О ПроектеАпологетикаНовый ЗаветЛитургияПроповедьГалереиМузыкальная коллекцияКонтакты

Алфавитный указатель:

АБВГ
ДЕЖЗ
ИКЛМ
НОПР
СТУФ
ХЦЧШ
ЩЭЮЯ


Все имена на сайте

Все имена на сайте

АВЕРИНЦЕВ Сергей Сергеевич
АДАМОВИЧ Георгий Викторович
АРАБОВ Юрий Николаевич
АРХАНГЕЛЬСКИЙ Александр Николаевич
АСТАФЬЕВ Виктор Петрович
АХМАТОВА Анна Андреевна
АХМАДУЛИНА Белла Ахатовна
АДЕЛЬГЕЙМ Павел Анатольевич (протоиерей)
АНТОНИЙ [Андрей Борисович Блум] (митрополит)
АЛЕШКОВСКИЙ Петр Маркович
АЛЛЕГРИ Грегорио
АЛЬБИНОНИ Томазо
АЛЬФОНС X Мудрый
АМВРОСИЙ Медиоланский
АФОНИНА Сайда Мунировна
АРОНЗОН Леонид Львович
АМИРЭДЖИБИ Чабуа Ираклиевич
АРТЕМЬЕВ Эдуард Николаевич
АЛДАШИН Михаил Владимирович
АНДЕРСЕН Ларисса Николаевна
АНДЕРСЕН Ханс Кристиан
АЛЛЕНОВА Ольга
АНФИЛОВ Глеб Иосафович
АПУХТИН Алексей Николаевич
АФАНАСЬЕВ Леонид Николаевич
АКСАКОВ Иван Сергеевич
АНУФРИЕВА Наталия Даниловна
АРЦЫБУШЕВ Алексей Петрович
АНСИМОВ Георгий Павлович
АДРИАНА (монахиня) [Наталия Владимировна Малышева]
АЛЬШАНСКАЯ Елена Леонидовна
АРХАНГЕЛЬСКАЯ Анна Валерьевна
АЛЕКСЕЕВ Анатолий Алексеевич
АРКАДЬЕВ Михаил Александрович
АЛЕКСАНДРОВ Кирилл Михайлович
АРБЕНИНА Диана Сергеевна
АРШАКЯН Лев (иерей)
АБЕЛЬ Карл Фридрих
АЛФЁРОВА Ксения Александровна
БАЛЬМОНТ Константин Дмитриевич
БУНИН Иван Алексеевич
БЕХТЕЕВ Сергей Сергеевич
БИТОВ Андрей Георгиевич
БОНДАРЧУК Алёна Сергеевна
БОРОДИН Леонид Иванович
БУЛГАКОВ Михаил Афанасьевич
БУТУСОВ Вячеслав Геннадьевич
БОНХЁФФЕР Дитрих
БЕРЕСТОВ Валентин Дмитриевич
БРУКНЕР Антон
БРАМС Иоганнес
БРУХ Макс
БЕЛОВ Алексей
БЕРДЯЕВ Николай Александрович
БЕРЕЗИН Владимир Александрович
БЕРНАНОС Жорж
БЕРОЕВ Егор Вадимович
БРЭГГ Уильям Генри
БУНДУР Олег Семёнович
БАЛАКИРЕВ Милий Алексеевич
БАХ Иоганн Себастьян
БЕТХОВЕН Людвиг ван
БОРОДИН Александр Порфирьевич
БАТАЛОВ Алексей Владимирович
БЕНЕВИЧ Григорий Исаакович
БИЗЕ Жорж
БРЕГВАДЗЕ Нани Георгиевна
БУЗНИК Михаил Христофорович
БОРИСОВ Александр Ильич (священник)
БЛОХ Карл
БУЛГАКОВ Артем
БЕГЛОВ Алексей Львович
БЕХТЕРЕВА Наталья Петровна
БЕРЯЗЕВ Владимир Алексееич
БУОНИНСЕНЬЯ Дуччо ди
БРОДСКИЙ Иосиф Александрович
БАКУЛИН Мирослав Юрьевич
БАСИНСКИЙ Павел Валерьевич
БУКСТЕХУДЕ Дитрих
БУЛГАКОВ Сергий Николаевич (священник)
БАТИЩЕВА Янина Генриховна
БИБЕР Генрих
БАРКЛИ Уильям
БЕРХИН Владимир
БОРИСОВ Николай Сергеевич
БУЛЫГИН Павел Петрович
БОРОВИКОВСКИЙ Александр Львович
БЫКОВ Дмитрий Львович
БАЛАЯН Елена Владимировна
БИККУЛОВА Алёна Алексеевна
БЕЛАНОВСКИЙ Юрий Сергеевич
БУРОВ Алексей Владимирович
БАХРЕВСКИЙ Владислав Анатольевич
БАШУТИН Борис Валерьевич
БЕРЕЗОВА Юлия
БАБЕНКО Алёна Олеговна
БУЦКО Юрий Маркович
БОЛДЫШЕВА Ирина Валентиновна
БАК Дмитрий Петрович
БЕЛЛ Роб
БИБИХИН Владимир Вениаминович
БАРТ Карл
БУДЯШЕК Ян
БАЙТОВ Николай Владимирович
БАТОВ Олег Анатольевич (протоиерей)
БЕНИНГ Симон
БАЛТРУШАЙТИС Юргис Казимирович
БЕЛЬСКИЙ Станислав
БЕЛОХВОСТОВА Юлия
БЕЖИН Леонид Евгеньевич
БИРЮКОВА Марина
БОЕВ Пётр Анатольевич (иерей)
БЫКОВ Василь Владимирович
ВАРЛАМОВ Алексей Николаевич
ВАСИЛЬЕВА Екатерина Сергеевна
ВОЛОШИН Максимилиан Александрович
ВЯЗЕМСКИЙ Юрий Павлович
ВАРЛЕЙ Наталья Владимировна
ВИВАЛЬДИ Антонио
ВО Ивлин
ВОРОПАЕВ Владимир Алексеевич
ВИСКОВ Антон Олегович
ВОЗНЕСЕНСКАЯ Юлия Николаевна
ВИШНЕВСКАЯ Галина Павловна
ВИЛЕНСКИЙ Семен Самуилович
ВАСИЛИЙ (епископ) [Владимир Михайлович Родзянко]
ВОЛКОВ Павел Владимирович
ВЕЙЛЬ Симона
ВОДОЛАЗКИН Евгений Германович
ВОЛОДИХИН Дмитрий Михайлович
ВЕЛИЧАНСКИЙ Александр Леонидович
ВОЛЧКОВ Сергей Валерьевич
ВАРСОНОФИЙ (архимандрит) [Павел Иванович Плиханков]
ВЕРТИНСКАЯ Анастасия Александровна
ВДОВИЧЕНКОВ Владимир Владимирович
ВАССА [Ларина] (инокиня)
ВИНОГРАДОВ Леонид
ВАСИН Вячеслав Георгиевич
ВАРАЕВ Максим Владимирович (священник)
ВИТАЛИ Джованни Баттиста
ВУЙЧИЧ Ник
ВОСКРЕСЕНСКИЙ Семен Николаевич
ВЕЛИКАНОВ Павел Иванович (протоиерей)
ВАСИЛЮК Фёдор Ефимович
ВИКТОРИЯ Томас Луис
ВАЙГЕЛЬ Валентин
ВАНЬЕ Жан
ВЛАДИМИРСКИЙ Леонид Викторович
ВЫРЫПАЕВ Иван Александрович
ВОЛФ Мирослав
ГОЛЕНИЩЕВ-КУТУЗОВ Арсений Аркадьевич
ГАЛАКТИОНОВА Вера Григорьевна
ГАЛИЧ Александр Аркадьевич
ГАЛКИН Борис Сергеевич
ГЕЙЗЕНБЕРГ Вернер
ГЕТМАНОВ Роман Николаевич
ГИППИУС Зинаида Николаевна
ГОБЗЕВА Ольга Фроловна [монахиня Ольга]
ГОГОЛЬ Николай Васильевич
ГРАНИН Даниил Александрович
ГУМИЛЁВ Николай Степанович
ГУСЬКОВ Алексей Геннадьевич
ГУРЦКАЯ Диана Гудаевна
ГАЛЬЦЕВА Рената Александровна
ГОРОДОВА Мария Александровна
ГАЛЬ Юрий Владимирович
ГЛИНКА Михаил Иванович
ГРАДОВА Екатерина Георгиевна
ГАЙДН Йозеф
ГЕНДЕЛЬ Георг Фридрих
ГЕРМАН Расслабленный
ГРИГ Эдвард
ГОРБОВСКИЙ Глеб Яковлевич
ГАЛУППИ Бальдассаре
ГЛЮК Кристоф
ГУРЕЦКИЙ Хенрик Миколай
ГУМАНОВА Ольга
ГЕРМАН Анна
ГРИЛИХЕС Леонид (священник)
ГРААФ Фредерика(Мария) де
ГОРДИН Яков Аркадьевич
ГЛИНКА Елизавета Петровна (Доктор Лиза)
ГУРБОЛИКОВ Владимир Александрович
ГРИЦ Илья Яковлевич
ГРЫМОВ Юрий Вячеславович
ГОРИЧЕВА Татьяна Михайловна
ГВАРДИНИ Романо
ГУБАЙДУЛИНА София Асгатовна
ГОЛЬДШТЕЙН Дмитрий Витальевич
ГОРЮШКИН-СОРОКОПУДОВ Иван Силыч
ГРЕЧКО Георгий Михайлович
ГРИМБЛИТ Татьяна Николаевна
ГОРБАНЕВСКАЯ Наталья Евгеньевна
ГРИБ Андрей Анатольевич
ГОЛОВКОВА Лидия Алексеевна
ГАСЛОВ Игорь Владимирович
ГОДИНЕР Анна Вацлавовна
ГЕРЦЫК Аделаида Казимировна
ГНЕЗДИЛОВ Андрей Владимирович
ГУТНЕР Григорий Борисович
ГАРКАВИ Дмитрий Валентинович
ГОРОДЕЦКАЯ Надежда Даниловна
ГУПАЛО Георгий Михайлович
ГЕ Николай Николаевич
ГАЛИК Либор Серафим (священник)
ГЕЗАЛОВ Александр Самедович
ГЕНИСАРЕТСКИЙ Олег Игоревич
ГЕОРГИЙ [Жорж Ходр] (митрополит)
ГИППЕНРЕЙТЕР Юлия Борисовна
ГРЕБЕНЩИКОВ Борис Борисович
ГРАММАТИКОВ Владимир Александрович
ГУЛЯЕВ Георгий Анатольевич (протоиерей)
ГУМЕРОВА Анна Леонидовна
ГОРОДНИЦКИЙ Александр Моисеевич
ГИОРГОБИАНИ Давид
ГОЛЬЦМАН Ян Янович
ГАНДЛЕВСКИЙ Сергей Маркович
ГЕНИЕВА Екатерина Юрьевна
ГЛУХОВСКИЙ Дмитрий Алексеевич
ГРУНИН Юрий Васильевич
ДЮЖЕВ Дмитрий Петрович
ДОРЕ Гюстав
ДЕМЕНТЬЕВ Андрей Дмитриевич
ДЕСНИЦКИЙ Андрей Сергеевич
ДОВЛАТОВ Сергей Донатович
ДОСТОЕВСКИЙ Фёдор Михайлович
ДРУЦЭ Ион
ДИКИНСОН Эмили
ДЕБЮССИ Клод
ДВОРЖАК Антонин
ДАРГОМЫЖСКИЙ Александр Сергеевич
ДОНН Джон
ДВОРКИН Александр Леонидович
ДУНАЕВ Михаил Михайлович
ДАНИЛОВА Анна Александровна
ДЖОТТО ди Бондоне
ДИОДОРОВ Борис Аркадьевич
ДЬЯЧКОВ Александр Андреевич
ДЖЕССЕН Джианна
ДЖАБРАИЛОВА Мадлен Расмиевна
ДРОЗДОВ Николай Николаевич
ДАНИЛОВ Дмитрий Алексеевич
ДИМИТРИЙ (иеромонах) [Михаил Сергеевич Першин]
ДИККЕНС Чарльз
ДОРОНИНА Татьяна Васильевна
ДЕНИСОВ Эдисон Васильевич
ДАНИЛОВ Анатолий Евгеньевич
ДАНИЛОВА Юлия
ДОРМАН Елена Юрьевна
ДРАГУНСКИЙ Денис Викторович
ДУДЧЕНКО Андрей (протоиерей)
ДЕГЕН Ион Лазаревич
ЕСАУЛОВ Иван Андреевич
ЕМЕЛЬЯНЕНКО Федор Владимирович
ЕЛЬЧАНИНОВ Александр Викторович (священник)
ЕГЕРШТЕТТЕР Франц
ЖИРМУНСКАЯ Тамара Александровна
ЖУКОВСКИЙ Василий Андреевич
ЖИДКОВ Юрий Борисович
ЖУРИНСКАЯ Марина Андреевна
ЖИЛЬСОН Этьен Анри
ЖИЛЛЕ Лев (архимандрит)
ЖИВОВ Виктор Маркович
ЖАДОВСКАЯ Юлия Валериановна
ЖИГУЛИН Анатолий Владимирович
ЖЕЛЯБИН-НЕЖИНСКИЙ Олег
ЖИРАР Рене
ЗАЛОТУХА Валерий Александрович
ЗОЛОТУССКИЙ Игорь Петрович
ЗУБОВ Андрей Борисович
ЗАНУССИ Кшиштоф
ЗВЯГИНЦЕВ Андрей Петрович
ЗАХАРОВ Марк Анатольевич
ЗОРИН Александр Иванович
ЗАХАРЧЕНКО Виктор Гаврилович
ЗЕЛИНСКАЯ Елена Константиновна
ЗАБОЛОЦКИЙ Николай Алексеевич
ЗОЛОТОВ Андрей
ЗОЛОТОВ Андрей Андреевич
ЗАБЕЖИНСКИЙ Илья Аронович
ЗАЙЦЕВ Андрей
ЗОЛОТУХИН Денис Валерьевич (священник)
ЗАЙЦЕВА Татьяна
ЗОЛЛИ Исраэль
ЗЕЛИНСКИЙ Владимир Корнелиевич (протоиерей)
ЗОБИН Григорий Соломонович
ИВАНОВ Вячеслав Иванович
ИСКАНДЕР Фазиль Абдулович
ИВАНОВ Георгий Владимирович
ИЛЬИН Владимир Адольфович
ИГНАТОВА Елена Алексеевна
ИЛАРИОН (митрополит) [Григорий Валериевич Алфеев]
ИАННУАРИЙ (архимандрит) [Дмитрий Яковлевич Ивлев]
ИЛЬЯШЕНКО Александр Сергеевич (священник)
ИЛЬИН Иван Александрович
ИЛЬКАЕВ Радий Иванович
ИВАНОВ Вячеслав Всеволодович
КОНАЧЕВА Светлана Александровна
КАБАКОВ Александр Абрамович
КАБЫШ Инна Александровна
КАРАХАН Лев Маратович
КИБИРОВ Тимур Юрьевич
КИНЧЕВ Константин Евгеньевич
КОЗЛОВ Иван Иванович
КОЛЛИНЗ Френсис Селлерс
КОНЮХОВ Фёдор Филлипович (диакон)
КОПЕРНИК Николай
КУБЛАНОВСКИЙ Юрий Михайлович
КУРБАТОВ Валентин Яковлевич
КУСТУРИЦА Эмир
КУЧЕРСКАЯ Майя Александровна
КУШНЕР Александр Семенович
КАПЛАН Виталий Маркович
КУРАЕВ Андрей Вячеславович (протодиакон)
КОРМУХИНА Ольга Борисовна
КУХИНКЕ Норберт
КУПЧЕНКО Ирина Петровна
КЛОДЕЛЬ Поль
КОЗЛОВ Максим Евгеньевич (священник)
КАЛИННИКОВ Василий Сергеевич
КОРЕЛЛИ Арканджело
КАРОЛЬСФЕЛЬД Юлиус
КИРИЛЛОВА Ксения
КЕКОВА Светлана Васильевна
КОРЖАВИН Наум Моисеевич
КРЮЧКОВ Павел Михайлович
КРУГЛОВ Сергий Геннадьевич (священник)
КРАВЦОВ Константин Павлович (священник)
КНАЙФЕЛЬ Александр Аронович
КИКТЕНКО Вячеслав Вячеславович
КУРЕНТЗИС Теодор
КЫРЛЕЖЕВ Александр Иванович
КОШЕЛЕВ Николай Андреевич
КЮИ Цезарь Антонович
КОРЧАК Януш
КЛОДТ Евгений Георгиевич
КРАСНИКОВА Ольга Михайловна
КОРОЛЕНКО Псой
КЬЕРКЕГОР Серен
КОВАЛЬДЖИ Владимир
КОВАЛЬДЖИ Кирилл Владимирович
КОРИНФСКИЙ Аполлон Аполлонович
КЮХЕЛЬБЕКЕР Вильгельм Карлович
КОЗЛОВСКИЙ Иван Семёнович
КАРПОВ Сергей Павлович
КАМБУРОВА Елена Антоновна
КРАСИЛЬНИКОВ Сергей Александрович
КОПЕЙКИН Кирилл (протоиерей)
КАЛЕДА Кирилл Глебович (протоиерей)
КРАСНОВА Татьяна Викторовна
КРИВОШЕИНА Ксения Игоревна
КОТОВ Андрей Николаевич
КОРНОУХОВ Александр Давыдович
КЛЮКИНА Ольга Петровна
КАССИЯ
КРАВЕЦ Сергей Леонидович
КАЗАРНОВСКАЯ Любовь Юрьевна
КРАВЕЦКИЙ Александр Геннадьевич
КРИВУЛИН Виктор Борисович
КОСТЮКОВ Леонид Владимирович
КЛЕМАН Оливье
КУКИН Михаил Юрьевич
КОНАНОС Андрей (архимандрит)
КИРИЛЛОВ Игорь Леонидович
КАЛЛИСТ [Тимоти Уэр ] (митрополит)
КРИВОШЕИН Никита Игоревич
КИТНИС Тимофей
КИНДИНОВ Евгений Арсеньевич
КЛИМОВ Дмирий (протоиерей)
КОЗЫРЕВ Алексей Павлович
КУПРИЯНОВ Борис Леонидович (протоиерей)
КОКИН Илья Анатольевич (диакон)
КНЯЗЕВ Евгений Владимирович
КРАПИВИН Владислав Петрович
КЕННЕТ Клаус
КОЛОНИЦКИЙ Борис Иванович
ЛИЕПА Илзе
ЛИПКИН Семён Израилевич
ЛЮБОЕВИЧ Дивна
ЛОПАТКИНА Ульяна Вячеславовна
ЛОШИЦ Юрий Михайлович
ЛЕВИТАНСКИЙ Юрий Давыдович
ЛЕРМОНТОВ Михаил Юрьевич
ЛУНГИН Павел Семенович
ЛЬЮИС Клайв Стейплз
ЛУКЬЯНОВА Ирина Владимировна
ЛИСНЯНСКАЯ Инна Львовна
ЛЕГОЙДА Владимир Романович
ЛЮБИМОВ Илья Петрович
ЛОКАТЕЛЛИ Пьетро
ЛЮБАК Анри де
ЛАЛО Эдуар
ЛЕОНОВ Андрей Евгеньевич
ЛОСЕВА Наталья Геннадьевна
ЛИЕПА Андрис Марисович
ЛЯДОВ Анатолий Константинович
ЛАРШЕ Жан-Клод
ЛОСЕВ Алексей Федорович
ЛИСТ Ференц
ЛЮЛЛИ Жан-Батист
ЛЕГА Виктор Петрович
ЛОБАНОВ Валерий Витальевич
ЛЮБИМОВ Борис Николаевич
ЛЕВШЕНКО Борис Трифонович (священник)
ЛОРГУС Андрей Вадимович (священник)
ЛАССО Орландо
ЛЮБИЧ Кьяра
ЛУЧЕНКО Ксения Валерьевна
ЛЮБШИН Станислав Андреевич
ЛЕОНОВ Евгений Павлович
ЛАВЛЕНЦЕВ Игорь Вячеславович
ЛЮДОГОВСКИЙ Феодор (иерей)
ЛЮБИМОВ Григорий Александрович
ЛАВРОВ Владимир Михайлович
ЛЕОНОВИЧ Владимир Николаевич
ЛОПУШАНСКИЙ Константин Сергеевич
ЛИТВИНОВ Александр Михайлович
ЛУЧКО Клара Степановна
ЛАВДАНСКИЙ Александр Александрович
ЛОБЬЕ де Патрик
ЛАШКОВА Вера Иосифовна
ЛИПОВКИНА Татьяна
ЛОРЕНЦЕТТИ Амброджо
ЛОТТИ Антонио
ЛУКИН Павел Владимирович
ЛАШИН Емилиан Владимирович
МАЙКОВ Апполон Николаевич
МАКДОНАЛЬД Джордж
МАКОВЕЦКИЙ Сергей Васильевич
МАКОВСКИЙ Сергей Константинович
МАКСИМОВ Андрей Маркович
МАМОНОВ Пётр Николаевич
МАНДЕЛЬШТАМ Осип Эмильевич
МИНИН Владимир Николаевич
МИРОНОВ Евгений Витальевич
МОТЫЛЬ Владимир Яковлевич
МУРАВЬЕВА Ирина Вадимовна
МИЛЛИКЕН Роберт Эндрюс
МЮРРЕЙ Джозеф Эдвард
МАРКОНИ Гульельмо
МАТОРИН Владимир Анатольевич
МЕДУШЕВСКИЙ Вячеслав Вячеславович
МОРИАК Франсуа
МАРТЫНОВ Владимир Иванович
МЕНДЕЛЬСОН Феликс
МИРОНОВА Мария Андреевна
МАЛЕР Густав
МУСОРГСКИЙ Модест Петрович
МОЦАРТ Вольфганг Амадей
МАНФРЕДИНИ Франческо Онофрио
МИХАЙЛОВА Марина Валентиновна
МЕНЬ Александр (протоиерей)
МИХАЙЛОВ Александр Николаевич
МЕРЗЛИКИН Андрей Ильич
МАССНЕ Жюль
МАРЧЕЛЛО Алессандро
МАКИН Андрей Сергеевич
МАШО Гийом де
МАХНАЧ Владимир Леонидович
МАШЕГОВ Алексей
МЕРКЕЛЬ Ангела
МЕЛАМЕД Игорь Сунерович
МОНТИ Витторио
МИЛЛЕР Лариса Емельяновна
МОЖЕГОВ Владимир
МАКАРСКИЙ Антон Александрович
МАКАРИЙ (иеромонах) [Марк Симонович Маркиш]
МИТРОФАНОВ Георгий Николаевич (священник)
МОЩЕНКО Владимир Николаевич
МОГУТИН Юрий Николаевич
МИНДАДЗЕ Александр Анатольевич
МЕЛЬНИКОВА Анастасия Рюриковна
МИКИТА Андрей Иштванович
МАТВИЕНКО Игорь Игоревич
МЕЖЕНИНА Лариса Николаевна
МАРИЯ (монахиня) [Елизавета Юрьевна Пиленко]
МИРСКИЙ Георгий Ильич
МАЛАХОВА Лилия
МАРКИНА Надежда Константиновна
МОЛЧАНОВ Владимир Кириллович
МАГГЕРИДЖ Малькольм
МЕЛЛО Альберто
МОРОЗОВ Александр Олегович
МАКНОТОН Джон
МЕЕРСОН Ольга
МЕЕРСОН-АКСЕНОВ Михаил Георгиевич (протоиерей)
МИТРОФАНОВА Алла Сергеевна
МЕНЬШОВА Юлия Владимировна
МАЗЫРИН Александр (иерей)
МУРАВЬЁВ Алексей Владимирович
МАЛЬЦЕВА Надежда Елизаровна
МАГИД Сергей Яковлевич
МАРЕ Марен
МИРОНЕНКО Сергей Владимирович
НАРЕКАЦИ Григор
НЕКРАСОВ Николай Алексеевич
НЕПОМНЯЩИЙ Валентин Семенович
НИКОЛАЕВ Юрий Александрович
НИКОЛАЕВА Олеся Александровна
НЬЮТОН Исаак
НИКОЛАЙ [ Никола Велимирович ] (епископ)
НОРШТЕЙН Юрий Борисович
НЕГАТУРОВ Вадим Витальевич
НЕСТЕРЕНКО Евгений Евгеньевич
НОВИКОВ Денис Геннадьевич
НЕЖДАНОВ Владимир Васильевич (священник)
НЕСТЕРЕНКО Василий Игоревич
НЕКТАРИЙ (игумен) [Родион Сергеевич Морозов]
НАДСОН Семён Яковлевич
НИКИТИН Иван Саввич
НИКОЛАЙ [Николай Хаджиниколау] (митрополит)
НАЗАРОВ Александр Владимирович
НИВА Жорж
НИШНИАНИДЗЕ Шота Георгиевич
НИКУЛИН Николай Николаевич
ОКУДЖАВА Булат Шалвович
ОСИПОВ Алексей Ильич
ОРЕХОВ Дмитрий Сергеевич
ОРЛОВА Василина Александровна
ОСТРОУМОВА Ольга Михайловна
ОЦУП Николай Авдеевич
ОГОРОДНИКОВ Александр Иоильевич
ОБОЛДИНА Инга Петровна
ОХАПКИН Олег Александрович
ОРЕХАНОВ Георгий Леонидович (протоиерей)
ПАНТЕЛЕЕВ Леонид
ПАСКАЛЬ Блез
ПАСТЕР Луи
ПАСТЕРНАК Борис Леонидович
ПИРОГОВ Николай Иванович
ПЛАНК Макс
ПЛЕЩЕЕВ Алексей Николаевич
ПОГУДИН Олег Евгеньевич
ПОЛОНСКИЙ Яков Петрович
ПОЛЯКОВА Надежда Михайловна
ПОЛЯНСКАЯ Екатерина Владимировна
ПРОШКИН Александр Анатольевич
ПУШКИН Александр Сергеевич
ПАВЛОВИЧ Надежда Александровна
ПЕГИ Шарль
ПРОКОФЬЕВА Софья Леонидовна
ПЕТРОВА Татьяна Юрьевна
ПЯРТ Арво
ПОЛЕНОВ Василий Дмитриевич
ПЕРГОЛЕЗИ Джованни
ПЁРСЕЛЛ Генри
ПАЛЕСТРИНА Джованни Пьерлуиджи
ПЕТР (игумен) [Валентин Андреевич Мещеринов]
ПУЩАЕВ Юрий Владимирович
ПУЗАКОВ Алексей Александрович
ПАВЛОВ Олег Олегович
ПРОСКУРИНА Светлана Николаевна
ПАНИЧ Светлана Михайловна
ПЕЛИКАН Ярослав
ПОЛИКАНИНА Валентина Петровна
ПЬЕЦУХ Вячеслав Алексеевич
ПЕТРАРКА Франческо
ПУСТОВАЯ Валерия Ефимовна
ПЕВЦОВ Дмитрий Анатольевич
ПАНЮШКИН Валерий Валерьевич
ПОЗДНЯЕВА Кира
ПИВОВАРОВ Юрий Сергеевич
ПОРОШИНА Мария Михайловна
ПЕТРЕНКО Алексей Васильевич
ПАРРАВИЧИНИ Эльвира
ПРЕЛОВСКИЙ Анатолий Васильевич
ПАНТЕЛЕИМОН [Аркадий Викторович Шатов] (епископ)
ПРЕКУП Игорь (священник)
ПЕТРАНОВСКАЯ Людмила Владимировна
ПОДОБЕДОВА Ольга Ильинична
ПОПОВА Ольга Сигизмундовна
ПАРФЕНОВ Филипп (священник)
ПЛОТКИНА Алла Григорьевна
ПАРХОМЕНКО Сергей Борисович
ПАЗЕНКО Егор Станиславович
ПРОХОРОВА Ирина Дмитриевна
ПАГЫН Сергей Анатольевич
РАСПУТИН Валентин Григорьевич
РОМАНОВ Константин Константинович (КР)
РЫБНИКОВ Алексей Львович
РАТУШИНСКАЯ Ирина Борисовна
РОСС Рональд
РАНЦАНЕ Анна
РАЗУМОВСКИЙ Феликс Вельевич
РАХМАНИНОВ Сергей Васильевич
РАВЕЛЬ Морис
РАУШЕНБАХ Борис Викторович
РУБЛЕВ Андрей
РИМСКИЙ-КОРСАКОВ Николай Андреевич
РЕВИЧ Александр Михайлович
РУБЦОВ Николай Михайлович
РАТНЕР Лилия Николаевна
РОСТРОПОВИЧ Мстислав Леопольдович
РОГИНСКИЙ Арсений Борисович
РОЗЕНБЛЮМ Константин Витольд
РЕШЕТОВ Алексей Леонидович
РОГОВЦЕВА Ада Николаевна
РЫЖЕНКО Павел Викторович
РОДНЯНСКАЯ Ирина Бенционовна
РИЛЬКЕ Райнер Мария
РОШЕ Константин Константинович
РАКИТИН Александр Анатольевич
РОМАНЕНКО Татьяна Анатольевна
РЯШЕНЦЕВ Юрий Евгеньевич
РАЗУМОВ Анатолий Яковлевич
РУЛИНСКИЙ Василий Васильевич
СВИРИДОВ Георгий Васильевич
СЕДАКОВА Ольга Александровна
СЛУЦКИЙ Борис Абрамович
СМОКТУНОВСКИЙ Иннокентий Михайлович
СОЛЖЕНИЦЫН Александрович Исаевич
СОЛОВЬЕВ Владимир Сергеевич
СОЛОДОВНИКОВ Александр Александрович
СТЕБЛОВ Евгений Юрьевич
СТУПКА Богдан Сильвестрович
СОКОЛОВ-МИТРИЧ Дмитрий Владимирович
СМОЛЛИ Ричард
СЭЙЕРС Дороти
СМОЛЬЯНИНОВА Евгения Валерьевна
СТЕПАНОВ Юрий Константинович
СИМОНОВ Константин Михайлович
СМОЛЬЯНИНОВ Артур Сергеевич
СЕДОВ Константин Сергеевич
СОПРОВСКИЙ Александр Александрович
СКАРЛАТТИ Алессандро
САРАСКИНА Людмила Ивановна
САМОЙЛОВ Давид Самуилович
САРАСАТЕ Пабло
СТРАДЕЛЛА Алессандро
СУРОВА Людмила Васильевна
СЛУЧЕВСКИЙ Николай Владимирович
СОКОЛОВ Александр Михайлович
СОЛОУХИН Владимир Алексеевич
СТОГОВ Илья Юрьевич
СЕН-САНС Камиль
СОКУРОВ Александр Николаевич
СТРУВЕ Никита Алексеевич
СОЛЖЕНИЦЫН Игнат Александрович
СИКОРСКИЙ Игорь Иванович
СУИНБЕРН Ричард
САВВА (Мажуко) архимандрит
САНАЕВ Павел Владимирович
СИЛЬВЕСТРОВ Валентин Васильевич
СТЕФАНОВИЧ Николай Владимирович
СОНЬКИНА Анна Александровна
СИНЯЕВА Ольга
СОЛОНИЦЫН Алексей Алексеевич
САЛИМОН Владимир Иванович
СВЕТОЗАРСКИЙ Алексей Константинович
СКУРАТ Константин Ефимович
СВЕШНИКОВА Мария Владиславовна
СЕНЬЧУКОВА Мария Сергеевна [ инокиня Евгения ]
СЕЛЕЗНЁВ Михаил Георгиевич
САВЧЕНКО Николай (священник)
СПИВАКОВСКИЙ Павел Евсеевич
САДОВНИКОВА Елена Юрьевна
СЕН-ЖОРЖ Жозеф
СУДАРИКОВ Виктор Андреевич
САММАРТИНИ Джованни Баттиста
САНДЕРС Скип и Гвен
СКВОРЦОВ Ярослав Львович
СТЕПАНОВА Мария Михайловна
САРАБЬЯНОВ Владимир Дмитриевич
СЛАДКОВ Дмитрий Владимирович
СТОРОЖЕВА Вера Михайловна
СИГОВ Константин Борисович
СТЕПУН Фёдор Августович
СЕНДЕРОВ Валерий Анатольевич
СВЕЛИНК Ян
СТЕРЖАКОВ Владимир Александрович
СТРУКОВА Алиса
СУХИХ Игорь Николаевич
ТЮТЧЕВ Фёдор Иванович
ТУРОВЕРОВ Николай Николаевич
ТАРКОВСКИЙ Михаил Александрович
ТЕРАПИАНО Юрий Константинович
ТОНУНЦ Елена Константиновна
ТРАУБЕРГ Наталья Леонидовна
ТАУНС Чарльз
ТОКМАКОВ Лев Алексеевич
ТКАЧЕНКО Александр
ТЕУНИКОВА Юлия Александровна
ТАРТИНИ Джузеппе
ТИССО Джеймс
ТРОШИН Валерий Владимирович
ТАХО-ГОДИ Аза (Наталья) Алибековна
ТАВЕНЕР Джон
ТОЛКИН Джон Рональд Руэл
ТРАНСТРЁМЕР Тумас
ТАРИВЕРДИЕВ Микаэл Леонович
ТЕПЛИЦКИЙ Виктор (протоиерей)
ТРОСТНИКОВА Елена Викторовна
ТОЛСТОЙ Алексей Константинович
ТУРГЕНЕВ Иван Сергеевич
ТЕПЛЯКОВ Виктор Григорьевич
ТИМОФЕЕВ Александр (священник)
ТИРИ Жан-Франсуа
ТАРКОВСКИЙ Арсений Александрович
ТЕЙЛОР Чарльз
ТАРАСОВ Аркадий Евгеньевич
ТЕРСТЕГЕН Герхард
ТАЛАШКО Владимир Дмитриевич
ТУРОВА Варвара
УЖАНКОВ Александр Николаевич
УОЛД Джордж
УМИНСКИЙ Алексей (священник)
УСПЕНСКИЙ Михаил Глебович
УЗЛАНЕР Дмитрий
УГЛОВ Николай Владимирович
УСПЕНСКИЙ Федор Борисович
УЛИЦКАЯ Людмила Евгеньевна
ФУДЕЛЬ Сергей Иосифович
ФЕТ Афанасий Афанасьевич
ФЕДОСЕЕВ Владимир Иванович
ФИЛЛИПС Уильям
ФРА БЕАТО АНДЖЕЛИКО
ФРАНК Семён Людвигович
ФИРСОВ Сергей Львович
ФЕСТЮЖЬЕР Андре-Жан
ФАСТ Геннадий (священник)
ФОРЕСТ Джим
ФЕОДОРИТ (иеродиакон) [Сергей Валентинович Сеньчуков]
ФОФАНОВ Константин Михайлович
ФЕДОТОВ Георгий Петрович
ФРАНКЛ Виктор
ФЛАМ Людмила Сергеевна
ФЛОРОВСКИЙ Георгий Васильевич (протоиерей)
ФОМИН Игорь (протоиерей)
ФИЛАТОВ Леонид Алексеевич
ФЕДЕРМЕССЕР Анна Константиновна
ХОТИНЕНКО Владимир Иванович
ХОМЯКОВ Алексей Степанович
ХОДАСЕВИЧ Владислав Фелицианович
ХАМАТОВА Чулпан Наилевна
ХАБЬЯНОВИЧ-ДЖУРОВИЧ Лиляна
ХУДИЕВ Сергей Львович
ХЕРСОНСКИЙ Борис Григорьевич
ХИЛЬДЕГАРДА Бингенская
ХОРУЖИЙ Сергей Сергеевич
ХЛЕБНИКОВ Олег Никитьевич
ХЕТАГУРОВ Коста Леванович
ХОРИНЯК Алевтина Петровна
ХЛЕВНЮК Олег Витальевич
ХИЛЛМАН Кристофер
ХОПКО Фома Иванович (протопресвитер)
ЦИПКО Александр Сергеевич
ЦВЕТАЕВА Анастасия Ивановна
ЦФАСМАН Михаил Анатольевич
ЦВЕЛИК Алексей Михайлович
ЦЫПИН Владислав Александрович (протоиерей)
ЧАЛИКОВА Галина Владленовна
ЧУРИКОВА Инна Михайловна
ЧЕРЕНКОВ Федор Федорович
ЧЕЙН Эрнст
ЧАЙКОВСКАЯ Елена Анатольевна
ЧЕХОВ Антон Павлович
ЧЕСТЕРТОН Гилберт
ЧЕРНЯК Андрей Иосифович
ЧЕРНИКОВА Татьяна Васильевна
ЧИЧИБАБИН Борис Алексеевич
ЧИСТЯКОВ Георгий Петрович (священник)
ЧЕРКАСОВА Елена Игоревна
ЧАВЧАВАДЗЕ Елена Николаевна
ЧУХОНЦЕВ Олег Григорьевич
ЧАВЧАВАДЗЕ Зураб Михайлович
ЧАПНИН Сергей Валерьевич
ЧАРСКАЯ Лидия Алексеевна
ЧЕРНЫХ Наталия Борисовна
ЧИМАБУЭ Ченни ди Пепо
ЧУКОВСКАЯ Елена Цезаревна
ЧЕЙГИН Петр Николаевич
ШЕМЯКИН Михаил Михайлович
ШЕВЧУК Юрий Юлианович
ШАНГИН Никита Генович
ШИРАЛИ Виктор Гейдарович
ШАВЛОВ Артур
ШЕВАРОВ Дмитрий Геннадьевич
ШУБЕРТ Франц
ШУМАН Роберт
ШМЕМАН Александр Дмитриевич (священник)
ШНИТКЕ Альфред Гарриевич
ШМИТТ Эрик-Эммануэль
ШАТАЛОВА Соня
ШАГИН Дмитрий Владимирович
ШУЛЬЧЕВА-ДЖАРМАН Ольга Александровна
ШТЕЙН Ася Владимировна
ШМЕЛЕВ Иван Сергеевич
ШНОЛЬ Дмитрий Эммануилович
ШАЦКОВ Андрей Владиславович
ШЕСТИНСКИЙ Олег Николаевич
ШВАРЦ Елена Андреевна
ШИК Елизавета Михайловна
ШИЛОВА Ольга
ШПОЛЯНСКИЙ Михаил (протоиерей)
ШМАИНА-ВЕЛИКАНОВА Анна Ильинична
ШВЕД Дмитрий Иванович
ШЛЯХТИН Роман
ШМИДТ Вильям Владимирович
ШТАЙН Эдит
ШОСТАКОВИЧ Дмитрий Дмитриевич
ШМЕЛЁВ Алексей Дмитриевич
ШНУРОВ Константин Сергеевич
ШОРОХОВА Татьяна Сергеевна
ШАУБ Игорь Юрьевич
ЩЕПЕНКО Михаил Григорьевич
ЭЛИОТ Томас Стернз
ЭКЛС Джон
ЭЛГАР Эдуард
ЭЛИТИС Одиссеас
ЭППЛЕ Николай Владимирович
ЭПШТЕЙН Михаил Наумович
ЭГГЕРТ Константин Петрович
ЭЛЬ ГРЕКО
ЭДЕЛЬШТЕЙН Георгий (протоиерей)
ЮРСКИЙ Сергей Юрьевич
ЮРЧИХИН Фёдор Николаевич
ЮДИНА Мария Вениаминовна
ЮРЕВИЧ Андрей (протоиерей)
ЮРЕВИЧ Ольга
ЯМЩИКОВ Савва Васильевич
ЯЗЫКОВА Ирина Константиновна
ЯКОВЛЕВ Антон Юрьевич
ЯМБУРГ Евгений Александрович
ЯННАРАС Христос
ЯРОВ Сергей Викторович

Рекомендуем

Абсолютная жертва Голгофы "Даже если Нарнии нет..." Вера без привилегий С любимыми не разводитесь Двери ада заперты изнутри Расцерковление Технический христианин Мифы сексуального просвещения Последие Времена Нисхождение во ад Христианство и культура Что делать с духом уныния? Что такое вера? Цена Победы Сироты напоказ Ты не один! Про ад и смерть Основная форма человечности Сложный человек как цель Оправдание веры Истина православия Зачем постился Христос? Жизнь за гробом Моя судьба Родина там, где тебя любят Не подавляйте боли разлуки Дом нетерпимости Сучок в чужом глазу Необразцовая семья Демонская твердыня Русский грех и русское спасение Кто мы? История моего заключения Мученик - означает "свидетель" Почему я перешла в православие Всех ли вывел из ада Христос? Что дало России православное христианство Право на мракобесие Если тебя обидели, бросили, предали В больничной палате Мадонна из метро Болезнь и религия Страна не упырей "Я был болен..." Совесть От виртуального христианства к реальному Картина мира Почему мои дети ходят в Церковь Божья любовь в псалмах Благая Весть Серебро Господа моего Каждый человек незаменим О судьбах человеческих "Вера - дело сердца" Антирелигиозная религия Пятнадцать вопросов атеистов Христианская жизнь как сверхприродная Можно и нужно об этом говорить Логика троичности "Душа разорвана..." Ecce Homo "Я дитя неверия и сомнения..." Мир, полный добра Крестик в пыли Все впереди Пасхальные письма Как жить с диагнозом Слишком поздно О страхе исповедания веры Единство несоединимого Убитая совесть Об антихристовом добре Чему учит смерть? Из истории русского сопротивления Религиозность Пушкина Тем, кто потерял смысл жизни Свет Церкви Рай и ад О Чудесах Книга Иова Светлой памяти Кровь мучеников есть семя Церкви Теология от первого лица Смысл удивления Начало света Как рассказать о вере? Право на красоту Любовь и пустота Осень жизни



Версия для печати

ГЕРМАН Анна ( 1936 - 1982 )

О Музыке   |   О Человеке    |   Аудио
ГЕРМАН Анна

Анна ГЕРМАН (1936 -1982) - польская певица: О Музыке | О Человеке | Аудио | Фотогалерея.

Анна Герман (полное – Анна Виктория Герман) родилась 14 февраля 1936 года в СССР, в г. Ургенч Узбекской ССР. Отец – Евгений (Ойген) Герман (нем. Hormann), бухгалтер из российских немцев: в годы репрессий он был обвинен в шпионаже и расстрелян, посмертно реабилитирован. Мать Ирма (в девичестве Мартенс) – представительница германских меннонитов, поселившихся в России в екатерининские времена – в XVIII веке, она была учительницей немецкого языка…

Род Германов переселился на Украину из Германии. В 1819 году прапрадед Анны Герман основал село Нойхоффунг (по-русски «Надежда») – ныне Ольгино, что неподалеку от города Бердянска, расположенного на берегу Азовского моря. Там же родился и дед Анны Герман – Фридрих Герман, который учился в Польше, входившей тогда в состав Российской Империи. Науку проповедника он осваивал в баптистско-евангелистской семинарии города Лодзь, где в 1910 году у него родился сын Ойген (Евгений) Герман – отец Анны Герман. Запись об этом до сих пор хранится в одной из лодзинских церквей. После учебы семья Фридриха Германа вернулась на Украину с девятью сыновьями и дочерьми.

В годы коллективизации Фридрих Герман был арестован (1929 г.): вердикт тройки был краток – пять лет лагерей с последующим ограничением в правах – тоже на пять лет. Через полтора года он погиб от голода и каторжных работ на лесоповале в районе Плесецка Архангельской области. Такая же участь была приготовлена и его детям, но старший сын, Вилли, сумел пробраться через Польшу в Германию, а Ойгену не удалось скрыться от преследования властей. Судьба занесла его в Донбасс, где он устроился бухгалтером на фабрику-кухню одной из шахт. Но начальство шахты сильно злоупотребляло спиртными напитками, а нести ответственность за растрату пришлось бы Ойгену. В то время за подобное преступление полагалось наказание – два-три года заключения. Но, учитывая личные «грехи» Ойгена, его вину могли помножить на семейные «грехи»: отец репрессирован, брат «сбежал в Германию». Конечно, ему грозил неминуемый расстрел, но Ойген тайком покидает дом, оставив жену Альму с маленьким сыном Руди, и отправляется в путь...

Устав от чувства опасности и одиночества в узбекском городе Ургенч, он встречает Ирму Мартенс. Она – представительница германских меннонитов, поселившихся в России (в екатерининские времена) во второй половине XVIII века, работала в школе учителем немецкого языка. Конечно, родной язык, пение под гитару сближают их. Кстати, красавец Ойген писал стихи, сочинял музыку, обладал ко всему прочему недюжинной физической силой.

14 февраля 1936 года у них родилась дочь – Анна Виктория Герман, но 26 сентября 1937 года Ойген был арестован. Долгое время никто не знал о его дальнейшей судьбе, но ныне живущий в Германии 88-летний младший брат Ойгена Артур Герман сообщает, что в 1938 году Ойген был расстрелян в Ташкенте. К сожалению, об этом не могла знать Анна Герман, поскольку только в горбачевские времена Артуру Герману удалось выяснить судьбу брата: после двух недель ожидания приговора тройки, он был расстрелян как «немецкий шпион и долголетний вредитель» (15 ноября 1957 года посмертно реабилитирован).

Через год после ареста Ойгена, семья Германов переживает еще одну потерю: от болезни умирает Фридрих – младший брат Ани. Это горе беспомощных женщин окончательно приводит к мысли, что их спасение – в побеге. Им приходится бежать и долгое время скитаться по всему Союзу – Ташкент, Новосибирск, Красноярск; Джамбул, где они вместе со всеми встречают Победу в Великой Отечественной войне, и Аня идет в джамбульскую школу – в первый класс. Здесь же, в 1943 году, Ирма Мартенс вторично «выходит замуж» за офицера Войска Польского Германа Бернера, что впоследствии служит ей поводом в 1946 году вместе с семьей переехать на его родину, в Польшу.

Поселившись в Новой Рудзи (в 1949 году они переезжают во Вроцлав), Ирма Мартенс-Бернер устраивается поденщицей и получает маленькую комнату на троих в коммунальной квартире, а 10-летняя Аня продолжает учебу в польской школе. Хорошо учится – на одни «пятерки» (кроме «четверки» по математике). Она обнаруживает, что имеет дар к рисованию, мечтает поступить в высшую школу изящных искусств. Но мать советует: «Надо выбрать какую-нибудь более практичную профессию, чтобы прокормить семью и себя».

Диплом АННЫ ГЕРМАН об успешном окончании Вроцлавского университета После учебы в начальной школе и общеобразовательной гимназии для работающих учеников (одновременно с учебой Ане приходилось работать, чтобы помочь маме прокормить семью) во Вроцлаве Анна поступает на геологический факультет Вроцлавского университета им. Болеслава Берута (1955-1961 гг.). Тут же в 1960 году она дебютирует на сцене студенческого театра «Каламбур», что становится началом её профессиональной карьеры на эстраде. И неудивительно, что после окончания университета Анна Виктория выбирает профессию не геолога, а эстрадной певицы, тем более что уже блестяще сдан государственный экзамен тарификационной (аттестационной) комиссии Министерства культуры и искусства Польской Народной Республики и получено разрешение на профессиональную певческую деятельность на эстраде. С целью заработка и карьерного роста Анне Герман приходится много ездить по небольшим городкам Польши с концертами, пока песни в её исполнении становятся по-настоящему известными.

Это было в 1963 году, в Сопоте, на ІІІ Международном фестивале песни: Анна Герман тут занимает ІIІ место (категория «польские певцы», песня «Так мне с этим плохо» – Tak mi z tym zle – Генриха Клейне и Бронислава Брока), а в Ольштыне на Всепольском Фестивале эстрадных коллективов завоевывает первую награду солистов за исполнение песни «Ave Maria no morro». Затем она выступает в ольштенской «Эстраде» с коллективом Збигнева Хабовского, а на радиостанции Польского Радио в Ольштыне записывает пять новых композиций, в том числе и «Вернись в Сорренто».

Кстати, в этом же году Анна Герман в качестве стипендиатки Министерства культуры и искусства несколько месяцев проживает в Италии и занимается исключительно вокалом. Вернувшись в Польшу, она завоевывает множество артистических наград: например, на местном фестивале польской песни в Ополе песня «Танцующие Эвридики» в её исполнении приносит авторам песни гран-при. Но триумфальный успех к ней приходит в 1964 году, на IV Международном песенном фестивале в Сопоте, где она выступает с песней «Танцующие Эвридики» (музыка – Катажины Гертнер, стихи – Евы Жеменицкой) и завоевывает I место – в категории польских, и II место – среди международных исполнителей.

В 1964 году Анна Герман дебютирует в Москве и записывает свою первую большую пластинку «Танцующие Эвридики». Через год – еще одна удача: это был III Фестиваль польской песни в Ополе, на котором она выступает с песней «Зацвету розой» (Zakwitne roza, авторы – Катажины Гертнер и Ежи Миллера) и получает первую премию. А в V Международном песенном фестивале в Сопоте – первую награду за интерпретацию песни Марка Сарта «Бал у Посейдона». В том же году она с триумфом выступает в бельгийском Остенде и занимает III место: пожалуй, благодаря именно этому успеху выходит первый польский диск-гигант Анны Герман, которая потом становится известной во всей Европе.

В 1966 году Анна Герман заключает с итальянской студией грампластинок CDI трехлетний контракт, включающий в себя запись пластинок и участие в различных фестивалях. До своего отъезда она с гастролями побывает в Англии, США, Советском Союзе (60 концертов за месяц), во Франции. Участвует в фестивале «Братиславская Лира» в Чехословакии и в ХV Фестивале неаполитанской песни в Неаполе, а в Каннах получает награду («Мраморная пластинка») Международной ярмарки грампластинок «MIDEM».

1967 год, Италия. Анна Герман – первая польская певица, которая представляет Польшу на фестивале в Сан-Ремо, а чуть позже – очередной колоссальный успех на ХV Фестивале Неаполитанской Песни в качестве первой иностранной исполнительницы в Сорренто. Ей вручают премию «Oscar della simpatia».

Для Анны Герман шестидесятые годы были лучшим периодом жизни. Ведь все хорошо складывалось как в личной личной жизни, так и в творчестве – ей пророчат блестящую карьеру. Но на этом пике славы судьба посылает ей жестокое испытание: поздно ночью, в августе 1967 года, когда она вместе с водителем возвращалась из Виареджо в гостиницу, недалеко от Милана на горной автостраде «Солнце» происходит страшная автокатастрофа. Водитель, который вёл машину со скоростью 160 км/час, за рулём заснул, и машина врезалась в бетонное ограждение. В результате Анну Герман из машины выбросило так далеко, что поначалу её никто и не заметил. Получив сложные переломы позвоночника, обеих ног, левой руки и сотрясение мозга, она двенадцать дней не могла прийти в сознание. Тогда шла борьба со смертью, а после тяжелых операций – долгие месяцы в гипсовом корсете – борьба за выздоровление. Благодаря небывалой силе духа и кропотливым реабилитационным упражнениям она вышла из борьбы победительницей. В это время Анна диктует книгу-дневник «Вернись в Сорренто?».

Лишь к 1969 году Анна Герман впервые начинает ходить по квартире, а в Сочельник выступает по телевидению. На сцену возвращается в 1970 году: её сольный концерт в зале конгресса Дворца культуры и науки увенчался долгими овациями в честь её возвращения. В этом же году в Закопане Анна Герман и Збигнев Тухольский скромно отпразднуют свою свадьбу, а в издательстве «Искры» выходит в свет вышеупомянутая книга; и новая пластинка «Человеческая судьба» с её композициями на слова Алины Новак «Человеческая судьба», «Веточка снов», «Спасибо, мама», «Так сильно хотела».

Снова концерты и фестивали в Ополе, Советской песни в Зеленой Гуре, солдатской – в Колобжеге. На местном фестивале польской песни в 1970 году она получает награду Председателя городского народного совета Ополе за песню «Может быть», а год спустя – приз зрительских симпатий за «Четыре карты» на свою музыку и на слова Ежи Фицовского.

Весной 1972 года Анна возобновляет концертные поездки, затем приезжает в Москву и записывает песню А.Пахмутовой и Н.Добронравова «Надежда»… Именно она становится первой русской песней, которую Анна Герман исполняет впервые после своего выздоровления. Теперь очевидно, что эта песня – одна из лучших, созданных в ХХ веке на русском языке. Слова песни и её мелодия в огромном пространстве СССР становится любимой для многих миллионов людей. А скольким людям «Надежда» стала спасением и верой в хорошее будущее, она и сейчас спасает людей от тоски и одиночества, ободряет их, дарит им терпение, надежду, веру и мужество. Кстати, даже исцеляет: в Германии функционирует единственная в мире клиника – психотерапевтический центр, в котором с помощью песен в исполнении Анны Герман лечат людей от болезней.

В 1974-1975 и 1979-1980 годах она ездила с гастролями по Советскому Союзу, здесь у Анны Герман было много авторов, которые предлагали ей свои песни – это Арно Бабаджанян, Евгений Птичкин, Владимир Шаинский, Оскар Фельцман, Ян Френкель и многие другие. Песни в её исполнении стали шлягерами, а многие из них навсегда вошли в список золотой коллекции советских песен: «Эхо любви», «Надежда», «Когда цвели сады», «Гори, гори моя звезда»…

Везде её встречают овациями, приглашают спеть на бис и забрасывают сцену тысячами цветов, записанные на «Мелодии» пластинки расходятся миллионными тиражами. Билеты на её концерт на сцене Кремлевского дворца Съездов распроданы заранее, за несколько недель. Во время концерта зал в 6000 мест переполнен, аплодисменты не смолкают долго и долго…

В 1975 году Анна Герман родила сына, но очень скоро судьба посылает ей очередное испытание: в конце 1970-х годов врачи обнаруживают у неё онкологическое заболевание – рак. Первые признаки неизлечимой болезни появились в 1979 году, в Алма-Ате: во время концерта певице внезапно становится плохо. Несмотря на это, она продолжает гастроли; осенью 1980 года она совершает свои последние гастроли в Австралию, во время которых выступает практически во всех крупных городах континента. По возвращению, осенью 1980 года, она выступила с сольным концертом в Еврейском театре в Варшаве. Затем, снова больница, где ей делают несколько сложных операций, но... врачи оказываются бессильными, они не могут спасти певицу.

Анна Герман ушла из жизни поздним вечером 25 августа 1982 года, похоронена (30 августа 1982 года) на варшавском евангелистско-реформаторском кладбище.

Источник: www.annagerman.senat.org/Biography/Biography.html.


Анна ГЕРМАН: О Музыке

Анна ГЕРМАН (1936 -1982) - польская певица: О Музыке | О Человеке | Аудио | Фотогалерея.

Анна ГЕРМАН: «В МОЕЙ ЖИЗНИ МНОГО ЛЮБВИ»

14 февраля 1980 года с режиссёром Александром Полынниковым мы прилетели в Москву для встречи со сценаристом Вячеславом Хоречко, работавшим над сценарием фильма «Просто ужас!», который готовился к запуску на Одесской киностудии. Слава назначил нам свидание в необъятном баре, расположенном в подземной части комплекса Центрального телевидения в Останкино, сотрудником которого он был.

Как истые провинциалы мы обожали командировки на Центральное телевидение. Во-первых, потому, что они всегда сулили интересное сотрудничество с творческим объединением «Экран», по заказу которого Одесская киностудия снимала свои знаменитые сериалы. А во-вторых, – как смешно это вспоминать сегодня! – в немалой степени из-за того самого «телевизионного» бара, славящегося своими потрясающими крошечными пирожными размером с пятачок и постоянной тусовкой знаменитостей.

Вот и в этот раз со Славой Хоречко за столиком сидели две дамы: одной оказалась известная телеведущая Татьяна Коршилова, делавшая популярную передачу «Концерт после концерта» с участием приезжавших на гастроли в СССР звёзд зарубежной эстрады. Второй была… Анна Герман.

Слава пригласил нас присоединиться к компании. Татьяна Коршилова с истинно московским снобизмом сразу продемонстрировала полную индифферентность к неизвестным одесским киношникам и за весь вечер, по-моему, не сказала нам ни слова. А Анна…

Нет, начать, наверное, стоит с того, что Анна Герман в суете, гомоне и броуновском движении полутёмного бара являла собой как бы автономно существующий остров. Благодаря высокому росту и прямой осанке с гордо посаженной головой на лебединой шее, она казалась выше многих сидящих за столиками. От её пышных волос, рассыпавшихся по плечам до самой талии в пятне света низко опущенного абажура, исходило золотое сияние. На ней было длинное бордовое бархатное платье, с глубоким декольте и затейливой вышивкой бисером на высоком корсаже и пышных рукавах в стиле нарядов эпохи Возрождения. Она улыбалась, и по бокам её чётко очерченных губ держались две морщинки-ямочки, придававшие её лицу необыкновенную женственность. От неё шли флюиды чувственности, благородства и самого настоящего небожительства…

..

И вот Анна Герман, эта звезда, богиня, певица, с популярностью которой в Советском Союзе могли соперничать лишь немногие, уловив наше смущение и остолбенелость, ласково сказала:
– Как хорошо, что вы приехали. Я очень люблю Одессу. У меня сегодня день рождения. Давайте по такому случаю ударим по пирожным!..

Она поднялась и в своём роскошном концертном платье прошествовала к барной стойке. Слава бросился за ней. Тусовка, в которой мелькали весьма приметные личности, почтительно расступилась, освободив ей проход.

Через минуту весёлая и оживлённая Анна вернулась с горой пирожных на пластиковом подносе. Слава принёс чашечки с кофе, которыми мы чокнулись вместо бокалов с шампанским (в «телевизионном» баре спиртное было запрещено). Посыпались поздравления, пожелания здоровья и счастья. А Анна сказала: «Мне повезло – я родилась в День святого Валентина. Поэтому в моей жизни много любви».

Кто такой святой Валентин, в атеистическое советское время мы и не знали. Но слова Анны запомнились. И теперь, когда Валентинов день получил законную прописку (на Украине – ред.) в череде отечественных праздников, он стал для меня Днём Анны Герман. Днём воспоминаний о ней.

Как ни странно, в Анне Герман, певице, олицетворявшей Польшу для всего мира, не было ни капли польской крови. Предки Анны по материнской линии, германские меннониты, ещё при Екатерине ІІ приехали на Кубань и основали там колонию. Именно здесь, в селе Великокняжеском, недалеко от Армавира, родились Анечкины бабушка и мама Ирма. В начале 30-х годов, когда зажиточных поселенцев начали раскулачивать, их семья оказалась в Средней Азии, в Узбекистане. Там, в Ургенче, 14 февраля 1936 года и родилась Анна, будущая великая польская певица. Кстати, сегодня в узбекском городе Ургенче её именем названа одна из улиц.

Своего отца она не помнила – Евгений Герман, тоже немец по национальности, был арестован в тридцать седьмом и расстрелян по приговору суда. Скромного бухгалтера хлебозавода обвинили в шпионаже и вредительстве. С тех пор женщины семьи Герман каждый день ждали, что придут и за ними. Стремясь обмануть бдительность НКВД, они постоянно переезжали с места на место.

Во время войны Ирма Герман оформила фиктивный брак с польским офицером Германом Бернером, воевавшим в польском корпусе имени Тадеуша Костюшко. Это дало возможность в 1946 году выехать в Польшу и навсегда избавиться от кошмара преследования со стороны властей и быть арестованными.

Казалось бы, какое печальное детство. Какой неподъёмный и трагический груз взвалила на детскую душу Родина, ставшая мачехой для маленькой Анечки и её мамы.

Но вот удивительно, Анна Герман всю свою жизнь беззаветно любила нашу страну – свою родину. И страна платила ей тем же. Выступления, поклонники, обожание миллионов простых людей, огромное количество писем с предложением руки и сердца: «Аня, мне так нравятся твои песни. Я тебя так люблю. Если согласна, вышли, пожалуйста, польский разговорник и приезжай. Твой Федя».

Кроме любви народной, трогательной и безбрежной, наша страна проявляла к Анне Герман, если можно так сказать, и более официальную любовь. Первые зарубежные гастроли состоялись у неё именно в Советском Союзе по приглашению Министерства культуры СССР. С тех пор Анна Герман выступала в нашей стране ежегодно.

«Такой благодарной, душевной, отлично разбирающейся в музыке публики я не встречала нигде, – признавалась Анна. – Её нельзя обмануть. Она всегда сделает верный выбор и самыми горячими аплодисментами наградит отнюдь не самую эффектную, а именно хорошую песню».

И первый большой диск певицы был выпущен в 1966 году именно в нашей стране. В московской студии грамзаписи Герман познакомилась с редактором фирмы «Мелодия» Анной Качалиной, которая стала её персональным музыкальным менеджером и в дальнейшем помогла записать ещё не одну пластинку. Они дружили всю жизнь.

В Польше у Анны Герман не оказалось своего автора. Зато в нашей стране «своими» она считала Александру Пахмутову, Владимира Шаинского, Арно Бабаджаняна, Оскара Фельцмана, Яна Френкеля, Вячеслава Добрынина, Евгения Птичкина…

Режиссёр Евгений Матвеев вспоминал: «Она появилась в моей жизни как с неба. Её голос преследовал меня всюду – чистота, нежность, искренность и удивительная прозрачность. Когда я снимал фильмы «Любовь земная» и «Судьба», то слышал её голос как эхо любви двух замечательных героев, разделённых войной: «Мы долгое эхо друг друга»…
На мою телеграмму она мгновенно ответила: «Я хочу быть вашим эхом». Когда записывался оркестр, с первой фразы вступления Анны Герман музыканты не могли играть, женщины плакали – так тронула она сердца своим голосом. Песня вошла в фильм такой, как спела её Анна с первого дубля».

А я вспоминаю, как накануне сорокалетия Победы мы придумали создать радиогазету на Одесской киностудии. Одной из её рубрик была «Женщина и война», музыкальным фоном которой студийные звукооператоры сделали «Эхо любви» в исполнении Анны Герман. Героиней нашего радиосюжета была фронтовичка кинорежиссёр Елена Жекова, женщина с жёстким характером, которая и на войне пулям не кланялась, и в мирной жизни слыла настоящим бойцом. Когда зазвучал голос Анны, наша боевая Елена Петровна не смогла сказать в микрофон ни слова. Слезы лились и лились из её глаз. И о войне, настоящей беде, любви, верности, разрушенном счастье и надежде на будущее пронзительная песня Герман и безмолвная реакция на неё несгибаемой фронтовички сказали нам, молодым, больше, чем все, что мы знали до этого.

Скажете, чисто женская, сентиментальная реакция? А вот, что рассказывает Збигнев Тухольский, муж Анны Герман: «Это было в Монголии, куда я единственный раз поехал с Аней на зарубежные гастроли. В сарае какого-то степного посёлка соорудили импровизированную сцену. Пришло много людей. Концерт начался. Я остался стоять у входа. Когда звучала третья песня, я увидел, что в нашем направлении по степи мчится всадник с ребёнком на руках. Он спешился и встал рядом со мной – высокий, сильный. Помню, Аня как раз пела по-итальянски «Вернись в Сорренто». Смотрю, а у этого кочевника по щекам потекли слезы. Казалось бы, что для него страдания неведомой итальянки, рассказанные на непонятном ему языке? Но и его степное сердце растаяло».

«В моей жизни много любви», – сказала нам в свой день рождения Анна. И конечно, она имела в виду не только любовь поклонников и необъятной страны. Так глубоко и прочувствованно петь о любви, как пела Анна Герман, можно только сполна изведав её собственным сердцем.

Со Збигневом Тухольским она познакомилась ещё 1960 году. Он работал в Варшавском политехническом институте на кафедре металловедения. Во время командировки во Вроцлав отправился на городской пляж. Красивая, очень высокая блондинка в белой блузке и красной юбке листала конспекты. Разговорились. Девушка готовилась к сессии на геологическом факультете, студенткой которого была. Через полчаса Збышек почувствовал, что безнадёжно влюблён.

Далёкий от искусства инженер сразу понял, что впереди у Анны блестящая карьера и что, если она состоится, будущая певица вряд ли будет принадлежать только ему. Началась дружба на расстоянии и поездки Збигнева за триста километров от Варшавы на концерты Анны. Они поженились лишь в 1972-ом, уже после жестокого испытания, уготованного ей судьбой.
Катастрофа, разделившая жизнь Анны на две половины, произошла в августе 1967 года. В Италии она записала альбом и отправилась с гастролями по стране. Из города в город они с Ренато (водителем и продюсером в одном лице) добирались по ночам. Однажды на сложной горной дороге по пути в Милан усталый Ренато уснул за рулём…

Четырнадцать дней Анна была без сознания. Сложные переломы позвоночника, обеих ног, левой руки, сотрясение мозга… Тяжёлые операции следовали одна за другой. Все её тело до самых глаз было заковано в гипс, трудно было дышать.

Збигнев и пани Ирма вылетели в Италию уже на второй день после трагедии и неотлучно дежурили у постели Анны. В гипсовом панцире она провела полгода. Ещё пять месяцев – полная неподвижность. Когда Анна открыла глаза, первое, что она увидела, – родное лицо Збышека. Рядом плакала мама.

Только через три месяца Анну Герман удалось перевезти в Польшу. Из варшавского реабилитационного центра Збигнев привёз её к себе в однокомнатную квартирку. Из Вроцлава приезжала мама, приходили врачи и массажисты, но все основные заботы об Анне он взвалил на себя.

Три года они боролись за своё будущее. Збигнев кормил её с ложечки, протянул в комнате канат, держась за который Анна делала первые шаги. А по ночам, когда становилось темно, он на руках относил её в машину и отвозил в парк, где она училась заново ходить. Збигнев помогал ей восстанавливать память – она не помнила ни одного текста песни.

Когда состояние Анны значительно улучшилось, Тухольский решил, что пора оформить их отношения. «Знаешь, я должен сообщить тебе одну новость. Я женюсь», – сказал он ей серьёзно. В глазах Анны застыл ужас. «На тебе», – поспешил успокоить Збигнев.

Почти в сорок лет она родила ему долгожданного сына – маленького Збышека. Врачи предупреждали о большом риске, но решение было принято без колебаний. Анна считала, что без детей их любовь не может быть полноценной. «Ребёнок – сосуд, данный нам на сохранение», – говорила она. И с рождением Збышека в её жизнь вошла новая необыкновенная потрясающая любовь. На этот раз любовь материнская…

На том памятном дне рождения Анна Герман много рассказывала нам о сыне. Мальчику не было ещё и четырёх лет, и она беспокоилась: уезжая на гастроли, оставила сынишку больным ветрянкой. И хоть рядом с ним были бабушка и папа Збигнев, она ежедневно звонила в Польшу, контролируя каждый их шаг. Сегодня Збигнев-младший стал историком, у него хороший голос, но он никогда не поёт на людях. Он очень похож на мать, которую почти не помнит.

Как ужасно, что именно в тот год, на тех самых московских гастролях, буквально на второй день после записи в передаче Татьяны Коршиловой на Центральном телевидении и нашей встречи в «телевизионном» баре, страшная болезнь Анны Герман впервые дала о себе знать. Во время выступления в Лужниках в программе «Мелодии друзей» Анна почувствовала непереносимую боль в ноге. Певица даже не смогла сдвинуться с места. В больнице поставили диагноз неизлечимой болезни.

– Весной 1982 года, за полгода до смерти, Аня попросила меня принести ей Библию, – вспоминает Збигнев Тухольский. – Не вставая с постели, читала её в течение двух недель, а потом сказала: «Збышек, мне был дан знак. Я должна креститься». В мае она приняла крещение. Говорила, что если поправится, то никогда больше не выйдет на сцену, а будет петь в храме. Готовясь к этому, она положила на музыку псалмы Давида и молитву «Отче наш».

Потом её поместили в военный госпиталь, где в то время работали очень хорошие врачи. Но сделать ничего уже было нельзя. «Мне нетрудно уйти, я люблю Бога», – сказала она мне на прощание. Это были её последние слова. Она умерла поздно вечером 25 августа 1982 года.

Её нет с нами вот уже более тридцати лет. Недавний опрос, проведённый на улицах Варшавы, показал, что имя Анны Герман известно сегодня только одному из ста жителей польской столицы. Многие поляки до сих пор не могут простить ей, что лучшие песни она спела именно на русском языке. А мы благодарны ей за это. Она пела о любви, счастье, страдании, мужестве, возрождении жизни и снова о любви… Она любила нас. И доказала, что смерть не властна над любовью, если любовь была настоящей.

Автор: ЕЛЕНА МАРЦЕНЮК, журналист, киновед, бывший редактор Одесской киностудии художественных фильмов

Источник: www.annagerman.senat.org/Publicus/Elena_Martsenyuk.html.


О Человеке: Анастасия Цветаева о Анне Герман

Анна ГЕРМАН (1936 -1982) - польская певица: О Музыке | О Человеке | Аудио | Фотогалерея.

14 февраля 1936 года в советском Ургенче родилась женщина, которую потом назовут "белым ангелом польской песни". Родилась для любви: любить и быть любимой. "Один раз в год сады цветут", "Мы долгое эхо друг друга", "Надежда" - эти незабываемые песни Анна Герман навсегда оставит в истории.

Анастасия ЦВЕТАЕВА о Анне ГЕРМАН
Почему ее песни так действуют? ТАЙНА…

На концерт Анны Герман впервые повел меня её поклонник, мой младший друг, литературовед, человек тонкого вкуса, много раз её слышавший. Он говорил о ней с таким восхищением, что я еще по пути предвкушала радость услышать необычайное. В жизни я слышала, Мериам Андерсон,– думается, мулатку, певшую голосом невероятного диапазона и силы, и, в те же времена моей зрелости, я не пропускала концертов Зои Лодий – средних лет, горбатой и очаровательной, выходившей в легком, светлом, длинном платье, на очень высоких каблуках, в накинутом на плечи боа из перьев. И её смеющееся лицо, гордое восторгами публики, светилось победой над своей искалеченностью – и побеждало вдвойне. Память о вечерах её до сих пор греет остывающее из-за всего пережитого, но еще не остывшее сердце. И молодая мать наша с Мариной пела низким печальным редко-чудесным голосом – должно быть, предчувствуя раннюю смерть...

Со всем этим в душе я шла об руку с моим спутником, ценителем Анны Герман. Где был её концерт? Не помню. Я запомнила только – её.

Мы входили в зал. Я уже любила Анну – не за ту высокую радость, которую она нам подарит,– а за то страшное прошлое, через которое она прошла, чтобы пробиться к нам, вновь стать певицей. От моего спутника я узнала, что годы назад она, в Италии, пережила катастрофу: в машине, с шофером, по пути с записи своих песен, ночью на большой скорости потерпела аварию, так разбилась, что ее, почти как Ландау,– собирали. Три года лежала она в гипсе – то одна часть тела, то другая. Долго было не известно, не будет ли она калекой... Искусством врачей, а еще больше – своей жаждой жизни, голосом, хотевшим петь, упорством человека и женщины, чудесами массажа и лечебной гимнастики она возвращала – и вернула – себя жизни, движению и – чудо чудес! – пению! Её голос звучит не хуже, чем до катастрофы. Говорят – лучше...

В волненье, на которое способна старость при встрече с такой судьбой, в трепете материнства и преклоненья, я входила, опершись на руку моего молодого спутника, в переполненный шумной радостью зал. Еще не взошло из-за гор солнце, но уже лучи золотой пылью легли на вершинах. Еще нет её – ни шага, ни шелеста платья,– но самозабвенно лицо моего спутника. Очарованность? Преданность? Страх, что концерта не будет, отменят?

Ожиданье зала уже накалялось, перерастая в нетерпение, в усталость, и все-таки она вошла неожиданно. Стройная, очень высокая, волосы, лучами её окружившие, не в изыске парикмахерского искусства, темнее или светлее соседок. В несравненном цвете природы, повелительном, пленительном, польской нации, польской панны – только Гоголя перо бы могло её описать!

О этот миг – кратче мгновенья, неучитываемый миг тишины перед взорвавшимися рукоплесканиями зала! Эта отрава славы, за которую «продают душу»,– не она ли терзала тебя годами больниц, Анна? Не еще ли нежней стал голос? Томленье, до катастрофы тебе не знакомое? А, может, предчувствие беды, в тебя проникавшее, тогда томило людской слух еле переносимым очарованием?

...ЗАПЕЛА! Половодьем – берега, ты затопила и нетерпение зала, и рукоплесканье,– все...

Ища помощи в отклике, я взглянула на спутника – увы, это было как сорваться с обрыва: он был «бледен, как полотно». Его – не было... Только чуть дрожали ресницы остановившихся глаз. Так человек глядит – один раз. Так – решает. Её голос – лейтмотив его Жизни! С нею он должен жить Жизнь! Она – или никто.

Мой спутник отсутствовал. И все-таки я сжала его руку – в легком, за него, страхе,– чтобы вернуть его к нам. И, добр, как всегда, он опомнился, улыбнулся, золотые глаза потеплели. Но не его лет усталость пронизала все его существо. Так, именно, захватывает такая любовь – жизнь человека. Этим путем, если не разомкнуть его звенья, – проходят до конца. Им шел Вертёр. Но им шел и Рогожин... Мышкин, своей жизнью, перечеркнул этот путь...

Закрыв глаза, я вслушиваюсь в своеобразие интонаций, в тихое тонкое скольжение от низкого тона – в высокий, в грацию и печаль этого голосового полета, перелета через глубины и тишину, glissando через эту игру, ей одной свойственных звуков, легких и длинных, ускользающих, догоняющих, встречающихся в теснотах смычка и широком разливе рояля, выныривающих из-под объятии аккомпаниатора и вновь овладевающих темой,– прощания в этой песне, прощания, темно сжавшего встречу такой неотвратимой властью, что ничего уже нет в мире – одно Прощанье, и им, им одним захлебнулась душа певицы, познавшей в нем больше, чем дано человеку, невозвратно ушедшей от радости – в неутолимую тьму.

«Она колдует,– размышляла я, вырываясь на миг из-под обвалов печали,– колдует или она заколдована? Но ведь нет такого вопроса – она тем и колдует, что заколдована, тем и безысходно колдовство музыки, что оно пропало в себе, в этом без дверей царстве! – тем и убедительно прощанье – с человеком, с молодостью, с судьбой,– с жизнью в последнем полете – Анна, Анна, для того ли тебе возвращена эта жизнь – чтобы ею играть, в последнем-то счете? Колдунья, заколдовавшая зал...»

А она стояла – высокая, нежная и печальная, портрет, со стены сошедший,– выше всех, стройнее всех, нежней всех, светлей всех, в платье небывшего цвета, и, чуть протянув руки в зал, допевала свою песню, и её волосы, как тот отсвет зари на вершинах гор и дерев, обвевали её лицо, начавшее улыбаться, освобождаясь от печали смычка...

И вдруг – улыбнулась, и уронила руки, невинная и бессильная перед своей прелестью, одинокая среди иноплеменности. Она стояла и улыбалась, опустив руки, неуловимо повела плечами – и вдруг сгорело все, что было ею наколдовано,– стройная девочка была перед нами, выколдованная из её пропавшей печали, улыбкой нас пустившая на волю... В какой-то, никем не жданный час юности, ничего не зная ни о какой печали, в первый раз увидевшая зал!

Гоголя нет, подумала я снова,– только он так воспевал панн – колдуний – мглу очей их из-под стрелок бровей, этот смех, разбивший – в хрусталь горе жизни, все горе всех, все, что было, и все, что будет, заручившись на век и за всех – сумасшедшей прелестью песен, музыки, их обнимающей, мощью счастья, которое не проходит, которым дышит земля... – Но что-то и злое тут есть, продолжаю я бороться с Анной, счастливо вверяться ей (и я уже забываю о рядом со мной сидевшем), я сейчас, сейчас очнусь и брошусь ему на помощь! – но я должна допонять тут что-то, чтобы ему помочь.

Аплодисменты рушили зал. Анна кланялась.

И пошли концерты за концертами – годы и годы, в каждый приезд Анны в Москву – мы не пропускали ни одного. Были случаи, когда подруга её, тоже Анна, сообщала нам, что будет слушаться новая пластинка вблизи улицы Герцена, и мы шли туда и слушали новые песни Анны, предвосхищая её приезд. В её репертуар входило все больше русских песен, романсов. Анна все больше входила в душу русского певчества, все охотнее и увлеченнее пробовала свой голос на русских мелодиях.

Однажды, после того как я услыхала её на пластинке в звуках Скарлатти, я сказала моему молодому другу: «Мне не хочется, чтобы Анна ограничивала себя – эстрадой, ей надо менять путь, делаться камерной певицей». И не успел меня удержать от этого верный поклонник Анны, как я, в антракте, ей поверила мою мечту.

Легкое смущение пробежало по её чертам. Она хотела его скрыть, явно. Покрывая его улыбкой, она ответила мне, нагнув лицо и сильно склонившись (её рост настолько превосходил мой!): «Когда постарею...»

Ошибка, русская, в её нерусских устах, сделала еще милее её смущение. Кто-то подошел, я не успела сказать то, что просилось в ответ. Но нежданна была реакция моего друга:

«Жаль, что вы ей это сказали! Разве вы не замечаете, что она после катастрофы – не может дать целый концерт? Она еще недостаточно окрепла – потому она и возит с собою свой джаз – чтобы занять публику во время её передышек...» «Ах вот оно что! Как жаль! Я ей сделала больно... Вечный эгоизм – не подумать о другом, а говорить то, что тебе хочется...» И все же, думаю, было лучше поздно покаяться , чем...

Весной 1977 года я слегла в больницу с воспалением легкого. Это была хорошая больница, в центре Москвы, и многие друзья, беспокоясь,– мне шел уже 83-й год – меня навещали. Как же я обрадовалась, когда однажды мой молодой друг, тот самый литературовед, что познакомил меня с Анной Герман, часто меня навещавший в положенные для того часы, приехал не один – а с Анной! Странно было мне видеть её в непривычной обстановке, не нам передавать ей цветы, а из её рук принимать горшочек земли весенней, с украсившим её и больничный покой – необычайным, как все, что от нее исходило,– пышным и легким, густым и стройным, зеленеющим воздушным созданием, пустившим в стороны щедро узорчатые ветви, коронованные цветами, Причудливыми и грациозными, какого-то несказанного цвета... Это был и терракот, и сгущенная алость, бледневшая от завязи к концу лепестков. Обрадованно вздрогнули мои руки, приняв подарок, слышала тоже непривычные слова приветствия: «Я желаю вам так же скоро поправиться, как скоро расцвели эти цветы!» Она улыбалась, и я отвечала ей что-то, но меня охватила тревога,– что дело тут не в цветке, и не в этом подарке – а в чем-то рядом, другом! Не теряя и мига общенья с Анной, я жарко анализировала происшедшее – и, должно быть, именно этот жар одолел тайну так встревожившей меня ситуации: в сложных конфигурациях и красках протянутого мне её руками растения было волшебство сочетания с пением Анны, с неповторимой грацией оттенков её голоса, с дремучим – пойди-ка, выйди из него! – лесом её певческих интонаций. Драгоценностью мне предстал Аннин подарок – и как же бережно я его поливала, стремясь не перелить, не недолить нужную здесь влагу – И как долго он жил, после больницы, у меня на окне – и сколько же в нем было бутонов, расцветавших и певших! Как возможностей, рождавшихся в её голосе...

Прослушав пластинку, где Анна пела Скарлатти,– я запросила сведения о нем. И вот что я получила: музыкант XVII-XVIII веков. Служил при римском дворе польской королевы-изгнанницы Марии Казимиры, для театра которой писал оперы. «Любопытно,– думаю я,– еще тогда столкнулся он с Польшей, а теперь польская певица исполняет его музыку...»

Стиль Алессандро Скарлатти. Читаю дальше: «Мелодика Скарлатти совсем не та, большого дыхания, величаво и покорно льющаяся кантилена, которая, свойственна итальянской музыке. Диапазон широк, размашистый и оживленный контур, линии разнообразны, иногда гибки, округлы, текут, когда, рассыпаясь в фигурациях, взбегают или скользят вниз... Любит композитор ритмически острый, ломкий рисунок с короткими, остро выразительными фразами, шаловливыми, вызывающе-дерзкими бросками на широкие интервалы и в удаленные друг от друга крайние регистры». «Вот ему и потребовалась такая исполнительница, как Анна Герман!» – думаю я.

«Ритмическая изобразительность Скарлатти – беспредельна. Сотни изящных вариантов. Он никогда не сковывал ими мелодического движения и не впадает в манерность».

«Поразительно! Так же, как Анна!..»

«...Фактура... хрупкая вследствие захвата крайних регистров, всегда отделанная с Совершенством и изяществом, требует от исполнителей отличной техники, культуры звука, блеска, тонкого вкуса». («В ком он мог встретить все это, как не в Анне?» – говорю я себе.) «Когда посреди стремительного allegro в ритме танца какие-нибудь несколько нот вдруг резко и звонко забрасываются в светлый верхний регистр – «поднебесье» инструмента,– они звучат ликующе или реют, как птицы над широким солнечным ландшафтом. Стихия эмоций живет и трепещет в них». («Не все ли это можно отнести к манере петь – Анны? Вот они и встретились в музыке почти через 300 лет...»)

Вновь приехала в Москву Анна Герман! А я – это редко бывало – болею. Мне не пришлось пойти. А она пела веселые польские песенки – не услышу – должно быть, мои польские гены? – так люблю звук неведомого мне языка! Пропущу разлив её голоса.

Как жаль!..

Я ждала нашего общего с Анной друга – он-то уже не пропустит её выступления!.. И он пришел, сразу после концерта. Но он мне показался новым, каким-то отчужденным. Не рассказывал – точно не было что рассказать о пении на её родном языке! Помолчал, походил по комнате и, остановись передо мной:

«Анна – замужем. Она меня познакомила с мужем».

«Замужем? – отчего-то замерло сердце,– ну, расскажите, какой он?..»

«Большой, полный. Его зовут Збышек. Он был давно поклонник её пения. Он сделал ей предложение, когда она лежала в гипсе. Было неизвестно, выживет ли, или, может быть, будет калекой».

Больше он ничего не сказал. И я не спросила. В его тоне глубокого уважения к этому человеку я почувствовала, что ему тяжело.

На следующий концерт мы пошли вместе.

«Я слыхал,– сказал спутник,– что кто-то из её начальства ей сказал, что она слишком скромно ведет себя с публикой, что это не подходит эстрадной певице».

Мы посетовали на эту весть и всматривались в Анну.

...Да, видимо, так: что-то чужое вкралось в её движения, нам было тяжело смотреть. Она протягивала к залу руки, повертываясь, демонстрируя россыпь белокурых волос... Но голос был тот же – её, ни на чей не похожий.

Затем она долго не приезжала в Москву.

Года через полтора, в ответ на мною посланную ей мою книгу «Воспоминания», я получила от Анны письмо. Поблагодарив, она сообщала, что у неё родился сын. «Он большой, тяжелый. Я очень устала носить его на руках. Не могу во всей Варшаве найти няню»,– писала она.

Маленького Збышка я увидела много позже, на фотографиях. На первой Анна держит его, прижав, столбиком, и счастливо, самозабвенно смеется, а малыш, столбиком, спит. Воплощение безмятежного сна. На второй фотографии – плотный, лет трех, на мать не похожий, он держит мандолину и улыбается.

И снова в Москве концерт.

Первое, что заново поражает,– рост. Выше всех чуть ли не на голову! Платье до полу. Русалочьи волосы. И при росте таком – сама душа Женственности! В каждом движенье! В неуловимом опускании головы, действующем, как начало улыбки. Тенью за ней – тайна её катастрофы. Тайна её возрожденья. (Страх за нее. Страх будущего...) И вот она слегка развела руками – и вот она начинает петь...

И, пересекая эту победу над всем бывшим,– с первых же звуков, длинных, низких, почти альтовых до сопрано – её, казалось бы,– веселая? песнь получает странное подкрепление – печалью, задумчивостью над тут же, рядом звучавшим весельем – она голосом пишет по воздуху как бы двойным пером по бумаге – голос и его тень – миг! сейчас погаснет! И я вдруг вспоминаю одного из моих друзей – возразившего мне, что в прощальной песенке она поет саму Душу Прощанья. «Как раз обратное! – сказал он,– Никогда до конца не отдает она свой голос – ни Грусти, ни Радости – что-то матовое, её, особенное – именно не до конца себя предает теме...» Она владеет каким-то подъемом её: «С птичьего полета?» – я тогда спросила, но согласия с этим не получила, собеседник ушел от моей готовности принять его мысль – и я не пошла за ним. «Пусть так!..»

И вот её знаменитая песня «Надежда», staccato, сияющими каплями по началу мелодии и призвук заунывности, крепнет, по длинной теме ободрения радости. И кажется, что ты эту мелодию слышал давно, всегда, с детства, где-то она звучала в соседней комнате рядом с той, где ты засыпал,– где родился? Тема продолжала парить. И снова staccato, и снова протяжный задумывающийся звук в Первозданность – и светлая попытка преодолеть, выскользнуть – и она вновь стоит перед нами, Душа звуков – и по чьему-то приказу (она бы сама не стала) тянет руки в завороженный зал...

А зал кричит «Бис-с...» оглушительно, криком руша теплоту и тишину её певческих строк,– но она соглашается, волшебно стихает зал – и над мигом начавшейся тишины – вновь уже тянутся светлые заклинания Надежды – звуками, качающими, колыбельными, греющими, наполняющей нас отвагой предчувствия... И вдруг закружила нас Анна, победно, в дионисийской пляске, в летящей – да куда же мы летим в этой, с горы сорвавшейся, опьяненной жизнью мелодии? Но голос Анны летит плавно, уступами, грациозно поворачивая легкую связующую ноту, и рядом, как всегда у нее, светится неуловимое сопровожденье, как сказал возражавший мне друг, – призрак печали в надежде, призрак надежды в печали? Как трудно разобраться в этом потоке звуков – в первичных вязях поэта и музыканта, в своеобразии «подачи» певца!..– когда тебя уносит с собой этот голос... «Где границы прав исполнителя?» – думаю я, и уже не помню своего ответа, потому что отделенная её поклоном и минутой дыхания – звучит уже другая песнь, наново нас заливая иным ритмом, иным цветом звучания,– и бубен, ударами, отчеканивает новую игру ритмов – а голос неистовствует в спешке погони, озорством юности, счастья, догоняя беспамятство звуков, и вьется, смеется, берет в плен – «мой бубен, мой бубен, мой бубен». И внезапно длинный медленный, отчаянием захлебнувшийся крик – «Мой бу-у-у-бен-н...»

Задумчиво склонена каштановая голова моего соседа и спутника, покорно внимая чуду, тайне звуков,– о чем он думает в этой смене песен,– о том ли, что так же сменяется в жизни путь человека, годы юности, зрелости,– или о ней он думает, о судьбе певицы, так сродненной с тайной музыки, с трагической радостью композитора, из хаоса звуков, вызвавшего гармонию этой мелодии, этого часа певца? Опущены веки его над каре-золотыми глазами – сейчас он подымет их, и глаза улыбнутся, и им отзовутся губы, счастливо...

Уже откланивается Анна, смолкла, но звучит вся она, черты – и улыбка, движенье, и шаг ее, её платье, и светлый поток волос...

«Гори, гори, моя звезда». Этот романс почти эпоха в моей зрелости. Его пела певица-друг в струе мощной романтики у рояля над морем в неумирающем Коктебеле, по моей просьбе – чередуя с другой звездой – Анненского (ей неведомой, мною ей лет 20 назад напетой, ею подобранной и в нас вселившейся). Анна поет его, еле касаясь. Это – воспоминание, прощание, налетевшее, пролетающее! Где слова – описать ее, этот сверху вниз наклонившийся звук – словно кто-то берет, нажав, струну гитары, скользит ею glissando по грифу этого печального, гулкого, в наш век испорченного модой, таинственного инструмента – её голос скользит и сдержанно и прихотливо, по грифу печали, и задерживается внизу, на повороте молчания – и, перед тишиной, медлит, еле уловимо кружась над pianissimo.

В зале совершенная тишина...

Песнь, следующая, завлекает её в игривый, ей не свойственный шепот – но она ив него рождается, разменяв себя на шутливость, на шутки, на смех, и уже закупалась она в смешках шалости, в новизне неожиданностей, в неожиданности веселья!..

Как коротки польские песенки! Слова – звук слов – на мой слух – заглушены музыкой, но их щебет птичкой перепорхнул в голос Анны – это же её родной, её детства язык! Которым она укачивает маленького Збышека, в этот звук сын рождается все шире, звучнее, слухом своим – каждый день... Стараюсь войти в язык, не понимая, закруживаясь в его круженье, радуясь птичьим вскрикам иноземного веселья,– в нем жила наша с Мариной бабушка до 28-го года её – прерванной смертью весны – в первые дни жизни нашей матери. И мать наша не узнала родного – наполовину – родного своего языка. Зная столько языков других стран, она не спела – ни под рояль, ни наклонясь над гитарой – ни одной польской песни... Вот их поет одну за другой Анна, и я всею мощью воображенья, всею страстью так и не воплотившейся мечты изучить польский – впиваю прелестные, таинственные своей непонятностью тайны чужой – моей же! – страны, отраженье её сказок, легенд, традиций, её истории – все это живет сейчас и протянуто нам – а мы не умеем взять... Не оттого ли Анна учит наши, русские романсы, русские песни – старинную «Гори, гори, моя звезда» – и мы еще сегодня услышим знакомое с детства тарусское «Из-за острова на стрежень»... Ей, может быть, также хочется до конца проникнуть в русскую музыку (но ей легче, она хорошо говорит по-русски), как мне – сколько раз начинала, но жизнь отрывала,– учить польский язык!

Я кончаю мои воспоминанья о покинувшей нас Анне Герман. Птицей в польском золотистом оперении влетела она в русскую музыку – и недолго погостила у нас!

А на другой день я получила от друга-поляка перевод текста пластинки, читаю:

Анна Герман «Так это май», музыка Анны Герман, слова – Ежи Фицовский

1. Самый шальной из шалых;
2. Возвращающиеся вальсики;
3. Без тебя нет меня;
4. Такая малая птичка;
5. Рождественская песенка;
6. Мой оловянный генерал;
7. Что дает дождь;
8. Дай мне радугу на воскресенье;
9. О-ле-ле-ей;
10. Мы живем в красочных снах;
11. Роковая девчонка;
12. Мой дядя разводит моль;
13. Так это май.

«Интересно... Совсем все иначе, чем наше...» – говорю я себе.

Так это май? Да, это, конечно, май! Нам захотелось еще раз вздохнуть песенкой «Без тебя нет меня», помечтать в «Новогодней песенке», раскрыть над головой зонт, заштопанный весенним дождем, пособирать круги с воды на серебряные браслеты, поискать самого шального и проведать дядю, разводящего моль, или оловянного генерала, которому не надо отдавать честь...

«И юмор другой, чем наш...» – думаю я.

А если встретим по дороге старомодные вальсики, то затем, чтобы наша улыбка встретилась с юной улыбкой бабушки, всматривающейся в нас со старой фотографии, и чтобы пригласить её на танец, её тоже!

«И не наше изящество, совсем иное...»

Май стиснул в горсти вчерашние печали, май – сорванный, как букет сирени!

«Хорош образ...» – любуюсь я.

Май – настоящий автор, мы писали под его диктовку. Удалось ли нам это? Это покажут есни. Приглашаем! Если будет вам хоть немножко более по-майски, чем было без наших песенок,– поставьте нам улыбку с плюсом!

В последние годы я больше не слышала о концертах Анны Герман. Но от того друга и спутника моего, с которым я слушала её пение, я услышала: «Анна болеет…» Это упоминают в польских газетах – но, поболев, полежав в больнице, она вновь появляется, там, на концертах.

По болезни ли – или потому, что растет сынок и трудно летать на гастроли с ребенком,– но давно уже смолк её голос в наших концертных залах...

Жизнь идет. И приносит весть: Анна Герман больна – неизлечимо. Эта страшная весть – протянутая в прошлое рука, указывает тот день в Италии, когда она и шофер, везший её с записи её песен, ночью, на большой скорости потерпели аварию. Об Анне мы знали, что жизнь победила Смерть, мы приветствовали её торжественно, потрясенно. Она радовалась жизни, она снова пела и пела, и мы слушали её, слушали, никогда бы не перестали. Но пришел её час.

В мои руки передана драгоценная россыпь фотографий Анны Герман. Вот первая фотография. Наклонено в шаловливой ужимке, в шаловливой улыбке лицо – личико! Сколько лет ей тут? Угадай-ка! Четырнадцать? Двадцать четыре? Если и 24, то её 14 кроются здесь, скрылись годы назад, и кроются, и смеются, а годы мимо летят, юность бессмертна на земле, как вечность – над жизнью, юность – этот следующий за детством шаг, еще ничего не поняв, кроме счастья жить,– как тот жаворонок! Узкое её личико, радующееся вашему взгляду, в него опустив свой...

«Дорогой пани Ирме – с любовью шлю мои воспоминания о дорогом Вам человеке, которого и я полюбила всем сердцем. С пожеланьем сердечного покоя в вере и познании, что разлука только временна, что будет день встречи и вечное пребывание вместе в Свете и Радости.

Анастасия Цветаева».

10.IV.84

А вот – позже – прибавилось лет – уже не личико, а лицо, и в красоте его черт, в завороженной гармонии глаз и губ, чуть, только чуть начинающих улыбаться – и замерших, потому что столько печали на свете, что это познание невозможно снести, и она этим делится с нами, она просит помощи, просит участия,– с ним, может быть, можно вынести жизнь?.. Это вопрос неявный, только начавшийся, завлекает неосознанно, в свою тень, в эту мглу спокойно и кротко, и тон властно раскрытых глаз, в них нет цвета – потому что все цвета в них рождали вопрос и в них же, не легши в слова, зазвучал ответ – всею собою она спрашивает и отвечает, веки чуть-чуть начали опускаться на горькую мглу задумчивости, дыханием тронув ноздри, опустились на встречную тишину сомкнутых, тихо, губ, вопрошающих, зовущих, поверяющих и отпугивающих – сомнением... Какая мука в лице! Его обвили волосы, густотой прихотливо легких волн света, света и тени, и целый мир будто влажных, легких и сухих волн – и уже невозможно стерпеть это горестное великолепие, вы уже отданы ей – навсегда...

Это моя любимая фотография Анны. Какой высокий лоб у нее...

И вот третья; тут все просто: Анна стоит во весь рост своего стройного тела, в до полу её обнявшем шелку. В опущенной руке букет – и смеется, безмятежно радуясь славе. Радуется, делится радостью, благодарит и дарит...

– А вот это,– и подруга помедлила,– это последняя карточка. Тут она – знает, что будет с нею...

Гляжу – первая фотография – и последняя – где Анна не встанет. Села.

С надеждой – кончено. Она нам её не споет. Она смотрит на нас прямо. Левая рука оперлась на ручку соломенного кресла, согнув кисть, пальцами касаясь, встречно, пальцев правой руки.

Полная мгла взгляда.

Будущего нет. Смерть подошла и ждет своего часа. В этом её промедлении мука души и тела. Кто ей сейчас друг...

Волосы широкими волнами (они кажутся темней, в первый раз) обняли её от лба – до плечей: они ей верны. Теплым еще покровом – обняли. Еще жива...

Платье с открытой шеей, треугольником вниз. Но – случайно – надетое. Ей уже все равно.

Я гляжу в её взгляд, в который нельзя наглядеться,– и мне, как и ей, в безнадежности этой начинает прорываться надежда – на что-то. Как сказала, почти умирая, моя сестра Лёра: «Я начинаю понимать: не может все так кончиться...» Умудренность предсмертья начинает проникать в немыслимость смерти и, её телесно предчувствуя, принимая, духом её отвергает. Отплывает в неведомость, с ней сродняется. Остановив свой взгляд на наших взглядах, перерастя нас, себя, все, она смотрит поверх. В то, что будет: будущему не быть – невозможно. Анна смотрит Будущему – в глаза...

Эта моя любимая фотография...

И вот, после всего, у меня в руках пластинка Скарлатти в исполнении Анны Герман с надписью: «Дорогой Анастасии Ивановне с любовью – Анна».

Журнал «ЗВЕЗДА», 1984 – №3
Источник: www.annagerman.senat.org .


 Карта сайта

Анонсы




Персоны

АВЕРИНЦЕВ АРАБОВ АРХАНГЕЛЬСКИЙ АСТАФЬЕВ АХМАТОВА АХМАДУЛИНА АДЕЛЬГЕЙМ АЛЛЕГРИ АЛЬБИНОНИ АЛЬФОНС АЛЛЕНОВА АКСАКОВ АРЦЫБУШЕВ АДРИАНА БУНИН БЕХТЕЕВ БИТОВ БОНДАРЧУК БОРОДИН БУЛГАКОВ БУТУСОВ БЕРЕСТОВ БРУКНЕР БРАМС БРУХ БЕЛОВ БЕРДЯЕВ БЕРНАНОС БЕРОЕВ БРЭГГ БУНДУР БАХ БЕТХОВЕН БОРОДИН БАТАЛОВ БИЗЕ БРЕГВАДЗЕ БУЗНИК БЛОХ БЕХТЕРЕВА БУОНИНСЕНЬЯ БРОДСКИЙ БАСИНСКИЙ БАТИЩЕВА БАРКЛИ БОРИСОВ БУЛЫГИН БОРОВИКОВСКИЙ БЫКОВ БУРОВ БАК ВАРЛАМОВ ВАСИЛЬЕВА ВОЛОШИН ВЯЗЕМСКИЙ ВАРЛЕЙ ВИВАЛЬДИ ВО ВОЗНЕСЕНСКАЯ ВИШНЕВСКАЯ ВОДОЛАЗКИН ВОЛОДИХИН ВЕРТИНСКАЯ ВУЙЧИЧ ГАЛИЧ ГЕЙЗЕНБЕРГ ГЕТМАНОВ ГИППИУС ГОГОЛЬ ГРАНИН ГУМИЛЁВ ГУСЬКОВ ГАЛЬЦЕВА ГОРОДОВА ГЛИНКА ГРАДОВА ГАЙДН ГРИГ ГУРЕЦКИЙ ГЕРМАН ГРИЛИХЕС ГОРДИН ГРЫМОВ ГУБАЙДУЛИНА ГОЛЬДШТЕЙН ГРЕЧКО ГОРБАНЕВСКАЯ ГОДИНЕР ГРЕБЕНЩИКОВ ДЮЖЕВ ДЕМЕНТЬЕВ ДЕСНИЦКИЙ ДОВЛАТОВ ДОСТОЕВСКИЙ ДРУЦЭ ДЕБЮССИ ДВОРЖАК ДОНН ДУНАЕВ ДАНИЛОВА ДЖОТТО ДЖЕССЕН ЖУКОВСКИЙ ЖИДКОВ ЖУРИНСКАЯ ЖИЛЛЕ ЖИВОВ ЗАЛОТУХА ЗОЛОТУССКИЙ ЗУБОВ ЗАНУССИ ЗВЯГИНЦЕВ ЗОЛОТОВ ИСКАНДЕР ИЛЬИН КАБАКОВ КИБИРОВ КИНЧЕВ КОЛЛИНЗ КОНЮХОВ КОПЕРНИК КУБЛАНОВСКИЙ КУРБАТОВ КУЧЕРСКАЯ КУШНЕР КАПЛАН КОРМУХИНА КУПЧЕНКО КОРЕЛЛИ КИРИЛЛОВА КОРЖАВИН КОРЧАК КОРОЛЕНКО КЬЕРКЕГОР КРАСНОВА ЛИПКИН ЛОПАТКИНА ЛЕВИТАНСКИЙ ЛУНГИН ЛЬЮИС ЛЕГОЙДА ЛИЕПА ЛЯДОВ ЛОСЕВ ЛИСТ ЛЕОНОВ МАЙКОВ МАКДОНАЛЬД МАКОВЕЦКИЙ МАКСИМОВ МАМОНОВ МАНДЕЛЬШТАМ МИРОНОВ МОТЫЛЬ МУРАВЬЕВА МОРИАК МАРТЫНОВ МЕНДЕЛЬСОН МАЛЕР МУСОРГСКИЙ МОЦАРТ МИХАЙЛОВ МЕРЗЛИКИН МАССНЕ МАХНАЧ МЕЛАМЕД МИЛЛЕР МОЖЕГОВ МАКАРСКИЙ МАРИЯ НАРЕКАЦИ НЕКРАСОВ НЕПОМНЯЩИЙ НИКОЛАЕВА НАДСОН НИКИТИН НИВА ОКУДЖАВА ОСИПОВ ОРЕХОВ ОСТРОУМОВА ОБОЛДИНА ОХАПКИН ПАНТЕЛЕЕВ ПАСКАЛЬ ПАСТЕР ПАСТЕРНАК ПИРОГОВ ПЛАНК ПОГУДИН ПОЛОНСКИЙ ПРОШКИН ПАВЛОВИЧ ПЕГИ ПЯРТ ПОЛЕНОВ ПЕРГОЛЕЗИ ПЁРСЕЛЛ ПАЛЕСТРИНА ПУЩАЕВ ПАВЛОВ ПЕТРАРКА ПЕВЦОВ ПАНЮШКИН ПЕТРЕНКО РАСПУТИН РЫБНИКОВ РАТУШИНСКАЯ РАЗУМОВСКИЙ РАХМАНИНОВ РАВЕЛЬ РАУШЕНБАХ РУБЛЕВ РЕВИЧ РУБЦОВ РАТНЕР РОСТРОПОВИЧ РОДНЯНСКАЯ СВИРИДОВ СЕДАКОВА СЛУЦКИЙ СОЛЖЕНИЦЫН СОЛОВЬЕВ СТЕБЛОВ СТУПКА СКАРЛАТТИ САРАСКИНА САРАСАТЕ СОЛОУХИН СТОГОВ СОКУРОВ СТРУВЕ СИКОРСКИЙ СУИНБЕРН САНАЕВ СИЛЬВЕСТРОВ СОНЬКИНА СИНЯЕВА СТЕПУН ТЮТЧЕВ ТУРОВЕРОВ ТАРКОВСКИЙ ТЕРАПИАНО ТРАУБЕРГ ТКАЧЕНКО ТИССО ТАВЕНЕР ТОЛКИН ТОЛСТОЙ ТУРГЕНЕВ ТАРКОВСКИЙ УЖАНКОВ УМИНСКИЙ ФУДЕЛЬ ФЕТ ФЕДОСЕЕВ ФИЛЛИПС ФРА ФИРСОВ ФАСТ ФЕДОТОВ ХОТИНЕНКО ХОМЯКОВ ХАМАТОВА ХУДИЕВ ХЕРСОНСКИЙ ХОРУЖИЙ ЦВЕТАЕВА ЦФАСМАН ЧАЛИКОВА ЧУРИКОВА ЧЕЙН ЧЕХОВ ЧЕСТЕРТОН ЧЕРНЯК ЧАВЧАВАДЗЕ ЧУХОНЦЕВ ЧАПНИН ЧАРСКАЯ ШЕВЧУК ШУБЕРТ ШУМАН ШМЕМАН ШНИТКЕ ШМИТТ ШМЕЛЕВ ШНОЛЬ ШПОЛЯНСКИЙ ШТАЙН ЭЛГАР ЭПШТЕЙН ЮРСКИЙ ЮДИНА ЯМЩИКОВ