Когда люди, сытые, в Москве говорят - это одно. Вот как это воспринимается во всей остальной стране?
- В психологии есть такое явление - апперцепция. Суть его в чем? Серенькая бумажка на белом фоне кажется черной, а на черном фоне кажется белой. Так вот, на священство мы смотрим на фоне белого, потому что мы знаем христианское учение, оно говорит о святости. Мы смотрим на священников, которые в своей основной массе, подавляющей, серенькие, как и все мы. Но мы рассматриваем их поведение на белом святом фоне христианства. И отсюда их поступки нам кажутся ужасными, ой… Мы начинаем охать, ахать и возмущаться, хотя точно такие же поступки, которые совершают люди не церковные, мы рассматриваем: «Да, конечно, никуда не годится», - но на темном фоне они не так смотрятся уже.

Мы подчас очень повышаем меру оценки того, кем они должны быть. А они такие же люди, как и мы. И у них тоже и страсти присутствуют, и влечения, и желания, и цели, и так далее. Но, когда вдруг мы это видим в священнике, то мы, действительно, смущаемся этим особенно, потому что он, кажется, учит о других вещах. Мирские, допустим, не учат, а здесь учат, и поэтому мы возмущаемся. На самом деле мы должны понимать, что все мы заражены этими страстями, и священник тоже. Поэтому, что можно сказать о нем? Пожалеть можно, что, к сожалению, у него жизнь расходится со словом. Пожалеть. Если хотите, проявить какое-то великодушие даже. Только и всего. Но не удивляться и не изумляться: «Как это может он говорит одно с амвона, а сам что делает?»

- Раз уж мы психологической стороны тоже коснулись… Разве в душе этот зазор не возникает, что священник говорит одно, а живет по-другому?
- Пока еще совесть цела, конечно, не возникает. Но можно ведь совесть и сжечь. Потому что поступки против совести, заглушение совести приводят к сожжению совести, и это распространяется, вообще, на любого человека, независимо от его положения в Церкви.

- Что отвечать в таком случае, когда, например, вам говорят: «Вот, эти христиане или эти попы такие-сякие» - и вы понимаете, что поступок, о котором идет речь, недостойный, и вам стыдно за него, и так же больно, как людям неверующим. Вот как отвечать на это, когда обвиняют? Ведь это не редкость сейчас.
- Я обычно отвечаю таким образом. Я говорю: «Вы читали когда-нибудь басни Ивана Андреевича Крылова?» - «Ну, да». - «Помните, что там написано: „Чем кумушек считать, не лучше ли, кума, к себе оборотиться“?» Мы очень резко осуждаем других и не смотрим на себя. А если бы мы увидели, что у нас в душе творится, и что подчас мы действительно делаем, то, может быть, мы как раз бы язычок и прикусили. От других мы требуем очень много, а к себе мы необыкновенно снисходительны, вот и всё.

- Бывают разные люди. Бывает, и к себе требовательны, и к другим.
- Правильно, разные люди, так и здесь - разные люди. Нужно все-таки иметь какое-то великодушие и понимание, что все мы смертные, грешные и больные люди. Нас сам по себе сан и положение не изменяют. Изменяет не это. Изменяет искренность жизни по-христиански, а уж в какой степени у кого есть это стремление - это вопрос другого порядка. Это тайна души человеческой. Потом, я вам скажу, подчас даже очень хорошие люди вдруг иногда, как говорят, срываются. Вдруг допустит такое, что все ахнут. И он сам потом кается и страдает: «Как же я мог это сделать?» Бывает. Поэтому проявим некое великодушие. Не оправдываем поступки, нет, ничего не оправдываем. Но проявить великодушие по отношению к оценке самого человека. Не поступка, а человека - это разные же вещи.

Святой человек

- Вы встречали таких людей, про которых можно сказать, что действительно свет христианский в них есть, есть святость?

- Одного только человека я встречал за все это время. Это человек, благодаря которому я оказался на своем поприще. Игумен Никон (Воробьев)… Я, когда еще был мальчишкой, думал, что все священники такие, только потом уже я увидел, как глубоко я ошибался. А он был действительно святой. Вы, наверное, понимаете, что я не какой-нибудь такой, знаете ли, человек, который мечтательностью занимается. Я скептик, вы учтите.

- Я вижу. А вы можете о нем рассказать?
- Я уже рассказывал много раз. И буду очень краток. Это человек, который прошел через горнило, как писал Достоевский, сомнений, вплоть до потери веры. Он сам - из деревни. В реальном училище он потерял веру, поверив в то, что наука доказала, что нет Бога. Уже в старших классах он увидел, что наука вообще о смысле жизни ничего не говорит и ничего не доказывает в отношении Бога - есть Он или нет. Просто ничего.

Он занялся философией. Будучи в высшей степени талантливым, он в невероятно трудных условиях изучает немецкий и французский языки, чтобы читать этих немецких гегелей и французских бергсонов. Он занимается философией, историей философии. Изучает древнегреческий язык. Читает свободно на древнегреческом языке Новый Завет. Философию изучает. И видит, что, оказывается, в философии, что ни философ, то свое мнение по всем основным вопросам: смысл жизни, бытие Бога и его понимание, смысл человеческой деятельности, и так далее. В общем, он пришел к полному разочарованию.

Он поступает в психоневрологический институт в Питере. Вот я не знаю, год или два он там занимается, и уходит оттуда по той простой причине, что там занимаются не душой, а занимаются тем, что греки называют «психе». «Психе» - это низшая часть души, общая у человека с животными. Психология, оказывается, не занимается проблемой души, как субстанции, которая смертна или бессмертна.

Есть ли вечность или нет вечности? Есть ли, в конце концов, Бог, или нет? В чем смысл жизни? Занимается каким-нибудь восприятиями, ощущениями, апперцепциями и так далее, чем угодно. Как он сказал: «Занимается, в общем то, кожей, а не этим важнейшим вопросом». Итак, не найдя ответа на эти вопросы ни в науке - она не занимается смыслом жизни; ни в философии, так как философия говорит очень много, но не знаешь, кому верить; ни в психологии, он пришел в отчаяние, настоящее отчаяние.

Однажды с ним произошел такой случай. Как он рассказывает: «Я дошел до такого состояния, что уже чуть ли не до самоубийства, и воскликнул от всей души: „Господи, если Ты есть, откройся мне. Ты же видишь, что мне ничего не надо, кроме ответа на этот вопрос“». Это было в полночь, где-то в 12 или в первом часу ночи. И он ощутил в душе такое переживание Бога, от которого воскликнул: «Господи, я готов претерпеть все, что угодно, лишь бы только не потерять Тебя». Говорит: «Я увидел, почувствовал, пережил, что Он есть, и Он есть любовь». При этом вдруг он услышал мощные мерные удары церковного колокола. Неподалеку был монастырь. А при чем тут монастырь? Ночь. Но удары колокола продолжались.

Поскольку он занимался и философией, и психологией, говорит: «Я подумал, не галлюцинация ли это даже? И это сомнение так и висело, присутствовало со мной, хотя я убедился действительно, что Бог есть. Но потом я вспомнил Лукерью Тургенева (рассказ „Живые мощи“), которая говорила, что она слышала звон, она не сказала „с неба“, а сказала сверху. Затем прочитал у Сергея Николаевича Булгакова в его автобиографических заметках, что у него, оказывается, тоже было подобное состояние. Ведь он же тоже, Булгаков, в семинарии, кстати, убедился, что Бога нет. Когда я прочитал то же самое, я понял, что, оказывается, когда бывают такие вот действительно откровения, то они сопрягаются с такими внешними проявлениями вот этого божественного действия, например, с колокольным звоном».

Так он пришел к вере, но он о ней ничего не знал. Поступил в Московскую духовную академию. Проучился он недолго, поскольку академию закрыли. Он начал читать, изучать богословскую и святоотеческую литературу. Результат был таков, что в 31-м году, в период гонений, он принимает монашество. С точки зрения мирской жизни - это сумасшествие. В 33-м году его арестовывают, отправляют в лагеря. Там он сидел со шпаной, как он говорит. «И ни отчего я больше не чувствовал таких страданий - ни от холода, ни от голода, даже ни от этих издевательств и насмешек, как от этой ругани, которая непрерывно стояла в бараке». Он принимает монашество, и потом становится священником.

Потом в 37-м году освобождается, его на свой страх и риск принимает к себе хирург в Вышнем Волочке, отец его товарища. Здесь его неоднократно пытались опять повторно арестовать. Но этот хирург был очень большой фигурой в городе, и он его каждый раз спасал. Когда, уже в 40-х годах, открыли храмы, он стал служить. В последнее время он служил в городе Гжатск, который переименовали в Гагарин Смоленской области, где он скончался, похоронен, и его там могила у алтаря.

Смешной случай

- Как вы познакомились?

- Ну, это уже история отдельная. В общем, с ним я познакомился, и он очень много мне дал.

- А сколько лет вам было?
- Я скажу другое. Он мне давал читать - с одной стороны, Лествичник, с другой стороны, греческий философ. То Гоголя почитать, Толстого, Достоевского, то отцов «Добротолюбия». Он был человек широчайшей культуры. Великолепно знал философскую литературу, русскую литературу, зарубежную литературу. Но чем он отличался? Эрудиция - это совсем другая сторона - это сторона культурная. В нем было другое: то, что можно назвать некоей благодатностью, которая ощущалась в его слове, в его действиях, в его ответах на вопросы.

Это был духовник, который никогда не командовал. И сам предупреждал: «Я могу дать только совет, когда спрашиваешь, но ты смотри сам - как обстоятельства, как лучше поступить. Считаешь так - ну, что ж, поступи. Считаешь иначе - поступи иначе». Поэтому я всегда на всех лекциях говорю: «Бегите, как от огня, от приказывающих духовников - это признак гордыни». Кстати, он меня подготовил фактически к поступлению в духовную школу. Он так меня подготовил, что я мог поступить сразу в выпускной класс семинарии, в четвертый. Тут прибегали все смотреть, что за чудо дивное такое пришло.

- Вы были тогда, наверное, подростком?
- Да, я с ним где-то лет с 15, с 16, вот так.

- Почему он к вам интерес проявил? К подростку?
- Ну, вот так, проявил, хотя были и другие. Они стали священниками. Были и родные племянники. Но так получилось, что наибольшее внимание он обратил на меня. Понимаете, в чем дело, есть немало фактов, которые свидетельствуют о его прозорливости. Целый ряд фактов, причем все любопытные явления. Эти все чудеса так совершались, как будто ничего особенного нет. Как будто это просто само собой. Хотите, смешной случай расскажу?

- Да, конечно.
- Мы познакомились, когда мне было лет шесть или семь, в Козельске. И это было такое мимоходом знакомство. Однажды он приглашен был на чай, а у меня была большая беда, скорбь. У меня кошка окотилась и не кормила котят. Представляете, какая трагедия? Когда он шел, я к нему со всех ног бросился, стал жаловаться. Вот входим в дом, садимся за стол и вдруг, я не помню уже, кто, говорит: «Смотрите!» Что смотреть? А кошка растянулась перед всеми нами, и котята впились и сосут, а она мурлыкает. Кажется, смешной такой случай. Но представьте, только я пожаловался, и всё! Кошка как будто показала: пожалуйста, вот вам реклама. Это первый случай, потом были еще такие.

«Тарзан» на Страстной

- Вам не трудно было с ним?

- Нет, не трудно мне было, хорошо.

- Он не ругал вас - молитвы не читаешь? Или вы всегда читали? Или за какие-то проступки…
- Это уже такие детали. Это был человек, я бы сказал, великой души и любви. Но любви не такой, потакательской, нет-нет. А такой, которая именно смотрела о пользе человека, но именно любви. Подчас мы требуем пользы и готовы человека загубить своими требованиями, силой загнать в Царство Небесное… Например, Страстная неделя, а в кино идет «Тарзан». «Тарзан» - это же невозможно. Я его спросил, мол, можно? Нет, так и не разрешил мне пойти. На Страстной неделе не разрешил мне «Тарзана» посмотреть.

- Как вы воспринимали? Не разрешил, и всё. Расстраивались?
- Расстраивался, конечно. «Тарзана» не разрешить! Как же это? Неужели не понимаете? Беда случилась. Как кошка перестала котят кормить, так и мне «Тарзана» не посмотреть.

- Вы с ним до его смерти общались?
- Он болел. Последние 2-3 месяца он вообще ничего не ел, только пил. Весь высох, стал как младенец. Был в полном и ясном сознании, не ложился до тех пор, пока его силы совсем не оставили. Говорил, последние слова говорил. Я помню, кое-что успевал записывать на магнитофон. К сожалению, однажды на Пасху к нам забрались в дом и украли все эти бобины с записями. Но кое-что осталось. После его смерти я бросился по адресам, которые были известны, собирать его письма, и вот, удалось сборничек составить.

В день похорон была радость, но не скорбь. Я уже потом только прочитал у Игнатия (Брянчанинова): «Смерть праведника всегда сопряжена с духом мира и радости, который невольно растворяет скорбь его утраты». Действительно, это до того точно, что просто удивительно. Причем это не я один ощущал, а и его братья, его племянники.

- Вы сказали, что вы думали, что все священники такие. Когда вы поняли, что не все?
- Когда стал соприкасаться с ними.

- Грустно было, обидно было? Какие были переживания?
- Не обидно, но немножко я стал понимать, что он говорил. Он говорил, что, к сожалению, почти никто о духовной жизни не имеет даже представления. Само большее, это если нравственный человек, уже и хорошо. А духовная жизнь - это даже не ищите, едва ли найдете. Не найдете.

Сочинения благоразумного разбойника

- А как могут учить духовной жизни люди, которые не имеют об этом даже представления? Как тогда научиться, как найти?

- Можно, оказывается, изучить святых отцов и, если эта возможность есть, понять, что это такое. И передавать не личный опыт, а опыт святых отцов. Это, конечно, всегда будет ограниченное представление, неполноценное, но все-таки. Каждый священник, прежде всего, каждый мирянин, насколько это возможно, должен передавать не свое, а учение отцов о духовной жизни. Поэтому, например, когда меня спрашивают поделиться своим духовным опытом, я прихожу просто в экстаз и говорю: «С удовольствием» - и все уже знают, что сейчас начнется - лекция по святым отцам. «Нет-нет, не надо. Ради Бога, не надо! Ради Бога, только не делитесь своим духовным опытом». Стыд и срам, если я буду своим делиться. Хотите в болоте все оказаться? Ну, пожалуйста. Надо же делиться опытом отцов, то есть бесспорных святых, их святость - истина.

- К вопросу о святости. Говорят же, что и святые ошибались. Есть какие-то вопросы, по которым прославленные святые высказывали спорные мнения?
- Ну, давайте разберемся. Например, Феофан Затворник. Вы подумайте, вот «Обыкновенные рассказы странника», которые печатают и перепечатывают, и говорят: «Смотрите, он сам издал. Третье издание этих необыкновенных рассказов было по инициативе Феофана Затворника!» Отвечаю - да, верно. А что через 10 лет он написал? «В рассказы не смотрите - может вас привести к прелести». У него шел процесс духовного развития. Святой не сразу становится святым.

Представьте себе, если бы у нас были сочинения благоразумного разбойника, и мы бы сказали: «Вижу во святых разбойника благоразумного». Что это было бы? Это чему бы он нас научил? Как грабить, убивать, развратничать, насилие производить? Да вы что! А мы сразу: святой. И сразу все канонизируем, все наследие. Что такое за чепуха? Что вы, разве так можно? Надо смотреть! Поэтому у святых мы найдем кое-где такие противоречия, верно.

И во-вторых, надо сказать, что это достаточно редкое явление, когда вдруг они расходились в чем-то во взглядах. Но опять надо посмотреть, в чем, почему. И все это не так просто, как кажется. А то привыкли, бросаются словами: «У них были противоречия». Давайте посмотрим, какие противоречия? Возьмем пример - споры о человеческой природе Иисуса Христа. Как человек, Он кто был? Какая у Него была природа? И начинается. Смотрите, вот отцы пишут, что у Него была такая же природа, как у первозданного Адама. Вторые говорят: у Него была природа уже после грехопадения Адама. Видите, противоречие.

На самом деле, ситуация совсем другая. У него была природа, с одной стороны, чистая и безгрешная, как у первозданного Адама, но смертная и тленная, как у падшего Адама. Одни святые писали об одной стороне, другие о другой стороне. И правильно писали. Действительно, смертный и тленный, как у падшего. Действительно безгрешный, как у первозданного. А вот для человека, который не разбирается в этих вещах вообще, и получаются «противоречия».

Костры, старообрядцы и общий упадок

- Говорят, вот, костры инквизиции, все это ваше христианство. Сколько людей сожгли, сколько горя.

- Пожалуйста, к Римскому Папе такие вопросы. Мы согласны, да, католицизм - это кровяное внешнее, это кровяная религия, действительно полная насилия, всю историю и до сих пор. На Украине, когда перестройка началась, какие насилия над нашими священниками творились, над храмами! Избиения какие! Вплоть до смерти было. А Папа Иоанн Павел II собирает этих униатских епископов, проводит там конференцию и дает им благословение. А потом, когда все захватили, все, что можно было захватить: «Мы прощаем вас, а вы простите нас». Католицизм в этом отношении очень страдает, потому что там уже давно, тысячу лет тому назад, произошло катастрофическое обмирщение церкви. Она вся оказалась захваченной земными интересами.

- Но у нас тоже были разные вещи. Были и старообрядцы, когда с двух сторон такая была жестокость…
- Да. Если бы старообрядцы имели такую же политическую власть и государственную поддержку, как тогда православные - с православными то же самое было бы, что и со старообрядцами. И причина - в общем состоянии, в духовном состоянии христианства в XVII веке. Оно оказалось уже в огромной степени деградировавшим от тех святых начал, которыми жили преподобный Сергий и его ученики. Наш расцвет был недолгим - эпоха преподобного Сергия и его учеников. Уже к концу XV века, ко второй половине, началась деградация. Монастыри стали чем богатеть: золотые купола, роскошные одежды.

- Почему так происходит?
- Почему? Очень просто. Почему мы объедаемся, когда хороший стол? Ну, скажите, почему?

- Хочется все попробовать.
- Ну, конечно, все хочется съесть. Если вкусненько, так побольше. Так и они. Вот так легко мы поддаемся вот этим вещам. По наклонной плоскости вниз легко. Вверх трудно.

- Думаете, может еще быть вверх?
- Нет, не думаю…

- Только хуже будет?
- Что значит, хуже? Хуже… Да, сползание идет - это бесспорно. Как, когда, в какой степени - об этом трудно судить…. Вы обратите внимание - возьмите названия конференций, посмотрите в любой Православной Церкви, а уж, тем более, в не православной - в католической церкви, протестантской - просто по названиям пройдитесь, и вы увидите, ни одной нет, которая бы звучала примерно так: «Основные проблемы духовной жизни». Что такое духовная жизнь? Как понять, какие средства и что необходимо для борьбы со страстями? Вы не найдете таких конференций. Мы заняты совсем другой проблематикой. Мы чем угодно заняты - культурой, искусством, наукой, философией, образованием, молодежными движениями, экономикой, эксплуатацией.

Четырехмесячный миссионер

- Миссионерством.

- Миссионерством, пожалуйста. Особенно умиляет: такой-то миссионер окончил четырехмесячные курсы! Я чуть в обморок не упал. Четырехмесячного младенца поставить проповедовать православие! Это что такое? А если такие миссионеры, то понятно. Вам скажут: «Православие покажите», - покажут. Скажут: «Это же карикатура!» - «Как, вы что? Это и есть православие». Поэтому ожидать чего-то…

- А вообще, нужны ли миссионеры? Если нужны, то откуда их брать? То, что сегодня называется миссионерством, является ли таковым?
- Вот, кончают семинарию 60 студентов. Я думаю, что человек десять я бы, может, мог назвать миссионерами. Но чтобы сказать, что все, проучившиеся пять лет, могут быть миссионерами - я этого вовеки веков не скажу. Что нужно, чтобы действительно воспитывать миссионеров? Они должны окончить семинарию, и из наиболее талантливых, которые могут и говорить, и знать, и объяснить, можно было бы составлять контингент миссионеров, которому дать уже некие специальные знания. Я считаю так. Но со мной не согласны, могу вас утешить.

- Миссия может быть массовой?
- Вы же знаете, как только человек уверовал в Бога, он готов идти и проповедовать всюду. Ничего не знает, а уже начинает учить. Господи, вы знаете, сколько я писем получаю? Сколько ко мне обращаются эти миссионеры? Я за голову хватаюсь. Иногда у меня, знаете, Аня, начинают подниматься волосы дыбом там, где их нет уже давно, от этого миссионерства.

У Мельникова-Печерского замечательный есть рассказ, как батюшка проповедовал на Троицу. Проповедовал, проповедовал, а тут стоит рядом Фома, мужик. «Фома, понял ты?» - «Понял». - «Отвечай, что такое Троица?» - «Христос, Богородица и Микола». - «Ах ты, такой-сякой Фома!» Опять начинает. «Понял, Фома?» - «Понял». - «Отвечай!» - «Богородица, Микола и Христос». Вот вам и миссионер. А ведь это дело очень серьезное.

- Алексей Ильич, как вы думаете, можно человека обратить в веру сегодня, например? Во-первых, сегодня у людей, вообще, доверие к слову очень снижено.
- Можно обратить только того, кто ищет, кто интересуется. Вы знаете, еще древние пифагорейцы говорили: «Ученик - это не сосуд, который надо наполнить, а факел, который надо зажечь». Вот, в чем дело. Если этот факел не горит, не зажигается, бессмысленно наполнять. Это будет лежать мертвым грузом. Если в желудок напихать больше, чем нужно, то начинаются негативные процессы. Так же и в голове, которая не интересуется, а в неё знания напихивают. В первых рядах революционеров часто можно было видеть семинаристов.

- А как разговаривать с человеком, который, допустим, ищет? И он уже и то поизучал, вроде, и этим поинтересовался, и говорит: «Все религии - это одно. Каждый говорит, что его религия правильная». Как разговаривать?
- Христианство имеет объективные аргументы, которые свидетельствуют о его неземном происхождении. Все истины христианства вы не сможете вывести ни из иудейства, ни, тем более, из окружающих языческих религий и философий, которые мы видим там. Это поразительная картина.

Но об этом я предпочитаю говорить с людьми, у которых действительно хоть немножко есть искание души, не вскипение ума, игра ума, с теми, кто действительно ищет пути, как заблудившийся в лесу человек. Ему надо выходить, искать дорогу. А когда так, ради развлечения, знаете, как любят поспорить о том, о другом, тогда бесполезно. Пусть мертвые погребают своих мертвецов. Религия говорит о важнейшем вопросе - о смысле человеческой жизни и вечности, но только с верой. Когда человек тонет, он не будет рассуждать: «Да что это вы мне подсовываете это сучковатое бревно!» - человек будет хвататься, за соломинку хвататься будет.

- Нужно ли миссионерство сегодня как явление, как оно должно выглядеть?
- Я думаю, насчет миссионерства это громко сказано - «надо». Мне кажется не миссионерство нужно больше, а катехизация. …

- А как вы относитесь к огласительным беседам?
- В принципе, я считаю, это полезное явление, нормальное явление. Только, конечно, как некий намек. За одну, две, три лекции что там скажешь? Возьмите IV век, Кирилл Иерусалимский. Он вел оглашение по нескольку лет! И только после этого человек допускался к крещению. Но сегодня - две-три беседы. А ведь требуется не просто провести беседу, требуется что? Экзамен, своего рода. А что ты усвоил? А зачем крестить? Что такое крещение? Зачем оно нужно? С какой целью? Чтобы вступать в партию под названием церковь? Вот что нужно! Главная задача - крещение можно принимать только тогда, когда я убедился в вере, что христианство - это истина, что православие - это действительно истинный путь в жизни. Вот тогда - да! И третье условие - если я действительно хочу изменить свою жизнь. А если креститься просто так, ради формы, не меняя своей жизни, тогда лучше и не подходить к этому.

- Прямо так со среднестатистическим россиянином? Обидятся и скажут: «Ну, вот, как это…».
- Да, потому что важно форму соблюсти, обряд. Чем характеризуется язычество? Исполнением определенных внешних форм действий. Оно не касается души человека, оно ее не трогает. Мне главное сделать внешне все правильно. А православие, в отличие от этого, говорит: «Совсем форма не важна. Какие пустынники, что они имели, какие-то храмы, иконы?»

Привычка и обряд

- У нас-то получается, что во многих храмах говорят: «Главное, что перед причастием исповедовался?» - «Исповедовался» - «Ты постился три дня? Канон вычитал?» - все, можешь причащаться.

- Понимаете в чем дело, а что еще спросишь у человека? Хотя бы говорят это. А главное, конечно, не в этом. А в том, что все-таки - ты хочешь вести другую жизнь? Исповедь когда действительна? Когда человек все-таки хочет вести другую жизнь, обещает: каюсь я, но я каюсь так, я вот такой, и мне хочется вести, по крайней мере, я мечтаю хотя бы вести другую жизнь, а не просто дать отчет о проделанных грехах.

- Алексей Ильич, а как вы относитесь к тому, что обязательна исповедь перед каждым причастием у нас?
- Ну, что делать? Это, я вам скажу, проблема очень сложная, христианство легко преобразовывается в язычество, то есть сохраняется внешняя православная форма, а содержание выветривается, очень легко выветривается. Человек ходит на службу. И присутствует там. Ведь что говорят: молитва без внимания - это пустое занятие, более того, даже оскорбительное для Бога. Потому что вы не посмеете без внимания подойти даже к начальнику и разговаривать с ним. А здесь вы перед Богом такое делаете! Сейчас канонизировали Серафима (Романцова), старца Глинской пустыни. Он однажды одному сказавшему ему: «Я все-таки имею непрестанную молитву», - ответил: «Нет у тебя никакой молитвы, ты просто привык к словам молитвы, как другие привыкают к ругани».

- Как молиться тогда, если и так плохо, и эдак плохо? Одно механическое повторение, рассеяние…
- Молитва должна быть со вниманием. Я понимаю, что мы не можем, мы рассеиваемся. Рассеялся, читая молитву, опять себя ловишь, опять заставляешь. Надо приучать себя ко вниманию.

- Какая главная трудность сегодня у человека на пути к храму, к вере, к Богу? Как вам кажется?
- Трудно сейчас бывает человеку выйти из той атмосферы жизни, в которую нас погружают. Самое трудное - это суета, которая отнимает все время, забивает нам голову. Мы не успеваем ничего подумать: даже о своей душе и о Боге. Вот эта суета, вот это отвлечение внимания от насущного вопроса: «Зачем я живу?» Человеку не успевает как-то осмыслить самого себя. Это развлечение, это развлекаловка, которая сейчас всюду, это средства массовой информации, которые нас погружают совершенно в другой, буквально антихристианский мир. Все это очень мешает человеку прийти к Богу. Ничего не читаем, Нового Завета даже не читаем. Отсутствие интереса, какая-то апатия, какая-то теплохладность, о которой в Апокалипсисе сказано: «Поскольку ты не холоден и не горяч, изблюю тебя из уст Моих». Убийственное равнодушие: «Да неважно, мне плевать на все эти религии, на все, я живу, как живу» - вот это беда самая главная, мне так кажется.

Все отпущены из ада!

- Понятно, что все мы грешные, что мы все больные, что спасаемся мы только по милости Божьей. И никаких заслуг у нас нет, и если не Христос, то всем в ад идти. Но если Христос скажет: «Нет, дорогой, иди-ка ты в ад», - как-то не возникает вообще желания что-то делать, в ад - так в ад, нет сил уже…

- Это перекос, который, к сожалению, вошел в нашу учебную и богословскую литературу. Я с удивлением смотрю на это. Поскольку приходится выступать мне в университетах часто, на общественных площадках, в домах культуры, и нередко задают об этом вопрос - о вечных мучениях, - я занялся немножко и сделал буквально открытие: нашел целый ряд святых отцов, которые говорят, что муки, конечно, будут, помучают нас нашими страстями, но не бесконечно.

В частности, вот Слово Иоанна Златоуста, вы только послушайте: «Ад! Где твоя победа? Смерть! Где твое жало? Христос воскрес, и ад повергнут». Ад разрушен! «Ад опустошил» - пишут святые, причем какие святые, если бы вы только подумали! Назову первого - это Афанасий Великий, которого всегда именовали столпом православия, пишет: «Все были отпущены из ада». Все! Апостол Петр, а не кто-нибудь, пишет, что Христос вывел из ада тех, которые «противились во дни Ноя, мертвые духом». Апостол Павел что пишет? «Христос - Спаситель всех человек, а наипаче (то есть особенно) верных». А в Великую Субботу звучит: «Ад царствует, но не вечнует над родом человеческим». Никакого отчаяния, безразличия не должно быть! Ясно, что мучения не будут бесконечными. Задача в другом: не хотелось бы помучиться!

- А не получается, что тогда мы вообще просто эгоистически к этому вопросу подходим? Я хочу избежать страданий и поэтому я буду тут хорошо себя вести.
- Какой же это эгоизм?! На улице мороз, и я одеваюсь тепло. Ах, какой эгоизм! Я захотел есть - надо есть. Ух, ну, эгоист, ест! Это же вздор! Какой же это эгоизм? Я тону, я хочу выбраться на берег. Если это эгоизм, оказывается, то это замечательная логика. Не знаю, откуда только она снизошла. Наверное, из преисподней.

Естественно, человек хочет освободиться от страданий. Пройти домой, только бы не попались разбойники какие-нибудь. Хотелось бы? Хотелось бы. «Иди вот таким путем. Вот так иди, и проскочишь». Вот и все.

- Почему тогда у нас такая минорность на эту тему довлеет и в проповедях, и везде?
- Ну что делать? Вот видите, причем поразительные факты, я написал об этих отцах, привожу отцов. В ответ: «Осипов учит богохульству». Простите, я что, выше Афанасия Великого? Какой Осипов? Афанасий Великий учит. Я выше родного брата Василия Великого, Григория Нисского? Это он учит. Я выше Ефрема Сирина, Исаака Сирина? Это они учат, а тут Осипов. Понимаете, как? Это, мне кажется, лукавство - боятся против святых сказать. Говорят: «Осипов учит о том, что мучения будут не вечными». Я говорю: «Ох, какая жалость, действительно…»

- Кому-то хотелось помучиться?
- Да. Забыли, наверное, что не они, грешные, будут мучиться, а мы с вами, грешные, будем мучиться. И страдают, что, оказывается, мы не вечно будем мучиться. Ах, бедные, как я вам сочувствую.

О последних временах

- За 20 лет изменилось что-то в общем настроении, в церковном обществе, в обществе вокруг Церкви?

- Да, изменилось. Изменение это произошло за счет, мне кажется, одного основного фактора - развращающего влияния Европы. Никаких уже идеологических границ, и к нам пришли, ринулись, к нам с огромной силой внедряются идеи, дух, образ жизни, образ поведения, образ мысли, который уже давным-давно проникнут только одной заботой: «Как устроиться здесь?». То есть, родиться только для того, чтобы умереть. И это страшное дело - эта умерщвленность. И она очень сильно сейчас давит на сознание наших людей. Это одна сторона.

Вторая, как я сказал, - это равнодушие, когда сводят все религии к тому, что это одно и то же. В результате все вероучительные истины, которые чрезвычайно важны, нивелируются, исчезают. Христианство в результате теряет свою значимость. Это очень опасно, я вам скажу.

- А как вы относитесь к разным активистам, которые разрушают, поджигают, например, разгромили Музей Набокова? То есть к тем, кто считает, что нужно нести православие и просвещение силой, противостоять злу именно физически?
- Я, вы знаете, очень боюсь таких методов и таких способов. Мне кажется, что здесь что-то не то. Если бы было это действительно правильно и возможно, я думаю, Христос или апостолы обязательно хотя бы что-нибудь сказали. И вы учтите, они же все-таки жили в эпоху рабовладельческого строя. И вдруг мы не находим нигде ни малейших намеков и указаний ниспровергнуть этот строй. И даже осуждения его нет. А почему? В чем дело? Что, христианство, значит, «за»? Нет. Христианство указывает совершенно другой путь борьбы. Если мир борется кулаками и оружием, то христианство говорит: «Ничего это не даст, сейчас вы - кулаками, через час - вас кулаками».

Христианство говорит: «Необходимо человека менять». Каким путем? Проповедью о том, что такое правильная человеческая жизнь. Эта правильная человеческая жизнь - христианство. И только тот человек, который усвоит себе это, изменит характер своего поведения в этом внешнем мире. А путь насилия, с христианской точки зрения, - это путь ложный. С другой стороны, христианство «против» доктрины Толстого непротивления злу, когда вопрос касается, например, военных действий, когда противники друг друга не знают и борются с той машиной зла, которая идет на мой народ, а я поставлен промыслом Божиим защищать его. И здесь, если я не буду убивать, не буду подрывать эти танки, не буду сбивать эти самолеты, я буду предателем и совершать тяжкий, тяжкий, тяжкий грех. Вот, оказывается, какая разница.

Беседовала Анна Гальперина
Источник: ПРАВОСЛАВИЕ И МИР  Ежедневное интернет-СМИ 

СПАСЕНИЕ НЕГОДЯЕВ
Зачем и от чего нам спасаться?


- Алексей Ильич, в одной из своих статей Вы называете христианство "антирелигиозной религией". С чем связано такое неожиданное определение?
- Начну с обращения к несколько необычному авторитету. Фридрих Энгельс, тщательно изучавший историю христианства, пришел к выводу, что христианство, возникнув на мировой арене, "вступило в резкое противоречие со всеми существовавшими до тех пор религиями". Он прямо называет христианство «крупным революционным движением».

Энгельс в данном случае был вполне прав. Но он даже не предполагал, какую услугу оказал этим своим заявлением христианской апологетике.

О чем идет речь?

Основная идея антихристианской пропаганды заключается в том, что христианство является естественным продуктом взаимодействия предшествовавших и современных христианству различных религиозных верований и философских идей. Однако исследование христианской веры и ее истории показало даже тому же Энгельсу, что новая религия возникла, во-первых, "революционно", то есть неожиданно, а не постепенно слагаясь из различных иудейских и языческих верований; во-вторых, она вместо мирного сосуществования со всеми "подобными" себе религиями, напротив, вступило с ними в непримиримую полемику по всем основным религиозным и философским вопросам.

Прежде всего, христианство отвергло важнейшее иудейско-языческое убеждение в том, что спасителем человечества может и должен быть только всемирный царь, обладающий неограниченной властью, могуществом, славой. Оно заявило нечто беспрецедентное: "Мы проповедуем Христа распятого, для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие" (1 Кор. 1:23), Это было. и есть, и всегда будет самым "антирелигиозным" утверждением христианства.

И все другие специфически христианские (не общерелигиозные) истины оказываются не только принципиально иными, но и столь же противостоящими аналогичным верованиям всех религий эпохи возникновения христианства. Речь идет, например, о понимании Бога, Его Триипостасности, о Боговоплощении, о благодати, о святости, об условиях спасения и так далее.

Давайте в качестве примера рассмотрим христианское учение о том, что основное требуется от человека для спасения. И вот здесь мы сразу столкнемся с поразительным, прямо-таки антирелигиозным фактом. Первым в рай входит не безупречный исполнитель закона Божия, святой, по иудейским понятиям, а разбойник. Нам неизвестно, что уж такого он сделал, что был приговорен к распятию. Но сам он признал: "И мы осуждены справедливо, потому что достойное по делам нашим приняли"…

- Речь идет о разбойнике, который был распят справа от Христа?
- Да. Он исповедовал свою вину, осознал, что действительно заслуживает этой страшной казни, И что же он слышит в ответ от Того, Кто для христиан является Богом и Спасителем? "Сегодня же будешь со Мной в раю"!

Разбойник - в раю? Да это же ни в какие религиозные рамки не вмещается!

Мы видим почти то же самое, когда Христос идет среди толпы и встречает мытаря Закхея. (Кто такие мытари? Это настоящие мошенники, которые обманывали людей, брали с них намного большие налоги. И здесь мы опять сталкиваемся с удивительным фактом. Христос говорит: "Закхей! сойди скорее, ибо сегодня надобно Мне быть у тебя в доме". Закхей устраивает прием, на котором кого только нет - и мытари, и грешники. Но что происходит с Закхеем? Он говорит: "Господи! половину имения моего я отдам нищим, и, если кого чем обидел, воздам вчетверо". Христос ему отвечает: "Ныне пришло спасение этому дому". Опять спасение - кому? Общеизвестному мошеннику!

- Получается, христианство спасает негодяев?
- Вот-вот, я как раз о том и говорю. Христианство предлагает "ужасные", совершенно "антирелигиозные" вещи!

- Но ведь эти люди спаслись не из-за того, что они негодяи?
- Давайте попробуем разобраться. Во всей дохристианской истории - в язычестве, в ветхозаветной религии - Божество было всесильным самовластным существом, которое поступало с человеком, как ему было угодно. В одних случаях оно могло быть милостивым, в других - жестоким, мстительным. Откройте, например, Ветхий Завет, посмотрите: Бог награждает, дает долгоденствие, богатство или, напротив, гневается, наказывает, сжигает города нечестивых и так далее, При этом всё подобное воспринимается религиозным сознанием в прямом смысле.

Христианство же утверждает совершенно иное, нечто неприемлемое для инорелигиозного сознания. Бог, как говорит Евангелие. "повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных". А один из авторитетнейших христианских святых Иоанн Златоуст пишет: «Когда ты слышишь слова: "ярость и гнев" в отношении к Богу, то не разумей под ними ничего человеческого: это слова снисхождения. Божество чуждо всего подобного; говорится же так для того, чтобы приблизить предмет к разумению людей более грубых». Бог, по христианскому учению, есть абсолютная Любовь, и только Любовь. Бог не награждает человека за добродетели и не мстит ему за беззакония. Как благоденствие, так и скорби являются естественными следствиями законной или беззаконной жизни самого человека и целых народов. Под законом при этом подразумеваются не какие-то внешние предписания Бога по отношению к человеку, но сама богоподобная природа человека. Как Бог есть Дух, так и духовное состояние человека обуславливает все стороны его бытия.

- Что же является важнейшим в этом состоянии?
- То же, что и в Боге. Но в христианском учении о Боге вновь встречаемся  с тем, что решительно противоречит всем дохристианским представлениям. Евангелие говорит, что "Бог так возлюбил мир, что отдал Сына Своего Единородного". Который "смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерши крестной".

Я посмотрел "Страсти Христовы" Гибсона. Спасибо ему! Фильм помогает увидеть современным христианам то, что не видели и не могли видеть христиане в течение всех 2000 лет: какие невыразимые страдания перенес Христос добровольно ради нашего спасения! Какое же нужно было иметь смирение и любовь, чтобы, находясь в жутких страданиях, с креста сказать; "Отче, прости им, ибо не знают, что делают", Бог, оказывается, есть не только любовь, но любовь, которая сопряжена с таким же совершенным смирением.

Такого вызова всерелигиозному сознанию, конечно, никогда не было. Нигде нет учения о смирении Бога. Но именно здесь-то и лежит ключ к ответу на Ваш вопрос. Если спасение есть единение человеческого духа с Духом Божиим, то в христианстве это искомое единство оказывается возможным только при наличии у человека смирения. Что такое христианское смирение (в отличие, например, от тоталитарно-сектантского) - это отдельная и серьезная тема. Но здесь важно сказать, что, по единогласному учению всех святых Отцов Православной Церкви, без смирения невозможно единение с Духом Божиим, ибо невозможна истинная любовь, которая, говоря по-человечески, и составляет сущность Бога. Так вот, действительное смирение разбойника (на кресте не полицемеришь), искреннее раскаяние Закхея, грешницы, омывшей ноги Христа своими слезами - это и только это является условием спасения любого человека, в том числе и того, кого называют негодяем!

И, напротив, те, кто, внешне исполняя отдельные заповеди и церковные установления (крестились, причащаются, постятся...), начинает видеть себя выше, святее других, отпадают от Бога, не получают спасения.

- Получается, чтобы соединиться с Духом Божиим, необязательно быть праведником. Тогда зачем соблюдать заповеди Христа, зачем молиться, если можно вести грешную жизнь, а потом в конце просто раскаяться? Зачем нужны традиции, обычаи, таинства?
- Спасаются не праведники и не грешники, а увидевшие свое недостоинство перед лицом всесвятого Бога и приносящие искреннее покаяние. Все заповеди и, тем более, церковные установления, таинства и традиции имеют значение лишь постольку, поскольку помогают человеку увидеть свою неспособность без помощи Божией стать вполне чистым, богоподобным человеком. Они являются лишь вспомогательными средствами к познанию этой своей неспособности. И если приводят верующего к этому, то полезны. Если же вводят в самомнение и гордыню, то становятся средством его гибели. Помните, как Христос в Евангелии назвал подобных "праведников": "Змии, порождения ехиднины! Гробы, окрашенные снаружи!" А в народе о таких говорят: святой сатана.

Я говорил о разбойнике, распятом справа от Христа. А ведь слева был распят и другой разбойник, о котором ничего положительного не сказано. Он так и не раскаялся, хотя был таким же разбойником. Спасение, оказывается - в искреннем раскаянии человека. Христианство говорит, что человек, который искренне кается, оказывается выше того, кто исполняет все предписания.

- Алексей Ильич, я хотел бы уточнить. Человек может хотеть быть лучше, но не сейчас, а потом. Например, я молодой человек, я хочу быть лучше, но лет через двадцать...
- Ну, я думаю, каждый поймет, какова цена такого хотения. Когда человек увидит, что он весь в грязи, или в нарывах, то едва ли захочет быть лучше лет через двадцать. Наверное, постарается поскорее стать почище. Христианин тем и отличается от язычника, что он, имея в Евангелии, так сказать, эталон человечности, видит грязь своей души и стремится от нее очиститься. Язычнику это гораздо сложнее. Но когда христианин говорит, что постарается быть получше лет через двадцать, то тем самым он просто обнаруживает свое действительное язычество при всей христианской форме. В Новом Завете есть такие слова: "Муж с двоящимися мыслями неустроен во всех делах своих". И жизнь показывает, что тот, кто лукаво думает: "Вот сейчас я поживу в свое удовольствие, а потом раскаюсь", - ни счастья не достигает, ни покаяния не успевает принести. Верны слова: "С милостивым Ты (Господи) поступаешь милостиво, с мужем искренним - искренно, с чистым - чисто, а с лукавым - по лукавству его". "Душа лукавая погубит своего обладателя".

- Есть ли в Православии какая-нибудь норма, выполнив которую, человек мог успокоиться и считать себя спасенным?
- Об этом сейчас и шла речь. Спасение определяется не количеством дел, а состоянием души. У Исаака Сирина есть такие замечательные слова: "Пока не смирится человек, не получает награды за свое делание. Награда дается не за делание, но за смирение". Почему так? Потому, что Бог есть смирение и любовь, любовь и смирение. И все заповеди Его должны привести человека к подобному же состоянию. Если же их исполнение порождает самомнение, тогда все они не только обессмысливаются, но и становятся вредными для человека, орудиями его гибели. И таких случаев множество.

Кстати, кто чаще всего впадает в состояние глубокой прелести, то есть лжедуховности? Те подвижники, которые думали, что своими подвигами могут угодить Богу. Из жития Антония Великого мы знаем, что ему явился сатана и говорил: "Антоний, ты мало ешь, а я совсем не ем. Ты мало спишь, а я совсем не сплю. Не этим ты победил меня, а смирением". Сказано совершенно верно. Но видите, как лукавый и здесь лукавит? Сатана надеялся, что Антоний возгордится своим смирением, и тогда все его подвиги погибнут.

- В одной из евангельских притч говорится, что в одном винограднике были работники, которые работали там целый день, потом к ним присоединились люди, которые работали там в течение половины дня. И, наконец, последняя смена проработала там всего один час. А награду все получили одну и ту же. Понятно, что под виноградником имеется в виду работа ради Господа Бога и под наградой понимается Царствие Небесное. Но ведь это несправедливо!
- Да, несправедливо, если бы это была не притча, а факт обычной жизни. Притча же с помощью этого образа раскрывает одно из серьезнейших положений духовной жизни человека. Помните, как возмутились те, которые работали с утра? Христос и указывает этой притчей на глубокую ошибку, вошедшую в сознание иудеев, что будто бы человек получает награду от "Хозяина виноградника" - Бога - за количество добрых дел, безотносительно к тому, с каким душевным настроем они совершаются. Оказывается, иначе. Основным является как раз тот духовный "ключ", в котором подвизается человек. Тот же святой Исаак Сирин писал об этом совершенно определенно: "Воздаяние бывает не добродетели и не труду ради нее, но рождающемуся от них смирению. Если же оно оскудеет, то первые (добродетель и труд ради нее) будут напрасны". "Без смирения напрасны все дела наши, всякие добродетели и всякое делание". Вот непререкаемый критерий истинной христианской жизни! Он скрыт от людей, но виден Богу.

Важно при этом помнить мысль Отцов: истинное смирение не видит себя смиренным! Более того, как говорили египетские святые пустынники, та добродетель, которая становится очевидной для всех, теряет свою цену. Возвращаясь к притче, напомню, например, предсказание древних подвижников о монашестве последних времен. Они говорили, что последние монашествующие "не будут уже иметь тех подвигов, которые имели мы, они будут спасаться смиренным терпением скорбей". Смиренным - то есть с осознанием того, что они "рабы, ничего не стоящие" и достойное по делам своим получают. Благодаря этому смирению эти, последние, получат ту же "плату" от Хозяина, что и первые великие подвижники.

- Если христианство - терапия, а Христос - величайший Врач, значит ли это, что христианство - удел больных душою, и здоровым оно не нужно?
- В том-то и дело, что, по христианскому вероучению, в первом грехопадении сама природа человека глубоко повредилась. Она, как пишет св. Максим Исповедник, стала смертной, тленной, страстной. Поэтому больны все люди, но не все хотят это видеть. И в этом заключается главная беда человека. Ибо, когда больной не хочет признавать, что он болен, тогда лечение невозможно - и понятно, какие следствия из этого могут проистекать. Именно эту роковую ошибку и допускает не-христианское сознание. Во всех людях живут страсти. А страсть - страшная разрушительная стихия. Не подчиненная разуму, а подчинившая его себе, она всю историю человечества приносит тяжелейшие бедствия.

Римский император Калигула страдал от того, что у всего римского народа не одна голова, которую он мог бы снести одним ударом. Теперь научно-технический прогресс открывает безграничные возможности для осуществления этой "великой" цели. Не по гордыне ли и злой воле нового Калигулы "земля и все дела на ней сгорят", как пророчествовал о конце мира апостол Петр? Христианство говорит, что без духовно-нравственного изменения самого человека невозможно достичь блага на земле.

О чем мечтают гуманисты всех времен? Путем революций, реформ, иных социальных преобразований создадим рай на земле! И что же? XX век залил мир кровью в таком изобилии, какого вся история человечества не знала, но так ничему и не научил человека.
Потому первая задача христианской аскетики - помочь человеку увидеть свои духовные и нравственные болезни. Ибо только в этом случае он сможет заняться собой. А как их можно увидеть? Преподобный Симеон Новый Богослов дает исчерпывающий ответ: "Тщательное исполнение заповедей Христовых открывает человеку его духовные болезни". Действительно, сравнение своих поступков, мыслей, желаний с заповедями Евангелия ясно открывает человеку его духовное состояние. Оказывается, я не могу не осуждать, не могу не завидовать, не тщеславиться... не буду продолжать дальше, поскольку придется дойти до таких вещей, о которых и говорить неприлично. Вот тут я и увижу, кто я есть на самом деле, и с грустью и иронией скажу: "Да... человек-это звучит гордо..." Лучшего повода для иронии не придумаешь!

- Но от чего мы должны спасаться? И зачем вообще человеку нужно, чтобы кто-то его спасал?
- Однажды подходит ко мне студент с кислой миной на лице. Спрашиваю его: "Что с тобой?" Он отвечает: "Зуб болит". Я говорю: "Чудак-человек, болит-то зуб, а не ты! Ну и пусть болит!" "Вам бы только шутить, Алексей Ильич!"

Я это к тому говорю, что грехи - не какая-то абстракция. Каждый грех является раной, наносимой человеком самому себе, потому он и приносит нам боль. Если я наступлю голой пяткой на острый гвоздь, то, пожалуй, не скажу: "Ха-ха, как щекотно и смешно. А ну-ка еще раз и посильнее!" Ничего подобного! Думаю, что многие замечали: когда кого-то злостно осудишь или обманешь, - как скверно потом бывает на душе? Совесть мучает. Страсть на славянском языке означает, в частности, страдание (отсюда, например, "Страсти Христовы"). Любая страсть всегда и является источником страданий. Мы знаем, как страдает тщеславный, когда его не хвалят, более того, ругают. Какие муки переносит завистливый, когда у его лучшего друга успех. Помните у Данте: "Так завистью кипела кровь моя, что если было хорошо другому, ты видел бы как зеленею я". Так вот, спасаться нужно от порабощения страстям.

Но нужду в спасении человек начинает чувствовать, когда увидит безобразие своей души и захочет стать хоть немного чище, чем есть. Здесь-то он и поймет, каковы его "успехи" в самоизлечении от мучающих его страстей, поймет и необходимость Божественной помощи.

Приведу пример. Представьте себе, что вдруг мой прекрасный нос оказался пораженным кожной болезнью, которая может быть излечена одним-единственным средством - солнечными лучами. Теперь от меня зависит, подставить свой нос солнцу или нет. Такова двуединая терапевтическая деятельность. Эта совместная работа человека и солнца - образ спасения человека. В богословии такое двуединство Бога и человека в деле спасения называется синергией. Бог является исцеляющим "Солнцем", но от человека требуется произволение, понуждение, труд борьбы со своими страстями. Сама по себе эта борьба не исцеляет, но именно она открывает двери души действию Солнца-Бога.

- Многие говорят сегодня: "Я в Бога, конечно, верю, но в церковь не хожу". Как бы Вы отреагировали на такую позицию?
- Это равносильно тому, что сказать: "Врачу я верю, но идти к нему в больницу не собираюсь". Многие не понимают, что за словом "Бог" могут стоять многие и разные до противоположности образы, а, следовательно, и принципы жизни. Мы уже говорили, что, по вере одних, Бог может и миловать, и ненавидеть, и прощать, и мстить, губить и т. д. Соответственна этому и нравственность: люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего. Для христиан же Бог есть Любовь, поэтому и заповедь: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас. В храме верующий, в конечном счете, получает знание о Боге, о вере, о том, что необходимо для правильной христианской жизни, что такое святость и праведность (а что не является таковыми). Наконец, церковь - это место, где можно отойти от повседневной суеты и помолиться, покаяться - дома редко кто имеет такую возможность. Сама атмосфера храма многое дает душе человека.

- Сейчас люди, исповедующие разные религии, уже не разделены океанами и континентами. Они нередко живут в одном городе, в одной стране и сидят в одной учебной аудитории. Как относиться христианину к людям, которые исповедуют другие религии? Каково должно быть его, на самом деле христианское, отношение?
- Заповедь любить даже врагов дает полный ответ и на этот вопрос. Но христианская любовь имеет несколько ступеней. На нашем, самом элементарном уровне, христианская любовь состоит в том, чтобы не делать другому того, чего не хочешь себе. Христос подтвердил это золотое правило морали: как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними.

Следующей ступенью любви является: возлюби ближнего твоего, как самого себя. К сожалению, наша любовь, особенно к себе, очень эгоистична. Поэтому, не научившись правильно любить себя, трудно правильно возлюбить и другого. Но к этому подвигает верующего Господь Иисус Христос.

Высшей ступенью является жертвенная любовь, о которой замечательно пишет святой Исаак Сирин: "Что такое сердце милующее? - Возгорание сердца у человека о всем творении, о человеках, о птицах, о животных, о демонах и о вся-кой твари... А посему и о бессловесных, и о врагах истины, и о делающих ему вред ежечасно со слезами приносит молитву, чтобы сохранились и были помилованы... Достигших же совершенства признак таков: если десятикратно в день преданы будут на сожжение за любовь к людям, не удовлетворятся сим, как Моисей... и как... Павел... И прочие апостолы за любовь к жизни людей прияли смерть во всяких ее видах... И домогаются святые сего признака - уподобиться Богу совершенством любви к ближнему".

Для христианина на любом уровне любви не должно существовать различий в отношении к людям. Должно понуждать себя к любви - не к чувству (это высокая ступень и она лишь в свое время дается Богом) - но хотя бы к сострадательности, к поступкам любви. Поэтому от христианина требуется оказать помощь нуждающемуся, страдающему, находящемуся в беде независимо от того, какой веры перед ним человек, какого мировоззрения, какой национальности, партийной принадлежности и так далее.

Источник: www.foma.ru Беседовал Владимир Легойда


 Карта сайта

Анонсы




Персоны

АВЕРИНЦЕВ АРАБОВ АРХАНГЕЛЬСКИЙ АСТАФЬЕВ АХМАТОВА АХМАДУЛИНА АДЕЛЬГЕЙМ АЛЛЕГРИ АЛЬБИНОНИ АЛЬФОНС АЛЛЕНОВА АКСАКОВ АРЦЫБУШЕВ АДРИАНА БУНИН БЕХТЕЕВ БИТОВ БОНДАРЧУК БОРОДИН БУЛГАКОВ БУТУСОВ БЕРЕСТОВ БРУКНЕР БРАМС БРУХ БЕЛОВ БЕРДЯЕВ БЕРНАНОС БЕРОЕВ БРЭГГ БУНДУР БАХ БЕТХОВЕН БОРОДИН БАТАЛОВ БИЗЕ БРЕГВАДЗЕ БУЗНИК БЛОХ БЕХТЕРЕВА БУОНИНСЕНЬЯ БРОДСКИЙ БАСИНСКИЙ БАТИЩЕВА БАРКЛИ БОРИСОВ БУЛЫГИН БОРОВИКОВСКИЙ БЫКОВ БУРОВ БАК ВАРЛАМОВ ВАСИЛЬЕВА ВОЛОШИН ВЯЗЕМСКИЙ ВАРЛЕЙ ВИВАЛЬДИ ВО ВОЗНЕСЕНСКАЯ ВИШНЕВСКАЯ ВОДОЛАЗКИН ВОЛОДИХИН ВЕРТИНСКАЯ ВУЙЧИЧ ГАЛИЧ ГЕЙЗЕНБЕРГ ГЕТМАНОВ ГИППИУС ГОГОЛЬ ГРАНИН ГУМИЛЁВ ГУСЬКОВ ГАЛЬЦЕВА ГОРОДОВА ГЛИНКА ГРАДОВА ГАЙДН ГРИГ ГУРЕЦКИЙ ГЕРМАН ГРИЛИХЕС ГОРДИН ГРЫМОВ ГУБАЙДУЛИНА ГОЛЬДШТЕЙН ГРЕЧКО ГОРБАНЕВСКАЯ ГОДИНЕР ГРЕБЕНЩИКОВ ДЮЖЕВ ДЕМЕНТЬЕВ ДЕСНИЦКИЙ ДОВЛАТОВ ДОСТОЕВСКИЙ ДРУЦЭ ДЕБЮССИ ДВОРЖАК ДОНН ДУНАЕВ ДАНИЛОВА ДЖОТТО ДЖЕССЕН ЖУКОВСКИЙ ЖИДКОВ ЖУРИНСКАЯ ЖИЛЛЕ ЖИВОВ ЗАЛОТУХА ЗОЛОТУССКИЙ ЗУБОВ ЗАНУССИ ЗВЯГИНЦЕВ ЗОЛОТОВ ИСКАНДЕР ИЛЬИН КАБАКОВ КИБИРОВ КИНЧЕВ КОЛЛИНЗ КОНЮХОВ КОПЕРНИК КУБЛАНОВСКИЙ КУРБАТОВ КУЧЕРСКАЯ КУШНЕР КАПЛАН КОРМУХИНА КУПЧЕНКО КОРЕЛЛИ КИРИЛЛОВА КОРЖАВИН КОРЧАК КОРОЛЕНКО КЬЕРКЕГОР КРАСНОВА ЛИПКИН ЛОПАТКИНА ЛЕВИТАНСКИЙ ЛУНГИН ЛЬЮИС ЛЕГОЙДА ЛИЕПА ЛЯДОВ ЛОСЕВ ЛИСТ ЛЕОНОВ МАЙКОВ МАКДОНАЛЬД МАКОВЕЦКИЙ МАКСИМОВ МАМОНОВ МАНДЕЛЬШТАМ МИРОНОВ МОТЫЛЬ МУРАВЬЕВА МОРИАК МАРТЫНОВ МЕНДЕЛЬСОН МАЛЕР МУСОРГСКИЙ МОЦАРТ МИХАЙЛОВ МЕРЗЛИКИН МАССНЕ МАХНАЧ МЕЛАМЕД МИЛЛЕР МОЖЕГОВ МАКАРСКИЙ МАРИЯ НАРЕКАЦИ НЕКРАСОВ НЕПОМНЯЩИЙ НИКОЛАЕВА НАДСОН НИКИТИН НИВА ОКУДЖАВА ОСИПОВ ОРЕХОВ ОСТРОУМОВА ОБОЛДИНА ОХАПКИН ПАНТЕЛЕЕВ ПАСКАЛЬ ПАСТЕР ПАСТЕРНАК ПИРОГОВ ПЛАНК ПОГУДИН ПОЛОНСКИЙ ПРОШКИН ПАВЛОВИЧ ПЕГИ ПЯРТ ПОЛЕНОВ ПЕРГОЛЕЗИ ПЁРСЕЛЛ ПАЛЕСТРИНА ПУЩАЕВ ПАВЛОВ ПЕТРАРКА ПЕВЦОВ ПАНЮШКИН ПЕТРЕНКО РАСПУТИН РЫБНИКОВ РАТУШИНСКАЯ РАЗУМОВСКИЙ РАХМАНИНОВ РАВЕЛЬ РАУШЕНБАХ РУБЛЕВ РЕВИЧ РУБЦОВ РАТНЕР РОСТРОПОВИЧ РОДНЯНСКАЯ СВИРИДОВ СЕДАКОВА СЛУЦКИЙ СОЛЖЕНИЦЫН СОЛОВЬЕВ СТЕБЛОВ СТУПКА СКАРЛАТТИ САРАСКИНА САРАСАТЕ СОЛОУХИН СТОГОВ СОКУРОВ СТРУВЕ СИКОРСКИЙ СУИНБЕРН САНАЕВ СИЛЬВЕСТРОВ СОНЬКИНА СИНЯЕВА СТЕПУН ТЮТЧЕВ ТУРОВЕРОВ ТАРКОВСКИЙ ТЕРАПИАНО ТРАУБЕРГ ТКАЧЕНКО ТИССО ТАВЕНЕР ТОЛКИН ТОЛСТОЙ ТУРГЕНЕВ ТАРКОВСКИЙ УЖАНКОВ УМИНСКИЙ ФУДЕЛЬ ФЕТ ФЕДОСЕЕВ ФИЛЛИПС ФРА ФИРСОВ ФАСТ ФЕДОТОВ ХОТИНЕНКО ХОМЯКОВ ХАМАТОВА ХУДИЕВ ХЕРСОНСКИЙ ХОРУЖИЙ ЦВЕТАЕВА ЦФАСМАН ЧАЛИКОВА ЧУРИКОВА ЧЕЙН ЧЕХОВ ЧЕСТЕРТОН ЧЕРНЯК ЧАВЧАВАДЗЕ ЧУХОНЦЕВ ЧАПНИН ЧАРСКАЯ ШЕВЧУК ШУБЕРТ ШУМАН ШМЕМАН ШНИТКЕ ШМИТТ ШМЕЛЕВ ШНОЛЬ ШПОЛЯНСКИЙ ШТАЙН ЭЛГАР ЭПШТЕЙН ЮРСКИЙ ЮДИНА ЯМЩИКОВ