О ПроектеАпологетикаНовый ЗаветЛитургияПроповедьГалереиМузыкальная коллекцияКонтакты

Алфавитный указатель:

АБВГ
ДЕЖЗ
ИКЛМ
НОПР
СТУФ
ХЦЧШ
ЩЭЮЯ


Все имена на сайте

Все имена на сайте

АВЕРИНЦЕВ Сергей Сергеевич
АДАМОВИЧ Георгий Викторович
АРАБОВ Юрий Николаевич
АРХАНГЕЛЬСКИЙ Александр Николаевич
АСТАФЬЕВ Виктор Петрович
АХМАТОВА Анна Андреевна
АХМАДУЛИНА Белла Ахатовна
АДЕЛЬГЕЙМ Павел Анатольевич (протоиерей)
АНТОНИЙ [Андрей Борисович Блум] (митрополит)
АЛЕШКОВСКИЙ Петр Маркович
АЛЛЕГРИ Грегорио
АЛЬБИНОНИ Томазо
АЛЬФОНС X Мудрый
АМВРОСИЙ Медиоланский
АФОНИНА Сайда Мунировна
АРОНЗОН Леонид Львович
АМИРЭДЖИБИ Чабуа Ираклиевич
АРТЕМЬЕВ Эдуард Николаевич
АЛДАШИН Михаил Владимирович
АНДЕРСЕН Ларисса Николаевна
АНДЕРСЕН Ханс Кристиан
АЛЛЕНОВА Ольга
АНФИЛОВ Глеб Иосафович
АПУХТИН Алексей Николаевич
АФАНАСЬЕВ Леонид Николаевич
АКСАКОВ Иван Сергеевич
АНУФРИЕВА Наталия Даниловна
АРЦЫБУШЕВ Алексей Петрович
АНСИМОВ Георгий Павлович
АДРИАНА (монахиня) [Наталия Владимировна Малышева]
АЛЬШАНСКАЯ Елена Леонидовна
АРХАНГЕЛЬСКАЯ Анна Валерьевна
АЛЕКСЕЕВ Анатолий Алексеевич
АРКАДЬЕВ Михаил Александрович
АЛЕКСАНДРОВ Кирилл Михайлович
АРБЕНИНА Диана Сергеевна
АРШАКЯН Лев (иерей)
АБЕЛЬ Карл Фридрих
АЛФЁРОВА Ксения Александровна
БАЛЬМОНТ Константин Дмитриевич
БУНИН Иван Алексеевич
БЕХТЕЕВ Сергей Сергеевич
БИТОВ Андрей Георгиевич
БОНДАРЧУК Алёна Сергеевна
БОРОДИН Леонид Иванович
БУЛГАКОВ Михаил Афанасьевич
БУТУСОВ Вячеслав Геннадьевич
БОНХЁФФЕР Дитрих
БЕРЕСТОВ Валентин Дмитриевич
БРУКНЕР Антон
БРАМС Иоганнес
БРУХ Макс
БЕЛОВ Алексей
БЕРДЯЕВ Николай Александрович
БЕРЕЗИН Владимир Александрович
БЕРНАНОС Жорж
БЕРОЕВ Егор Вадимович
БРЭГГ Уильям Генри
БУНДУР Олег Семёнович
БАЛАКИРЕВ Милий Алексеевич
БАХ Иоганн Себастьян
БЕТХОВЕН Людвиг ван
БОРОДИН Александр Порфирьевич
БАТАЛОВ Алексей Владимирович
БЕНЕВИЧ Григорий Исаакович
БИЗЕ Жорж
БРЕГВАДЗЕ Нани Георгиевна
БУЗНИК Михаил Христофорович
БОРИСОВ Александр Ильич (священник)
БЛОХ Карл
БУЛГАКОВ Артем
БЕГЛОВ Алексей Львович
БЕХТЕРЕВА Наталья Петровна
БЕРЯЗЕВ Владимир Алексееич
БУОНИНСЕНЬЯ Дуччо ди
БРОДСКИЙ Иосиф Александрович
БАКУЛИН Мирослав Юрьевич
БАСИНСКИЙ Павел Валерьевич
БУКСТЕХУДЕ Дитрих
БУЛГАКОВ Сергий Николаевич (священник)
БАТИЩЕВА Янина Генриховна
БИБЕР Генрих
БАРКЛИ Уильям
БЕРХИН Владимир
БОРИСОВ Николай Сергеевич
БУЛЫГИН Павел Петрович
БОРОВИКОВСКИЙ Александр Львович
БЫКОВ Дмитрий Львович
БАЛАЯН Елена Владимировна
БИККУЛОВА Алёна Алексеевна
БЕЛАНОВСКИЙ Юрий Сергеевич
БУРОВ Алексей Владимирович
БАХРЕВСКИЙ Владислав Анатольевич
БАШУТИН Борис Валерьевич
БЕРЕЗОВА Юлия
БАБЕНКО Алёна Олеговна
БУЦКО Юрий Маркович
БОЛДЫШЕВА Ирина Валентиновна
БАК Дмитрий Петрович
БЕЛЛ Роб
БИБИХИН Владимир Вениаминович
БАРТ Карл
БУДЯШЕК Ян
БАЙТОВ Николай Владимирович
БАТОВ Олег Анатольевич (протоиерей)
БЕНИНГ Симон
БАЛТРУШАЙТИС Юргис Казимирович
БЕЛЬСКИЙ Станислав
БЕЛОХВОСТОВА Юлия
БЕЖИН Леонид Евгеньевич
БИРЮКОВА Марина
БОЕВ Пётр Анатольевич (иерей)
БЫКОВ Василь Владимирович
ВАРЛАМОВ Алексей Николаевич
ВАСИЛЬЕВА Екатерина Сергеевна
ВОЛОШИН Максимилиан Александрович
ВЯЗЕМСКИЙ Юрий Павлович
ВАРЛЕЙ Наталья Владимировна
ВИВАЛЬДИ Антонио
ВО Ивлин
ВОРОПАЕВ Владимир Алексеевич
ВИСКОВ Антон Олегович
ВОЗНЕСЕНСКАЯ Юлия Николаевна
ВИШНЕВСКАЯ Галина Павловна
ВИЛЕНСКИЙ Семен Самуилович
ВАСИЛИЙ (епископ) [Владимир Михайлович Родзянко]
ВОЛКОВ Павел Владимирович
ВЕЙЛЬ Симона
ВОДОЛАЗКИН Евгений Германович
ВОЛОДИХИН Дмитрий Михайлович
ВЕЛИЧАНСКИЙ Александр Леонидович
ВОЛЧКОВ Сергей Валерьевич
ВАРСОНОФИЙ (архимандрит) [Павел Иванович Плиханков]
ВЕРТИНСКАЯ Анастасия Александровна
ВДОВИЧЕНКОВ Владимир Владимирович
ВАССА [Ларина] (инокиня)
ВИНОГРАДОВ Леонид
ВАСИН Вячеслав Георгиевич
ВАРАЕВ Максим Владимирович (священник)
ВИТАЛИ Джованни Баттиста
ВУЙЧИЧ Ник
ВОСКРЕСЕНСКИЙ Семен Николаевич
ВЕЛИКАНОВ Павел Иванович (протоиерей)
ВАСИЛЮК Фёдор Ефимович
ВИКТОРИЯ Томас Луис
ВАЙГЕЛЬ Валентин
ВАНЬЕ Жан
ВЛАДИМИРСКИЙ Леонид Викторович
ВЫРЫПАЕВ Иван Александрович
ВОЛФ Мирослав
ГОЛЕНИЩЕВ-КУТУЗОВ Арсений Аркадьевич
ГАЛАКТИОНОВА Вера Григорьевна
ГАЛИЧ Александр Аркадьевич
ГАЛКИН Борис Сергеевич
ГЕЙЗЕНБЕРГ Вернер
ГЕТМАНОВ Роман Николаевич
ГИППИУС Зинаида Николаевна
ГОБЗЕВА Ольга Фроловна [монахиня Ольга]
ГОГОЛЬ Николай Васильевич
ГРАНИН Даниил Александрович
ГУМИЛЁВ Николай Степанович
ГУСЬКОВ Алексей Геннадьевич
ГУРЦКАЯ Диана Гудаевна
ГАЛЬЦЕВА Рената Александровна
ГОРОДОВА Мария Александровна
ГАЛЬ Юрий Владимирович
ГЛИНКА Михаил Иванович
ГРАДОВА Екатерина Георгиевна
ГАЙДН Йозеф
ГЕНДЕЛЬ Георг Фридрих
ГЕРМАН Расслабленный
ГРИГ Эдвард
ГОРБОВСКИЙ Глеб Яковлевич
ГАЛУППИ Бальдассаре
ГЛЮК Кристоф
ГУРЕЦКИЙ Хенрик Миколай
ГУМАНОВА Ольга
ГЕРМАН Анна
ГРИЛИХЕС Леонид (священник)
ГРААФ Фредерика(Мария) де
ГОРДИН Яков Аркадьевич
ГЛИНКА Елизавета Петровна (Доктор Лиза)
ГУРБОЛИКОВ Владимир Александрович
ГРИЦ Илья Яковлевич
ГРЫМОВ Юрий Вячеславович
ГОРИЧЕВА Татьяна Михайловна
ГВАРДИНИ Романо
ГУБАЙДУЛИНА София Асгатовна
ГОЛЬДШТЕЙН Дмитрий Витальевич
ГОРЮШКИН-СОРОКОПУДОВ Иван Силыч
ГРЕЧКО Георгий Михайлович
ГРИМБЛИТ Татьяна Николаевна
ГОРБАНЕВСКАЯ Наталья Евгеньевна
ГРИБ Андрей Анатольевич
ГОЛОВКОВА Лидия Алексеевна
ГАСЛОВ Игорь Владимирович
ГОДИНЕР Анна Вацлавовна
ГЕРЦЫК Аделаида Казимировна
ГНЕЗДИЛОВ Андрей Владимирович
ГУТНЕР Григорий Борисович
ГАРКАВИ Дмитрий Валентинович
ГОРОДЕЦКАЯ Надежда Даниловна
ГУПАЛО Георгий Михайлович
ГЕ Николай Николаевич
ГАЛИК Либор Серафим (священник)
ГЕЗАЛОВ Александр Самедович
ГЕНИСАРЕТСКИЙ Олег Игоревич
ГЕОРГИЙ [Жорж Ходр] (митрополит)
ГИППЕНРЕЙТЕР Юлия Борисовна
ГРЕБЕНЩИКОВ Борис Борисович
ГРАММАТИКОВ Владимир Александрович
ГУЛЯЕВ Георгий Анатольевич (протоиерей)
ГУМЕРОВА Анна Леонидовна
ГОРОДНИЦКИЙ Александр Моисеевич
ГИОРГОБИАНИ Давид
ГОЛЬЦМАН Ян Янович
ГАНДЛЕВСКИЙ Сергей Маркович
ГЕНИЕВА Екатерина Юрьевна
ГЛУХОВСКИЙ Дмитрий Алексеевич
ГРУНИН Юрий Васильевич
ДЮЖЕВ Дмитрий Петрович
ДОРЕ Гюстав
ДЕМЕНТЬЕВ Андрей Дмитриевич
ДЕСНИЦКИЙ Андрей Сергеевич
ДОВЛАТОВ Сергей Донатович
ДОСТОЕВСКИЙ Фёдор Михайлович
ДРУЦЭ Ион
ДИКИНСОН Эмили
ДЕБЮССИ Клод
ДВОРЖАК Антонин
ДАРГОМЫЖСКИЙ Александр Сергеевич
ДОНН Джон
ДВОРКИН Александр Леонидович
ДУНАЕВ Михаил Михайлович
ДАНИЛОВА Анна Александровна
ДЖОТТО ди Бондоне
ДИОДОРОВ Борис Аркадьевич
ДЬЯЧКОВ Александр Андреевич
ДЖЕССЕН Джианна
ДЖАБРАИЛОВА Мадлен Расмиевна
ДРОЗДОВ Николай Николаевич
ДАНИЛОВ Дмитрий Алексеевич
ДИМИТРИЙ (иеромонах) [Михаил Сергеевич Першин]
ДИККЕНС Чарльз
ДОРОНИНА Татьяна Васильевна
ДЕНИСОВ Эдисон Васильевич
ДАНИЛОВ Анатолий Евгеньевич
ДАНИЛОВА Юлия
ДОРМАН Елена Юрьевна
ДРАГУНСКИЙ Денис Викторович
ДУДЧЕНКО Андрей (протоиерей)
ДЕГЕН Ион Лазаревич
ЕСАУЛОВ Иван Андреевич
ЕМЕЛЬЯНЕНКО Федор Владимирович
ЕЛЬЧАНИНОВ Александр Викторович (священник)
ЕГЕРШТЕТТЕР Франц
ЖИРМУНСКАЯ Тамара Александровна
ЖУКОВСКИЙ Василий Андреевич
ЖИДКОВ Юрий Борисович
ЖУРИНСКАЯ Марина Андреевна
ЖИЛЬСОН Этьен Анри
ЖИЛЛЕ Лев (архимандрит)
ЖИВОВ Виктор Маркович
ЖАДОВСКАЯ Юлия Валериановна
ЖИГУЛИН Анатолий Владимирович
ЖЕЛЯБИН-НЕЖИНСКИЙ Олег
ЖИРАР Рене
ЗАЛОТУХА Валерий Александрович
ЗОЛОТУССКИЙ Игорь Петрович
ЗУБОВ Андрей Борисович
ЗАНУССИ Кшиштоф
ЗВЯГИНЦЕВ Андрей Петрович
ЗАХАРОВ Марк Анатольевич
ЗОРИН Александр Иванович
ЗАХАРЧЕНКО Виктор Гаврилович
ЗЕЛИНСКАЯ Елена Константиновна
ЗАБОЛОЦКИЙ Николай Алексеевич
ЗОЛОТОВ Андрей
ЗОЛОТОВ Андрей Андреевич
ЗАБЕЖИНСКИЙ Илья Аронович
ЗАЙЦЕВ Андрей
ЗОЛОТУХИН Денис Валерьевич (священник)
ЗАЙЦЕВА Татьяна
ЗОЛЛИ Исраэль
ЗЕЛИНСКИЙ Владимир Корнелиевич (протоиерей)
ЗОБИН Григорий Соломонович
ИВАНОВ Вячеслав Иванович
ИСКАНДЕР Фазиль Абдулович
ИВАНОВ Георгий Владимирович
ИЛЬИН Владимир Адольфович
ИГНАТОВА Елена Алексеевна
ИЛАРИОН (митрополит) [Григорий Валериевич Алфеев]
ИАННУАРИЙ (архимандрит) [Дмитрий Яковлевич Ивлев]
ИЛЬЯШЕНКО Александр Сергеевич (священник)
ИЛЬИН Иван Александрович
ИЛЬКАЕВ Радий Иванович
ИВАНОВ Вячеслав Всеволодович
КОНАЧЕВА Светлана Александровна
КАБАКОВ Александр Абрамович
КАБЫШ Инна Александровна
КАРАХАН Лев Маратович
КИБИРОВ Тимур Юрьевич
КИНЧЕВ Константин Евгеньевич
КОЗЛОВ Иван Иванович
КОЛЛИНЗ Френсис Селлерс
КОНЮХОВ Фёдор Филлипович (диакон)
КОПЕРНИК Николай
КУБЛАНОВСКИЙ Юрий Михайлович
КУРБАТОВ Валентин Яковлевич
КУСТУРИЦА Эмир
КУЧЕРСКАЯ Майя Александровна
КУШНЕР Александр Семенович
КАПЛАН Виталий Маркович
КУРАЕВ Андрей Вячеславович (протодиакон)
КОРМУХИНА Ольга Борисовна
КУХИНКЕ Норберт
КУПЧЕНКО Ирина Петровна
КЛОДЕЛЬ Поль
КОЗЛОВ Максим Евгеньевич (священник)
КАЛИННИКОВ Василий Сергеевич
КОРЕЛЛИ Арканджело
КАРОЛЬСФЕЛЬД Юлиус
КИРИЛЛОВА Ксения
КЕКОВА Светлана Васильевна
КОРЖАВИН Наум Моисеевич
КРЮЧКОВ Павел Михайлович
КРУГЛОВ Сергий Геннадьевич (священник)
КРАВЦОВ Константин Павлович (священник)
КНАЙФЕЛЬ Александр Аронович
КИКТЕНКО Вячеслав Вячеславович
КУРЕНТЗИС Теодор
КЫРЛЕЖЕВ Александр Иванович
КОШЕЛЕВ Николай Андреевич
КЮИ Цезарь Антонович
КОРЧАК Януш
КЛОДТ Евгений Георгиевич
КРАСНИКОВА Ольга Михайловна
КОРОЛЕНКО Псой
КЬЕРКЕГОР Серен
КОВАЛЬДЖИ Владимир
КОВАЛЬДЖИ Кирилл Владимирович
КОРИНФСКИЙ Аполлон Аполлонович
КЮХЕЛЬБЕКЕР Вильгельм Карлович
КОЗЛОВСКИЙ Иван Семёнович
КАРПОВ Сергей Павлович
КАМБУРОВА Елена Антоновна
КРАСИЛЬНИКОВ Сергей Александрович
КОПЕЙКИН Кирилл (протоиерей)
КАЛЕДА Кирилл Глебович (протоиерей)
КРАСНОВА Татьяна Викторовна
КРИВОШЕИНА Ксения Игоревна
КОТОВ Андрей Николаевич
КОРНОУХОВ Александр Давыдович
КЛЮКИНА Ольга Петровна
КАССИЯ
КРАВЕЦ Сергей Леонидович
КАЗАРНОВСКАЯ Любовь Юрьевна
КРАВЕЦКИЙ Александр Геннадьевич
КРИВУЛИН Виктор Борисович
КОСТЮКОВ Леонид Владимирович
КЛЕМАН Оливье
КУКИН Михаил Юрьевич
КОНАНОС Андрей (архимандрит)
КИРИЛЛОВ Игорь Леонидович
КАЛЛИСТ [Тимоти Уэр ] (митрополит)
КРИВОШЕИН Никита Игоревич
КИТНИС Тимофей
КИНДИНОВ Евгений Арсеньевич
КЛИМОВ Дмирий (протоиерей)
КОЗЫРЕВ Алексей Павлович
КУПРИЯНОВ Борис Леонидович (протоиерей)
КОКИН Илья Анатольевич (диакон)
КНЯЗЕВ Евгений Владимирович
КРАПИВИН Владислав Петрович
КЕННЕТ Клаус
КОЛОНИЦКИЙ Борис Иванович
ЛИЕПА Илзе
ЛИПКИН Семён Израилевич
ЛЮБОЕВИЧ Дивна
ЛОПАТКИНА Ульяна Вячеславовна
ЛОШИЦ Юрий Михайлович
ЛЕВИТАНСКИЙ Юрий Давыдович
ЛЕРМОНТОВ Михаил Юрьевич
ЛУНГИН Павел Семенович
ЛЬЮИС Клайв Стейплз
ЛУКЬЯНОВА Ирина Владимировна
ЛИСНЯНСКАЯ Инна Львовна
ЛЕГОЙДА Владимир Романович
ЛЮБИМОВ Илья Петрович
ЛОКАТЕЛЛИ Пьетро
ЛЮБАК Анри де
ЛАЛО Эдуар
ЛЕОНОВ Андрей Евгеньевич
ЛОСЕВА Наталья Геннадьевна
ЛИЕПА Андрис Марисович
ЛЯДОВ Анатолий Константинович
ЛАРШЕ Жан-Клод
ЛОСЕВ Алексей Федорович
ЛИСТ Ференц
ЛЮЛЛИ Жан-Батист
ЛЕГА Виктор Петрович
ЛОБАНОВ Валерий Витальевич
ЛЮБИМОВ Борис Николаевич
ЛЕВШЕНКО Борис Трифонович (священник)
ЛОРГУС Андрей Вадимович (священник)
ЛАССО Орландо
ЛЮБИЧ Кьяра
ЛУЧЕНКО Ксения Валерьевна
ЛЮБШИН Станислав Андреевич
ЛЕОНОВ Евгений Павлович
ЛАВЛЕНЦЕВ Игорь Вячеславович
ЛЮДОГОВСКИЙ Феодор (иерей)
ЛЮБИМОВ Григорий Александрович
ЛАВРОВ Владимир Михайлович
ЛЕОНОВИЧ Владимир Николаевич
ЛОПУШАНСКИЙ Константин Сергеевич
ЛИТВИНОВ Александр Михайлович
ЛУЧКО Клара Степановна
ЛАВДАНСКИЙ Александр Александрович
ЛОБЬЕ де Патрик
ЛАШКОВА Вера Иосифовна
ЛИПОВКИНА Татьяна
ЛОРЕНЦЕТТИ Амброджо
ЛОТТИ Антонио
ЛУКИН Павел Владимирович
ЛАШИН Емилиан Владимирович
МАЙКОВ Апполон Николаевич
МАКДОНАЛЬД Джордж
МАКОВЕЦКИЙ Сергей Васильевич
МАКОВСКИЙ Сергей Константинович
МАКСИМОВ Андрей Маркович
МАМОНОВ Пётр Николаевич
МАНДЕЛЬШТАМ Осип Эмильевич
МИНИН Владимир Николаевич
МИРОНОВ Евгений Витальевич
МОТЫЛЬ Владимир Яковлевич
МУРАВЬЕВА Ирина Вадимовна
МИЛЛИКЕН Роберт Эндрюс
МЮРРЕЙ Джозеф Эдвард
МАРКОНИ Гульельмо
МАТОРИН Владимир Анатольевич
МЕДУШЕВСКИЙ Вячеслав Вячеславович
МОРИАК Франсуа
МАРТЫНОВ Владимир Иванович
МЕНДЕЛЬСОН Феликс
МИРОНОВА Мария Андреевна
МАЛЕР Густав
МУСОРГСКИЙ Модест Петрович
МОЦАРТ Вольфганг Амадей
МАНФРЕДИНИ Франческо Онофрио
МИХАЙЛОВА Марина Валентиновна
МЕНЬ Александр (протоиерей)
МИХАЙЛОВ Александр Николаевич
МЕРЗЛИКИН Андрей Ильич
МАССНЕ Жюль
МАРЧЕЛЛО Алессандро
МАКИН Андрей Сергеевич
МАШО Гийом де
МАХНАЧ Владимир Леонидович
МАШЕГОВ Алексей
МЕРКЕЛЬ Ангела
МЕЛАМЕД Игорь Сунерович
МОНТИ Витторио
МИЛЛЕР Лариса Емельяновна
МОЖЕГОВ Владимир
МАКАРСКИЙ Антон Александрович
МАКАРИЙ (иеромонах) [Марк Симонович Маркиш]
МИТРОФАНОВ Георгий Николаевич (священник)
МОЩЕНКО Владимир Николаевич
МОГУТИН Юрий Николаевич
МИНДАДЗЕ Александр Анатольевич
МЕЛЬНИКОВА Анастасия Рюриковна
МИКИТА Андрей Иштванович
МАТВИЕНКО Игорь Игоревич
МЕЖЕНИНА Лариса Николаевна
МАРИЯ (монахиня) [Елизавета Юрьевна Пиленко]
МИРСКИЙ Георгий Ильич
МАЛАХОВА Лилия
МАРКИНА Надежда Константиновна
МОЛЧАНОВ Владимир Кириллович
МАГГЕРИДЖ Малькольм
МЕЛЛО Альберто
МОРОЗОВ Александр Олегович
МАКНОТОН Джон
МЕЕРСОН Ольга
МЕЕРСОН-АКСЕНОВ Михаил Георгиевич (протоиерей)
МИТРОФАНОВА Алла Сергеевна
МЕНЬШОВА Юлия Владимировна
МАЗЫРИН Александр (иерей)
МУРАВЬЁВ Алексей Владимирович
МАЛЬЦЕВА Надежда Елизаровна
МАГИД Сергей Яковлевич
МАРЕ Марен
МИРОНЕНКО Сергей Владимирович
НАРЕКАЦИ Григор
НЕКРАСОВ Николай Алексеевич
НЕПОМНЯЩИЙ Валентин Семенович
НИКОЛАЕВ Юрий Александрович
НИКОЛАЕВА Олеся Александровна
НЬЮТОН Исаак
НИКОЛАЙ [ Никола Велимирович ] (епископ)
НОРШТЕЙН Юрий Борисович
НЕГАТУРОВ Вадим Витальевич
НЕСТЕРЕНКО Евгений Евгеньевич
НОВИКОВ Денис Геннадьевич
НЕЖДАНОВ Владимир Васильевич (священник)
НЕСТЕРЕНКО Василий Игоревич
НЕКТАРИЙ (игумен) [Родион Сергеевич Морозов]
НАДСОН Семён Яковлевич
НИКИТИН Иван Саввич
НИКОЛАЙ [Николай Хаджиниколау] (митрополит)
НАЗАРОВ Александр Владимирович
НИВА Жорж
НИШНИАНИДЗЕ Шота Георгиевич
НИКУЛИН Николай Николаевич
ОКУДЖАВА Булат Шалвович
ОСИПОВ Алексей Ильич
ОРЕХОВ Дмитрий Сергеевич
ОРЛОВА Василина Александровна
ОСТРОУМОВА Ольга Михайловна
ОЦУП Николай Авдеевич
ОГОРОДНИКОВ Александр Иоильевич
ОБОЛДИНА Инга Петровна
ОХАПКИН Олег Александрович
ОРЕХАНОВ Георгий Леонидович (протоиерей)
ПАНТЕЛЕЕВ Леонид
ПАСКАЛЬ Блез
ПАСТЕР Луи
ПАСТЕРНАК Борис Леонидович
ПИРОГОВ Николай Иванович
ПЛАНК Макс
ПЛЕЩЕЕВ Алексей Николаевич
ПОГУДИН Олег Евгеньевич
ПОЛОНСКИЙ Яков Петрович
ПОЛЯКОВА Надежда Михайловна
ПОЛЯНСКАЯ Екатерина Владимировна
ПРОШКИН Александр Анатольевич
ПУШКИН Александр Сергеевич
ПАВЛОВИЧ Надежда Александровна
ПЕГИ Шарль
ПРОКОФЬЕВА Софья Леонидовна
ПЕТРОВА Татьяна Юрьевна
ПЯРТ Арво
ПОЛЕНОВ Василий Дмитриевич
ПЕРГОЛЕЗИ Джованни
ПЁРСЕЛЛ Генри
ПАЛЕСТРИНА Джованни Пьерлуиджи
ПЕТР (игумен) [Валентин Андреевич Мещеринов]
ПУЩАЕВ Юрий Владимирович
ПУЗАКОВ Алексей Александрович
ПАВЛОВ Олег Олегович
ПРОСКУРИНА Светлана Николаевна
ПАНИЧ Светлана Михайловна
ПЕЛИКАН Ярослав
ПОЛИКАНИНА Валентина Петровна
ПЬЕЦУХ Вячеслав Алексеевич
ПЕТРАРКА Франческо
ПУСТОВАЯ Валерия Ефимовна
ПЕВЦОВ Дмитрий Анатольевич
ПАНЮШКИН Валерий Валерьевич
ПОЗДНЯЕВА Кира
ПИВОВАРОВ Юрий Сергеевич
ПОРОШИНА Мария Михайловна
ПЕТРЕНКО Алексей Васильевич
ПАРРАВИЧИНИ Эльвира
ПРЕЛОВСКИЙ Анатолий Васильевич
ПАНТЕЛЕИМОН [Аркадий Викторович Шатов] (епископ)
ПРЕКУП Игорь (священник)
ПЕТРАНОВСКАЯ Людмила Владимировна
ПОДОБЕДОВА Ольга Ильинична
ПОПОВА Ольга Сигизмундовна
ПАРФЕНОВ Филипп (священник)
ПЛОТКИНА Алла Григорьевна
ПАРХОМЕНКО Сергей Борисович
ПАЗЕНКО Егор Станиславович
ПРОХОРОВА Ирина Дмитриевна
ПАГЫН Сергей Анатольевич
РАСПУТИН Валентин Григорьевич
РОМАНОВ Константин Константинович (КР)
РЫБНИКОВ Алексей Львович
РАТУШИНСКАЯ Ирина Борисовна
РОСС Рональд
РАНЦАНЕ Анна
РАЗУМОВСКИЙ Феликс Вельевич
РАХМАНИНОВ Сергей Васильевич
РАВЕЛЬ Морис
РАУШЕНБАХ Борис Викторович
РУБЛЕВ Андрей
РИМСКИЙ-КОРСАКОВ Николай Андреевич
РЕВИЧ Александр Михайлович
РУБЦОВ Николай Михайлович
РАТНЕР Лилия Николаевна
РОСТРОПОВИЧ Мстислав Леопольдович
РОГИНСКИЙ Арсений Борисович
РОЗЕНБЛЮМ Константин Витольд
РЕШЕТОВ Алексей Леонидович
РОГОВЦЕВА Ада Николаевна
РЫЖЕНКО Павел Викторович
РОДНЯНСКАЯ Ирина Бенционовна
РИЛЬКЕ Райнер Мария
РОШЕ Константин Константинович
РАКИТИН Александр Анатольевич
РОМАНЕНКО Татьяна Анатольевна
РЯШЕНЦЕВ Юрий Евгеньевич
РАЗУМОВ Анатолий Яковлевич
РУЛИНСКИЙ Василий Васильевич
СВИРИДОВ Георгий Васильевич
СЕДАКОВА Ольга Александровна
СЛУЦКИЙ Борис Абрамович
СМОКТУНОВСКИЙ Иннокентий Михайлович
СОЛЖЕНИЦЫН Александрович Исаевич
СОЛОВЬЕВ Владимир Сергеевич
СОЛОДОВНИКОВ Александр Александрович
СТЕБЛОВ Евгений Юрьевич
СТУПКА Богдан Сильвестрович
СОКОЛОВ-МИТРИЧ Дмитрий Владимирович
СМОЛЛИ Ричард
СЭЙЕРС Дороти
СМОЛЬЯНИНОВА Евгения Валерьевна
СТЕПАНОВ Юрий Константинович
СИМОНОВ Константин Михайлович
СМОЛЬЯНИНОВ Артур Сергеевич
СЕДОВ Константин Сергеевич
СОПРОВСКИЙ Александр Александрович
СКАРЛАТТИ Алессандро
САРАСКИНА Людмила Ивановна
САМОЙЛОВ Давид Самуилович
САРАСАТЕ Пабло
СТРАДЕЛЛА Алессандро
СУРОВА Людмила Васильевна
СЛУЧЕВСКИЙ Николай Владимирович
СОКОЛОВ Александр Михайлович
СОЛОУХИН Владимир Алексеевич
СТОГОВ Илья Юрьевич
СЕН-САНС Камиль
СОКУРОВ Александр Николаевич
СТРУВЕ Никита Алексеевич
СОЛЖЕНИЦЫН Игнат Александрович
СИКОРСКИЙ Игорь Иванович
СУИНБЕРН Ричард
САВВА (Мажуко) архимандрит
САНАЕВ Павел Владимирович
СИЛЬВЕСТРОВ Валентин Васильевич
СТЕФАНОВИЧ Николай Владимирович
СОНЬКИНА Анна Александровна
СИНЯЕВА Ольга
СОЛОНИЦЫН Алексей Алексеевич
САЛИМОН Владимир Иванович
СВЕТОЗАРСКИЙ Алексей Константинович
СКУРАТ Константин Ефимович
СВЕШНИКОВА Мария Владиславовна
СЕНЬЧУКОВА Мария Сергеевна [ инокиня Евгения ]
СЕЛЕЗНЁВ Михаил Георгиевич
САВЧЕНКО Николай (священник)
СПИВАКОВСКИЙ Павел Евсеевич
САДОВНИКОВА Елена Юрьевна
СЕН-ЖОРЖ Жозеф
СУДАРИКОВ Виктор Андреевич
САММАРТИНИ Джованни Баттиста
САНДЕРС Скип и Гвен
СКВОРЦОВ Ярослав Львович
СТЕПАНОВА Мария Михайловна
САРАБЬЯНОВ Владимир Дмитриевич
СЛАДКОВ Дмитрий Владимирович
СТОРОЖЕВА Вера Михайловна
СИГОВ Константин Борисович
СТЕПУН Фёдор Августович
СЕНДЕРОВ Валерий Анатольевич
СВЕЛИНК Ян
СТЕРЖАКОВ Владимир Александрович
СТРУКОВА Алиса
СУХИХ Игорь Николаевич
ТЮТЧЕВ Фёдор Иванович
ТУРОВЕРОВ Николай Николаевич
ТАРКОВСКИЙ Михаил Александрович
ТЕРАПИАНО Юрий Константинович
ТОНУНЦ Елена Константиновна
ТРАУБЕРГ Наталья Леонидовна
ТАУНС Чарльз
ТОКМАКОВ Лев Алексеевич
ТКАЧЕНКО Александр
ТЕУНИКОВА Юлия Александровна
ТАРТИНИ Джузеппе
ТИССО Джеймс
ТРОШИН Валерий Владимирович
ТАХО-ГОДИ Аза (Наталья) Алибековна
ТАВЕНЕР Джон
ТОЛКИН Джон Рональд Руэл
ТРАНСТРЁМЕР Тумас
ТАРИВЕРДИЕВ Микаэл Леонович
ТЕПЛИЦКИЙ Виктор (протоиерей)
ТРОСТНИКОВА Елена Викторовна
ТОЛСТОЙ Алексей Константинович
ТУРГЕНЕВ Иван Сергеевич
ТЕПЛЯКОВ Виктор Григорьевич
ТИМОФЕЕВ Александр (священник)
ТИРИ Жан-Франсуа
ТАРКОВСКИЙ Арсений Александрович
ТЕЙЛОР Чарльз
ТАРАСОВ Аркадий Евгеньевич
ТЕРСТЕГЕН Герхард
ТАЛАШКО Владимир Дмитриевич
ТУРОВА Варвара
УЖАНКОВ Александр Николаевич
УОЛД Джордж
УМИНСКИЙ Алексей (священник)
УСПЕНСКИЙ Михаил Глебович
УЗЛАНЕР Дмитрий
УГЛОВ Николай Владимирович
УСПЕНСКИЙ Федор Борисович
УЛИЦКАЯ Людмила Евгеньевна
ФУДЕЛЬ Сергей Иосифович
ФЕТ Афанасий Афанасьевич
ФЕДОСЕЕВ Владимир Иванович
ФИЛЛИПС Уильям
ФРА БЕАТО АНДЖЕЛИКО
ФРАНК Семён Людвигович
ФИРСОВ Сергей Львович
ФЕСТЮЖЬЕР Андре-Жан
ФАСТ Геннадий (священник)
ФОРЕСТ Джим
ФЕОДОРИТ (иеродиакон) [Сергей Валентинович Сеньчуков]
ФОФАНОВ Константин Михайлович
ФЕДОТОВ Георгий Петрович
ФРАНКЛ Виктор
ФЛАМ Людмила Сергеевна
ФЛОРОВСКИЙ Георгий Васильевич (протоиерей)
ФОМИН Игорь (протоиерей)
ФИЛАТОВ Леонид Алексеевич
ФЕДЕРМЕССЕР Анна Константиновна
ХОТИНЕНКО Владимир Иванович
ХОМЯКОВ Алексей Степанович
ХОДАСЕВИЧ Владислав Фелицианович
ХАМАТОВА Чулпан Наилевна
ХАБЬЯНОВИЧ-ДЖУРОВИЧ Лиляна
ХУДИЕВ Сергей Львович
ХЕРСОНСКИЙ Борис Григорьевич
ХИЛЬДЕГАРДА Бингенская
ХОРУЖИЙ Сергей Сергеевич
ХЛЕБНИКОВ Олег Никитьевич
ХЕТАГУРОВ Коста Леванович
ХОРИНЯК Алевтина Петровна
ХЛЕВНЮК Олег Витальевич
ХИЛЛМАН Кристофер
ХОПКО Фома Иванович (протопресвитер)
ЦИПКО Александр Сергеевич
ЦВЕТАЕВА Анастасия Ивановна
ЦФАСМАН Михаил Анатольевич
ЦВЕЛИК Алексей Михайлович
ЦЫПИН Владислав Александрович (протоиерей)
ЧАЛИКОВА Галина Владленовна
ЧУРИКОВА Инна Михайловна
ЧЕРЕНКОВ Федор Федорович
ЧЕЙН Эрнст
ЧАЙКОВСКАЯ Елена Анатольевна
ЧЕХОВ Антон Павлович
ЧЕСТЕРТОН Гилберт
ЧЕРНЯК Андрей Иосифович
ЧЕРНИКОВА Татьяна Васильевна
ЧИЧИБАБИН Борис Алексеевич
ЧИСТЯКОВ Георгий Петрович (священник)
ЧЕРКАСОВА Елена Игоревна
ЧАВЧАВАДЗЕ Елена Николаевна
ЧУХОНЦЕВ Олег Григорьевич
ЧАВЧАВАДЗЕ Зураб Михайлович
ЧАПНИН Сергей Валерьевич
ЧАРСКАЯ Лидия Алексеевна
ЧЕРНЫХ Наталия Борисовна
ЧИМАБУЭ Ченни ди Пепо
ЧУКОВСКАЯ Елена Цезаревна
ЧЕЙГИН Петр Николаевич
ШЕМЯКИН Михаил Михайлович
ШЕВЧУК Юрий Юлианович
ШАНГИН Никита Генович
ШИРАЛИ Виктор Гейдарович
ШАВЛОВ Артур
ШЕВАРОВ Дмитрий Геннадьевич
ШУБЕРТ Франц
ШУМАН Роберт
ШМЕМАН Александр Дмитриевич (священник)
ШНИТКЕ Альфред Гарриевич
ШМИТТ Эрик-Эммануэль
ШАТАЛОВА Соня
ШАГИН Дмитрий Владимирович
ШУЛЬЧЕВА-ДЖАРМАН Ольга Александровна
ШТЕЙН Ася Владимировна
ШМЕЛЕВ Иван Сергеевич
ШНОЛЬ Дмитрий Эммануилович
ШАЦКОВ Андрей Владиславович
ШЕСТИНСКИЙ Олег Николаевич
ШВАРЦ Елена Андреевна
ШИК Елизавета Михайловна
ШИЛОВА Ольга
ШПОЛЯНСКИЙ Михаил (протоиерей)
ШМАИНА-ВЕЛИКАНОВА Анна Ильинична
ШВЕД Дмитрий Иванович
ШЛЯХТИН Роман
ШМИДТ Вильям Владимирович
ШТАЙН Эдит
ШОСТАКОВИЧ Дмитрий Дмитриевич
ШМЕЛЁВ Алексей Дмитриевич
ШНУРОВ Константин Сергеевич
ШОРОХОВА Татьяна Сергеевна
ШАУБ Игорь Юрьевич
ЩЕПЕНКО Михаил Григорьевич
ЭЛИОТ Томас Стернз
ЭКЛС Джон
ЭЛГАР Эдуард
ЭЛИТИС Одиссеас
ЭППЛЕ Николай Владимирович
ЭПШТЕЙН Михаил Наумович
ЭГГЕРТ Константин Петрович
ЭЛЬ ГРЕКО
ЭДЕЛЬШТЕЙН Георгий (протоиерей)
ЮРСКИЙ Сергей Юрьевич
ЮРЧИХИН Фёдор Николаевич
ЮДИНА Мария Вениаминовна
ЮРЕВИЧ Андрей (протоиерей)
ЮРЕВИЧ Ольга
ЯМЩИКОВ Савва Васильевич
ЯЗЫКОВА Ирина Константиновна
ЯКОВЛЕВ Антон Юрьевич
ЯМБУРГ Евгений Александрович
ЯННАРАС Христос
ЯРОВ Сергей Викторович

Рекомендуем

Абсолютная жертва Голгофы "Даже если Нарнии нет..." Вера без привилегий С любимыми не разводитесь Двери ада заперты изнутри Расцерковление Технический христианин Мифы сексуального просвещения Последие Времена Нисхождение во ад Христианство и культура Что делать с духом уныния? Что такое вера? Цена Победы Сироты напоказ Ты не один! Про ад и смерть Основная форма человечности Сложный человек как цель Оправдание веры Истина православия Зачем постился Христос? Жизнь за гробом Моя судьба Родина там, где тебя любят Не подавляйте боли разлуки Дом нетерпимости Сучок в чужом глазу Необразцовая семья Демонская твердыня Русский грех и русское спасение Кто мы? История моего заключения Мученик - означает "свидетель" Почему я перешла в православие Всех ли вывел из ада Христос? Что дало России православное христианство Право на мракобесие Если тебя обидели, бросили, предали В больничной палате Мадонна из метро Болезнь и религия Страна не упырей "Я был болен..." Совесть От виртуального христианства к реальному Картина мира Почему мои дети ходят в Церковь Божья любовь в псалмах Благая Весть Серебро Господа моего Каждый человек незаменим О судьбах человеческих "Вера - дело сердца" Антирелигиозная религия Пятнадцать вопросов атеистов Христианская жизнь как сверхприродная Можно и нужно об этом говорить Логика троичности "Душа разорвана..." Ecce Homo "Я дитя неверия и сомнения..." Мир, полный добра Крестик в пыли Все впереди Пасхальные письма Как жить с диагнозом Слишком поздно О страхе исповедания веры Единство несоединимого Убитая совесть Об антихристовом добре Чему учит смерть? Из истории русского сопротивления Религиозность Пушкина Тем, кто потерял смысл жизни Свет Церкви Рай и ад О Чудесах Книга Иова Светлой памяти Кровь мучеников есть семя Церкви Теология от первого лица Смысл удивления Начало света Как рассказать о вере? Право на красоту Любовь и пустота Осень жизни



Версия для печати

ЦЫПИН Владислав Александрович (протоиерей) ( род. 1947)

Интервью   |   Статьи    |   Аудио
ЦЫПИН Владислав Александрович (протоиерей)Протоиерей Владислав ЦЫПИН (род.1947) -  историк церкви, богослов, профессор, доктор церковной истории, доктор церковного права, кандидат богословия: Видео | История | Интервью | Статьи | Аудио | Фотогалерея.

Протоиерей Владислав  Цыпин родился 22 января 1947 года в деревне Чуевка Жердевского района Тамбовской области. В 1968 году окончил романо-германское отделение филологического факультета Московского государственного университета. С 1968 по 1969 годы - младший научный сотрудник Научно-исследовательского института резиновых и латексных изделий. С 1971 по 1973 годы - старший библиотекарь Библиотеки им. Ленина. С 1973 по 1975 годы - редактор в Библиотеке им. Ленина. С 1976 по 1982 годы работал переводчиком в Московском Центральном бюро научно-технической информации.

С 1982 года - внештатный переводчик Издательского отдела Московского Патриархата. С 1 февраля 1984 года - преподаватель новых языков Сектора заочного обучения Московской духовной академии и семинарии. В 1985 году экстерном окончил Московскую духовную семинарию.  4 декабря 1985 года рукоположён в сан диакона. 15 февраля 1986 года рукоположён в сан иерея.
В 1987 году экстерном окончил Московскую духовную академию, защитив кандидатскую диссертацию на тему: «К вопросу о границах Церкви». 16 декабря того же года ему присвоено учёное звание доцента. В декабре 1988 года утверждён в должности ответственного секретаря Учебного комитета с возведением в сан протоиерея. 23 апреля 1997 года за труд «Церковное право. Курс лекций» удостоен степени магистра богословия. 12 октября 1998 года удостоен учёной степени доктора церковной истории за труд: «История Русской Церкви. 1917-1997» и утверждён в звании профессора. Дважды (в 1997 и 1999 годах) награжден Макариевской премией. В 2005-2007 годах - член Комиссии Московского Патриархата по диалогу с Русской Зарубежной Церковью. С декабря 2008 по январь 2009 года - член Комиссии по подготовке Поместного Собора.
Является заведующим церковно-практическим отделением Московской духовной академии. Преподаёт в Московской духовной академии и семинарии предметы: «Церковно-каноническое право», «Церковная история» и «История Западной Европы». В Сретенской Духовной Семинарии преподает «Церковно-каноническое право», «Церковную историю». В настоящее время - заместитель председателя Учебного комитета, также является председателем Историко-правовой комиссии Русской Православной Церкви. Входит в состав Синодальных Комиссий: по канонизации святых, богословской. Член редакционной коллегии научно-богословского альманаха «Богословские труды» и редакционного совета «Православной энциклопедии». Научный руководитель нескольких диссертаций, выполняемых в Общецерковной аспирантуре и докторантуре. Сфера научных интересов: каноническое право, церковная история, история России.

Источник: ВИКИПЕДИЯ Свободная энциклопедия  

..

Протоиерей Владислав ЦЫПИН: интервью

Протоиерей Владислав ЦЫПИН (род.1947) -  историк церкви, богослов, профессор, доктор церковной истории, доктор церковного права, кандидат богословия: Видео | История | Интервью | Статьи | Аудио | Фотогалерея.

БУДЕТ ЛИ ВОСЬМОЙ ВСЕЛЕНСКИЙ СОБОР?
Беседа в прямом эфире радио «Радонеж» с профессором Московской Духовной Академии протоиереем Владиславом Цыпиным

- Как Вы считаете, отец Владислав, можно ли назвать Собор, который пройдет в 2016 году в Константинополе, VIII Вселенским Собором?
- В настоящее время нет никаких оснований для того, чтобы его называть восьмым. Он так себя не называет, в процессе его подготовки ни в каких документах обозначение его VIII-м собором не присутствует, насколько мне известно. Да и было бы странно заранее называть его восьмым. Было семь Вселенских соборов, которые признаются Православной Церковью именно вселенскими, с их совершенно особым экклезиологическим статусом.

Что мы знаем из истории? Были и другие соборы, которые называли себя вселенскими. Но было бы ошибочно полагать, что называя себя так, они заявляли претензию на то, чтобы быть соборами в одном ряду с особо выделенными соборами, с которыми церковное сознание усваивает непогрешимость. Дело в том, что всё, что тогда имело отношение к империи Римской, которую мы задним числом, с некоторого момента ее истории, называем Византийской (хотя она сама себя так никогда не называла, это совершенно кабинетный, ученый термин), так вот там всё называлось вселенским, всё, что было общеимперским, и поэтому те соборы, которые созывались в рамках всей империи, они называли вселенскими. В этом еще не заключалась претензия на некий совершенно особый статус. Итак, называвшими себя вселенскими, соборов очень много. Но с тех пор прошло время, и в церковном сознании, даже богословии, выработалось учение об особой значимости вселенских соборов, уже в ином смысле - не в смысле, что они имеют отношение к империи, таковых было много, из них некоторых считаются поместными, некоторые разбойничьими, некоторые и забыты почти, но Вселенские - это те соборы, которым Церковь присваивает непогрешимость. Было бы странно, конечно, сейчас, в процессе подготовки собора, заранее присваивать этому собору непогрешимость. О VIII Вселенском соборе речь, конечно, не идет, но что будет впоследствии - это совсем другая тема.

- А разве архиерейский собор не непогрешим по определению? Ведь решения любого собора начинаются словами «Изволилось Духу Святому и нам»?
- Такая формулировка совершенно нормальным образом встречается и в постановлениях соборов поместных. Естественно, что всякий церковный собор исходит из надежды на то, что действует он по благодати Божией. И более того, все мы, священники, проповедуя, полагаем что то, что мы говорим с амвона, мы говорим, опираясь на благодать Божию, которая действует в Церкви, но никакой гарантии непогрешимости того, что скажет священник с амвона, что скажет епископ с амвона или в своем послании, что скажет Собор поместный, нет. Непогрешимость церковное учение усваивает единственному церковному институту - Вселенским соборам. Но не вообще всякому собору, в котором представлены епископы разных поместных церквей, а только тем, которые впоследствии были признаны таковыми, т.е. вот этим семи Вселенским соборам.

Мы знаем другой подход в Католической Церкви - непогрешимость, присущая церкви, там усваивается епископу Рима. Православное учение разительно отличается в этом отношении. Но непогрешимость - это очень ответственно и серьезно, это значит абсолютное, полное, точное выражение самого Откровения. Откровение Божие выражено в Священном Писании и Священном Предании, и соборные оросы тех семи Вселенских соборов, догматические оросы обладают, по учению Церкви, непогрешимостью. Это тот фундамент, на котором строится церковное богословие.

- А обладают ли непогрешимостью каноны, которые были на этих соборах приняты?
- А вот это вопрос сложный. Если иметь в виду литературу по этому вопросу, мы увидим разные точки зрения. У одних авторов - обладают, у других авторов - не обладают. Я полагаю, что подход к решению этого вопроса должен быть таким: догматическая идея, богословская, нравственная идея, содержащаяся в каноне, обладает непогрешимостью, укоренена в Священном Писании, укоренена в Священном Предании Церкви, но что касается конкретной санкции, которая предусматривается канонами, то эта санкция обусловлена обстоятельствами времени. И как связанная с обстоятельствами времени, она, по крайней мере, не может быть неизменной, потому что меняются времена, меняются обстоятельства. И в этом смысле, может быть, и не стоило бы говорить о непогрешимости конкретной формулировки каждого канона, включая и те акции, которые этим правилом, каждым таким каноном предписываются. Но заключающаяся в каноне богословская экклезиологическая нравственно-религиозная идея, очевидно обладает непогрешимостью именно потому, что эти каноны либо приняты Вселенскими соборами, либо, будучи правилами и канонами Поместных соборов и Отцов, они Вселенскими соборами утверждались. Есть вопросы о двух соборах IX века, которые также издавали каноны, но они не могли быть утверждены Вселенскими соборами, потому что не было таковых соборов с тех пор. Но здесь их общецерковная рецепция очевидно, до известной степени аналогична их утверждению Вселенскими соборами, и они стоят в одном ряду, во всяком случае включаются, во все канонические сборники.

- А не могли бы Вы привести пример, как разграничить букву канона и его дух?
- А примеры лежат на поверхности: очень много канонов, может быть, до трети, четверти всех канонов предусматривают разные меры прещения в связи с грехами, которые совершают христиане. И тут мы наблюдаем разительный контраст между сроками отлучения от причастия, которые этими канонами предусматриваются, реальной пастырской практикой и церковно-судебной практикой. Она другая, принципиально другая... Может быть, кто-то не очень хорошо знает историю Церкви, предполагает, что такое неисполнение буквы этих канонов относится только к нашему времени, только к XX веку, или, скажем, если иметь в виду историю Церкви - только к синодальной эпохе... такие предположения не верны. И если иметь в виду историю Русской Церкви, то и в начале христианства у нас на Руси эти строгие меры не применялись, не отлучались христиане тогда на 10, 15, 7 лет от причастия, ничего подобного не было. Может быть, в московскую эпоху, особенно в XVII веке, действовали более строгие порядки, но все равно не во всю меру строгости канонов. Но, тем не менее, они существуют. Возникает вопрос: а когда же они применялись вот так, как написано? Мы уже фиксируем, что в Номоканоне Иоанна Постника, это рубеж VI-VII веков, там уже указаны прещения, отлучения в несколько раз на более короткие сроки, т.е. уже тогда церковная дисциплина была значительно смягчена.

Я бы так сказал: большая часть этих канонов была составлена уже в IV столетии, когда происходила христианизация Империи, и эти канонические нормы, эти длительные сроки епитимий, они отражают реальное состояние церковного общества до обретения христианами свободы. Когда сама принадлежность к церкви составляла тяжкое уголовное преступление, караемое смертью в случае неотречения. И тогда конечно, христиане, которые жили при постоянной, ежедневной угрозе самой их жизни, они, конечно, были людьми очень высокой морали, очень высокой нравственности. И грехопадения, предусматриваемые канонами, случались в порядке исключения. И само их покаяние, которое они приносили в этих своих грехах, оно было тогда публичным и на суде перед епископом, и в присутствии народа. Это не было тайной исповедью. Тайна исповеди сложилась уже позже, в монастырях. И вот отцы в IV веке исходили из этих высоких норм христианской жизни, какая имелась в Церкви гонимой. Но вот Церковь наполнилась народом, стала всенародной Церковью, земля осталась землей, небом не стала, и поэтому буквально применять эти санкции стало уже просто по пастырским соображениям невозможно. Люди принимали христианство, входили в церковную ограду. Они не были носителями высокой морали, подобно той, носителями которой были гонимые христиане, но все-таки тянулись к святыне. И Церковь являла икономию по отношению к ним и не применяла каноны и эпитимьи во всей их строгости. Вот так можно объяснить эту ситуацию.

- Отец Владислав, я слышал, что есть канон, который запрещает лечиться у врача-еврея. Мы должны его соблюдать?
- Я думаю, что и этот канон может также относиться к тем, буквальное соблюдение которого невозможно. Но идея, заключающаяся в этом правиле, она совершенно разумна и понятна, она заключается в том, что христиане не должны иметь, по возможности, тесное бытовое общение, которое бы могло грозить чистоте их христианской веры. Т.е. соображение тут совершенно ясное, что христианин может попасть под влияние иудея и отвернуться от Церкви. Но, когда сложились иные условия жизни, кода границы между религиозными общинами не проведены и в быту также, было бы проявлением фарисейства, законничества и чего-то не по-христиански неразумного, буквально пытаться соблюсти это правило. Потому что в один ряд с евреями мы можем поставить и других иноверцев, и это было бы логично - язычников, безбожников. И что же нам устраивать экзамен врачу, к которому мы обращаемся? Какого он вероисповедания? Верит ли он вообще в Бога? Нелепая была бы ситуация...

- Как Вы думаете, почему Церковь не отменила неработающие каноны? Почему они остались? И может быть, кто-то испытывает угрызения совести, нарушая каноны?
- Обстоятельства времени меняются, ведь это не такой процесс - вчера было так, потом стало по-другому. Здесь было много эпох, это разные страны и народы. Например, если взять раннюю христианскую Русь, то это общество разительно отличалось от современного ему византийского общества, которое было высококультурным обществом. Кстати, об этом иногда существуют ложные представления. Например, когда представляют себе средневековую или раннюю Византию по подобию средневекового Запада или средневековой Руси, и то, и другое неадекватно. Несравним уровень образования и его массовости, например. Попросту говоря, доля грамотных в византийском обществе и средневековом европейском - абсолютно разный. Как и в поздней Римской империи, так и в Византии, половина населения была грамотной. В средневековой Европе это может быть 3-5%, т.е. немногие, кроме духовенства, были грамотными. Да и грамотность была в основном только латинская. Италия вышла на уровень византийского общества только в начале XX века, Россия - в 30-е годы XX века, когда у нас половина населения стала грамотной. Были разные эпохи в истории Церкви, разные общества, разные народы. Соответственно изменялось и правоприменение.

Есть каноны дисциплинарные и есть каноны экклезиологические. Экклезиологические каноны, в основном, соблюдаются и по букве. Например, начнем с самого первого апостольского правила: «Епископа да рукополагают два или три епископа». Скорее всего Церковь не признает епископом того, кого рукоположил один епископ, и уж точно невозможно признать епископом того, кого попытались бы рукоположить священники, как это было с украинскими самосвятами в своё время. Просто мы руководствуемся буквой этого канона.

А иное дело - правило дисциплинарное. Дисциплинарные правила предполагают церковные прещения на разные сроки отлучения от причастия, в крайних случаях даже отлучение от Церкви, они, конечно, применяются не буквально. Но вот что все-таки остается? Остается неизменной иерархия тяжести грехов. Может быть, некоторые из этих грехов редки, но все же они случаются. Самый тяжкий грех - это отречение от Христа. Здесь не идет речь об изменении религиозных убеждений, это особая статья. Те, кто утратил веру, не рассматриваются в одном ряду с теми, кто отрекся. Отрекся - это тот, кто, по соображениям страха или просто выгод, отрекся не потому, что у него изменились религиозные убеждения, а он обнаружил сознательное предательство, которое и он понимает как предательство. Вот такое отречение, особенно невынужденное преследованиями и мучениями, карается Церковью самым тяжким образом. Так что только на смертном одре такового можно причастить. Но, по крайней мере, это край, это предел греховности. Далее следует грех кровосмесительный связи между ближайшими родственниками. Затем грех сознательного, намеренного убийства - по канону 20 лет отлучения от причастия. Прелюбодеяние вместе с противоестественными грехами и блуд монаха - в одном ряду стоят. Наконец, блудный грех. Интересно, что иерархия тяжести грехов с церковной точки зрения отличается от того, как это все видится перед лицом уголовного законодательства. Потому что, скажем, грех кражи, воровства все-таки рассматривается в церковной дисциплине как относительно не самый тяжелый, вот при 7-15 годах отлучения за грехи против 7-ой заповеди, здесь только 2 года отлучения от причастия. В то время как в Англии еще в XIX веке укравшего хотя бы один фунт или что-нибудь вынувшего из кармана могли повесить по закону. Даже у нас в советское время за мошенничество в крупных размерах, за валютные операции применялась смертная казнь. А в большинстве современных христианских, постхристианских государств прелюбодеяние и блуд вовсе не значатся среди преступлений в Уголовном кодексе. А вот убийство одинаково тяжело весит и там, и здесь.

- Собору. Какова цель этого Собора? И какие вопросы будут на нем поставлены? Уже известно или пока нет?
- К этому Собору велась очень длительная подготовка, она восходит к 50-60-м годам, тогда состоялось несколько предсоборных совещаний. Потом этот процесс настолько затормозился, что казалось, что всё это и оставлено, но вот сравнительно недавно, несколько лет назад снова был поднят вопрос о созыве собора. В тот год, когда велась эта подготовка, были намечены темы. Конечно, это и взаимоотношения с инославными христианскими церквами, взаимоотношения с современным обществом, современным миром, но это также и такие внутрицерковные темы, которые связаны со взаимоотношениями и между поместными церквами. И здесь, конечно, самые трудные и болезненные точки - вопрос о порядке учреждения автокефальной церкви, и особенно такой болезненный вопрос - о юрисдикции в диаспоре. Но также вопросы и общецерковного внутреннего характера - о постах, вопрос о церковном календаре. Вот эти темы обсуждались, проекты решения по ним вырабатывались. Что касается календаря, я думаю, так оно и останется: подход такой, что все-таки сохранятся различия в употреблении календарей, потому что ни одна из церквей не готова к отказу от сложившейся практики.

- А каково Ваше мнение по поводу календарного вопроса? Как Вы считаете, это важно или нет?
- Я думаю, что раз это неразрешимо, то и не надо решать. А что касается предпочтительности календаря, то, разумеется, наш календарь лучше (в церковном отношении). Какая проблема существует для тех церквей, которые перешли на так называемый «Новый юлианский календарь», оставшись с александрийской пасхалией. В этом случае у них Петров пост сокращается на 13 дней, с перспективой расхождения календарей и умножения этого сокращения. В XXII веке расхождение между этими календарями будет уже не 13, а 14 дней, значит, и Петров пост будет сокращен на 14 дней, а, как известно, порой Петров пост продолжается менее 14 дней. В таком случае в этих Церквях его вовсе не будет.

- А какие-нибудь богословские вопросы будут поставлены?
- Я думаю, что богословские темы не могут не быть поставлены, скажем, в контексте взаимоотношений с инославными церквами. Но как прямые темы, я так думаю, они не ставятся. Но темы учреждения автокефалии или юрисдикции в диаспоре, хотя они и прагматические, но явно имеют экклезиологическую основу. А экклезиология - это уже из области догматики, это уже относится к богословию. Это не только вопросы канонического или, как я сказал, прагматического значения, церковно-политического значения, здесь невольно возникает очень важная тема о месте первых епископов поместных церквей в структуре Церкви. И все это, конечно, фокусируется на вопросе о полномочиях первого епископа Православной церкви, который в Константинополе.

- В православной среде ходят слухи о том, что какие-то константинопольские патриархи были масонами, филокатоликами, сослужили с Папой. Насколько они имеют авторитетное право на председательство на этом соборе?
- Что касается филокатоликов, то тут вопрос: кого называть филокатоликами. Я думаю, экуменистами несомненно были многие и епископы, и даже первые епископы, но это еще не статья обвинения и, опять-таки важно, что под этим подразумевается. Также мне затруднительно судить, как далеко простилался филокатолицизм в Константинопольском патриархате, тем более что мы в самой общем виде ставим вопрос. Что же касается масонства, то я могу сказать: все на этом свете бывает, но все же не думаю, чтобы были опубликованы документы, которые бы совершенно доказательно обличали бы тех или иных епископов в принадлежности к масонству. Вместе с тем, Элладская Церковь принимала решение в 30-е годы о несовместимости масонства с принадлежностью к церкви. Что из этого вытекает? То, что, с одной стороны, занята определенная разумная позиция, а с другой стороны, ведь никакие решения не принимаются вот так, досужим порядком, никому никогда не приходит в голову издавать закон - дышите воздухом, а не водой, и так люди дышат воздухом. Значит, был предмет для постановки такого вопроса. Значит, были такие клирики, а, возможно, и епископы.

- Отец Владислав, как Вы думаете, почему так давно не было вселенских соборов?
- Существует точка зрения, что отпадение Западной Церкви в 1054 году нанесло телу Церкви рану, и называть Вселенским собор при существовании Западной, многочисленной, превосходившей по численности Восточную Греческую Православную Церковь как-то не уместно. Принципиально мы не можем стоять на такой точке зрения, потому что полнота церковная в догматическом отношении остается незыблемой, несмотря на то, что от Церкви Православной Вселенской отпала церковь Запада. Поэтому это объяснение не представляется вполне адекватным.

Тел. звонок:
- Не раз мне приходилось слышать, что наши собрания архиереев постановляли, что, например, если муж и жена, если брак у них зарегистрирован в ЗАГСе, но они не венчаны, но прожили значительное число лет, то они могут допускаться к таинствам, причастию. Но так как таких пар очень мало, а большинство подпадает под правило 48-е апостолов, хотя он и со второй, и с третей в зарегистрированном браке состоит, то не будет ли это нарушением 48 правила? Некоторые говорят, что Таинства все равно как бы все сотрут и благодать воссияет. Если придерживаться такой точки зрения, то не будет ли это повторением католического мнения, что Таинство, безусловно, действует и на пассивных, и на недостойных. Мне приходится придерживаться мнения, что брак венчанный должен быть обязательным для допущения мирянина к Таинствам Церкви. Благодарю.

- Вы не одну тему затронули. Но все-таки, если квинтэссенцией Вашего вопроса считать, что состоящие в зарегистрированном, но не венчанном браке, не должны быть допущены до Таинства Причастия, то эта позиция чересчур ригористична. Дело в том, что у нас ведь как обычно в этих случаях бывает - одна из сторон не желает венчаться, может быть, она даже не принадлежит к Церкви, это может быть супруга или супруг иноверцы, может быть неверующий человек, может быть крещеным, а может быть и нет. Тогда возможности до его крещения венчаться нет, а принудить к крещению ради венчания - это и с нашей точки зрения неверный подход, если он не имеет веры. Но он может быть крещеным, а все равно веры не имеет достаточно, чтобы приступить к Таинству венчания.

Так что много может быть объективных препятствий, но я бы сказал, что наш подход может быть более строгим, чем он часто имеет место быть, это когда обе стороны принадлежат Православной Церкви, участвуют в Таинствах, допускаются до них, несмотря на отсутствие венчания, но по какой-то причине отказываются продолжительное время венчаться. Здесь за всем этим может стоять нечто требующее рассмотрения, и вполне возможно, что могут вскрыться какие-то обстоятельства, при которых возможно их обоих или одного из них действительно не стоит допускать до Таинства Причастия.

Тел. звонок:
- Есть такая позиция, по крайней мере, у Католической Церкви, что на самом деле 1054 год не был годом окончательного разделения Церквей, что отношения между церквами Православной и Католической продолжались еще несколько столетий. Была и Киево-Могилянская академия, и обучение в Риме, и т.д ...

- Относительно даты 1054 года... Разного рода контакты продолжались. Были и браки русских княжон с западными, уже не православными принцами, принадлежавшими к правительствующим домам. Это все было. Но евхаристического общения с 1054 года по факту уже не имелось. Это не значит, что не было случаев, когда православные причащали бы католиков и наоборот, это имело место у нас и в 60-е, 70-е, и в первой половине 80х годов. Но нормального евхаристического общения уже не было.

Но ваша тема, которую Вы затронули, она имеет на самом деле контекст серьезный. Дело в том, что и раньше не раз имели место разрывы общения между Западом и Востоком, продолжавшиеся длительное время, но, в конце концов, находившие решение. И общение это возобновлялось. Вот и после 1054 года ни на Западе, ни на Востоке не преобладало сознание, что это уже разрыв окончательный, разрыв до скончания века. Это представлялось могущим быть исправленным и исцеленным. Дело в том, что и до 1054 года было существенное принципиальное богословское расхождение - тема «филиокве». Она существовала со времен патриарха Фотия. Западная Церковь ввела это филиокве, но общение продолжалось. Претензии римских епископов, задолго до разрыва 1054 года, простирались слишком далеко и отвергались Востоком, но общение продолжалось. Поэтому это сознание разрыва, по человеческому восприятию непреодолимого, возникло после IV крестового похода 1204 года, когда уже западные христиане - католики просто по последствиям, по характеру этого разгрома Константинополя стали восприниматься как враждебные силы. Они уже поставлены были в сознание христиан Востока в один ряд с иноверцами из-за такой концентрированной враждебности, которая тогда обнаружилась. Но известно, что перед падением Константинополя были разные настроения. Были те, кто ради спасения города от его захвата османами, хотели и готовы были пойти на компромисс или даже сблизиться с Западом, но знаете, наверное, как это сказалось в нашей российской церковной истории. Но другие, и таких было большинство, говорили, зная, что удержать город будет трудно, что лучше османская или мусульманская чалма, чем папская тиара. Такое умонастроение сложилось у ромеев (византийцы себя римлянами называли) после захвата и разгрома Константинополя в 1204 году. Поэтому можно эту дату назвать как самую кардинально значимую в истории отношений христианского Востока и христианского Запада.

- Второй вопрос был про разные встречи...
- Ну что же, эти встречи были, эти встречи очевидно еще и будут. Перспектива нормализации отношений реальная, но это нелегкая проблема. Но вот исходя из того опыта, который уже имеется, как-то представляется, что в процессе разного рода контактов, встреч, диалогов ставить такую максимальную задачу как преодоление разделения, задачу, по-человечески рассуждая, представляющейся утопической, наверное, не совсем рационально.

Лучше все-таки рассматривать темы более ограниченного значения, по которым можно находить решение. Ну, ясное дело, что христианство находится под ударом, который очень ощутим. Все-таки в цитадели христианского мира, в Западной Европе, по сути дела сложилось постхристианское общество. Если речь еще не идет о прямых гонениях, то атмосфера-то складывается в целом враждебная по отношению к Церкви христианской в современном обществе на Западе. Поэтому в этой ситуации, казалось бы, можно обсуждать разные меры общего, солидарного, согласованного сопротивления вот этому натиску на христианство. Но если во главу угла ставить цель добиться соединения, преодолеть разногласия, то, я думаю, это не поможет решению тех вопросов, ради которых собраться можно, ради чего имеет смысл встречаться, вести диалог. В этом случае всё во что обратится? В очередную богословскую дискуссию, которая уже велась неоднократно...

Тел. звонок:
- С Ваших слов получается, что каноны не так важны, не так обязательны для соблюдения, что они произвольно трактуемы, что, как говорил свт. Василий Великий, «сдвинутся с места все пределы отцов, приведены в колебание все основания и все твердыни догматов», или, как говорил недавно один ранее известный, а ныне опальный «богослов» - что каноны поцеловать и поставить на полочку. А другой, широко известный богослов одной поместной Православной Церкви сказал, что «каноны надо отправить коту под хвост». Это действительно так получается, что они не обязательны для соблюдения? И нет никакой нормы?

- Я ведь ничего подобного не говорил. И, напротив, я говорил о высшем авторитете канонов. Но буквальное исполнение канонов, относящихся к области церковной дисциплины, к прещениям, ну просто невозможно, точнее теоретически возможно, но последствием было бы что? - Отлучение от причастия очень значительной части, возможно преобладающей части церковного народа, да и нашему брату-духовенству тоже бы досталось крепко - там ведь тоже «кто рядом стоит, да будет извержен».

Беседовал Илья Сергеев
Источник: www.mgarsky-monastery.org/kolokol/4922.

«Мой интерес зависит не от темы, а от качества работы»

Мы продолжаем серию интервью с заведующими кафедрами Московской духовной академии. Сегодня - беседа с протоиереем Владиславом Цыпиным, сотрудником кафедры истории Церкви МДА, заведующим кафедрой церковно-практических дисциплин.

- Отец Владислав, как состоялось Ваше назначение на должность заведующего кафедрой церковно-практических дисциплин Московской духовной академии?
- Наша кафедра была создана в 2004 году в ходе реформы системы духовного образования Русской Православной Церкви. Кафедры в Московской духовной академии были образованы вместо прежних комиссий, которые объединяли преподавателей родственных дисциплин, и должности заведующих кафедрами примерно соответствовали прежним должностям председателей комиссий.

- Возникновение кафедры повлекло за собой какие-то серьезные изменения?
- Были существенны изменения, продиктованные самой реформой: изменилась структура духовных школ, продолжительность обучения, в академии была введена специализация. Образование кафедр – один из элементов реформы, но сказать, что именно замена одних академических подразделений другими была главным ее результатом, мы не можем. Сейчас стоит вопрос о том, чтобы работа кафедр была более интенсивной.

- Что же было главным?
- Мы стали более содержательно обсуждать содержание преподаваемых дисциплин и, в соответствии с этим, учебные программы, рассматривали темы работ разного уровня  - дипломных, кандидатских. В последние годы на кафедре возможно было проведение защит работ выпускников семинарии. Очень важный этап – введение предзащит.

Защита диссертаций остается за пределами кафедры, хотя при этом образуется диссертационный совет, более-менее специализированный по профилям кафедр, то есть его  основу составляют преподаватели кафедры.

- Откуда вы привлекаете рецензентов студенческих работ? Есть ли сотрудничество с другими духовными школами и светскими вузами?
- Для кандидатских диссертаций рецензенты со стороны стали обязательны, и это как преподаватели других духовных школ, так и светских высших учебных заведений. Чаще всего мы даем работу на рецензию сотрудником Свято-Тихоновского университета и  Санкт-Петербургской духовной академии. В иных случаях отсылаем и в другие церковные школы, светские вузы и научные институты. Например, у нас были рецензенты из Института всеобщей истории Российской академии наук, Института  славяноведения РАН, с исторического, филологического и философского факультетов МГУ.

- А преподавателей вашей кафедры привлекают в качестве рецензента для работ, написанных учащимися светских вузов?
- Бывает, ведь в рамках светских школ защищаются работы и по церковной истории, и по церковному праву. Мне лично приходилось писать рецензии на такие работы.

- Чувствуется различие между этими работами?
- Разница, конечно, есть, но тут, наверное, имеет значение не только формальная принадлежность диссертанта или дипломника к светской высшей школе, но и его мировоззрение. Если оно церковное, то естественно, что в работе будет больше подобия тем работам, которые пишутся и защищаются у нас в академии.

Но все равно отличие есть, потому что, если работа пишется в рамках обучения в светском вузе, какие-то вещи, которые в рамках церковной науки признаются очевидными и не нуждающимися в доказательствах, могут нуждаться в дополнительной аргументации при защите диссертации в светском учреждении. Это связано с требованиями вуза, а не с личностью студента, который может быть церковным человеком и лично для которого эти вещи также могут быть совершенно очевидны.  

Бывает, что на церковно-исторические темы пишут люди, о принадлежности которых к Церкви точно сказать трудно, потому что их работы написаны с объективистских позиций. Конечно, в этом случае отличие очевидно. Как правило, эпизод из церковной истории рассматривается в контексте истории Российского государства, общества, а не столько как часть истории Церкви. У автора работы принципиально другая точка зрения, и дело не только в масштабах проблемы, которой посвящена работа.

Скажем, в советский период работы по истории писались в идеологическом русле и всякое явления как-то оценивалось. Сейчас же в работах учащихся светских вузов аксиологический элемент чаще всего отсутствует, то есть они просто описывают, анализируют некое явление или проблему, не затрудняя себя его оценкой.

- Это снижает качественный уровень работы?
- В чисто академическом плане, наверное, нет. Но с позиции  церковной, конечно, снижает, потому что такой объективистский подход, с нашей точки зрения, не является подходом наиболее адекватным.  Но это взгляд человека с церковным мировоззрением.

- Как формируется список тем?
- Что касается выпускников семинарий, по преимуществу темы предлагаются преподавателями. Относительно кандидатских диссертаций инициатива чаще идет от студента.

Подход со стороны кафедры, со стороны преподавателей, все-таки в большей мере учитывает актуальность исследования тех или иных тем, в то время как студенты в одном случае руководствуются своими личными историческими, церковными, церковно-богословскими интересами, а в другом – простотой темы и доступностью материалов, который могут потребоваться для работы. Во многих случаях это правильный подход. Скажем, студенту академии часто может быть не по силам писать масштабную по теме работу. Она может оказаться либо не состоявшейся вовсе, либо повторяющей других авторов, зато узкая тема, не предполагающая большого аналитического таланта, но, безусловно, требующая  добросовестного исследования может быть наиболее приемлема.

Если говорить о работах по кафедре истории церкви, типичный вариант – история того или иного мало изученного монастыря, о котором нет специальных исследований, а, может быть, только какие-то небольшие статьи в журналах XIX-го века. В этом случае неизбежной необходимостью становится работа с архивами. В своих частных выводах автор поневоле бывает вполне оригинален, ведь у него просто нет риска впасть в плагиат. Аналогичны темы, связанные с историей провинциальных семинарий или биографиями церковных деятелей.

Если студент желает писать на кафедре церковно-практических дисциплин, здесь, конечно, доступнее история богослужения славянских церквей, потому что существуют более-менее реальные возможности исследовать те или иные памятники на славянском языке, а, скажем, не на греческом или сирийском. Конечно, те, кто занимается литургикой, немного знакомы с греческим языком, иногда и с сирийским, но для написания полноценной работы такого знакомства недостаточно.

По церковному праву более доступны темы, связанные с теми или иными институтами церковного права и строя Синодальной эпохи и новейшего периода. О проблемных темах студенты тоже пишут, например, о вопросах брака, но такие работы носят все-таки прагматический характер.  Вопросы теории церковного права редко становятся предметом диссертации.

- Вы могли бы привести примеры работы кафедры, когда она оказалась востребована в современной церковной жизни на примере решения канонических проблем и ответов новым вызовам?
- Для примера я мог бы указать на очень хорошую работу, написанную как диссертация и впоследствии опубликованную. Речь идет о монографии игумена Саввы (Тутунова), которая издана под названием «Епархиальные реформы» и посвящена решениям Всероссийского Церковного Собора 1917-18 гг., которые касаются епархиального устройства в Русской Православной Церкви.

Из тех, что защищалась на кафедре в последние годы, это наиболее серьезная работа.

У нас была защита магистерской диссертации, написанной на очень высоком уровне, которую готовил не наш выпускник, но один из известных церковных деятелей - протоиерей Николай Балашов. Работа была посвящена литургической тематике на Поместном соборе 1917 года и тоже опубликована.

- А какие темы для Вас наиболее интересны?
- Мой интерес зависит не от темы, а от того, что получается, от качества работы. Если оно достаточно высокое, если работа оригинальна и насыщенна в информативном отношении, ее интересно читать.

- Иной раз создается впечатление, что канонический кодекс сам по себе, а церковная  жизнь - сама по себе. Насколько это впечатление ложно? Насколько церковная теория соотносится с церковной практикой?
- Разумеется, они не полностью повторяют друг друга и между ними есть различия, это же совершенно очевидная вещь! Если бы нормы жизни абсолютно соответствовали праву, что бы это значило? Что право настолько всемогуще, чтобы всецело подчинять себе? Это утопичное представление. Или такое полное соответствие было бы возможно, если бы  право просто воспроизводило реальность, как она есть.

Право вносит элемент нормализации, и в этом смысле оно элемент идеальности. Правовая норма, в общем-то, создается на фоне нарушения нормы. Но ведь не происходит так, что после принятия какой-то нормы официальным образом ее сразу же перестают нарушать. Так не бывает. Церковное право составляет некий стержень жизни церковного общества как общества, но это не значит, что, поскольку право есть, то никаких изъянов уже не будет. Право предусматривает санкции против правонарушений, значит, заведомо предполагается их  повторяемость. Право призвано, в частности, исправлять изъяны, нацелено на то, чтобы как-то эти изъяны лечить, но это же не значит, что лечение всегда абсолютно совершенно и что правоприменители обладают непогрешимостью, святостью. Было бы совершенно утопично предполагать, что церковно-правовые нормы действуют всегда и везде безусловно и безукоризненно и соблюдаются свято или же что должностные лица и коллегиальные ораны церковной власти обладают абсолютным совершенством.

Вопрос другой: действуют ли канонические нормы вообще? Конечно, действуют. Законную церковную власть от незаконный мы отличаем на основании канонических норм. Например, если кто-то где-то кого-то поставил епископом, не имея канонического общения с канонической иерархией, мы сразу видим, что это незаконное поставление.

- Каковы планы дальнейшего развития научной работы кафедры? Какие темы будут приоритетны?
- Говоря о литургике, я не случайно обратил внимание на изучение богослужения славянских церквей в его истории. Как я себе представляю, это одно из основных направлений в литургике. Предполагается, что будет изучаться православное богослужение славянский церквей на протяжении всей его истории. Наверное, на базе результатов, полученных в ходе этой работы, впоследствии будет возможно давать какие-то рекомендации относительно современного состояния богослужения и возможности его коррекции.

Еще одно очень активное направление – работы по миссионерству в собственном смысле слова и еще больше по тому, что в старину называлось внутренней миссией, то есть когда речь идет о проповеди Христа людям, принадлежащим к православной традиции, но не живущим церковной жизнью. В особенности речь идет о проповеди тем, кто принадлежит маргинальной среде, затронутой особенно опасными общественными пороками, например, в среде криминальной, связанной с торговлей наркотиками и так далее. Предполагается, что в основе таких работ будет анализ уже имеющегося опыта (ведь писать об этом чисто теоретически невозможно), однако с учетом литературы,  которая выходит за границей и обобщает опыт, который мы не имеем.

В области права актуальность имеют темы, связанные с деятельностью Межсоборного присутствия, высшим епархиальным и приходским церковным управлением, статусом самоуправляемых Церквей, митрополичьих округов.

- Студенты не боятся писать по острым, насущным вопросам современной им церковной действительности?
- Они все равно пишут по истории. Она может упираться  в сегодняшний день, но все равно речь идет об историческом материале. В какой мере автор дипломной или кандидатской работы может позволить себе давать рекомендации, может помочь определить научный руководитель.

Источник: archive.taday.ru/text/1211962.html .

Протоиерей Владислав ЦЫПИН: статьи

Протоиерей Владислав ЦЫПИН (род.1947) -  историк церкви, богослов, профессор, доктор церковной истории, доктор церковного права, кандидат богословия: Видео | История | Интервью | Статьи | Аудио | Фотогалерея.

Эсхатологическая тема в посланиях старца Филофея

Идея о Москве - Третьем Риме, восходящая к рубежу XV - XVI столетий, сохранила свою актуальность и пять столетий спустя, в наше время, по меньшей мере, если судить об этом по присутствию ее в публицистике. Столь парадоксальный и в то же время понятный интерес к мыслям старца Елеазарова монастыря Филофея, поставившего Москву в ряд великих мировых столиц, носит далеко не академический характер и питается не только своего рода ностальгией по прошлому: для одних - отдаленному, для других - совсем недавнему. Сквозь призму учения старца из псковского Елеазарова монастыря наши современники пытаются сконструировать образ будущей России, или точнее сказать, идеальную модель Российского государства. Чаще всего идея о Москве - Третьем Риме используется для апологии модели многонациональной и в этом смысле «имперской» России в противоположность моноэтническому партикуляризму. При этом обыкновенно либо игнорируются, либо превратно интерпретируются библейские корни учения старца Филофея.

Между тем, исходной точкой развития учения о Третьем Риме является то место в книге Даниила, где пророк дает толкование таинственного сна Навуходоносора. Объясняя царю содержание смутившего его сновидения, пророк сказал: «Тебе, царь, было такое видение: вот, какой- то большой истукан... этого истукана голова была из чистого золота, грудь его и руки его - из серебра, чрево его и бедра его медные, голени его железные, ноги его частью железные, частью глиняные. Ты видел его, доколе камень не оторвался от горы без содействия рук, ударил в истукана, в железные и глиняные ноги его, и разбил их...» (Дан, 1-34). В этом сне пророк Даниил видит ответ, данный свыше, на раздумья царя о том, что будет после него, иными словами, останется ли созданное Навуходоносором царство вершителем судеб мира или уступит место иным царствам. По толкованию Даниила, золотая голова, грудь и руки из чистого серебра, чрево и бедра медные и ноги, частью железные, частью глиняные, символизируют смену четырех мировых империй (Дан, 2, 37-43). Исторически такими последовательно доминировавшими царствами были монархии Вавилонская, Мидо-Персидская, империи Александра Македонского и Римская.

По толкованию, общепринятому у христианских экзегетов книги пророка Даниила, на время существования четвертой империи приходится появление Царства не от мира сего, Мессианского Царства. Мессианское Царство - это Церковь Христова. Оно - Божественное по своему происхождению («Бог небесный воздвигнет» его), вечное («во веки не разрушится») (Дан, , 4), вселенское, кафолическое («камень, разбивший истукана, сделался великою горою и наполнил всю землю») (Дан, , 5). И это Мессианское Царство, Церковь, олицетворяется в личности своего Основателя Господа Иисуса Христа. Гора же, от которой отторгнут был камень, - это, по толкованию одного из песнопений Православной Церкви, Божия Матерь - «Камень нерукосечный от несекомыя Горы Тебе, Дево, краеугольный отсечеся». Вот строго ортодоксальное христианское истолкование богословской и исторической перспективы видения Навуходоносора и его объяснения, данного пророком Даниилом.

Но появление Мессианского Царства во время существования Римской империи дало христианской историософии повод для того, чтобы атрибут вечности, присущий Церкви, переносить на христианизированный Рим. В этой системе идей вечно существует не только Церковь Христова, но и Римская империя. Мысль эта получила распространение на Западе и в Византии, а потом и на Руси. Старец Филофей выразил эту мысль так: «Ромейское царство неразрушимо, яко Господь в римскую власть написася» (Памятники литературы Древней Руси. Конец XV - первая половина XVI века. М., 1984, с.448). Иными словами, Римское царство неразрушимо, ибо сам Господь по рождестве Своем был записан в Вифлееме как подданный Римского кесаря Августа. Объяснение богословски наивное, но вполне отвечавшее средневековому строю исторического мышления.

Перенос столицы Римской империи на Босфор и наименование Константинополя Новым Римом в этом идейном контексте осмыслено было в Византии после церковного разрыва с Римом как провиденциальное событие, предвосхищавшее перемещение центра православного мира с Тибра на Босфор. Превосходной иллюстрацией осознания подданными Восточной Римской империи себя единственными подлинными наследниками древнего христианского Рима может служить весьма своеобразная и ошибочная интерпретация византийским канонистом Аристином значения предлога «по» (μετ?), употребленного в 3 правиле II Вселенского Собора и в аналогичных местах в 28 правиле IV Вселенского Собора и 36 Трулльского Собора. «Константинопольский епископ да имеет преимущество чести по римском епископе, потому что град оный есть новый Рим», гласит 3 правило II Вселенского Собора. Аристин в толковании на это правило писал: «Одинаковые преимущества и одинаковую честь с римским епископом должен иметь и епископ Константинополя, как и в 28 правиле Халкидонского Собора понято это правило, потому что этот город есть новый Рим и получил честь быть градом царя и синклита. Ибо предлог «по» (μετ?) здесь обозначает не честь, но время, подобно тому, как если бы кто сказал: по многом времени и епископ Константинополя получил равную честь с епископом Римским». По мысли Аристина, «по многом времени» обозначает, вероятно, около 7 столетий, то есть время, протекшее между II Вселенским Собором, отцы которого провиденциально предвидели отпадение Римского епископа от Православия, и самим этим роковым событием 1054 г.

Тенденциозность толкования Аристина сознавали современные ему канонисты. Ему убедительно возражал Зонара: «Некоторые думают, что предлог «по» означает не умаление чести, а сравнительно позднейшее появление сего установления... Но 131-я новелла Юстиниана, находящаяся в пятой книге Василик, титуле 3-м, дает основание иначе понимать эти правила, как они и были понимаемы этим императором. В ней говорится: «Поставляем, согласно с определениями Св.cоборов, чтобы Святейший папа древнего Рима был первым из всех иереев, а блаженнейший епископ Константинополя, Нового Рима, занимал второй чин после Апостольского престола древнего Рима и имел преимущество чести пред всеми прочими». Итак, ясно видно, что предлог « по» означает умаление и уменьшение. Да иначе и невозможно было бы сохранять тождество чести по отношению к обоим престолам. Ибо необходимо, чтобы при возношении имен предстоятелей их один занимал первое, а другой - второе место, и в кафедрах, когда они сойдутся вместе, и в подписаниях, когда в них будет нужда». С Зонарой во всем согласен и Вальсамон. Однако в славянской Кормчей получила отражение точка зрения Аристина. В толковании Кормчей сказано: «А аще рече правило, ... не о том глаголет, якоже римскому честию больше быть, но о сказании времени се речено есть. Якоже бы некто рек: по многих летах равныя чести римскому епископу и Константина града епископ сподобися». Идея странствующего Рима, Рима, переместившегося с Тибра на Босфор, выражена в столь своеобразном толковании Аристина с большой отчетливостью.

После падения Константинополя, завоеванного османами, в котором на Руси увидели Божию кару за Флорентийскую унию, Москва, с 1480 г. оставшаяся столицей единственного независимого и в этом смысле самодержавного православного государства, стала восприниматься вначале на Руси, а потом и на православном Востоке как новый политический центр православного мира. Кроме того, идея о переходе привилегий Ромейских императоров к Московскому великому князю нашла дополнительную поддержку в браке Ивана III с племянницей последнего Императора Зоей Палеолог, переименованной в России в Софью.

Тогда-то и сложились политические и церковные предпосылки для формулирования идеи о Москве - Третьем Риме. Первое приближение к этой мысли находим в Извещении митрополита Зосимы о Пасхалии на восьмую тысячу лет, составленном в 1492г., где глава Русской Церкви назвал Москву новым Константинополем: «И ныне прослави Бог - в православии просиявшаго, благовернаго и христолюбиваго великаго князя Ивана Васильевича, государя и самодержца всея Руси, новаго царя Константина новому граду Константиню-Москве». (цит. по: А. В. Карташев, История Русской Церкви, т. 1, М., 1993, с. 389).

 В конце XV века в окружении архиепископа Новгородского Геннадия была написана «Повесть о новгородском белом клобуке», сочинение легендарное и апокрифическое, прямо осужденное Большим Московским Собором 1667 г, как «лживое и неправое», но весьма характерное для русской религиозной и политической мысли рубежа XV-XVI столетий. В этой «Повести» в уста папы Римского св. Сильвестра, явившегося в сонном видении Патриарху Константинопольскому Филофею, влагается пророчество о грядущем величии Руси: «Но древле, по явлению света Господня, сшедшего с небесе, и Божия гласа, бывшаго ко мне, вразумляем аз и разумех хотящую латынскую прелесть и от Бога отступление в Риме быти. И сего ради не восхотех святаго оного клобука на главе своей носити и прочим такожде заповедах. В царствующем же сем граде Констянтине по неколицех временех обладати имуть агаряне за умножение грех человеческих, и вся святая осквернят, истребят, яко же в создании града сего явлено бысть о сем. Ветхий бо Рим отпаде от веры Христовы гордостию и своею волею, в новем же Риме, еже есть в Констянтинеграде, насилием агарянским тако же христианьская вера погибнет. На третьем же Риме, еже есть на Руской земли, благодать Святаго Духа воссия. И да веси, Филофие, яко вся христианьская царства приидут в конец и снидутся во едино царство Руское, православия ради» (Памятники литературы Древней Руси. Середина XVI века. М., 1985, с. 222 - 224).

Мысль о Москве как Третьем Риме утвердилась в русском церковно-политическом сознании, получив полуофициальный статус, не чрез легендарную «Повесть о белом клобуке», а в том виде, в каком она сформулирована в нескольких посланиях старца Елеазарова монастыря Филофея, имеющих характер религиозно-публицистических трактатов. «Да веси, христолюбче и боголюбче, - пишет старец, - яко вся христианская царства приидоша в конец и снидошася во едино царство нашего государя, по пророческим книгам, то есть Росейское царство: два убо Рима падоша, а третий стоит, а четвертому не быти» (Памятники литературы Древней Руси. Конец XV - первая половина XVI века. М., 1984, с.452).

Здесь необходимо сделать одно существенное разъяснение относительно точного содержания мыслей старца Филофея о падении Константинополя. На Руси распространено было мнение о том, что у греков, под властью турок-мусульман, в повреждении оказалось и само Православие. Это убеждение в XVII веке явилось питательной почвой старообрядческого раскола. «А о греческих властех и вере их нынешней, - нисал протопоп Аввакум Царю Алексею Михайловичу, - ведаешь, что у них иссяче благочестие» (Житие протопопа Аввакума им самим написанное и другие его сочинения. М., 1960, с.197). Тот же неистовый расколоучитель писал Царю: «Воздохни-тко по- старому, ... добренько, и рцы по русскому языку «Господи, помилуй мя грешнаго!» А кирелеисон-от оставь; так елленя говорят, плюнь на них! Ты ведь, Михайлович, русак, а не грек» (там же, с. 159).

В таком недоверии к православию греков, на эмоциональном уровне граничащем с презрением к ним, старец Филофей не был повинен. В завоевании Константинополя турками он, действительно, видел Божию кару за Флорентийскую унию, но в том, что после отказа от унии греки остались народом православным, он не сомневался. Потеряли они только царство, а несравненно более ценное - веру они сохранили. Эту мысль он выразил в «Послании о злых днех и часех » вполне недвусмысленно: «Воистину людие буи, а не мудри, аще убо великаго Рима стены и столпове, и трекровныа полаты не пленены, но душа их от диавола пленены быша опреснок ради. Аще убо Агарины внуци греческое царство приаша, но веры не повредиша, ниже насилствуют греком от веры отступати» (Памятники литературы Древней Руси. Конец XV - первая половина XVI века. М., 1984, с.448).

Если бы учение старца Филофея о Третьем Риме, ставшее полуофициальной идеологией Русского государства, имело антиэллинский крен, столь характерный для позднейшего старообрядчества, оно не могло бы снискать признания на христианском Востоке - у греков. А в действительности оно до известной степени было признано и там. Так, при учреждении в Москве Патриаршества была составлена «Уложенная грамота», в которой, частности, воспроизведено слово, с каким Патриарх Константинопольский Иеремия обратился к Царю Феодору Иоанновичу. В той редакции, какую этому слову придали составители «Уложенной грамоты», Патриарх почти дословно цитирует старца Филофея: «В тебе благочестивом царе Дух Святый пребывает, и от блага сицевая мысль тобою в дело произведена будет... так как ветхий Рим пал от аполлинариевой ереси, а второй Рим - Констинтинополь находится в обладании у безбожных турок, то твое, благочестивый царь, великое Российское царство - Третий Рим превзошло благочестием все прежние царства; они соединились в одно твое царство, и ты один теперь именуешься христианским царем во всей вселенной» (А. В. Карташев, цит. изд. Т. 2, с. 36). По поводу происхождения этого текста А.Карташев замечает: «Надо полагать, что эта русская редакция слов Иеремии всё-таки не является прямой неправдой. Она соткана из тех комплиментарных слов, которые не раз приватно и в официальных речах Иеремия высказывал о московском православном царстве и русском благочестии» (там же). Как бы там ни было, важно, прежде всего то, что процитированный текст авторизован Константинопольским Патриархом Иеремией. Поэтому, с каким бы скепсисом в наше время ни относились в Константинопольском Патриархате к возможности признания учения о Москве Третьем Риме на православном Востоке в XVI веке, под « Уложенной грамотой» поставлена подпись Константинопольского Патриарха.

Из приведенных выше соображений совершенно понятным делаются исторический контекст и историософская логика появления учения о Москве Третьем Риме. Но недоумение вызывает утверждение старца Филофея о том, что Четвертому Риму не бывать. Почему в своем странствовании Рим остановился на Руси и в Москве, почему он не может в будущие времена еще раз переместиться в иное место? Существенная деталь в истории развития идеи о Москве - Третьем Риме, какое она проделала после старца Филофея, заключается в том, что носившие по преимуществу триумфалистский характер позднейшие интерпретатации учения старца как будто бы вовсе не были обременены этим, казалось бы, столь необходимым вопросом. При знакомстве с этими позднейшими интерпретациями как XVII так и XX веков возникает впечатление, что, по представлениям таких интерпретаторов, старец, созерцая величие Русского государства, пораженный чистотой православия русских людей и высотой их нравственности, пророчески произнес это свое знаменитое утверждение о том, что Четвертому Риму не бывать, потому ничего более совершенного, чем Третий Рим - православная Русь, быть не может, и Третий Рим будет еще долго, до скончания века, пребывать в том величии и той славе, в которых они открылись взору старца из Елиазарова монастыря. Но подобный ход мыслей предельно далек от того, который в действительности присутствует в его знаменитых посланиях.

В сочинениях старца Филофея нет и тени от апологии уклада жизни на Руси в его эпоху, какая, вероятно, и ныне предполагается его наивными читателями, которые воспринимают его учение сквозь призму позднейшей идеологии Московской Руси, обнаружившей себя особенно ярко в XVII столетии, причем с одинаковой силой и у Патриарха Никона, и у его антагонистов старообрядцев, по меньшей мере, старообрядцы были приверженцами подобного понимания идеи о Москве Третьем Риме, пока сохраняли надежду на то, что им удастся одолеть никониан и восстановить на Руси «древлее благочестие».

Между тем, посланиям старца Филофея в действительности свойствен вовсе не панегирический, а как раз напротив, обличительный пафос: «Видиши ли, - пишет старец великому князю и царю Ивану Васильевичу, - яко вся царства потопишася неверием, новыя же Русиа царство аще и стоит верою в православии, но добрых дел оскудением и неправда умножися (цит. по: Малинин В.. Старец Eлеазарова монастыря Филофей и его послания. Историко-литературное исследование. Киев, 1901, с. Примечания, с. 64). Старец сокрушается сердцем о тяжких пороках, укоренившихся на Руси. Он скорбит об обидах, которые чинят церквам и монастырям сильные мира сего, отнимая у них их достояние, их земли, он обличает пагубный грех симонии, и наконец, особую тревогу у старца вызывает распространение на Руси содомского греха, и он призывает великого князя искоренить из Русской земли этот «горький плевел»: «О третьей же пишу, и плача горце глаголю, яко да искорениши из своего православного царствия сей горький плевел, о нем же и ныне свидетельствует пламень жупельного горящего огня в содомскых стогнах. О нем же пророк Исаия рыдая глаголаше: слышите слово Божие, князи содомстии, и внушите глагол Божии людие гоморьстии, что ми тук жертв ваших, и приношений ваших. Исполнен есмь всесожжений. Не принесете ми кадило, мерзостно ми есть. И праздников ваших ненавидит душа моя» (цит. по: Малинин В.. Старец Елеазарова монастыря Филофей и его послания. Примечания, с. 52). Процитировав пророка Исаию, старец Филофей затем замечает: «Да слыши, благочестивый царю, яко пророк не мертвым погибшим содомлянам таковая глаголаше, но живым человеком творящим дела их....ог сотворил человека и семя в нем для чадородия, мы же сами свои семена даем во убийство, и в жертву дьяволу. Да сия мерзость умножися не токмо в мирских, но и в прочих, о них же помолчу, чтый же да разумеет» (там же, с. 52 - 53).

Таким образом, и из этого места, и из иных обличительных пассажей старца Филофея с очевидностью вытекает мысль о том, что Четвертому Риму не бывать потому, что и на Руси - в Третьем Риме, в котором, по его выражению, сошлись все православные царства воедино, мера греха уже такова, что истощается надежда на долготерпение Божие, для Четвертого Рима уже не остается больше исторического времени, ибо приблизилась кончина мира. Москва - Третий Рим, а Четвертому не быти - это, по мысли старца Филофея, повод не для гордыни, а для эсхатологических ожиданий. «Твое христианское царство инем не останется», - это предсказание под пером старца Филофея имело самый прямой смысл, то есть речь шла не только о том, что царство Римское, переместившееся в Москву, там и останется, не перейдя к другим народам и в другие страны, но и том, что его адресат, великий князь и царь Иван Васильевич - последний царь на земле, у которого не будет наследников, потому что впереди второе Пришествие.

Апокалиптические настроения вообще были чрезвычайно характерны для духовной атмосферы конца XV в, когда приближался конец VII тысячелетия от сотворения мира по принятому тогда летосчислению. Об этом с большой точностью писал наблюдательный историк русской религиозной и философской мысли протоиерей Георгий Флоровский: «Чувствуется сокращение исторического времени, укороченность исторической перспективы. Если Москва есть Третий Рим, то и последний, - то есть: наступила последняя эпоха, последнее земное « Царство», конец приближается.... С тем большим смирением и с «великим опасением» подобает блюсти и хранить чистоту веры и творить заповеди. В послании к великому князю Филофей именно предостерегает и даже грозит, но не славословит. Только уже вторично эта апокалиптическая схема была использована и перетолкована официальными книжниками в панегирическом смысле. И тогда превращается в своеобразную теорию официозного хилиазма. Если забыть о Втором Пришествии, тогда уже совсем иное означает утверждение, что все православные царства сошлись и совместились в Москве, так что Московский Царь есть последний и единственный всемирный Царь» (Георгий Флоровский, протоиерей. Пути русского богословия. Париж, 1988, с. 11).

Но как и подобает христианину, старец Филофей, предполагая скорый конец истории, ожидая явления антихриста и Второго Пришествия в мир Спасителя, не придает этим своим ожиданиям категорического значения, и не утрачивает надежду на милосердие и долготерпение Божие, на то, что еще есть время для покаяния и исправления. Потому и пишет он с такой настойчивостью послания сильным мира сего, что еще надеется, что в их силах очистить землю Русскую, погрязшую в скверне, от « горького плевела». Не в пример современным апокалиптикам, старец Филофей в своих эсхатологических ожиданиях и опасениях опирается не на кабалистические расчеты, а смотрит в корень дела - на нравственное состояние современного ему человечества, давая ему при этом крайне мрачную, хотя и не безнадежную оценку.

Реанимация идеи о Москве - Третьем Риме в наши дни отталкивается, как уже было сказано, скорее от позднейшей триумфалистской, граничащей с хилиазмом, версии этой доктрины, чем от оригинального учения старца Филофея. Однако у идеи знаменитого старца есть и другое преемство, подхватившее ее эсхатологический акцент. Эта другая апокалиптическая линия идущей от Филофея традиции ведет к апокалиптике беспоповского старообрядчества, в которой однако, ввиду того, что эсхатологические ожидания первых старообрядцев не исполнились, сложились далеко уклонившиеся от православной эсхатологии и тем самым также от учения безукоризненно православного старца из Елеазарова монастыря мысль о деперсонифицированном антихристе. Между тем, эти почерпнутые из эсхатологии беспоповцев идеи с изрядной настойчивостью воспроизводятся иными из современных апокалиптиков, озабоченных не столько нравственным состоянием современного мира, сколько игрой в числа.

Источник:  www.anti-raskol.ru/pages/982.
 Карта сайта

Анонсы




Персоны

АВЕРИНЦЕВ АРАБОВ АРХАНГЕЛЬСКИЙ АСТАФЬЕВ АХМАТОВА АХМАДУЛИНА АДЕЛЬГЕЙМ АЛЛЕГРИ АЛЬБИНОНИ АЛЬФОНС АЛЛЕНОВА АКСАКОВ АРЦЫБУШЕВ АДРИАНА БУНИН БЕХТЕЕВ БИТОВ БОНДАРЧУК БОРОДИН БУЛГАКОВ БУТУСОВ БЕРЕСТОВ БРУКНЕР БРАМС БРУХ БЕЛОВ БЕРДЯЕВ БЕРНАНОС БЕРОЕВ БРЭГГ БУНДУР БАХ БЕТХОВЕН БОРОДИН БАТАЛОВ БИЗЕ БРЕГВАДЗЕ БУЗНИК БЛОХ БЕХТЕРЕВА БУОНИНСЕНЬЯ БРОДСКИЙ БАСИНСКИЙ БАТИЩЕВА БАРКЛИ БОРИСОВ БУЛЫГИН БОРОВИКОВСКИЙ БЫКОВ БУРОВ БАК ВАРЛАМОВ ВАСИЛЬЕВА ВОЛОШИН ВЯЗЕМСКИЙ ВАРЛЕЙ ВИВАЛЬДИ ВО ВОЗНЕСЕНСКАЯ ВИШНЕВСКАЯ ВОДОЛАЗКИН ВОЛОДИХИН ВЕРТИНСКАЯ ВУЙЧИЧ ГАЛИЧ ГЕЙЗЕНБЕРГ ГЕТМАНОВ ГИППИУС ГОГОЛЬ ГРАНИН ГУМИЛЁВ ГУСЬКОВ ГАЛЬЦЕВА ГОРОДОВА ГЛИНКА ГРАДОВА ГАЙДН ГРИГ ГУРЕЦКИЙ ГЕРМАН ГРИЛИХЕС ГОРДИН ГРЫМОВ ГУБАЙДУЛИНА ГОЛЬДШТЕЙН ГРЕЧКО ГОРБАНЕВСКАЯ ГОДИНЕР ГРЕБЕНЩИКОВ ДЮЖЕВ ДЕМЕНТЬЕВ ДЕСНИЦКИЙ ДОВЛАТОВ ДОСТОЕВСКИЙ ДРУЦЭ ДЕБЮССИ ДВОРЖАК ДОНН ДУНАЕВ ДАНИЛОВА ДЖОТТО ДЖЕССЕН ЖУКОВСКИЙ ЖИДКОВ ЖУРИНСКАЯ ЖИЛЛЕ ЖИВОВ ЗАЛОТУХА ЗОЛОТУССКИЙ ЗУБОВ ЗАНУССИ ЗВЯГИНЦЕВ ЗОЛОТОВ ИСКАНДЕР ИЛЬИН КАБАКОВ КИБИРОВ КИНЧЕВ КОЛЛИНЗ КОНЮХОВ КОПЕРНИК КУБЛАНОВСКИЙ КУРБАТОВ КУЧЕРСКАЯ КУШНЕР КАПЛАН КОРМУХИНА КУПЧЕНКО КОРЕЛЛИ КИРИЛЛОВА КОРЖАВИН КОРЧАК КОРОЛЕНКО КЬЕРКЕГОР КРАСНОВА ЛИПКИН ЛОПАТКИНА ЛЕВИТАНСКИЙ ЛУНГИН ЛЬЮИС ЛЕГОЙДА ЛИЕПА ЛЯДОВ ЛОСЕВ ЛИСТ ЛЕОНОВ МАЙКОВ МАКДОНАЛЬД МАКОВЕЦКИЙ МАКСИМОВ МАМОНОВ МАНДЕЛЬШТАМ МИРОНОВ МОТЫЛЬ МУРАВЬЕВА МОРИАК МАРТЫНОВ МЕНДЕЛЬСОН МАЛЕР МУСОРГСКИЙ МОЦАРТ МИХАЙЛОВ МЕРЗЛИКИН МАССНЕ МАХНАЧ МЕЛАМЕД МИЛЛЕР МОЖЕГОВ МАКАРСКИЙ МАРИЯ НАРЕКАЦИ НЕКРАСОВ НЕПОМНЯЩИЙ НИКОЛАЕВА НАДСОН НИКИТИН НИВА ОКУДЖАВА ОСИПОВ ОРЕХОВ ОСТРОУМОВА ОБОЛДИНА ОХАПКИН ПАНТЕЛЕЕВ ПАСКАЛЬ ПАСТЕР ПАСТЕРНАК ПИРОГОВ ПЛАНК ПОГУДИН ПОЛОНСКИЙ ПРОШКИН ПАВЛОВИЧ ПЕГИ ПЯРТ ПОЛЕНОВ ПЕРГОЛЕЗИ ПЁРСЕЛЛ ПАЛЕСТРИНА ПУЩАЕВ ПАВЛОВ ПЕТРАРКА ПЕВЦОВ ПАНЮШКИН ПЕТРЕНКО РАСПУТИН РЫБНИКОВ РАТУШИНСКАЯ РАЗУМОВСКИЙ РАХМАНИНОВ РАВЕЛЬ РАУШЕНБАХ РУБЛЕВ РЕВИЧ РУБЦОВ РАТНЕР РОСТРОПОВИЧ РОДНЯНСКАЯ СВИРИДОВ СЕДАКОВА СЛУЦКИЙ СОЛЖЕНИЦЫН СОЛОВЬЕВ СТЕБЛОВ СТУПКА СКАРЛАТТИ САРАСКИНА САРАСАТЕ СОЛОУХИН СТОГОВ СОКУРОВ СТРУВЕ СИКОРСКИЙ СУИНБЕРН САНАЕВ СИЛЬВЕСТРОВ СОНЬКИНА СИНЯЕВА СТЕПУН ТЮТЧЕВ ТУРОВЕРОВ ТАРКОВСКИЙ ТЕРАПИАНО ТРАУБЕРГ ТКАЧЕНКО ТИССО ТАВЕНЕР ТОЛКИН ТОЛСТОЙ ТУРГЕНЕВ ТАРКОВСКИЙ УЖАНКОВ УМИНСКИЙ ФУДЕЛЬ ФЕТ ФЕДОСЕЕВ ФИЛЛИПС ФРА ФИРСОВ ФАСТ ФЕДОТОВ ХОТИНЕНКО ХОМЯКОВ ХАМАТОВА ХУДИЕВ ХЕРСОНСКИЙ ХОРУЖИЙ ЦВЕТАЕВА ЦФАСМАН ЧАЛИКОВА ЧУРИКОВА ЧЕЙН ЧЕХОВ ЧЕСТЕРТОН ЧЕРНЯК ЧАВЧАВАДЗЕ ЧУХОНЦЕВ ЧАПНИН ЧАРСКАЯ ШЕВЧУК ШУБЕРТ ШУМАН ШМЕМАН ШНИТКЕ ШМИТТ ШМЕЛЕВ ШНОЛЬ ШПОЛЯНСКИЙ ШТАЙН ЭЛГАР ЭПШТЕЙН ЮРСКИЙ ЮДИНА ЯМЩИКОВ