О ПроектеАпологетикаНовый ЗаветЛитургияПроповедьГалереиМузыкальная коллекцияКонтакты

Алфавитный указатель:

АБВГ
ДЕЖЗ
ИКЛМ
НОПР
СТУФ
ХЦЧШ
ЩЭЮЯ


Все имена на сайте

Все имена на сайте

АВЕРИНЦЕВ Сергей Сергеевич
АДАМОВИЧ Георгий Викторович
АРАБОВ Юрий Николаевич
АРХАНГЕЛЬСКИЙ Александр Николаевич
АСТАФЬЕВ Виктор Петрович
АХМАТОВА Анна Андреевна
АХМАДУЛИНА Белла Ахатовна
АДЕЛЬГЕЙМ Павел Анатольевич (протоиерей)
АНТОНИЙ [Андрей Борисович Блум] (митрополит)
АЛЕШКОВСКИЙ Петр Маркович
АЛЛЕГРИ Грегорио
АЛЬБИНОНИ Томазо
АЛЬФОНС X Мудрый
АМВРОСИЙ Медиоланский
АФОНИНА Сайда Мунировна
АРОНЗОН Леонид Львович
АМИРЭДЖИБИ Чабуа Ираклиевич
АРТЕМЬЕВ Эдуард Николаевич
АЛДАШИН Михаил Владимирович
АНДЕРСЕН Ларисса Николаевна
АНДЕРСЕН Ханс Кристиан
АЛЛЕНОВА Ольга
АНФИЛОВ Глеб Иосафович
АПУХТИН Алексей Николаевич
АФАНАСЬЕВ Леонид Николаевич
АКСАКОВ Иван Сергеевич
АНУФРИЕВА Наталия Даниловна
АРЦЫБУШЕВ Алексей Петрович
АНСИМОВ Георгий Павлович
АДРИАНА (монахиня) [Наталия Владимировна Малышева]
АЛЬШАНСКАЯ Елена Леонидовна
АРХАНГЕЛЬСКАЯ Анна Валерьевна
АЛЕКСЕЕВ Анатолий Алексеевич
АРКАДЬЕВ Михаил Александрович
АЛЕКСАНДРОВ Кирилл Михайлович
АРБЕНИНА Диана Сергеевна
АРШАКЯН Лев (иерей)
АБЕЛЬ Карл Фридрих
АЛФЁРОВА Ксения Александровна
БАЛЬМОНТ Константин Дмитриевич
БУНИН Иван Алексеевич
БЕХТЕЕВ Сергей Сергеевич
БИТОВ Андрей Георгиевич
БОНДАРЧУК Алёна Сергеевна
БОРОДИН Леонид Иванович
БУЛГАКОВ Михаил Афанасьевич
БУТУСОВ Вячеслав Геннадьевич
БОНХЁФФЕР Дитрих
БЕРЕСТОВ Валентин Дмитриевич
БРУКНЕР Антон
БРАМС Иоганнес
БРУХ Макс
БЕЛОВ Алексей
БЕРДЯЕВ Николай Александрович
БЕРЕЗИН Владимир Александрович
БЕРНАНОС Жорж
БЕРОЕВ Егор Вадимович
БРЭГГ Уильям Генри
БУНДУР Олег Семёнович
БАЛАКИРЕВ Милий Алексеевич
БАХ Иоганн Себастьян
БЕТХОВЕН Людвиг ван
БОРОДИН Александр Порфирьевич
БАТАЛОВ Алексей Владимирович
БЕНЕВИЧ Григорий Исаакович
БИЗЕ Жорж
БРЕГВАДЗЕ Нани Георгиевна
БУЗНИК Михаил Христофорович
БОРИСОВ Александр Ильич (священник)
БЛОХ Карл
БУЛГАКОВ Артем
БЕГЛОВ Алексей Львович
БЕХТЕРЕВА Наталья Петровна
БЕРЯЗЕВ Владимир Алексееич
БУОНИНСЕНЬЯ Дуччо ди
БРОДСКИЙ Иосиф Александрович
БАКУЛИН Мирослав Юрьевич
БАСИНСКИЙ Павел Валерьевич
БУКСТЕХУДЕ Дитрих
БУЛГАКОВ Сергий Николаевич (священник)
БАТИЩЕВА Янина Генриховна
БИБЕР Генрих
БАРКЛИ Уильям
БЕРХИН Владимир
БОРИСОВ Николай Сергеевич
БУЛЫГИН Павел Петрович
БОРОВИКОВСКИЙ Александр Львович
БЫКОВ Дмитрий Львович
БАЛАЯН Елена Владимировна
БИККУЛОВА Алёна Алексеевна
БЕЛАНОВСКИЙ Юрий Сергеевич
БУРОВ Алексей Владимирович
БАХРЕВСКИЙ Владислав Анатольевич
БАШУТИН Борис Валерьевич
БЕРЕЗОВА Юлия
БАБЕНКО Алёна Олеговна
БУЦКО Юрий Маркович
БОЛДЫШЕВА Ирина Валентиновна
БАК Дмитрий Петрович
БЕЛЛ Роб
БИБИХИН Владимир Вениаминович
БАРТ Карл
БУДЯШЕК Ян
БАЙТОВ Николай Владимирович
БАТОВ Олег Анатольевич (протоиерей)
БЕНИНГ Симон
БАЛТРУШАЙТИС Юргис Казимирович
БЕЛЬСКИЙ Станислав
БЕЛОХВОСТОВА Юлия
БЕЖИН Леонид Евгеньевич
БИРЮКОВА Марина
БОЕВ Пётр Анатольевич (иерей)
БЫКОВ Василь Владимирович
ВАРЛАМОВ Алексей Николаевич
ВАСИЛЬЕВА Екатерина Сергеевна
ВОЛОШИН Максимилиан Александрович
ВЯЗЕМСКИЙ Юрий Павлович
ВАРЛЕЙ Наталья Владимировна
ВИВАЛЬДИ Антонио
ВО Ивлин
ВОРОПАЕВ Владимир Алексеевич
ВИСКОВ Антон Олегович
ВОЗНЕСЕНСКАЯ Юлия Николаевна
ВИШНЕВСКАЯ Галина Павловна
ВИЛЕНСКИЙ Семен Самуилович
ВАСИЛИЙ (епископ) [Владимир Михайлович Родзянко]
ВОЛКОВ Павел Владимирович
ВЕЙЛЬ Симона
ВОДОЛАЗКИН Евгений Германович
ВОЛОДИХИН Дмитрий Михайлович
ВЕЛИЧАНСКИЙ Александр Леонидович
ВОЛЧКОВ Сергей Валерьевич
ВАРСОНОФИЙ (архимандрит) [Павел Иванович Плиханков]
ВЕРТИНСКАЯ Анастасия Александровна
ВДОВИЧЕНКОВ Владимир Владимирович
ВАССА [Ларина] (инокиня)
ВИНОГРАДОВ Леонид
ВАСИН Вячеслав Георгиевич
ВАРАЕВ Максим Владимирович (священник)
ВИТАЛИ Джованни Баттиста
ВУЙЧИЧ Ник
ВОСКРЕСЕНСКИЙ Семен Николаевич
ВЕЛИКАНОВ Павел Иванович (протоиерей)
ВАСИЛЮК Фёдор Ефимович
ВИКТОРИЯ Томас Луис
ВАЙГЕЛЬ Валентин
ВАНЬЕ Жан
ВЛАДИМИРСКИЙ Леонид Викторович
ВЫРЫПАЕВ Иван Александрович
ВОЛФ Мирослав
ГОЛЕНИЩЕВ-КУТУЗОВ Арсений Аркадьевич
ГАЛАКТИОНОВА Вера Григорьевна
ГАЛИЧ Александр Аркадьевич
ГАЛКИН Борис Сергеевич
ГЕЙЗЕНБЕРГ Вернер
ГЕТМАНОВ Роман Николаевич
ГИППИУС Зинаида Николаевна
ГОБЗЕВА Ольга Фроловна [монахиня Ольга]
ГОГОЛЬ Николай Васильевич
ГРАНИН Даниил Александрович
ГУМИЛЁВ Николай Степанович
ГУСЬКОВ Алексей Геннадьевич
ГУРЦКАЯ Диана Гудаевна
ГАЛЬЦЕВА Рената Александровна
ГОРОДОВА Мария Александровна
ГАЛЬ Юрий Владимирович
ГЛИНКА Михаил Иванович
ГРАДОВА Екатерина Георгиевна
ГАЙДН Йозеф
ГЕНДЕЛЬ Георг Фридрих
ГЕРМАН Расслабленный
ГРИГ Эдвард
ГОРБОВСКИЙ Глеб Яковлевич
ГАЛУППИ Бальдассаре
ГЛЮК Кристоф
ГУРЕЦКИЙ Хенрик Миколай
ГУМАНОВА Ольга
ГЕРМАН Анна
ГРИЛИХЕС Леонид (священник)
ГРААФ Фредерика(Мария) де
ГОРДИН Яков Аркадьевич
ГЛИНКА Елизавета Петровна (Доктор Лиза)
ГУРБОЛИКОВ Владимир Александрович
ГРИЦ Илья Яковлевич
ГРЫМОВ Юрий Вячеславович
ГОРИЧЕВА Татьяна Михайловна
ГВАРДИНИ Романо
ГУБАЙДУЛИНА София Асгатовна
ГОЛЬДШТЕЙН Дмитрий Витальевич
ГОРЮШКИН-СОРОКОПУДОВ Иван Силыч
ГРЕЧКО Георгий Михайлович
ГРИМБЛИТ Татьяна Николаевна
ГОРБАНЕВСКАЯ Наталья Евгеньевна
ГРИБ Андрей Анатольевич
ГОЛОВКОВА Лидия Алексеевна
ГАСЛОВ Игорь Владимирович
ГОДИНЕР Анна Вацлавовна
ГЕРЦЫК Аделаида Казимировна
ГНЕЗДИЛОВ Андрей Владимирович
ГУТНЕР Григорий Борисович
ГАРКАВИ Дмитрий Валентинович
ГОРОДЕЦКАЯ Надежда Даниловна
ГУПАЛО Георгий Михайлович
ГЕ Николай Николаевич
ГАЛИК Либор Серафим (священник)
ГЕЗАЛОВ Александр Самедович
ГЕНИСАРЕТСКИЙ Олег Игоревич
ГЕОРГИЙ [Жорж Ходр] (митрополит)
ГИППЕНРЕЙТЕР Юлия Борисовна
ГРЕБЕНЩИКОВ Борис Борисович
ГРАММАТИКОВ Владимир Александрович
ГУЛЯЕВ Георгий Анатольевич (протоиерей)
ГУМЕРОВА Анна Леонидовна
ГОРОДНИЦКИЙ Александр Моисеевич
ГИОРГОБИАНИ Давид
ГОЛЬЦМАН Ян Янович
ГАНДЛЕВСКИЙ Сергей Маркович
ГЕНИЕВА Екатерина Юрьевна
ГЛУХОВСКИЙ Дмитрий Алексеевич
ГРУНИН Юрий Васильевич
ДЮЖЕВ Дмитрий Петрович
ДОРЕ Гюстав
ДЕМЕНТЬЕВ Андрей Дмитриевич
ДЕСНИЦКИЙ Андрей Сергеевич
ДОВЛАТОВ Сергей Донатович
ДОСТОЕВСКИЙ Фёдор Михайлович
ДРУЦЭ Ион
ДИКИНСОН Эмили
ДЕБЮССИ Клод
ДВОРЖАК Антонин
ДАРГОМЫЖСКИЙ Александр Сергеевич
ДОНН Джон
ДВОРКИН Александр Леонидович
ДУНАЕВ Михаил Михайлович
ДАНИЛОВА Анна Александровна
ДЖОТТО ди Бондоне
ДИОДОРОВ Борис Аркадьевич
ДЬЯЧКОВ Александр Андреевич
ДЖЕССЕН Джианна
ДЖАБРАИЛОВА Мадлен Расмиевна
ДРОЗДОВ Николай Николаевич
ДАНИЛОВ Дмитрий Алексеевич
ДИМИТРИЙ (иеромонах) [Михаил Сергеевич Першин]
ДИККЕНС Чарльз
ДОРОНИНА Татьяна Васильевна
ДЕНИСОВ Эдисон Васильевич
ДАНИЛОВ Анатолий Евгеньевич
ДАНИЛОВА Юлия
ДОРМАН Елена Юрьевна
ДРАГУНСКИЙ Денис Викторович
ДУДЧЕНКО Андрей (протоиерей)
ДЕГЕН Ион Лазаревич
ЕСАУЛОВ Иван Андреевич
ЕМЕЛЬЯНЕНКО Федор Владимирович
ЕЛЬЧАНИНОВ Александр Викторович (священник)
ЕГЕРШТЕТТЕР Франц
ЖИРМУНСКАЯ Тамара Александровна
ЖУКОВСКИЙ Василий Андреевич
ЖИДКОВ Юрий Борисович
ЖУРИНСКАЯ Марина Андреевна
ЖИЛЬСОН Этьен Анри
ЖИЛЛЕ Лев (архимандрит)
ЖИВОВ Виктор Маркович
ЖАДОВСКАЯ Юлия Валериановна
ЖИГУЛИН Анатолий Владимирович
ЖЕЛЯБИН-НЕЖИНСКИЙ Олег
ЖИРАР Рене
ЗАЛОТУХА Валерий Александрович
ЗОЛОТУССКИЙ Игорь Петрович
ЗУБОВ Андрей Борисович
ЗАНУССИ Кшиштоф
ЗВЯГИНЦЕВ Андрей Петрович
ЗАХАРОВ Марк Анатольевич
ЗОРИН Александр Иванович
ЗАХАРЧЕНКО Виктор Гаврилович
ЗЕЛИНСКАЯ Елена Константиновна
ЗАБОЛОЦКИЙ Николай Алексеевич
ЗОЛОТОВ Андрей
ЗОЛОТОВ Андрей Андреевич
ЗАБЕЖИНСКИЙ Илья Аронович
ЗАЙЦЕВ Андрей
ЗОЛОТУХИН Денис Валерьевич (священник)
ЗАЙЦЕВА Татьяна
ЗОЛЛИ Исраэль
ЗЕЛИНСКИЙ Владимир Корнелиевич (протоиерей)
ЗОБИН Григорий Соломонович
ИВАНОВ Вячеслав Иванович
ИСКАНДЕР Фазиль Абдулович
ИВАНОВ Георгий Владимирович
ИЛЬИН Владимир Адольфович
ИГНАТОВА Елена Алексеевна
ИЛАРИОН (митрополит) [Григорий Валериевич Алфеев]
ИАННУАРИЙ (архимандрит) [Дмитрий Яковлевич Ивлев]
ИЛЬЯШЕНКО Александр Сергеевич (священник)
ИЛЬИН Иван Александрович
ИЛЬКАЕВ Радий Иванович
ИВАНОВ Вячеслав Всеволодович
КОНАЧЕВА Светлана Александровна
КАБАКОВ Александр Абрамович
КАБЫШ Инна Александровна
КАРАХАН Лев Маратович
КИБИРОВ Тимур Юрьевич
КИНЧЕВ Константин Евгеньевич
КОЗЛОВ Иван Иванович
КОЛЛИНЗ Френсис Селлерс
КОНЮХОВ Фёдор Филлипович (диакон)
КОПЕРНИК Николай
КУБЛАНОВСКИЙ Юрий Михайлович
КУРБАТОВ Валентин Яковлевич
КУСТУРИЦА Эмир
КУЧЕРСКАЯ Майя Александровна
КУШНЕР Александр Семенович
КАПЛАН Виталий Маркович
КУРАЕВ Андрей Вячеславович (протодиакон)
КОРМУХИНА Ольга Борисовна
КУХИНКЕ Норберт
КУПЧЕНКО Ирина Петровна
КЛОДЕЛЬ Поль
КОЗЛОВ Максим Евгеньевич (священник)
КАЛИННИКОВ Василий Сергеевич
КОРЕЛЛИ Арканджело
КАРОЛЬСФЕЛЬД Юлиус
КИРИЛЛОВА Ксения
КЕКОВА Светлана Васильевна
КОРЖАВИН Наум Моисеевич
КРЮЧКОВ Павел Михайлович
КРУГЛОВ Сергий Геннадьевич (священник)
КРАВЦОВ Константин Павлович (священник)
КНАЙФЕЛЬ Александр Аронович
КИКТЕНКО Вячеслав Вячеславович
КУРЕНТЗИС Теодор
КЫРЛЕЖЕВ Александр Иванович
КОШЕЛЕВ Николай Андреевич
КЮИ Цезарь Антонович
КОРЧАК Януш
КЛОДТ Евгений Георгиевич
КРАСНИКОВА Ольга Михайловна
КОРОЛЕНКО Псой
КЬЕРКЕГОР Серен
КОВАЛЬДЖИ Владимир
КОВАЛЬДЖИ Кирилл Владимирович
КОРИНФСКИЙ Аполлон Аполлонович
КЮХЕЛЬБЕКЕР Вильгельм Карлович
КОЗЛОВСКИЙ Иван Семёнович
КАРПОВ Сергей Павлович
КАМБУРОВА Елена Антоновна
КРАСИЛЬНИКОВ Сергей Александрович
КОПЕЙКИН Кирилл (протоиерей)
КАЛЕДА Кирилл Глебович (протоиерей)
КРАСНОВА Татьяна Викторовна
КРИВОШЕИНА Ксения Игоревна
КОТОВ Андрей Николаевич
КОРНОУХОВ Александр Давыдович
КЛЮКИНА Ольга Петровна
КАССИЯ
КРАВЕЦ Сергей Леонидович
КАЗАРНОВСКАЯ Любовь Юрьевна
КРАВЕЦКИЙ Александр Геннадьевич
КРИВУЛИН Виктор Борисович
КОСТЮКОВ Леонид Владимирович
КЛЕМАН Оливье
КУКИН Михаил Юрьевич
КОНАНОС Андрей (архимандрит)
КИРИЛЛОВ Игорь Леонидович
КАЛЛИСТ [Тимоти Уэр ] (митрополит)
КРИВОШЕИН Никита Игоревич
КИТНИС Тимофей
КИНДИНОВ Евгений Арсеньевич
КЛИМОВ Дмирий (протоиерей)
КОЗЫРЕВ Алексей Павлович
КУПРИЯНОВ Борис Леонидович (протоиерей)
КОКИН Илья Анатольевич (диакон)
КНЯЗЕВ Евгений Владимирович
КРАПИВИН Владислав Петрович
КЕННЕТ Клаус
КОЛОНИЦКИЙ Борис Иванович
ЛИЕПА Илзе
ЛИПКИН Семён Израилевич
ЛЮБОЕВИЧ Дивна
ЛОПАТКИНА Ульяна Вячеславовна
ЛОШИЦ Юрий Михайлович
ЛЕВИТАНСКИЙ Юрий Давыдович
ЛЕРМОНТОВ Михаил Юрьевич
ЛУНГИН Павел Семенович
ЛЬЮИС Клайв Стейплз
ЛУКЬЯНОВА Ирина Владимировна
ЛИСНЯНСКАЯ Инна Львовна
ЛЕГОЙДА Владимир Романович
ЛЮБИМОВ Илья Петрович
ЛОКАТЕЛЛИ Пьетро
ЛЮБАК Анри де
ЛАЛО Эдуар
ЛЕОНОВ Андрей Евгеньевич
ЛОСЕВА Наталья Геннадьевна
ЛИЕПА Андрис Марисович
ЛЯДОВ Анатолий Константинович
ЛАРШЕ Жан-Клод
ЛОСЕВ Алексей Федорович
ЛИСТ Ференц
ЛЮЛЛИ Жан-Батист
ЛЕГА Виктор Петрович
ЛОБАНОВ Валерий Витальевич
ЛЮБИМОВ Борис Николаевич
ЛЕВШЕНКО Борис Трифонович (священник)
ЛОРГУС Андрей Вадимович (священник)
ЛАССО Орландо
ЛЮБИЧ Кьяра
ЛУЧЕНКО Ксения Валерьевна
ЛЮБШИН Станислав Андреевич
ЛЕОНОВ Евгений Павлович
ЛАВЛЕНЦЕВ Игорь Вячеславович
ЛЮДОГОВСКИЙ Феодор (иерей)
ЛЮБИМОВ Григорий Александрович
ЛАВРОВ Владимир Михайлович
ЛЕОНОВИЧ Владимир Николаевич
ЛОПУШАНСКИЙ Константин Сергеевич
ЛИТВИНОВ Александр Михайлович
ЛУЧКО Клара Степановна
ЛАВДАНСКИЙ Александр Александрович
ЛОБЬЕ де Патрик
ЛАШКОВА Вера Иосифовна
ЛИПОВКИНА Татьяна
ЛОРЕНЦЕТТИ Амброджо
ЛОТТИ Антонио
ЛУКИН Павел Владимирович
ЛАШИН Емилиан Владимирович
МАЙКОВ Апполон Николаевич
МАКДОНАЛЬД Джордж
МАКОВЕЦКИЙ Сергей Васильевич
МАКОВСКИЙ Сергей Константинович
МАКСИМОВ Андрей Маркович
МАМОНОВ Пётр Николаевич
МАНДЕЛЬШТАМ Осип Эмильевич
МИНИН Владимир Николаевич
МИРОНОВ Евгений Витальевич
МОТЫЛЬ Владимир Яковлевич
МУРАВЬЕВА Ирина Вадимовна
МИЛЛИКЕН Роберт Эндрюс
МЮРРЕЙ Джозеф Эдвард
МАРКОНИ Гульельмо
МАТОРИН Владимир Анатольевич
МЕДУШЕВСКИЙ Вячеслав Вячеславович
МОРИАК Франсуа
МАРТЫНОВ Владимир Иванович
МЕНДЕЛЬСОН Феликс
МИРОНОВА Мария Андреевна
МАЛЕР Густав
МУСОРГСКИЙ Модест Петрович
МОЦАРТ Вольфганг Амадей
МАНФРЕДИНИ Франческо Онофрио
МИХАЙЛОВА Марина Валентиновна
МЕНЬ Александр (протоиерей)
МИХАЙЛОВ Александр Николаевич
МЕРЗЛИКИН Андрей Ильич
МАССНЕ Жюль
МАРЧЕЛЛО Алессандро
МАКИН Андрей Сергеевич
МАШО Гийом де
МАХНАЧ Владимир Леонидович
МАШЕГОВ Алексей
МЕРКЕЛЬ Ангела
МЕЛАМЕД Игорь Сунерович
МОНТИ Витторио
МИЛЛЕР Лариса Емельяновна
МОЖЕГОВ Владимир
МАКАРСКИЙ Антон Александрович
МАКАРИЙ (иеромонах) [Марк Симонович Маркиш]
МИТРОФАНОВ Георгий Николаевич (священник)
МОЩЕНКО Владимир Николаевич
МОГУТИН Юрий Николаевич
МИНДАДЗЕ Александр Анатольевич
МЕЛЬНИКОВА Анастасия Рюриковна
МИКИТА Андрей Иштванович
МАТВИЕНКО Игорь Игоревич
МЕЖЕНИНА Лариса Николаевна
МАРИЯ (монахиня) [Елизавета Юрьевна Пиленко]
МИРСКИЙ Георгий Ильич
МАЛАХОВА Лилия
МАРКИНА Надежда Константиновна
МОЛЧАНОВ Владимир Кириллович
МАГГЕРИДЖ Малькольм
МЕЛЛО Альберто
МОРОЗОВ Александр Олегович
МАКНОТОН Джон
МЕЕРСОН Ольга
МЕЕРСОН-АКСЕНОВ Михаил Георгиевич (протоиерей)
МИТРОФАНОВА Алла Сергеевна
МЕНЬШОВА Юлия Владимировна
МАЗЫРИН Александр (иерей)
МУРАВЬЁВ Алексей Владимирович
МАЛЬЦЕВА Надежда Елизаровна
МАГИД Сергей Яковлевич
МАРЕ Марен
МИРОНЕНКО Сергей Владимирович
НАРЕКАЦИ Григор
НЕКРАСОВ Николай Алексеевич
НЕПОМНЯЩИЙ Валентин Семенович
НИКОЛАЕВ Юрий Александрович
НИКОЛАЕВА Олеся Александровна
НЬЮТОН Исаак
НИКОЛАЙ [ Никола Велимирович ] (епископ)
НОРШТЕЙН Юрий Борисович
НЕГАТУРОВ Вадим Витальевич
НЕСТЕРЕНКО Евгений Евгеньевич
НОВИКОВ Денис Геннадьевич
НЕЖДАНОВ Владимир Васильевич (священник)
НЕСТЕРЕНКО Василий Игоревич
НЕКТАРИЙ (игумен) [Родион Сергеевич Морозов]
НАДСОН Семён Яковлевич
НИКИТИН Иван Саввич
НИКОЛАЙ [Николай Хаджиниколау] (митрополит)
НАЗАРОВ Александр Владимирович
НИВА Жорж
НИШНИАНИДЗЕ Шота Георгиевич
НИКУЛИН Николай Николаевич
ОКУДЖАВА Булат Шалвович
ОСИПОВ Алексей Ильич
ОРЕХОВ Дмитрий Сергеевич
ОРЛОВА Василина Александровна
ОСТРОУМОВА Ольга Михайловна
ОЦУП Николай Авдеевич
ОГОРОДНИКОВ Александр Иоильевич
ОБОЛДИНА Инга Петровна
ОХАПКИН Олег Александрович
ОРЕХАНОВ Георгий Леонидович (протоиерей)
ПАНТЕЛЕЕВ Леонид
ПАСКАЛЬ Блез
ПАСТЕР Луи
ПАСТЕРНАК Борис Леонидович
ПИРОГОВ Николай Иванович
ПЛАНК Макс
ПЛЕЩЕЕВ Алексей Николаевич
ПОГУДИН Олег Евгеньевич
ПОЛОНСКИЙ Яков Петрович
ПОЛЯКОВА Надежда Михайловна
ПОЛЯНСКАЯ Екатерина Владимировна
ПРОШКИН Александр Анатольевич
ПУШКИН Александр Сергеевич
ПАВЛОВИЧ Надежда Александровна
ПЕГИ Шарль
ПРОКОФЬЕВА Софья Леонидовна
ПЕТРОВА Татьяна Юрьевна
ПЯРТ Арво
ПОЛЕНОВ Василий Дмитриевич
ПЕРГОЛЕЗИ Джованни
ПЁРСЕЛЛ Генри
ПАЛЕСТРИНА Джованни Пьерлуиджи
ПЕТР (игумен) [Валентин Андреевич Мещеринов]
ПУЩАЕВ Юрий Владимирович
ПУЗАКОВ Алексей Александрович
ПАВЛОВ Олег Олегович
ПРОСКУРИНА Светлана Николаевна
ПАНИЧ Светлана Михайловна
ПЕЛИКАН Ярослав
ПОЛИКАНИНА Валентина Петровна
ПЬЕЦУХ Вячеслав Алексеевич
ПЕТРАРКА Франческо
ПУСТОВАЯ Валерия Ефимовна
ПЕВЦОВ Дмитрий Анатольевич
ПАНЮШКИН Валерий Валерьевич
ПОЗДНЯЕВА Кира
ПИВОВАРОВ Юрий Сергеевич
ПОРОШИНА Мария Михайловна
ПЕТРЕНКО Алексей Васильевич
ПАРРАВИЧИНИ Эльвира
ПРЕЛОВСКИЙ Анатолий Васильевич
ПАНТЕЛЕИМОН [Аркадий Викторович Шатов] (епископ)
ПРЕКУП Игорь (священник)
ПЕТРАНОВСКАЯ Людмила Владимировна
ПОДОБЕДОВА Ольга Ильинична
ПОПОВА Ольга Сигизмундовна
ПАРФЕНОВ Филипп (священник)
ПЛОТКИНА Алла Григорьевна
ПАРХОМЕНКО Сергей Борисович
ПАЗЕНКО Егор Станиславович
ПРОХОРОВА Ирина Дмитриевна
ПАГЫН Сергей Анатольевич
РАСПУТИН Валентин Григорьевич
РОМАНОВ Константин Константинович (КР)
РЫБНИКОВ Алексей Львович
РАТУШИНСКАЯ Ирина Борисовна
РОСС Рональд
РАНЦАНЕ Анна
РАЗУМОВСКИЙ Феликс Вельевич
РАХМАНИНОВ Сергей Васильевич
РАВЕЛЬ Морис
РАУШЕНБАХ Борис Викторович
РУБЛЕВ Андрей
РИМСКИЙ-КОРСАКОВ Николай Андреевич
РЕВИЧ Александр Михайлович
РУБЦОВ Николай Михайлович
РАТНЕР Лилия Николаевна
РОСТРОПОВИЧ Мстислав Леопольдович
РОГИНСКИЙ Арсений Борисович
РОЗЕНБЛЮМ Константин Витольд
РЕШЕТОВ Алексей Леонидович
РОГОВЦЕВА Ада Николаевна
РЫЖЕНКО Павел Викторович
РОДНЯНСКАЯ Ирина Бенционовна
РИЛЬКЕ Райнер Мария
РОШЕ Константин Константинович
РАКИТИН Александр Анатольевич
РОМАНЕНКО Татьяна Анатольевна
РЯШЕНЦЕВ Юрий Евгеньевич
РАЗУМОВ Анатолий Яковлевич
РУЛИНСКИЙ Василий Васильевич
СВИРИДОВ Георгий Васильевич
СЕДАКОВА Ольга Александровна
СЛУЦКИЙ Борис Абрамович
СМОКТУНОВСКИЙ Иннокентий Михайлович
СОЛЖЕНИЦЫН Александрович Исаевич
СОЛОВЬЕВ Владимир Сергеевич
СОЛОДОВНИКОВ Александр Александрович
СТЕБЛОВ Евгений Юрьевич
СТУПКА Богдан Сильвестрович
СОКОЛОВ-МИТРИЧ Дмитрий Владимирович
СМОЛЛИ Ричард
СЭЙЕРС Дороти
СМОЛЬЯНИНОВА Евгения Валерьевна
СТЕПАНОВ Юрий Константинович
СИМОНОВ Константин Михайлович
СМОЛЬЯНИНОВ Артур Сергеевич
СЕДОВ Константин Сергеевич
СОПРОВСКИЙ Александр Александрович
СКАРЛАТТИ Алессандро
САРАСКИНА Людмила Ивановна
САМОЙЛОВ Давид Самуилович
САРАСАТЕ Пабло
СТРАДЕЛЛА Алессандро
СУРОВА Людмила Васильевна
СЛУЧЕВСКИЙ Николай Владимирович
СОКОЛОВ Александр Михайлович
СОЛОУХИН Владимир Алексеевич
СТОГОВ Илья Юрьевич
СЕН-САНС Камиль
СОКУРОВ Александр Николаевич
СТРУВЕ Никита Алексеевич
СОЛЖЕНИЦЫН Игнат Александрович
СИКОРСКИЙ Игорь Иванович
СУИНБЕРН Ричард
САВВА (Мажуко) архимандрит
САНАЕВ Павел Владимирович
СИЛЬВЕСТРОВ Валентин Васильевич
СТЕФАНОВИЧ Николай Владимирович
СОНЬКИНА Анна Александровна
СИНЯЕВА Ольга
СОЛОНИЦЫН Алексей Алексеевич
САЛИМОН Владимир Иванович
СВЕТОЗАРСКИЙ Алексей Константинович
СКУРАТ Константин Ефимович
СВЕШНИКОВА Мария Владиславовна
СЕНЬЧУКОВА Мария Сергеевна [ инокиня Евгения ]
СЕЛЕЗНЁВ Михаил Георгиевич
САВЧЕНКО Николай (священник)
СПИВАКОВСКИЙ Павел Евсеевич
САДОВНИКОВА Елена Юрьевна
СЕН-ЖОРЖ Жозеф
СУДАРИКОВ Виктор Андреевич
САММАРТИНИ Джованни Баттиста
САНДЕРС Скип и Гвен
СКВОРЦОВ Ярослав Львович
СТЕПАНОВА Мария Михайловна
САРАБЬЯНОВ Владимир Дмитриевич
СЛАДКОВ Дмитрий Владимирович
СТОРОЖЕВА Вера Михайловна
СИГОВ Константин Борисович
СТЕПУН Фёдор Августович
СЕНДЕРОВ Валерий Анатольевич
СВЕЛИНК Ян
СТЕРЖАКОВ Владимир Александрович
СТРУКОВА Алиса
СУХИХ Игорь Николаевич
ТЮТЧЕВ Фёдор Иванович
ТУРОВЕРОВ Николай Николаевич
ТАРКОВСКИЙ Михаил Александрович
ТЕРАПИАНО Юрий Константинович
ТОНУНЦ Елена Константиновна
ТРАУБЕРГ Наталья Леонидовна
ТАУНС Чарльз
ТОКМАКОВ Лев Алексеевич
ТКАЧЕНКО Александр
ТЕУНИКОВА Юлия Александровна
ТАРТИНИ Джузеппе
ТИССО Джеймс
ТРОШИН Валерий Владимирович
ТАХО-ГОДИ Аза (Наталья) Алибековна
ТАВЕНЕР Джон
ТОЛКИН Джон Рональд Руэл
ТРАНСТРЁМЕР Тумас
ТАРИВЕРДИЕВ Микаэл Леонович
ТЕПЛИЦКИЙ Виктор (протоиерей)
ТРОСТНИКОВА Елена Викторовна
ТОЛСТОЙ Алексей Константинович
ТУРГЕНЕВ Иван Сергеевич
ТЕПЛЯКОВ Виктор Григорьевич
ТИМОФЕЕВ Александр (священник)
ТИРИ Жан-Франсуа
ТАРКОВСКИЙ Арсений Александрович
ТЕЙЛОР Чарльз
ТАРАСОВ Аркадий Евгеньевич
ТЕРСТЕГЕН Герхард
ТАЛАШКО Владимир Дмитриевич
ТУРОВА Варвара
УЖАНКОВ Александр Николаевич
УОЛД Джордж
УМИНСКИЙ Алексей (священник)
УСПЕНСКИЙ Михаил Глебович
УЗЛАНЕР Дмитрий
УГЛОВ Николай Владимирович
УСПЕНСКИЙ Федор Борисович
УЛИЦКАЯ Людмила Евгеньевна
ФУДЕЛЬ Сергей Иосифович
ФЕТ Афанасий Афанасьевич
ФЕДОСЕЕВ Владимир Иванович
ФИЛЛИПС Уильям
ФРА БЕАТО АНДЖЕЛИКО
ФРАНК Семён Людвигович
ФИРСОВ Сергей Львович
ФЕСТЮЖЬЕР Андре-Жан
ФАСТ Геннадий (священник)
ФОРЕСТ Джим
ФЕОДОРИТ (иеродиакон) [Сергей Валентинович Сеньчуков]
ФОФАНОВ Константин Михайлович
ФЕДОТОВ Георгий Петрович
ФРАНКЛ Виктор
ФЛАМ Людмила Сергеевна
ФЛОРОВСКИЙ Георгий Васильевич (протоиерей)
ФОМИН Игорь (протоиерей)
ФИЛАТОВ Леонид Алексеевич
ФЕДЕРМЕССЕР Анна Константиновна
ХОТИНЕНКО Владимир Иванович
ХОМЯКОВ Алексей Степанович
ХОДАСЕВИЧ Владислав Фелицианович
ХАМАТОВА Чулпан Наилевна
ХАБЬЯНОВИЧ-ДЖУРОВИЧ Лиляна
ХУДИЕВ Сергей Львович
ХЕРСОНСКИЙ Борис Григорьевич
ХИЛЬДЕГАРДА Бингенская
ХОРУЖИЙ Сергей Сергеевич
ХЛЕБНИКОВ Олег Никитьевич
ХЕТАГУРОВ Коста Леванович
ХОРИНЯК Алевтина Петровна
ХЛЕВНЮК Олег Витальевич
ХИЛЛМАН Кристофер
ХОПКО Фома Иванович (протопресвитер)
ЦИПКО Александр Сергеевич
ЦВЕТАЕВА Анастасия Ивановна
ЦФАСМАН Михаил Анатольевич
ЦВЕЛИК Алексей Михайлович
ЦЫПИН Владислав Александрович (протоиерей)
ЧАЛИКОВА Галина Владленовна
ЧУРИКОВА Инна Михайловна
ЧЕРЕНКОВ Федор Федорович
ЧЕЙН Эрнст
ЧАЙКОВСКАЯ Елена Анатольевна
ЧЕХОВ Антон Павлович
ЧЕСТЕРТОН Гилберт
ЧЕРНЯК Андрей Иосифович
ЧЕРНИКОВА Татьяна Васильевна
ЧИЧИБАБИН Борис Алексеевич
ЧИСТЯКОВ Георгий Петрович (священник)
ЧЕРКАСОВА Елена Игоревна
ЧАВЧАВАДЗЕ Елена Николаевна
ЧУХОНЦЕВ Олег Григорьевич
ЧАВЧАВАДЗЕ Зураб Михайлович
ЧАПНИН Сергей Валерьевич
ЧАРСКАЯ Лидия Алексеевна
ЧЕРНЫХ Наталия Борисовна
ЧИМАБУЭ Ченни ди Пепо
ЧУКОВСКАЯ Елена Цезаревна
ЧЕЙГИН Петр Николаевич
ШЕМЯКИН Михаил Михайлович
ШЕВЧУК Юрий Юлианович
ШАНГИН Никита Генович
ШИРАЛИ Виктор Гейдарович
ШАВЛОВ Артур
ШЕВАРОВ Дмитрий Геннадьевич
ШУБЕРТ Франц
ШУМАН Роберт
ШМЕМАН Александр Дмитриевич (священник)
ШНИТКЕ Альфред Гарриевич
ШМИТТ Эрик-Эммануэль
ШАТАЛОВА Соня
ШАГИН Дмитрий Владимирович
ШУЛЬЧЕВА-ДЖАРМАН Ольга Александровна
ШТЕЙН Ася Владимировна
ШМЕЛЕВ Иван Сергеевич
ШНОЛЬ Дмитрий Эммануилович
ШАЦКОВ Андрей Владиславович
ШЕСТИНСКИЙ Олег Николаевич
ШВАРЦ Елена Андреевна
ШИК Елизавета Михайловна
ШИЛОВА Ольга
ШПОЛЯНСКИЙ Михаил (протоиерей)
ШМАИНА-ВЕЛИКАНОВА Анна Ильинична
ШВЕД Дмитрий Иванович
ШЛЯХТИН Роман
ШМИДТ Вильям Владимирович
ШТАЙН Эдит
ШОСТАКОВИЧ Дмитрий Дмитриевич
ШМЕЛЁВ Алексей Дмитриевич
ШНУРОВ Константин Сергеевич
ШОРОХОВА Татьяна Сергеевна
ШАУБ Игорь Юрьевич
ЩЕПЕНКО Михаил Григорьевич
ЭЛИОТ Томас Стернз
ЭКЛС Джон
ЭЛГАР Эдуард
ЭЛИТИС Одиссеас
ЭППЛЕ Николай Владимирович
ЭПШТЕЙН Михаил Наумович
ЭГГЕРТ Константин Петрович
ЭЛЬ ГРЕКО
ЭДЕЛЬШТЕЙН Георгий (протоиерей)
ЮРСКИЙ Сергей Юрьевич
ЮРЧИХИН Фёдор Николаевич
ЮДИНА Мария Вениаминовна
ЮРЕВИЧ Андрей (протоиерей)
ЮРЕВИЧ Ольга
ЯМЩИКОВ Савва Васильевич
ЯЗЫКОВА Ирина Константиновна
ЯКОВЛЕВ Антон Юрьевич
ЯМБУРГ Евгений Александрович
ЯННАРАС Христос
ЯРОВ Сергей Викторович

Рекомендуем

Абсолютная жертва Голгофы "Даже если Нарнии нет..." Вера без привилегий С любимыми не разводитесь Двери ада заперты изнутри Расцерковление Технический христианин Мифы сексуального просвещения Последие Времена Нисхождение во ад Христианство и культура Что делать с духом уныния? Что такое вера? Цена Победы Сироты напоказ Ты не один! Про ад и смерть Основная форма человечности Сложный человек как цель Оправдание веры Истина православия Зачем постился Христос? Жизнь за гробом Моя судьба Родина там, где тебя любят Не подавляйте боли разлуки Дом нетерпимости Сучок в чужом глазу Необразцовая семья Демонская твердыня Русский грех и русское спасение Кто мы? История моего заключения Мученик - означает "свидетель" Почему я перешла в православие Всех ли вывел из ада Христос? Что дало России православное христианство Право на мракобесие Если тебя обидели, бросили, предали В больничной палате Мадонна из метро Болезнь и религия Страна не упырей "Я был болен..." Совесть От виртуального христианства к реальному Картина мира Почему мои дети ходят в Церковь Божья любовь в псалмах Благая Весть Серебро Господа моего Каждый человек незаменим О судьбах человеческих "Вера - дело сердца" Антирелигиозная религия Пятнадцать вопросов атеистов Христианская жизнь как сверхприродная Можно и нужно об этом говорить Логика троичности "Душа разорвана..." Ecce Homo "Я дитя неверия и сомнения..." Мир, полный добра Крестик в пыли Все впереди Пасхальные письма Как жить с диагнозом Слишком поздно О страхе исповедания веры Единство несоединимого Убитая совесть Об антихристовом добре Чему учит смерть? Из истории русского сопротивления Религиозность Пушкина Тем, кто потерял смысл жизни Свет Церкви Рай и ад О Чудесах Книга Иова Светлой памяти Кровь мучеников есть семя Церкви Теология от первого лица Смысл удивления Начало света Как рассказать о вере? Право на красоту Любовь и пустота Осень жизни



Версия для печати

ВАНЬЕ Жан ( род. 1928)

Интервью   |   Цитаты   |   О Человеке   |   Статьи
ВАНЬЕ ЖанЖан ВАНЬЕ (род.1928) - педагог и общественный деятель, лауреат Темплтоновской премии 2015 года, основатель международной гуманитарной организации «Ковчег», которая оказывает помощь людям с проблемами умственного развития: Интервью | Цитаты | О Человеке | Статьи | Фотогалерея.

Жан Ванье родился в 1928 г. Сын губернатора Канады. В 1950 г., будучи офицером Морского флота, оставил канадские военно-морские силы, почувствовав призыв к жертвенной жизни при чтении Евангелия. 6 лет прожил в христианской общине «Живая вода», изучая философию и богословие в Парижском Католическом Институте. Защитив докторскую диссертацию по философии, принял предложение преподавать в Университете города Торонто, но в 1964 г. оставил его, чтобы посвятить себя умственно отсталым людям, от которых общество, иногда даже родители, хотят избавиться. Он купил недалеко от Парижа в городке Трёсли-брёй старый дом, куда принял двух умственно отсталых взрослых, и назвал его Ковчегом  в надежде, что «этот новый Ноев Ковчег спасёт неприспособленных к жизни людей от потопа в водах современного мира». В Ковчеге люди с повреждённой нервной системой трудятся, как могут, молятся вместе, чувствуют себя любимыми и счастливыми. Постепенно такие же дома возникают в других странах мира: в Канаде, США, Великобритании, Бельгии, Дании, Норвегии, Шотландии, Ирландии, Гондурасе, Индии, Гаити, в ряде африканских стран и в других. В 1981 г. число «Ковчегов» достигло 60. Ванье стал председателем международной федерации «Ковчег». «Наше общество будет преобразовано или огнём жестокой революции или огнём подлинной любви», - говорит Ванье. Он избрал революцию посредством истины и любви. За все те годы, что продолжается этот опыт во многих общинах Ковчега, Жан Ванье посетил множество общин по всему миру и провёл множество встреч, посвящённых общинной жизни.

Источник: ПРЕДАНИЕ.РУ  православный портал  

Жан ВАНЬЕ: интервью

Жан ВАНЬЕ (род.1928) - педагог и общественный деятель, лауреат Темплтоновской премии 2015 года, основатель международной гуманитарной организации «Ковчег», которая оказывает помощь людям с проблемами умственного развития: Интервью | Цитаты | О Человеке | Статьи | Фотогалерея.

«ХОРОШИЕ НОВОСТИ НЕ ПОПАДАЮТ В ГАЗЕТНЫЕ ЗАГОЛОВКИ»

Жана Ванье ужасно трудно представлять, поскольку его жизнь не укладывается в готовые биографические шаблоны. Это человек, который:
- обладает огромным ростом;
- живет с умственно отсталыми людьми;
- основал два движения общин: L Arche, "Ковчег", где так называемые "нормальные" живут с умственно отсталыми людьми, и "Веру и свет", где первые и вторые регулярно встречаются;
- написал об этом много книг;
- ездит по разным странам, где встречается с общинами и делится своим видением;
- умеет не только говорить, но и слушать.

Когда Жан Ванье, канадец, аристократ, недавно - офицер Британского военно-морского флота, поселился в 1964 году с двумя умственно отсталыми людьми в дешевом домике во французской деревушке Троли, потому что "этого от меня хотел Бог", он не думал, что из этого выйдет. Из этого вышло 2 движения, распространившихся по всему миру: "Ковчег" и "Вера и свет" (последнее дошло и до Москвы).

Он выступал в РГГУ, и можно было удивляться разнообразию слушателей: католические и православные священники, молодые люди неопределенных занятий и студенты, журналисты, родители, бизнесмены, люди на колясках, странные люди, очень странные люди. 75-летний Жан Ванье, активно жестикулирующий, весело-грустный, говорит, никого не убеждая, вроде бы банальные вещи: про страх и любовь, про депрессию и рост, про Бога, про умственно отсталых людей, про изменение и прощение, про смерть. И возникает впечатление: если этот человек не безумец, не чудак, то не безумен ли наш мир, то кто мы такие?

- Как бы ты ответил на вопрос, зачем ты к нам, в Россию, приехал?
- Я думаю, стоит вернуться в прошлое: первый раз я приехал в Россию в 1989 году. Меня пригласили потому, что я живу с умственно отсталыми людьми. А я верю, что такие люди - действительно люди. Меня пригласили об этом поговорить. И кто-то заинтересовался, и эти люди создали общины "Веры и света" в Москве. В этих общинах умственно отсталые люди, их родители и их друзья встречаются, общаются, дружат... Так что я оказался в Москве только потому, что меня хотели видеть общины "Веры и света".

Вчера я встречался с родителями. Около 50 родителей - некоторые в "Вере и свете", некоторые нет, но все они - страдают. Потому что у них родился умственно отсталый ребенок, и они не понимают, почему: это наказание от природы, от Бога? Почему людям не нравится их ребенок?

Я поговорил с ними и увидел, что многие родители не вполне уверены в том, что их ребенок - это человек. Такие дети часто не могут говорить, им сложно устанавливать взаимоотношения, и родители не знают, как относиться к своему ребенку. Из-за этого ребенок становится еще сложнее.

И я хочу рассказать - а я прожил с умственно отсталыми людьми почти сорок лет, - кто эти умственно отсталые люди, каковы их потребности, как помочь им найти мир и стать мудрее.

- Для тебя умственно отсталые люди - это полноценные люди. Но многие в это не верят.
- Да, многие в это не верят. Я открыл, что у этих людей не развивается та часть мозга, которая отвечает за интеллект, разум, язык, но у них, как правило, развивается так называемый "эмоциональный мозг", аффективный мозг - и многие из них очень чувствительны. И они люди, потому что, во-первых, они способны вступать во взаимоотношения, во-вторых, потому что они страдают, когда их отвергают, презирают, не желают.

И мы видим, что в "Вере и Свете" и в "Ковчеге", когда умственно отсталые люди чувствуют, что они среди тех, кто их ценит и любит, они обретают мир, они вступают во взаимоотношения, и все в них меняется.

Конечно, есть некоторые умственно отсталые люди, страдающие психозом, и это причиняет огромную боль родителям, которые не понимают, как с ними общаться - да и ребенок часто не знает, как общаться с родителями. Тут нужна и профессиональная помощь, как, например, в случае аутизма. Кто-то должен помочь родителям понять: кто такой их ребенок, каковы его потребности и как помочь ему расти.

- Но на это нужно потратить столько времени! Когда с ними работают профессионалы, тут все понятно. Но ты прожил с такими людьми почти 40 лет. Не было ли мысли, что ты потерял эти годы? Что можно было бы использовать это время как-то еще, получше: написать больше книг, совершить что-то важное?
- Всегда можно сказать: я бы мог лучше использовать это время... Но я делал то, что мне казалось самым хорошим для меня. Я служил в военно-морском флоте во время Второй мировой войны. Затем я покинул флот и стал изучать философию. И потом я открыл мир людей, которых угнетают, отвергают, запирают в больших приютах. И одновременно я увидел, какие это удивительные люди. Общество обычно отвергает слабых, отвергает тех, кому нелегко приспособиться к обычной жизни. Но я открыл, что эти люди - воистину люди, у них есть сердце, и они прекрасны. И для меня было почти чем-то естественным жить с ними. Это была чудесная жизнь для меня. Объясню: когда ты живешь с умственно отсталыми людьми, ты веселишься. Когда ты живешь с умными - тебе тоже необходимо быть умным: строить из себя важного человека, что-то обсуждать, говорить о серьезных материях. А с умственно отсталыми людьми ты веселишься. И могу сказать, что, несмотря на трудные периоды, моя жизнь была счастливой. Я и сейчас живу в доме с такими людьми. И мы связаны друг с другом, мы нашли друг друга, и они - такие мирные люди. Я чувствую, что прожитое с ними время - это огромная радость.

Для любого человека важно быть счастливым. А если ты хочешь быть счастливым - тебе нужно сделать счастливыми других. Если ты пытаешься быть счастливым, не передавая своего счастья другим, ты закрываешься, превращаешься в одинокий остров. Но по-настоящему ты счастлив, когда у тебя появляются друзья, когда ты передаешь счастье другим людям, когда пытаешься строить мир, в котором больше счастья и мира.

- Эти люди, если я правильно понял, сделали тебя более открытым?
- Конечно, они сделали меня более открытым. А также научили внимательно относиться к другим. Я вижу, что это опасно: отвергать людей. Ты любишь тех, кто любит тебя, и отвергаешь других. И так создается мир конфликтов, разделений - между Востоком и Западом, между Севером и Югом, - такой мир, где каждый подозрительно относится ко всем остальным. А я верю, что возможен иной мир, где люди любят друг друга. А дружба возможна - даже между людьми разных культур, религий, церквей, с разными способностями или неспособностями. Так что мое дело - это также работа ради мира, потому что иначе мы обречены на вечное сражение друг с другом.

- Но не утопия ли это?
- Конечно, я не могу заниматься всей планетой, я могу искать мир среди нескольких людей, кто вокруг меня. В России у вас ужасная проблема с Чечней, есть проблемы в Северной Ирландии, Индии, Пакистане. Как создать условия для диалога? Мы видим, как люди просто отвергают умственно отсталых людей и не слушают их никогда, не хотят слушать.

Разумеется, я не жду, что завтра по всей земле наступит мир. Но я могу, там, где нахожусь, слушать людей, понимать их потребности, помогать им расти и создавать маленькие общины, такие как "Вера и свет", где люди станут немного счастливее. Это вполне реалистичное видение. Конечно, я не знаю, как это сделать в больших масштабах. И я думаю, что кто-то пытается это сделать: создать диалог между евреями и палестинцами, между католиками и протестантами Северной Ирландии...

- Ведь и церкви борются друг с другом, и не только в Ирландии.
- Да, это та же самая проблема. Конфликты между католической и православной церквями или церковью пятидесятников... Самое важное - это чтобы обычные, так сказать, "низовые" люди продолжали разговаривать друг с другом. Тогда они могут увидеть красоту другого. Невозможно повлиять на иерархов и лидеров церквей, зато можно в повседневности открыть, что люди из других церквей стараются жить с Богом, хотят любить, хотят жить по евангельской вести. В наших маленьких общинах мы, по крайней мере, стремимся понимать другого. И проблема, скажем, между православными и католиками - это проблема того же типа, что возникают между представителями разных культур. Скажем, между французами и африканцами. Вопрос: как разоружиться, не доказывать, что я лучше, чем ты, но верить, что каждый человек важен, что каждый человек - это весть, мессидж. Я различаю официальный уровень и, так сказать, уровень личной дружбы. Слушать другого, не навязывая свои представления. А когда я слушаю тебя, ты начинаешь слушать меня - и мы становимся ближе.

- Это прекрасные идеи, только они почему-то никогда не осуществлялись в истории человечества.
- Конечно, история наполнена конфликтами. Но всегда были поразительные люди, которые старались соединять человеческую семью. Если брать историю, то меня поражает, сколько там происходит прекрасного. Некоторым удается добиться успеха, как в случае с Махатмой Ганди в Индии.

Я заметил, что если берешь любую газету, то в ее заголовках - всегда плохие новости. А хорошие новости остаются незамеченными: что люди соединяются, что они общаются. Я, например, очень часто езжу в Северную Ирландию. Я встречаюсь там с протестантами и католиками: мы собираемся вместе. В Ирландии это не только конфликт между церквями, но и конфликт социальный: протестанты богаче, а католики - беднее. Но мы собираемся, общаемся, празднуем вместе. Но, конечно, это не попадает в газетные заголовки. В газетах напишут, что кто-то подкинул куда-то бомбу, и она взорвалась, и трое человек погибли...

- А кстати, православие, православная церковь для тебя что-то значат?
- Скорее мне интересны люди, чем православие, мне интересны христиане, которые любят свою церковь. Когда я встречаюсь с ними, они рассказывают мне о своей церкви, приглашают на службу, которую я люблю. Это не вопрос сравнений: дескать, католическая церковь прекраснее, чем православная, или наоборот. Можно просто ценить другого человека. Мы все христиане, старающиеся возрасти в любви. Нам нужна церковь, нужна община, литургия, таинства. Я не знаю церковнославянского или русского, но я слышу музыку. И православная литургия открывает сердца небу. Это тайна: как через пение, службу, через таинства люди восходят на небо. Католическая месса - это скорее небо, спускающееся на землю, а на земле иногда грязно, иногда трудно. Это разные пути, и ты еще больше начинаешь ценить других людей, которые стараются по-своему расти в любви Иисуса - а это единственная важная вещь.

Но я вижу в самых разных странах множество людей, которые делают прекрасные дела. Часто это совсем нерелигиозные люди. Врачи, учителя, социальные работники, которые любят людей и помогают им возрастать в мудрости и любви, быть открытыми к другим. Так что "Ковчег" и "Вера и свет" стоят на этом: открытость к непохожим на тебя людям, в нашем случае - к умственно отсталым людям.

- Но такой диалог между разными культурами - не ведет ли он к построению глобализированного мира, где люди теряют свою материнскую культуру?
- Сегодня это распространенная тенденция: подавить чужую культуру. Но это нереалистичный путь. Происходит только то, что немногие люди становятся богаче, а многие - беднее. Я считаю, что культура важна. Например, русская культура, ваши писатели, архитектура, язык, религия. Мы укоренены в своей культуре. И мы открываем, что в мире нас окружают иные культуры.

И надо найти способ развивать свою культуру таким образом, чтобы мы оставались открытыми к другим культурам. Твоя культура может тебя закрывать, а может - открывать. И опасность глобализации сегодня - подавление твоей культуры. Американские фильмы, Кока-кола, Макдональдс и прочие вещи - все это ведет к возникновению культуры денег. Потому что есть русская культура: с православием, Достоевским, другими великими мыслителями - и есть культура денег. И американцы - я говорю "американцы" условно, но это скорее такая тенденция - навязывают культуру денег, стремление иметь еще больше денег. А больше денег - это еще больше конфликтов.

Нам надо понять, что нам нужна наша культура. Нравится нам это или нет, каждый из нас вырос в своей ситуации: в своей семье, говорящей на твоем языке. Вопрос только в том, как сделать, чтобы наша культура была открыта к другим культурам. Потому что в сегодняшнем мире коммуникации с компьютерами, телевизорами, самолетами, эмейлом - мы все на земле лучше знаем друг о друге. Вопрос в том, как любить мою культуру, как любить то место, к которому я принадлежу, оставаясь открытым к другим людям. Ибо величайшая ценность для сегодняшних людей - это мир. Величайшее несчастье - война, когда мы убиваем друг друга, мы распинаем друг друга, все крушим. Как создать культуру, которая помогает мне быть человеком и понимать других, непохожих на нас? - вот вопрос.

- Но давай вернемся к невероятно тяжелым, но меньшего масштаба проблемам с умственно отсталыми людьми. Я знаю, что у тебя огромный опыт, потому что ты посетил тысячи интернатов, психушек и всевозможных центров в сотне стран. Что бы ты предложил для России - для страны, где в ближайшем будущем не приходится ожидать, что государство будет щедро тратить деньги на умственно отсталых людей?
- Прежде всего, стоит понять, что это не только проблема государства, не проблема распределения ресурсов. Это прежде всего вопрос: как открыться навстречу непохожим на нас людям. Для меня на сегодня самый существенный вопрос: как помочь родителям ценить своих детей. Потому что когда родитель видит в своем ребенке катастрофу, наказание от Бога, человека, которого надо отдать в спецзаведение, - мы продолжаем воспроизводить это разделение. Как помочь родителю открыть красоту своего ребенка? И не только родителям, но и их друзьям, всем - помочь открыть, что умственно отсталые люди - хорошие люди. Так что я приехал сюда, в Россию, потому, что тут уже есть множество родителей, сделавших этот открытие. Мы не можем строить большие заведения для них, не можем дать достаточно денег, но можем вступить в дружбу с этими людьми. А это начинается в сердце каждого из нас.

- А какую роль в этом могут играть СМИ?
- Роль СМИ тут чрезвычайно важна. Вы можете найти, например, у Достоевского, - я говорю о романе "Идиот", в православной традиции - дураки...

- Юродивые?..
- ...Что дураки - это пророки. А не что-то демоническое, не что-то, от чего надо отвернуться. Нам надо стремиться, чтобы такое видение росло: что умственно отсталый человек - это вполне человек, что он ценен. СМИ могут передавать это видение, а могут показывать умственно отсталых людей чем-то дурным и ужасным, чем-то таким, что надо устранить еще до рождения. Или СМИ могут изображать ситуации в семьях, в общинах и т.д., чтобы показать, как эти люди прекрасны. Сейчас появляется все больше фильмов - не знаю, что вы смотрите в России?..

- Я помню фильм "Человек дождя" - про аутиста, был какой-то еще фильм про человека с синдромом Дауна...
- Фильмы, которые показывают, что это - люди, что их можно слушать, что у них есть, что дать другим. Не так, как дают великие ученые или политики. Но у них есть свои дары, свое особое место в паззле человеческой семьи...

- Меня часто бесит сентиментальность журналистов, которые пишут об инвалидах...
- Конечно, можно подавать это сентиментально, с жалостью, со слезами. Но вопрос в том, что надо помочь им стать самими собой, помочь им расти. А это не только сантименты. Умственно отсталые люди - это люди, и они могут расти и мало-помалу становиться более мирными, становиться мудрее, могут учиться любить. Как ты, я и все люди. Сентиментальность порой неплоха для начала. Но нам надо двигаться от чувств к мудрости. Мудрость позволяет понимать других, понимать умственно отсталого человека. И надо выучить его язык. Многие умственно отсталые люди не говорят. Язык тела: лицо, глаза, руки, улыбка, слезы, злость. Надо научиться понимать, что другие люди говорят, чего желают, на что надеются, от чего страдают.

- И твои безумные представления о месте умственно отсталого человека в нашем мире - они как-то связаны с Евангелием?
- О, да. Потому что в Евангелии во многих местах Иисус несомненно говорит об инвалидах. Бог избрал безумное и слабое, чтобы посрамить мудрое и сильное. Слабые люди учат нас понимать любовь. И я бы сказал, что Евангелие укрепляет нашу человечность. Потому что Евангелие не уводит нас от человечности, а учит быть человеком: быть сострадательным, понимать. Потому что суть евангельской вести: любите друг друга, как Я возлюбил вас. Это не закон, это не вопрос высшей иерархии, а это то, что учит любить. И я открыл, что церковь и Евангелие дают мне силу, чтобы любить. Так что Евангелие есть откровение о ценности умственно отсталого человека, и оно для меня важно.

- Спасибо большое.
- Spasiba.

Беседовал Михаил Завалов
Источник: jesuschrist.ru/news/2003/9/27/4936#.VQN92-F8tI4.

Жан ВАНЬЕ: цитаты

Жан ВАНЬЕ (род.1928) - педагог и общественный деятель, лауреат Темплтоновской премии 2015 года, основатель международной гуманитарной организации «Ковчег», которая оказывает помощь людям с проблемами умственного развития: Интервью | Цитаты | О Человеке | Статьи | Фотогалерея.

***
«Так лежат они, безбожно оставленные всеми, по критериям мира они - ничто, их презирают, от них бегут. Нет в них ни красоты, ни вида, Но Христос пришел к ним раньше всех остальных».

***
«…богатые и успешные не хотят видеть инвалидов, потому что не хотят знать истину о себе. Они не понимают того, что именно эти беспомощные, никому ненужные люди несут в себе истину о человеке. В каждом из нас живут боль и страх. Каждый безумен и ничтожен. И только встреча с Другим, с полнотой жертвенной, безграничной любви может открыть нам дорогу к Свету».

***
«Сейчас мне кажется, что опыт, пережитый мной, полностью изменил меня. Я говорю об опыте общения, встреч и жизни со взрослыми и детьми, которые были очень сильно ранены. Я по-настоящему открыл для себя то, что составляет сердцевину человеческих страданий, - отверженность, чувство совершенного одиночества в этом мире».

***
«Заходишь в детское отделение какой-нибудь больницы и видишь маленьких детей, которые больше не кричат. Они находятся в таком состоянии, что все держат в себе. Они знают, что им никто не ответит на их крик. Молчать им кажется безопаснее, чем кричать и не получать ответа. Любая закрытая больница, любое закрытое учреждение, где содержатся люди - ужасны. Я видел там чудовищно одиноких людей. Отверженных. Думающих, что они никому не нужны…»

***
«Каждый из нас где-то внутри чувствует себя одиноким и отверженным. Независимо от того, женаты ли мы, замужем ли, мы все равно чувствуем свою неполноту. Такова природа человека. Однако у всех нас есть и невероятная потребность в любви, в том, чтобы любить и быть любимыми. И эта потребность - основа жизни человека, его спасение…»

***
«Когда перед нами человек, страдающий депрессией, то ощущаешь себя, даже становишься убогим. Как же вести себя с таким человеком, когда ты сам убог и впадаешь в депрессию, видя чужую депрессию».

***
«Депрессия - это не постыдная болезнь, которую нужно скрывать от себя и от других… Сердечные язвы - это часть нашей жизни, и никто от них не застрахован».

О Человеке: Татьяна Горичева о Жане Ванье

Жан ВАНЬЕ (род.1928) - педагог и общественный деятель, лауреат Темплтоновской премии 2015 года, основатель международной гуманитарной организации «Ковчег», которая оказывает помощь людям с проблемами умственного развития: Интервью | Цитаты | О Человеке | Статьи | Фотогалерея.

«КОВЧЕГ» ЖАНА ВАНЬЕ

Так лежат они, безбожно оставленные всеми,
По критериям мира они - ничто,
Их презирают, от них бегут.
Нет в них ни красоты, ни вида,
Но Христос пришел к ним
Раньше всех остальных.
Жан Ванье «Войти в тайну Господа»

В 1963 году, в маленькой, нечем не примечательной деревушке Тросли-Бройль, находящейся в 100 километрах к северу от Парижа, бывший моряк и философ Жан Ванье купил для себя каменный дом. Туда он пригласил жить Рафаэля и Филиппа, двух умственно отсталых, которых извлек из психушки.

У деревенских соседей все это поначалу вызвало чувство страха и брезгливости. Во французском обществе тогда предпочитали делать вид, что во Франции нет душевнобольных и умственно-отсталых: родители тщательно скрывали детей с синдромом Дауна в темных закоулках своих домов, держали связанными в гаражах и сараях.

Жан Ванье знал, что действует по воле Божьей: «Я посещал жуткие больницы, где бегали крысы, лежали полуголые люди с бесконечно грустными лицами. Я видел залы, всегда закрытые на ключ, где тридцать и больше совершенно голых мужчин ждали неминуемой смерти» (Ж. В. « Человек – это священная история» )

Потрясенный увиденным, Ванье начал действовать, он создал движение «Ковчег», где здоровые жили вместе с больными, где совершенно особым образом открывалась тайна о человеческой немощи.

В общинах «Ковчега» здоровые люди, ассистенты, не исполняют обязанностей надсмотрщиков или санитаров. Они «на равных» живут с больными, преодолевая пропасть, которая все и более расширяется: между сильными и слабыми, могучими и беспомощными, везучими и неудачниками.

В своих книгах и выступлениях Жан Ванье обращает внимание на то, что «хотя богатые и имеют работу, дом, машину, хотя им даже завидуют, у них нет самого главного: богатые не способны к любви и к бесстрашию жизни, настоящей жизни в братской общине, где не прячут свое нормальное лицо за успехами карьеры и накоплением материальных благ».

И еще одно открытие сделал для себя Жан Ванье: богатые и успешные не хотят видеть инвалидов, потому что не хотят знать истину о себе. Они не понимают того, что именно эти беспомощные, никому ненужные люди несут в себе истину о человеке. В каждом из нас живут боль и страх. Каждый безумен и ничтожен. И только встреча с Другим, с полнотой жертвенной, безграничной любви может открыть нам дорогу к Свету.

Ванье говорит о том, каких вершин самопознания он достиг, встречаясь с тайной одинокого страдания, ужаса, крика: «Мучительный опыт Ковчега указал мне на тьму в моей душе. Я вспомнил Люсьена, его парализованное тело, не умеющее говорить, ходить, заботиться о себе. В течение 30-ти лет Люсьен жил со своей мамой, которая относилась к нему с большой нежностью и терпением. Она его понимала. Она могла угадать, что значат его жесты и крики. Она была единственным человеком, который прикасался к Люсьену в течение тридцати лет. Но однажды маму увезли в госпиталь, с госпиталь отправили и Люсьена, потому что у него никого больше не было. Люсьен ничего не понимал. Его неожиданно разлучила с той, которая его любила. Он погрузился в жуткий мрак. Он чувствовал, что его оставили и кричал от страха… Эти крики были острыми, как нож. Я не мог их слышать. Может быть, потому что они напоминали мне о тех страхах, которые я пережил, будучи ребенком? Как помочь Люсьену? Его тело судорожно напряжено. Никто не осмеливается приблизиться к нему, прикоснуться.

Я видел, что во мне пробудился не только страх, но и агрессивность, и ненависть. Я хотел бежать, но не мог, ведь я был ответственным в нашем фойе» ( Ж. В. «Человек - это священная история».)

Так страдание вызывает к жизни не только сострадание, но и открывает темные стороны собственной личности. И только постепенно, через долгое, любовное со-пребывание друг с другом лечатся раны, появляются улыбки, приходит радость. И обязательно через молитву. Молитва - в начале и в конце. Иначе духовное братство, полнота человечности редуцируются до уровня «социальной работы».

Для самопознания и самосовершенствования в «фойе» Ковчега живут не только его постоянные обитатели, но и те, кто приехал на месяц, на полгода. Я видела там совсем молодых американских студентов, ухаживающих за парализованными, слепо-глухо-немыми, умеющими найти с ними контакт. В их жестах была опытность и нежность. Меня поразило: откуда это? Совсем молодые люди, а уже так умеют любить?

Весть об опыте «Ковчега» быстро распространилась по всему миру. Множество «семейных очагов» (так называются эти общины) возникло во Франции, Германии, Индии, Северной Америке, Англии, Австралии, Польше…

В 80- х годах прошлого века я посетила Тросли-Бройль, и прочла доклад о русском христианстве в сравнительно большом зале. Не менее 400 человек (инвалидов и не совсем инвалидов) слушали мой плохой французский. И странно, было тихо и серьезно. Была полная отдача и общение с залом. Они слышали мое волнение, чувствовали, что во мне живет радость. Не было цензуры (грамматической, поверхностно логической, академической и пр.). От сердца к сердцу - непосредственно передавались восторг и благоговение. После доклада они долго не отпускали меня, они погрузили меня в праздничный и щедрый мир их любви. Они подарили мне самодельную скульптуру Божьей Матери. В моих бесконечных странствиях я смогла сохранить ее, очень не похожую на классические фигуры, но родную, бесконечно дорогую.

Капеллы в Тросли окружены особой тишиной. Каждый день здесь служится месса. И всем сердцем ощущается связь между преломлением хлеба в алтаре и распятыми в страдании человеческими душами. Кто- то из молящихся шуршит ногами, кто-то раскачивается, кто- то кричит. Но никто из наблюдающих не может сделать вывод, что здесь ведут себя недостаточно благочестиво.

В 2008 году Ковчег насчитывал уже 130 общин, рассеянных по всему свету.

По приглашению канадского посла в 1989 году Жан Ванье побывал и в России. Он выступал с докладами и проповедями. Ванье мгновенно почувствовал и полюбил русский народ, его способную к великому страданию и терпению душу. Он увидел русских юродивых и еще глубже оценил часто цитируемые им слова апостола Павла: «Бог избрал немудрое мира, чтобы посрамить мудрых, и немощное мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное» (1 Кор. 1,27).

Ванье очень любит Достоевского, написавшего роман об Идиоте и сказавшего, что именно в нем, частном человеке, раскрывается целое истины.

Русская Церковь нуждается в опыте таких западных подвижников, как мать Тереза, Лаббэ Пьер, сестра Эммануэль, Жан Ванье. Нашей Церкви долго не давали активно действовать в миру, ухаживать за самыми несчастными и убогими. Но и теперь, когда «все позволено» инвалидов редко увидишь в церкви.

Христианский Запад переживает глубокий духовный кризис, но там живут люди, которые и при жизни признаны святыми. 10 сентября 2008 года Жану Ванье исполнилось 80 лет. Он полон сил - физическую закалку он получил еще во время службы на флоте. Он весь в служении. Путешествует, проповедует. Хотел бы больше молиться, но, как никогда, каждый его день заполнен до верху заботой о других.

Источник: МИЛОСЕДИЕ.RU Православный портал о благотворительности и социальной деятельности 

Жан ВАНЬЕ: статьи

Жан ВАНЬЕ (род.1928) - педагог и общественный деятель, лауреат Темплтоновской премии 2015 года, основатель международной гуманитарной организации «Ковчег», которая оказывает помощь людям с проблемами умственного развития: Интервью | Цитаты | О Человеке | Статьи | Фотогалерея.

«ОБЩИНА – МЕСТО ПРОЩЕНИЯ И ПРАЗДНИКА»

О книге

Книга Жана Ванье, человека подвижнической жизни, «Община - место прощения и праздника». Ванье - основатель движения «Ковчег», организующего общины по всему миру для людей с заболеваниями нервной системы. Эта книга совсем не «академическая»: Ванье делится в ней опытом той радости и жертвенной любви, обретенного им в общинах «Ковчега». Тем самым это есть подлинное богословие, как его понимали Отцы - выражение опыта, жизни во Христе. Ванье исходит из того, что время «природных» общностей (семьи, сельских общин и т. д.) кончилось, современные люди погружены в одиночество, оторваны друг от друга и от Бога... Название его книги - это и прекрасное определение Церкви, ведь Христос основал Общину в которой люди обретают прощение и возвращаются к Отцу: только так возможно истинное общение людей, подлинная радость. «Община - место прощения и праздника» - это книга не только о помощи умственно отсталым людям, но и об опыте, помогающем осмыслить человеческое существование как таковое, об опыте, бесценном для строительства подлинной церковной жизни. «Мы соединили воедино два полюса общинной жизни: цель, привлекающая и объединяющая, центр интересов, «почему» этой совместной жизни и дружбу, связывающую людей между собой, чувство принадлежности к группе, солидарность, межличностные отношения. [...] я положил начало общине «Ковчег» в 1964 г., желая жить по Евангелию и лучше следовать за Иисусом Христом. Каждый день давал мне понять, прежде всего то, что христианская жизнь должна возрастать в вовлеченности в жизнь общины и то, что общинная жизнь нуждается в вере, в любви Иисуса Христа, в присутствии Святого Духа, если она хочет иметь возможность углубляться. Все то, что я говорю об общинной жизни на этих страницах, вдохновлено моей верой в Иисуса. [...] Эти страницы полагают своей целью дать ясное понимание необходимых предпосылок общинной жизни. Они написаны не в качестве тезиса или трактата об общинной жизни, но в форме flashes. Они представляют собой следы размышления, которые я открыл не в книгах, но в ежедневном опыте, через свои ошибки, посредством своих неудач, своих прегрешений, благодаря вдохновению Бога и помощи моих братьев и сестер, благодаря моментам единства между нами, а также состояний напряжённости и страданий. Общинная жизнь - удивительное приключение. Я надеюсь, что многие люди смогут пережить это приключение, которое в конечном счете представляет собой приключение внутреннего освобождения: свободу любить и быть любимыми», - пишет Жан Ванье.

ГЛАВА I.ОДНО СЕРДЦЕ, ОДНА ДУША, ОДИН ДУХ

B нашу эпоху, когда города обезличены и обезличиваются, многие бросаются на поиски общины, прежде всего, когда чувствуют себя одинокими, усталыми, слабыми и исполненными грусти. Для кого–то состояние одиночества невыносимо; оно начало смерти. Община предстаёт тогда удивительным местом, где тебя примут и разделят с тобой свою жизнь.

Но с другой точки зрения община представляет собой ужасное место. Это место, в котором нам открываются наши пределы и наши эгоистические устремления. Когда я начинаю постоянно жить с другими людьми, то обнаруживаю свою убогость и свои слабости, свою неспособность найти со многими общий язык, свои комплексы, свою эмоциональность или нарушенную сексуальность, свои кажущиеся ненасытными желания, свою неудовлетворённость, ревнивость, свою ненависть или волю к разрушению. До тех пор пока я пребывал в одиночестве, я мог верить в то, что люблю всех; теперь, пребывая в общении с другими, я отдаю себе отчёт в том, что неспособен любить, в том, что я отвергаю жизнь с другими. А если я неспособен любить, то что хорошего остаётся во мне? Я пребываю во мраке, в отчаянии, в тревоге. Любовь становится иллюзией. Я обречён на одиночество и смерть.

В общинной жизни очень мучительно перед моими глазами предстают мои же пределы, слабости и духовная скудость моего бытия; часто очень неожиданно в моих глазах всплывают монстры, сокрытые во мне. Такое откровение очень тяжело принять. Часто пытаются отогнать этих монстров или заново упрятать их, посчитать, что их не существует вообще; или же избегают общинной жизни и отношений с другими людьми; или обвиняют сами себя и своих монстров.

Но если человек признаёт существование этих монстров, нужно не мешать им уйти и научиться укрощать их. Это будет означать возрастание на пути к освобождению.

Если нас приняли с нашими слабостями, а также с нашими способностями, община постепенно становится местом освобождения; когда мы обнаруживаем, что нас приняли и что мы любимы другими, тогда мы сами принимаем себя и больше любим себя. Община становится тогда местом, где можно быть самим собой - без страха и принуждения. Таким образом, благодаря взаимному доверию членов общинная жизнь углубляется.

Именно тогда это ужасное место становится местом жизни и личного возрастания. Нет ничего более прекрасного, чем община, в которой начинаешь любить себя по настоящему и доверять другим

Как хорошо и как приятно жить братьям вместе!

Это - как драгоценный елей, стекающий на бороду Аарона (Пс. 132: 1–2).

Я никогда хорошо не понимал эту ссылку на бороду Аарона, может быть потому, что никогда не носил бороды. Но если масло, текущее по бороде, даёт такое поразительное ощущение, какое даёт жизнь в общине, это, должно быть, удивительная вещь!

Жизнь в общине - это опыт, в котором открывается глубокая рана собственного бытия и в котором мы учимся принимать её. Тогда мы начать заново рождаться. Да, мы рождаемся, признав эту рану.

1. Чувство принадлежности

Когда я вижу африканских деревушек, то отдаю себе отчёт в том, что благодаря своим обрядам и традициям они глубоко живут общинной жизнью. Каждый чувствует, что он принадлежит другим: тот, кто родом из того же племени и из той же деревни, на самом деле является братом. Я вспоминаю, когда Монсиньёр Агре, епископ Мана, встретил таможенника в аэропорту Абидьяна, они обнялись как братья, потому что родом были из одной деревни. Некоторым образом они принадлежали друг другу. Африканцам не нужно говорить об общине, они интенсивно живут ей.

Мне говорили, что австралийские аборигены не покупают себе никаких материальных благ, кроме автомобилей, позволяющих им навещать собратьев. Единственно значимой для них вещью являются эти связи братства, которые питают их. Существует и обращает на себя внимание такое единство между ними, что они узнают, когда кто-то умер; они чувствуют это своими внутренностями.

В своей книге «Отверженные» Рене Ленуар говорит об индейцах Канады: если группе детей обещают награду за то, что кто-то первым ответит на какой-то вопрос, то они подсаживаются друг к другу и начинают вместе искать ответ, а затем, придя к некоторому соглашению, выкрикивают его в один голос. Для них было бы невыносимым признать, что из них кто-то один выигрывает, а большинство проигрывает: тот, кто победил бы, отделился бы от остальных своих друзей. Он получит награду, но лишится солидарности с другими.

Наша западная цивилизация представляет собой конкурентное общество. Ещё со школы ребёнок учится «побеждать» его родители счастливы, когда он - первый в классе. Таким образом, материальный индивидуалистический рост и желание до предела повысить свой престиж взяли верх над чувством общинности, состраданием и собственно общиной. Речь сейчас ведут о том, чтобы жить более-менее уединённо в своём домике, ревниво оберегая свои блага и пытаясь приобрести ещё и другие, прикрепив к двери вывеску: «злая собака». Именно потому, что Запад потерял чувство принадлежности к единой общине, то здесь, то там возникают небольшие группы, которые пытаются найти затерявшихся.

Мы должны многому научиться у африканцев и у индейцев. Они помнят, что сущность общины заключается в чувстве принадлежности. Конечно, случается, что чувство принадлежности к своей собственной общине мешает их искренней и объективной оценке других общин. Тогда между племенами начинается война. Иногда общинная жизнь африканцев тоже основывается на страхе. Группа, племя сообщают человеку жизнь и чувство солидарности, защищают и придают уверенность, но не освобождают реально. Если кто-то уходит из общины, то остаётся один на один со своими собственными страхами, своим ранами, он оказывается перед лицом враждебных ему сил, злых духов и смертью. Эти страхи группируются вокруг обрядов или фетишей, способных придать общине сплочённость. Настоящая же община освобождает.

Мне нравится следующий отрывок из Писания

Я скажу ему «ты - Мой народ ",
а он скажет Мне: «Он - мой Бог " (Осия 2: 23).

Я всегда помню Джесси Джексона, ученика Мартина Лютера Кинга, сказавшего на одной ассамблее многих тысяч негров: «Народ мой унижен». Мать Тереза говорила: «Народ мой голоден».

Мой народ - моя община, маленькая община людей, живущих вместе, но также и более крупная община вокруг этой маленькой, в которой эта маленькая пребывает. Это те люди, которые записаны в моей плоти, как и я записан в их плоти. Далеко ли они будут или близко, мои брат и сестра всегда останутся в моём сердце. Я ношу их, а они носят меня. Когда мы встречаемся, мы узнаём друг друга. Мы сотворены один для другого, сотворены на одной и той же земле, являемся членами одного и того же тела. Термин «мой народ» не означает, что я каким-то образом вознесён над ними, что я - их пастырь и поставлен блюсти его. Это означает, что они принадлежат мне, как и я принадлежу им. Мы все солидарны. То, что имеет отношение к ним, касается и меня. Термин «мой народ» не означает, что существуют другие, которых я отвергаю. Нет, «мой народ» - это моя община, состоящая из тех, кто знает меня и носит меня в сердце. Он может и должен быть трамплином к принадлежности к целому человечеству. Я не могу быть братом всей вселенной, если раньше я не люблю «мой народ» а начиная с него и все другие народы.

Чем более я лично продвигаюсь по пути обретения внутреннего единства, тем более это чувство принадлежности возрастает и становится всё более глубоким. И не только чувство принадлежности к конкретной общине, но и ко всей вселенной, ко всей земле, к воздуху, к воде, ко всем живым существам, ко всему человечеству. Если община сообщает личности чувство принадлежности, она помогает ей принять также собственное одиночество при личной встрече с Богом. В этом тоже община открыта вселенной и всем людям.

2. Стремиться к достижению целей общины

У общины должен быть какой-то проект. Если люди решают жить вместе, не определяя своих целей и не понимая смысла своей совместной жизни, то очень скоро община столкнётся со многими конфликтами, которые приведут к её краху. Состояния напряжённости в общине часто берут начало в том, что люди ожидают совершенно разного и не выражают на словах своих ожиданий. Очень скоро обнаруживается, что то, чего люди желают, совершенного несводимо к общему знаменателю. Я думаю, что в браке происходит то же самое. Речь не должна вестись только о том, что люди хотят жить вместе. Если они хотят, чтобы эта совместная жизнь продолжалась долго, им нужно знать, что они хотят делать вместе, и что они хотят быть вместе.

Это означает, что у любой общины должен быть план или проект жизни, который ясным образом определял бы, почему они хотят жить вместе и чего они ждут друг от друга. Это означает также и то, что прежде своего основания община должна пройти более-менее продолжительный путь подготовки этой совместной жизни и прояснения своих целей.

Бруно Беттельхайм говорит в книге Место, в котором мы можем заново родиться [6] «Я убеждён, что общинная жизнь может дать плоды только при том условии, что она создаётся в виду некоторой конкретной цели, находящейся вне этой общины. Она становится возможной только как следствие глубокой самоотдачи по отношению к другой реальности, пребывающей за рамками того, что представляет собой эта община».

Чем более община обретает своё подлинное лицо и возрастает по мере поиска собственного «Я», тем более её члены, призванные преодолеть самих себя, стремятся к объединению. И напротив, чем более община обесцвечивает свои учредительные цели, тем более единство её членов рискует рассыпаться и тем более возрастает риск прийти к напряжённости. Члены общины больше не говорят о том, как лучше ответить на призыв Бога и бедных, но о себе самих, о своих проблемах, своём обустройстве, своих богатстве и бедности и так далее. Существует тесная связь между двумя полюсами общины: её целью и единством её членов.

Община становится на самом деле единой и сильной духом только тогда, когда все её члены испытывают желание откликнуться на зов о помощи. В мире живёт очень много людей без надежды; мир исполнен криками о помощи, остающимися без ответа, наполнен множеством людей, умирающих в одиночестве. И именно тогда, когда члены общины отдают себе отчёт в том, что они пришли сюда ни ради себя самих, ни ради собственного маленького освящения, но ради того, чтобы принять дар Божий, и для того, чтобы Бог оросил их очерствевшие сердца, они полностью погружаются в жизнь общины. Община должна быть светом миру духовного мрака, источником в Церкви и для людей. У нас нет права быть вялыми.

3. От «общины для меня» к «я для общины»

Община является таковой только тогда, когда большинство её членов совершают переход от «общины для меня» к «я для общины», то есть когда сердце каждого открывается любому другому члену общины, не исключая никого. Это переход от эгоизма к любви, от смерти к Воскресению: это Пасха, переход к Господу, но также исход из земли рабства в землю обетованную, то есть в землю внутреннего освобождения.

Община — это не просто пребывание в одном и том же месте; в последнем случае она оказалась бы лишь казармой или гостиницей. Это не рабочая бригада и ещё менее она является гнездом ядовитых змей! Это то место, где каждый, или скорее большинство (ведь нужно быть реалистами!) выходит из мрака эгоцентризма к свету подлинной любви.

Не уступайте ни духу разделенья, ни тщеславию ни
пяди земли своего сердца, но каждый из кротости да
почитает другого превосходящим себя;
да не ищет никто собственных интересов,
но пусть каждый с большей охотой думает о благе другого
(Фил. 2, 3-4).

Любовь не является ни сентиментальным порывом, ни мимолётным импульсом чувственности. Она - внимание к другому, мало помалу становящееся вовлечённостью в его судьбу, признанием связи, взаимной принадлежности. Любить - значит слушать другого, ставить себя на его место, понимать его, интересоваться им. Любить - значит отвечать на его зов и на его самые глубокие потребности. Это значит сопереживать ему, страдать вместе с ним, плакать, когда плачет он, радоваться, когда радуется он. Любить - значит также быть счастливыми, когда он рядом, грустными, когда его нет; это значит взаимопроникать друг в друга, обретая прибежище друг в друге. «Любовь представляет собой силу объединяющую», - говорит Дионисий Ареопагит.

Если любовь означает стремление друг к другу, то вместе с тем и прежде всего она означает стремление обоих к одним и тем же реальностям; это означает возлагать надежду и желать одних и тех же вещей, разделять одно и то же видение вещей и один и тот же идеал. И вместе с тем любовь - это желание того, чтобы другой полностью обрёл свою судьбу на путях Божиих и в служении другим; любить - значит желать, чтобы он был верен своему призыву, был свободным от любви к себе самому каким бы то ни было образом.

Итак, у нас здесь представлено два полюса любви: чувство принадлежности одних к другим, а также желание, чтобы другой приносил всё новые дары Богу и другим, чтобы в нём всё более просвечивала любовь к Богу и Бога к людям, чтобы он всё более углублялся в истине и мире.

Любовь долготерпелива, милосердна, независтлива;
любовь не гордится, не превозносится;
не делает ничего непристойного, не ищет собственных интересов,
не раздражается, не держит обиды за причинённое зло,
но в истине полагает радость свою,
всё извиняет, во всё верит,
на всё надеется, всё переносит (1 Кор. 13: 4-7).

Поскольку сердце совершает шаг от эгоизма к любви, от «общины для себя» к «я для общины», к общине для Бога и для пребывающих в нужде, нужно потратить время и много раз очистить своё сердце, постоянно умирать для своего эгоизма и непрестанно воскресать для своей любви. Для того чтобы любить, нужно непрерывно умирать для собственных идей, для собственных обид, для собственного удобства. Жизнь в любви соткана из жертв. В нашем бессознательном глубоки корни эгоизма; именно они часто проводят к реакции самозащиты, агрессивности, поисков личного удовольствия.

Любовь - это не только добровольный акт, включающий в себя терпение, позволяющее контролировать и преодолевать собственную чувствительность (это только начало), но это очищенные чувствительность и сердце, бескорыстно устремляющиеся к другому. Эти глубинные акты очищения возможны только благодаря дару Бога, благодати, изливающейся из самой глубины нас самих, оттуда, где восседает Дух.

Я вырежу из тела вашего сердце каменное, и дам вам сердце из плоти, и вдохну в вас дух Мой (Эзек. 36, 26).

Иисус обещал нам, что пошлёт Святого Духа, Утешителя, чтобы сообщить нам новую энергию, силу, способность сердца, которые сделают так, что мы на самом деле сможем принять другого - даже врага - таким, каков он есть: претерпеть всё, во всё поверить, на всё надеяться. Научение любви требует всей жизни, поскольку нужно, чтобы Святой Дух проник во все потаённые уголки нашего бытия, во все те уголки, в которых присутствует страх, трепет, самозащита , ревность.

Община начинает формироваться только тогда, когда каждый прикладывает усилие, чтобы принять и возлюбить каждого таким, каков он есть.

Принимайте друг друга, как и Христос принял вас
(Рим 15:7).

4. Симпатии и антипатии

Великой опасностью для общины оказывается деление людей на «друзей» и «недругов». Очень быстро люди, похожие друг на друга, объединяются. Человеку доставляет большое удовольствие находиться рядом с тем, кто ему нравится, кто дорожит теми же идеями, таким же образом воспринимает жизнь, обладает таким же чувством юмора. Такие люди подкармливают друг друга; льстят друг другу: «ты удивительный человек», «ты тоже», «мы удивительны, потому что оба хитры, умны». Человеческая дружба может очень быстро превратиться в клуб льстецов, в котором люди могут зациклиться друг на друге; они льстят друг другу, и каждый заставляет другого считать себя умным. Тогда дружба больше не придаёт сил, чтобы двигаться вперёд, лучше служить нашим братьям и сёстрам, быть более верными тому дару, который был дан нам, быть более внимательными к Духу и продолжать странствие через пустыню к обетованной земле освобождения. Дружба становится удушающей и превращается в препятствие, преграждающее путь к другим, не дающее заметить их потребности. С ходом времени узы дружбы превращаются в возбуждающую эмоции зависимость, одну из форм рабства.

В общине также могут иметь место и «антипатии». Всегда найдутся люди, с которыми я не могу найти общего языка, которые воздвигают непреодолимую преграду движению моих сил, взгляды которых противоречат моим установкам и удушают порывы моей жизни и моей свободы. Кажется, что их присутствие таит для меня какую-то угрозу; оно вызывает во мне неприязнь или одну из форм раболепной отстранённости. В их присутствии я неспособен выражать себя и жить. Другие же порождают во мне чувство зависти и ревности: в своём лице они являют всё то, чем я хотел бы быть, а их присутствие напоминает мне о том, что я не являюсь этим. Их духовные силы и ум отсылают меня к моей собственной убогости. Третьи же от меня слишком многого требуют. Я не могу ответить на их постоянные, полные чувств просьбы. Я обязан отвергнуть их. Эти люди являются моими «недругами»; они подвергают меня опасности; и даже если я не признаюсь себе в этом, я ненавижу их. Конечно, эта ненависть только психологическая, ещё не нравственная, то есть не желаемая. Но всё же я предпочёл бы, чтобы этих людей вовсе не существовало! Их исчезновение, их смерть предстала бы перед моими глазами как освобождение.

И естественно, что в общине соседствуют как разные формы обоюдного приятия, так и их психологическая несовместимость. Это происходит из-за незрелости чувственной жизни и от тех ещё детских качеств, которые нам неподконтрольны. Но речь не идёт о том, чтобы отвергнуть их.

Если мы позволяем нашим эмоциям руководить собой, то они, конечно, превращаются в опасную силу в сердце общины. Тогда общины больше не будет; она превратиться всего лишь в группы людей, более-менее замкнутые в себе самих и отвернувшиеся от других групп. Когда входишь в некоторые общины, то сразу же чувствуешь напряжённость и скрытую войну. Люди не смотрят друг другу в лицо. Когда они пересекаются в коридорах, то походят на корабли в ночном море. Община является общиной только в том случае, если большинство членов сознательно решило разорвать эти барьеры и выйти из пелёнок так называемых «дружеских уз», чтобы протянуть руку «врагу».

Но это долгий путь. Община не создаётся за один день. На самом деле, она никогда не создаётся вполне! Она постоянно возрастает во всё более великой любви или же рассыпается.

Враг нагнетает на меня страх. Я неспособен слышать его крик о помощи, отвечать на его потребности: его агрессивная и повелевающая позиция душит меня. Я бегу от него и хотел бы, чтобы он исчез.

В действительности же, он даёт мне понять мою слабость, незрелость, скудость моего внутреннего содержания. И, может быть, это именно то, что я не хочу замечать. Недостатки, которые я осуждаю в других, часто являются моими собственными недостатками, в лицо которых я не хочу смотреть. Люди, осуждающие других и общину, ищущие идеальную общину, часто бегут от своих собственных недостатков и слабостей. Они отрицают своё чувство неудовлетворённости, свои раны.

Весть Иисуса вполне ясна:
Я говорю вам: любите врагов ваших, совершайте добро ненавидящим вас,
благословляйте злословящих вас, молитесь за обижающих вас.
Тому, кто ударит тебя в одну щёку, подставь и другую.

Если вы любите только тех, кто вас любит, как сможет Бог быть довольным вами? Потому что и грешники любят тех, кто их любит (Луки 6, 27-29а; 32).

«Ненастоящий друг» тот, в котором я вижу только такие качества, «которые я хочу полагать своими собственными». Он даёт выход моим жизненным сокам, вызывает у меня довольство. Он открывает мне себя самого и оживляет меня. Именно поэтому я люблю его.

«Враг», напротив, вызывает у меня эмоции, в лицо которым я не хочу смотреть: агрессивность, ревность, страх, ложная зависимость, ненависть, весь тот мир духовного мрака, который существует во мне.

До тех пор, пока я не пойму, что представляю собой смесь света и мрака, положительных качеств и изъянов, любви и ненависти, альтруизма и эгоцентризма, зрелости и незрелости, я буду продолжать делить мир на «врагов» «плохих») и «друзей» («хороших»); я буду продолжать воздвигать барьеры внутри и вне себя, предаваться предубеждениям.

Когда я признаю свои слабости и недостатки и вместе с тем понимаю, что могу идти к внутренней свободе и к подлинной любви, тогда я смогу признать недостатки и слабости в других; и они тоже могут идти к свободе в любви. Все мы люди смертные и хрупкие, но у нас есть надежда, потому что мы можем расти.

5. Прощение в сердце общины

Но возможно ли нам принять себя самих в своей духовной скудости, со своими слабостями, даже грехами и страхами, если Бог не дарует нам откровение о том, что Он нас любит? Когда мы обнаруживаем, что Бог послал Своего единственного и возлюбленного Сына не для того, чтобы судить и проклинать нас, но для того, чтобы исцелить, спасти нас и повести по пути любви, когда мы обнаруживаем, что Он пришёл простить нас, потому что любит нас в глубине нашего бытия, тогда мы можем принять самих себя. Он даёт нам надежду. Мы всегда были заперты в темнице собственного эгоизма и духовного мрака. Теперь перед нами открывается возможность любить. Таким образом, мы можем принять других и простить их.

До тех пор пока я вижу в другом только те качества, которые считаю своими, у меня нет возможности расти. Отношения остаются статичными и рано или поздно разрушаются. Отношения между людьми являются подлинными и постоянными только тогда, когда они основаны на признании слабостей, прощения и надежды на личный рост.

Если вершина общинной жизни заключается в служении Богу, то её сердце - это прощение.

Община - место прощения. Несмотря на всё доверие, которое мы можем питать друг к другу, всегда находятся слова, которые ранят, подходы, которые возмущают, ситуации, в которых появляются обиды. Именно поэтому совместная жизнь включает в себя некий крест, постоянное усилие и признание того, что каждый день мы должны взаимно прощать друг друга. Святой Павел говорит:

Вы, избранные Богом, святые и возлюбленные, облекитесь в чувства нежного сострадания, благоволения, кротости, сладости, долготерпения;

снисходите друг к другу и прощайте друг друга, если кто имеет что–либо против другого; Господь простил вас, вы также делайте то же самое.
И во всём да будет любовь - узы всякого совершенства.
Да воцарится мир Христа в сердцах ваших: это призыв объединил вас в единое тело. Наконец, живите в благодати!
(Кол. 3, 12-15).

Очень многие люди живут в общине, чтобы найти что-либо, чтобы принадлежать динамичной группе, чтобы жить такой жизнью, которая близка идеалу.

Если входишь в общину, не зная, что входишь туда для того, чтобы найти тайну прощения, то скоро будешь разочарован в ней.

6. Будь терпелив

Мы не являемся хозяевами наших чувств, наших привязанностей и неприязней, ибо они исходят из тех глубин нашего бытия, что лишь отчасти подвластны нам. Всё, что мы можем сделать, так это приложить некоторое усилие, пытаясь не поддаваться тем побуждениям, которые могут воздвигнуть барьеры внутри общины. Нам следует надеяться на то, что Святой Дух придёт простить, очистить нас и срезать искривлённые ветви с дерева нашего бытия. Наши чувства с самого детства были исполнены разного рода страхами и эгоистическими побуждениями, впрочем, нас также не обошла стороной ни любовь Бога, ни Его благодатные дары. Наши чувства представляют собой смешение мрака и света. Ситуация не может быть исправлена за один день. Это потребует совершения многих тысяч актов очищения и прощения, ежедневных усилий и, прежде всего, дара Святого Духа, который обновляет нас изнутри.

Постепенная трансформация нашей чувственности таким образом, чтобы мы смогли возлюбить врага, потребует много времени. Нам нужно быть терпеливыми по отношению к своим чувствам, своим страхам, быть милосердными по отношению к себе самим. Чтобы сделать шаг к тому, чтобы принять другого и проникнуться любовью к нему, ко всем другим людям, нужно просто начать с признания наших комплексов, нашей ревнивости, с нашего способа самооценки, с наших предубеждений и ненависти - более или менее сознательной, с признания того, что мы убоги, что мы таковы, каковы уж мы есть. Нужно просить прощения у Отца. А затем было бы хорошо поговорить об этом со священником или с человеком Божиим, который, может быть, сможет помочь нам понять то, что происходит, утвердить нас в наших усилиях к исправлению и поможет нам открыть прощение Божие.

Как только мы признаём, что ветка нашего духа искривилась, что нами овладело чувство неприязни, речь должна идти о том, чтобы сконцентрировать свои усилия на языке, не давая ему возможности делать то, что он хочет, потому что он сеет плевелы, любит осуждать других за их ошибки и прегрешения и сильно радуется, обнаруживая, что они ошиблись. Язык - один из самых маленьких органов, но может сеять смерть. Ради того, чтобы скрыть свои собственные недостатки, мы так быстро склоняемся к преувеличению недостатков других! «Они» ошиблись. Когда признаёшь собственные недостатки, легче признать недостатки других.

В то же самое время нужно честно попытаться разглядеть во «враге» и его хорошие стороны. Ведь хотя бы одна такая у него есть! Но поскольку я боюсь его, возможно, что и он боится меня. Если я чувствую неприязнь к нему, то и он тоже её чувствует. Трудно двум людям, испытывающим друг перед другом страх, взаимно обнаружить друг в друге хорошие стороны. Нужен посредник, примиритель, миротворец, человек, которому я доверяю, и который, я это знаю, находится в добрых отношениях. Если я открываю свои проблемы этому третьему человеку, может быть, он сможет помочь мне увидеть хорошие стороны «врага» или, по крайней мере, уяснить суть моей собственной позиции и мои комплексы. А затем, разглядев в нём хорошие стороны, однажды я смогу использовать свой язык для того, чтобы сказать о нём что-то хорошее. До этого момента, а тем более до окончательного примирения, пройдёт очень много времени, когда, наконец-то, я попрошу у старого врага совета или услуги. Тот факт, что человек просит у старого врага каких бы то ни было совета и помощи свидетельствует о чём-то большем, чем о желании помочь ему или сделать для него что-то хорошее.

В течение всего этого времени Святой Дух может помогать нам молиться за «врага», чтобы он тоже, как того хочет Бог, возрастал до тех пор, пока однажды не свершится окончательное примирение.

Святой Дух придёт освободить меня от этой неприязни или может быть не будет препятствовать мне идти с этой занозой в теле, которая смиряет меня и обязывает прилагать каждый день всё новые усилия. Речь не идёт о том, чтобы беспокоиться по поводу своих недобрых побуждений и ещё менее о том, чтобы чувствовать себя виноватыми. Речь идёт о том, чтобы подобно детям просить у Бога прощения и продолжать путь. Если он долог, нам не следует терять мужества. Одной из задач общинной жизни справедливо является та, чтобы помогать нам продолжать наш путь с надеждой, признавать себя такими, какими мы являемся, и других в их самобытности.

Терпение, как и прощение, находится в сердце общинной жизни: терпение к себе самим и к законам нашего собственного становления, терпение к другим. Надежда в общине основана на признании и любви к реальности нашего бытия и бытия других, на терпении и доверии, столь необходимых для роста.

7. Взаимное доверие

В сердце общины пребывает взаимное доверие одних к другим, рождённое ежедневным прощением и признанием наших слабостей и нашей бедности. Но это доверие не рождается за один день. Именно поэтому нужно время, чтобы создать настоящую общину. Когда кто-то входит в общину, он всегда ведёт себя по определённому правилу, потому что хочет соответствовать тому, что другие от него ждут. Мало помалу он обнаруживает, что любят его таким, каков он на самом деле, и что они доверяют ему. Но доверие - это что-то, что следует испытать, и что всегда должно возрастать.

Женатые молодые люди, может быть, очень сильно любят друг друга, но эта любовь содержит иногда элемент поверхностности и возбуждённости, связанный с открытием, которое мы только что сделали. Несомненно, наиболее глубокая любовь присуща отношениям уже пожилых супругов, которые прошли вместе через многие испытания и знают, что другой будет верен до гробовой доски. Они знают, что ничто не может разорвать их единства.

То же самое происходит в наших общинах: часто именно после страданий, очень больших трудностей, состояний напряжённости испытываешь уверенность в том, что доверие к тебе возросло. Община, исполненная взаимного доверия, - нерушимая община.

Итак, община - это не просто группа людей, которые вместе живут и любят друг друга; но это единый поток жизни, одно сердце, одна душа, один дух. Это люди, которые очень сильно и взаимно любят друг друга и которые вместе устремлены к единой цели. Это особая атмосфера радости и взаимопонимания, которая характеризует настоящую общину.

Итак, если есть какое утешение во Христе, если есть какая отрада любви, если есть какое общение духа, если есть какое сострадание и милосердие, доведите мою радость до полноты так, чтобы мыслить вам одно и то же, имея одну и ту же любовь, будучи единодушны и единомысленны (Фил. 2: 1-2).

Множество же верующих пребывало с единым сердцем и единою душою. И никто ничего из имения своего не называл собственным, но было у них всё общее
(Деяния 4: 32).

Эта атмосфера радости исходит из того факта, что каждый чувствует себя свободным быть самим собой в подлинной глубине своей самобытности. Ему не нужно вести себя по определённым правилам, претендовать на то, что он лучше всех, пытаться показать себя героем и всё ради того, чтобы его любили. Он понимает, что его любят таким, каков он есть, а не за его умственные или физические способности.

Когда кто–то начинает сметать со своего пути препятствия и страхи, которые мешали ему быть самим собой, тогда он упрощает себе жизнь. Простота заключается именно в том, чтобы быть самими собой, зная, что другие любят нас такими, какими мы на самом деле являемся. Тогда мы понимаем, что нас приняли с теми качествами, какие у нас есть, с нашими недостатками, во всей полноте нашего бытия.

Я всё лучше понимаю, что великой трудностью для многих из нас, живущих в общине, является недостаток доверия к самим себе. Нам кажется, что нас не любят в полноте нашей самобытности и что если бы другие увидели нас такими, какими мы на самом деле являемся, то они отвергли бы нас. Мы боимся всего тёмного в себе, трудностей житейско-чувственного и сексуального плана. Мы боимся, что неспособны на настоящую любовь. Мы так быстро переходим из состояния повышенной эмоциональности к депрессии, но ни одно, ни другое состояние не являются выражением того, чем мы на самом деле являемся. Как нам убедиться, что нас любят во всей нашей скудости, в наших слабостях, и что мы тоже способны любить?

В этом заключается секрет нашего личного роста в общине. Не исходит ли это из дара Божьего, который может быть приходит через других? Когда постепенно мы обнаруживаем, что Бог и другие доверяют нам, нам легче доверять самим себе, и наше доверие к другим тоже может расти.

Жить в общине - значит открывать и любить секрет своей собственной личности в её неподражаемой индивидуальности. Именно таким образом мы освобождаемся. Тогда мы больше не живём в соответствии с желаниями других или по каким–то правилам, но по глубокому призыву, обращённому к нашей личности, - тогда мы становимся свободными и способными понять самобытность другого.

8. Право быть самими собой

Я всегда хотел написать книгу под названием «Право быть плохими». Может быть, правильнее было бы сказать: «Право быть самими собой». Одной из самых больших трудностей общинной жизни является то, что некоторые люди часто вынуждены быть кем-то отличным от того, кем они на самом деле являются. На них натягивают какой-то идеал, в соответствие с которым они должны привести себя. Им кажется, что если они не приведут себя в соответствие с ним, их не будут любить или, по крайней мере, в них разочаруются. Если они достигают его, то считают себя совершенными. В общине нет речи о совершенных людях. Община состоит из людей, связанных между собою; каждый представляет собой смешение хорошего и плохого, мрака и света, любви и ненависти. Община это только место, где каждый может возрастать, не испытывая никакого страха, на пути к высвобождению того многообразия любви, которое сокрыто в нём. Но возрастать можно только в том случае, если признаёшь, что возможность такого продвижения, роста существует и, следовательно, что в нас ещё присутствуют те элементы, которые должны пройти очищение: тот мрак, который должен быть преображён в свет, те страхи, которые ещё превратятся в доверие.

Часто в жизни общины мы очень многого ждём от людей и мешаем им признать и принять себя такими, каковыми они на самом деле являются. Этих людей очень скоро судят, быстро относят к какой-то категории. Тогда они вынуждены спрятаться под маской. Но у них есть право быть плохими, держать в себе кучу недостатков, а в иссохших уголках сердца скрывать ревность и даже ненависть! Эти ревность, неуверенность естественны; они не «позорные болезни». Они присущи нашей израненной природе. Такова наша реальность. Нужно научиться принимать их, жить с ними, не соблазняясь их существованием и, мало помалу, понимать, что нас простили, и идти вперёд, к освобождению.

Я вижу, как в общине некоторые люди живут чем-то вроде бессознательного ощущения вины; они думают, что не являются тем, чем им подобало бы быть. Мы должны подтверждать им своё доверие и вселять в них мужество. Они должны чувствовать, что, даже разделяя с нами свои слабости, они не будут нами отвергнуты.

В каждом из нас уже присутствует светлая, обращённая часть, однако, есть ещё и тёмная. Но община не создаётся только из обращённых. Она состоит из всех тех элементов, которые должны преобразиться в нас, очиститься, из тех ветвей, которые следует подрезать. Она создана также из «не обращённых».

В общине живёт много психологически израненных людей, носящих в себе множество комплексов и глубоких неврозов. Ужасно натерпевшиеся в своём детстве, они должны были воздвигнуть, по причине своей ранимости, непреодолимые преграды к общению с окружающими.

Речь не всегда идёт о том, что их нужно отвести к психиатру или заставить пройти курс психотерапии. Многие люди призваны пройти всю свою жизнь с этими комплексами и преградами. Но они тоже сыны Божии, и Бог может действовать и через них, с ними и использовать их неврозы на благо общины. Они тоже должны упражнять свой дар. Не будем подводить слишком много вещей под психиатрическое лечение, но через ежедневное прощение будем взаимно помогать друг другу принимать эти неврозы, эти преграды.

Это лучший способ, чтобы заставить их уйти.

9. Вместе призванные такими, какими являемся

Кажется, Бог любит собирать вместе, в одной общине, людей, с человеческой точки зрения совершенно несовместимых, принадлежащих совершенно различным культурам, слоям общества и странам. Самые прекрасные общины справедливо происходят из этого великого многообразия людей и темпераментов. Этот факт обязывает каждого преодолеть свои симпатии и антипатии, чтобы любить другого в полноте его своеобразия.

Эти люди, возможно, никогда не выбирали жизнь с другими. По-человечески, это кажется невозможным вызовом, но именно потому, что это невозможно, мы приобретаем внутреннюю уверенность в том, что это Бог избрал их для жизни в общине. Тогда невозможное становится возможным. Они больше не опираются на свои собственные человеческие способности или свои предпочтения, но на Отца, призвавшего их к совместной жизни. Он постепенно дарует им новое сердце и новый дух, чтобы они стали свидетелями любви. И на самом деле, чем более что-то кажется невозможным с человеческой точки зрения, тем более это является знаком того, что любовь их берёт своё начало в Боге, и что Иисус жив:

По тому узнают все, что вы мои ученики, если будете иметь любовь между собою (Ин. 13: 35).

Иисус избрал в первой общине апостолов, людей глубоко различных, для того, чтобы они жили с ним: Петра, Матфея (мытаря), Симона (зелота [10]), Иуду… Они бы никогда не были вместе, если бы Учитель не призвал их к этому.

Нет необходимости искать идеальную общину. Речь идёт о том, чтобы любить тех, кого Бог сегодня поставил рядом с нами. Они знак присутствия Бога рядом с нами. Может быть, мы хотели бы других людей, более весёлых и более умных. Но Бог дал нам именно этих, именно их Он избрал для нас. И именно с ними мы должны создать единство и жить в союзе.

Меня всё более поражают люди, которых община не удовлетворяет. Когда они находятся в маленьких общинах, они хотели бы жить в больших, где бы их могли лучше поддержать, где общинная деятельность более активна, где служат более красивые и лучше подготовленные литургии. Но когда они попадают в большие общины, они начинают мечтать о тех небольших идеальных общинах. Те, у кого очень много дел, мечтают о том, чтобы им почаще представлялась возможность долгой молитвы; те, у кого в распоряжении много времени, кажется, тяготятся им, и потерянно ищут какое бы то ни было дело, которое придало бы смысл их жизни. Не все ли мы мечтаем о той совершенной, идеальной общине, где мы могли бы найти себе полный покой, полную гармонию, найдя равновесие между внешними и внутренними составляющими нашей жизни, где всё было бы для нас в радость?

Трудно дать понять людям, что идеала не существует, что личное равновесие и лелеемая в мыслях гармония приходят только с опытом многих и многих лет борьбы и страданий, и что даже тогда они приходят только как прикосновения благодати и мира. Если человек постоянно ищет собственное равновесие, скажу даже, если он очень настойчиво ищет собственного покоя, он никогда не придёт к нему, потому что покой - это плод любви и, следовательно, служения другим. Многим живущим в общине людям, ищущим этот недостижимый идеал, я хотел бы сказать: «Не ищи больше покоя, но отдай себя там, где ты находишься; перестань смотреть на себя, но посмотри на своих братьев и сестёр, пребывающих в нужде. Будь близок к тем, которых Бог дал тебе сегодня. Лучше спроси себя, как ты сегодня можешь любить твоих братьев и сестёр больше. Тогда ты обретёшь мир: обретёшь покой и то славное равновесие, которого ты ищешь между тем, что тебя окружает и тем, что пребывает в тебе, между молитвой и деятельностью, между временем для себя и временем для других. Всё разрешится в любви. Тебе больше не стоит терять времени, бегая в поисках совершенной общины. Всем своим существом живи в общине сегодня. Перестань обращать внимание на недостатки, которые у неё есть (и хорошо, что они у неё есть); скорее посмотри на свои собственные недостатки и узнай, что ты прощён, что ты и сам можешь прощать других и войти сегодня в круговорот любви».

Иногда легче услышать крики далёких бедных, чем крики братьев и сестёр в общине. Нет ничего более радостного, как ответить на крики о помощи со стороны тех, кто изо дня в день окружает меня, и кто доставляет мне беспокойство.

Может быть, нельзя ответить на крик других, кроме как признав и приняв крик собственных ран.

10. Раздели с другими свою слабость

Однажды Коллин, который живёт в общине уже более 25 лет, сказал мне: «Я всегда хотел быть прозрачным в жизни общины. Прежде всего, я хотел избежать того, чтобы стать препятствием для других на пути любви к Богу. Теперь я начинаю понимать что-то другое: я являюсь препятствием и всегда буду им. Но не заключается ли общинная жизнь в признании того, что ты - препятствие, в признании этого факта перед моими братьями и сёстрами и в том, чтобы просить у них прощения?».

Не существует идеальной общины. Община состоит из людей, обладающих как своими богатствами, так и слабостями и убогостью, которые взаимно принимаются и прощаются. Более чем совершенство и самоотверженность, основанием общинной жизни являются смирение и доверие.

Признавать собственные слабости и слабости других - значит поступать противоположно приторности. Это не фаталистическое признание, признание без надежды. В этом проявляется настоящая обеспокоенность истиной ради того, чтобы избежать заблуждения, и ради того, чтобы можно было возрастать, принимая за отправную точку то, чем ты реально являешься, а не то, кем бы ты хотел быть, или то, кем бы хотели тебя видеть другие. И только тогда, когда мы осознаём то, кем на самом деле являемся, и то, кем являются другие со своими богатствами и своими слабостями, и осознаём призыв Божий и жизнь, которую Он нам дарует, вместе мы можем что-то созидать. Жизненная мощь должна выплёскиваться из реальности того, кем мы на самом деле являемся.

Чем глубже община углубляется в себя, тем более хрупкими и восприимчивыми становятся её члены. Иногда можно подумать обратное: поскольку члены общины возрастают в доверии друг к другу, они должны были бы становиться более сильными. Это верно, но вместе с тем взаимное возрастание в доверии не препятствует той хрупкости и восприимчивости, находящиеся у самых корней новой благодати, которые делают так, что в некотором смысле люди становятся зависимыми друг от друга. Любить - значит становиться слабыми и уязвимыми; это значит убирать препятствия и прорывать собственную скорлупу, чтобы устремиться к другим; это означает не ставить никаких преград на пути проникновения других в нас самих и, может быть, и самим проникать в них. Цементом единства является взаимная зависимость.

Однажды Дидьер объяснил это на свой лад во время одной встречи общины: «Община строится как дом из разного рода камней. Но скрепляет все эти камни цемент. Цемент же сделан из песка и извести — весьма хрупких материалов! Один порыв ветра и они разлетаются, становятся пылью. Таким же образом и в общине мы скреплены цементом, состоящим из того, что в нас наиболее хрупкое и самое слабое».

Община скреплена чуткостью людей, проявляющейся в ежедневных обстоятельствах. Она скрепляется маленькими жестами, служением и жертвами, являющимися постоянными знаками «я люблю тебя» и «я счастлив быть с тобой». Нужно не мешать другому продвигаться вперёд, не пытаться во время споров показать свою правоту; нужно брать на себя небольшие ноши, чтобы разгрузить от них ближнего.

Если жизнь в общине заключается в выкорчёвывании преград, защищающих нашу уязвимость, то для того, чтобы признать и принять наши слабости, - что откроет нам путь к личному духовному росту, - вполне нормально, чтобы отделённые от своей общины члены чувствовали себя ужасно уязвимыми. Люди, постоянно участвующие в борьбе общества, вынуждены создавать вокруг себя панцирь, чтобы скрыть свою уязвимость.

Иногда случалось так, что люди, в течение долгого времени пребывавшие в «Ковчеге», возвращались в свои семьи и открывали в себе качества агрессивности, которые им тяжело было переносить. Они полагали, что таковых больше не существует. Тогда они начинали сомневаться в своём призвании и в действительной значимости своей личности. Эти качества агрессивности вполне нормальны. Эти люди уничтожили некоторые барьеры, но нельзя жить, оставаясь уязвимыми, с людьми, которые не уважают эту уязвимость.

11. Община - живое тело

Святой Павел говорит о Церкви, общине верных, как о едином теле: о мистическом теле. Любая община представляет собой тело, и все мы вместе принадлежим ему. Чувство принадлежности проистекает не из плоти и крови, но от призыва Божьего: каждый из нас лично призван, чтобы жить вместе, составлять часть одной общины, одного тела. Этот призыв - основание нашей решимости войти в тесные, деятельные отношения друг с другом и для других, становясь ответственными друг за друга.

Ибо как в одном теле у нас много членов, но не у всех членов одно и то же назначение, так и мы, многие составляем единое тело во Христе, а каждый в отдельности мы - члены друг друга
(Рим 12: 4–5).

В этом теле у каждого своя задача, которую он должен выполнить: «нога нуждается в руке», - говорит апостол Павел; слух и зрение восполняют обоняние…
Но тем нужнее те члены тела, которые кажутся наиболее слабыми.
Бог устроил тело таким образом, что наиболее обделённому члену оказал особую честь,
чтобы не было разделения в теле, но все члены равно заботились бы друг о друге.
И страдает ли один член, все члены страдают с ним; славится ли один член, то и все члены радуются с ним (1 Кор. 12: 22, 24, 25, 26).

В этом теле каждый должен раскрывать свой дар
согласно благодати, которая была дана нам: если пророчества - то в согласии с нашей верой;
если служения - то в служении; если кто учитель - то в учении;
если кто увещатель - то в увещании. Кто раздаёт - в щедрости; кто начальствует - с усердием; кто творит милосердие - с весёлостью (Рим 12:6-8).

Это тело - община - должно действовать и блистать делами любви, делами Отца, в одно и то же время оно должно быть телом молящимся и телом милосердия ради того, чтобы исцелить, исполнить жизнью тех, кто обделён утешением, лишён надежды.

12. Использовать полученный дар

Использовать полученный дар - значит созидать общину. Оставлять дар невостребованным - значит вредить всей общине и каждому из её членов в отдельности. Поэтому важно, чтобы каждый член знал тот дар, какой он получил, развивал его и чувствовал себя ответственным за его развитие. Пусть другие признают за ним этот дар; им следует давать отчёт в том, как ты пользуешься этим даром. Он нужен другим; они имеют право знать, каким образом он употребляется, и должны вливать в обладателя дара мужество раскрывать его и оставаться ему верным. Каждый, согласно собственному дару, находит своё место в общине. Он становится не только полезным, но единственным и необходимым для других. Таким образом, соперничество и ревность рассеиваются.

Элизабет ОКоннер в своей книге Восемь дней творения даёт ряд очень убедительных примеров этого учения Святого Павла. Она рассказывает историю одной пожилой синьоры, вступившей в её общину. Вместе с ней несколько человек решили понять, в чём состоит её дар. Сама она считала, что у неё вообще никакого дара нет. Все настойчиво утешали её: «Твоё присутствие является твоим даром». Но она не удовлетворялась этим. Несколько месяцев спустя она открыла свой дар: возносить ходатайственные молитвы Богу поимённо за каждого члена общины. Когда она сообщила другим о своём открытии, то нашла своё место в общине. Другие знали, что в некотором смысле им была нужна и она и её молитва во исполнение ими своих даров наилучшим образом.

Читая эту книгу, я отдавал себе отсчёт в том, насколько мало мы, в «Ковчеге», используем свои благодатные дары, чтобы взаимно помогать друг другу созидать общину, насколько мало мы осознаём то, что на самом деле зависим друг от друга, и насколько мало воодушевляем друг друга к верности нашим дарам.

Ревность - одно из бедствий, разрушающих общину. Она проистекает от незнания нами нашего собственного дара и от недостаточной веры в него. Если бы мы были убеждены в своём даре, мы не были бы ревнивы к дару других, который всегда кажется возвышеннее нашего.

Очень многие общины лепят (уродуют?) своих членов таким образом, чтобы они походили друг на друга, как будто бы это является тем качеством, которое основывается на самоотречении. Тогда они опираются на закон, на нормированный распорядок. Нужно же, напротив, чтобы каждый возрастал в раскрытии своего собственного дара ради создания общины, ради того, чтобы сделать её более красивой и великолепной, чтобы она во всё большей мере становилась знаком Царства Небесного.

И не нужно смотреть только на самый поверхностный дар - на талант. Существуют сокрытые, потаённые дары, значительно более глубокие, связанные с дарами Святого Духа и с любовью, призванные к обильному плодоношению.

Некоторые люди обладают особенными талантами: это писатели, артисты, одарённые администраторы. Эти таланты могут стать дарами. Но иногда личность настолько замкнута в себе самой, что её самобытные проявления принимают дурную направленность, а её таланты используются скорее ради собственной славы или из желания испробовать свои силы, самоутвердиться или господствовать. В таких случаях будет лучше, чтобы человек не использовал свои таланты в общине. Ему будет очень трудно использовать их на благо других. Нужно, чтобы человек открыл более глубокий дар. Другие люди мягки и достаточно открыты, их индивидуальность менее нормирована, менее зациклена. Они могут использовать свои способности как дар для служения общине.

«Вся проблема в христианской общине заключается в том, что каждый должен стать необходимым звеном в одной и той же цепи: и только тогда, когда все звенья, вплоть до самого маленького, выполняют своё предназначение, цепь нельзя разорвать. Община, готовая терпеть бесполезных членов, готовит своё крушение. Поэтому будет правильным дать каждому особую задачу, чтобы в часы сомнений никто не мог чувствовать себя бесполезным. Любая христианская община должна знать, что не только слабым нужны сильные, но и сильные не смогли бы жить без слабых. Удаление слабых означает для общины смерть».

Дар - это то, что человек привносит в общину для её построения и созидания. Если ты неверен этому дару, то принесёшь вред делу созидания.

Святой Павел большое значение в созидании общины придаёт харизматическим дарам. Но среди даров существует очень много других, ещё более непосредственно связанных с желанием показать свою любовь. Бонхёфер в своей книге, озаглавленной Жить вместе, говорит о различных служениях, необходимых общине: умение держать язык за зубами, служение смирения и нежности, умение молчать, когда тебя критикуют, умение слушать, желание всегда помочь в самых маленьких обстоятельствах жизни, умение нести и переносить братьев, прощать, проповедовать, говорить истину и, наконец, служение руководства.

Дар не обязательно связан с какой-то функцией. Даром может быть способность любить, оживляющая какую-то конкретную задачу, способность любить, проявившаяся в общине вне какой бы то ни было задачи. Есть такие люди, которые обладают даром непосредственно чувствовать и даже переживать страдание другого: это дар сострадания. У других есть дар чувствовать, когда что-то не получается и сразу же предпринимать меры: это дар различения. Иные обладают даром мудрости и ясно видят то, что касается основных задач общины. Кто-то наделён даром воодушевлять и создавать атмосферу, благоприятствующую радости, покою и глубокому личному росту каждого; у кого-то есть дар различать, что для кого будет благом, и помогать ему поддерживать его; иные имеют дар разделять с людьми свою жизнь. Каждый облечён своим даром и должен быть в состоянии использовать его на благо и ради возрастания всех.

Но в сердце человеческой природы присутствует также глубокое и таинственное единство со своим Богом, со своим Супругом, который вполне отвечает своему вечному и таинственному имени. Конечно, мы созданы, чтобы быть пищей друг другу (и каждый является особой пищей), но, прежде всего, мы созданы для того, чтобы жить только отношением с Отцом в Его Сыне Иисусе. Дар - это отражение этого таинственного единства в общине; он изливается из этого единства и являет собой его продолжение.

Община - это место, в котором каждый человек чувствует себя свободным быть самим собой и выражать себя, вполне доверительно говорить о том, чем он живёт и о чём думает. Конечно, не все общины совершенным образом доходят до этого момента, но нужно, чтобы они стремились к нему. Если кто–то боится высказать то, что он хочет, боится, что его осудят или посчитают идиотом, боится быть отвергнутым, это признак того, что ещё нужно долго и долго идти. В сердце общины должен царить дух, готовый выслушать, полный уважения и нежности, указывая на то, чем более прекрасным и более настоящим богат другой.

Выражать себя - не значит просто говорить о чём–то плохом: о своей неудовлетворённости, о своих обидах - иногда это неплохо, - но высказывать свои глубокие побуждения, то, чем живёшь. Через это часто проявляется свой дар, питающий других и помогающий им расти.

13. Тайна личности

Община - место личного возрастания к внутреннему освобождению каждого человека, развития его личного сознания, его единства с Богом, осознания им природы любви и его способности бескорыстно использовать свой дар. Она никогда не предшествует людям. Напротив, красота и единство общины исходят из духовной силы каждого конкретного ясного сознания, сознания, исполненного любовью и свободно соединившегося с другими.

Некоторые общины (которые на самом-то деле не общины, а скорее объединения и секты) стремятся упразднить личное самосознание, потому что существует так называемое высшее единство. Они стремятся к тому, чтобы помешать людям думать, обладать самосознанием; они стремятся уничтожить тайну и внутреннее содержание личности, как будто бы всё то, что сродно личной свободе, противоречит сознанию группового единства и представляет собой предательство интересов группы. Все должны думать одно и то же; тогда умами легко манипулировать, «прочищая» им мозги. Люди становятся роботами. Единство держится на страхе: страхе быть самими собой, быть в одиночестве, если отделишься от других, страхе перед тиранической властью, страхе перед тайными силами и репрессиями (если когда-нибудь отделяешься от группы). Прельщённость тайными обществами и некоторыми сектами очень велика; для тех людей, которым недостаёт доверия к самим себе, для слабых личностей, иногда очень успокоительно быть полностью связанными с другими, думать только то, что они думают, слушаться, не рассуждая и позволять манипулировать собой. Чувство солидарности таким образом крепнет. Умный человек ослабевает перед лицом групповой мощи, из которой уйти становится почти невозможным. Это похоже на скрытый шантаж; люди так сильно компрометируют себя, что не могут больше уйти.

В настоящей же общине каждый человек должен уметь хранить свою глубокую тайну, которую он не обязан открывать другим и тем более выставлять её на всеобщее обозрение. Существуют некоторые дары Божии, некоторые виды страдания, некоторые источники вдохновения, которые не нужно открывать всей общине. Каждый должен быть в состоянии углубляться в своём собственном сознании. И именно здесь находятся слабость и сила общины: слабость, потому что есть что-то неизвестное, что-то личное индивидуального сознания, которое, благодаря своей свободе, может углубляться в бескорыстии и в даре и, следовательно, созидать общину; или напротив быть неверной любви, стать более эгоистичной, замкнуться в себе и, таким образом, причинять вред общине; слабость также потому, что, если существует полный приоритет личности и её единства с Богом и истиной, она может также, по новому зову Божьему, найти другое место в общине, не брать на себя больше функцию, которую община считает более полезной или даже физически оставить общину. Замыслы Божии относительно личности не всегда совпадают с замыслами людей и ответственных. Но этот приоритет личности в то же время представляет собой силу, потому что не существует ничего более сильного, чем любящее сердце, бескорыстно отдающее себя Богу и другим. Любовь сильнее страха.

Трижды в своём последнем разговоре с Апостолами Иисус молился, чтобы они были едиными как Он и Отец едины,
чтобы они достигли совершенства посредством единства (Ин. 17: 23а).

Эти слова иногда можно приложить к единству между христианами различных Церквей, но в первую очередь и прежде всего они приложимы к внутренней жизни общин: «одно и то же сердце, одна и та же душа, один и тот же дух».

Мне кажется, что существует особенный дар, который мы должны просить у Святого Духа, дар совершенного единства во всех его возможных измерениях. Это, несомненно, дар Божий, к которому мы имеем право и должны стремиться.

Этот дар общины, этот дар единства исходит из того факта, что каждый член общины полностью является самим собой, полностью живёт в любви и пользуется своим уникальным даром, не похожим на дары других. Тогда община едина, потому что полностью находится под водительством Духа.

Молитва Иисуса поражает. Его видение превышает то, что могут себе представить или пожелать люди. Единство Отца и Сына полное, субстанциальное. Каждая община должна стремиться к такому единству, но это можно достичь только в мистическом плане, в Духе Святом и благодаря Ему. Когда ты живёшь на земле, то всё, что ты можешь сделать, так это смиренно идти по направлению к этому единству.

Когда двое или трое соберутся во имя Его, Иисус присутствует. Община - это знак этого присутствия, знак Церкви. Многие из тех, кто верит в Иисуса, живут более–менее в состоянии безутешности: жена, побитая мужем, больной в психиатрической больнице, одинокий человек, слишком слабый, чтобы жить с другими. Все эти люди могут возлагать свою надежду на Иисуса. Их страдания представляют собой в некотором смысле Его крест, знак страждущей Церкви. Но молящаяся и любящая община - знак воскресения.

До тех пор пока сердца людей будут исполнены страхами и предубеждениями, будут существовать войны и явные несправедливости. Для того чтобы разрешить политические проблемы, нужно, прежде всего, изменить сердца. Община - место жизни, позволяющей людям быть личностями, жизни исцеляющей их, растущей в глубинах их духовного опыта, ведущей их навстречу единству и внутреннему освобождению. Когда страхи и предубеждения ослабевают, доверие к Богу и другим возрастает, и община может сиять и свидетельствовать об образе жизни, которая может справиться с неупорядоченностью нашего мира. Ответ на войну - жить как братья и сёстры; ответ на отсутствие равенства - разделять жизнь с другими; ответ на отчаяние - доверие и надежда без пределов; ответ на предубеждения и ненависть - прощение.

Да, трудиться ради общины - значит трудиться ради человечества. Выступать за мир - значит трудиться ради подлинного политического решения проблем, трудиться ради Царства Божьего; трудиться ради, чтобы каждый человек мог вкусить от таинственных радостей единения с Богом в вечности и жить ими.

Источник: ПРЕДАНИЕ.РУ  православный портал   
 Карта сайта

Анонсы




Персоны

АВЕРИНЦЕВ АРАБОВ АРХАНГЕЛЬСКИЙ АСТАФЬЕВ АХМАТОВА АХМАДУЛИНА АДЕЛЬГЕЙМ АЛЛЕГРИ АЛЬБИНОНИ АЛЬФОНС АЛЛЕНОВА АКСАКОВ АРЦЫБУШЕВ АДРИАНА БУНИН БЕХТЕЕВ БИТОВ БОНДАРЧУК БОРОДИН БУЛГАКОВ БУТУСОВ БЕРЕСТОВ БРУКНЕР БРАМС БРУХ БЕЛОВ БЕРДЯЕВ БЕРНАНОС БЕРОЕВ БРЭГГ БУНДУР БАХ БЕТХОВЕН БОРОДИН БАТАЛОВ БИЗЕ БРЕГВАДЗЕ БУЗНИК БЛОХ БЕХТЕРЕВА БУОНИНСЕНЬЯ БРОДСКИЙ БАСИНСКИЙ БАТИЩЕВА БАРКЛИ БОРИСОВ БУЛЫГИН БОРОВИКОВСКИЙ БЫКОВ БУРОВ БАК ВАРЛАМОВ ВАСИЛЬЕВА ВОЛОШИН ВЯЗЕМСКИЙ ВАРЛЕЙ ВИВАЛЬДИ ВО ВОЗНЕСЕНСКАЯ ВИШНЕВСКАЯ ВОДОЛАЗКИН ВОЛОДИХИН ВЕРТИНСКАЯ ВУЙЧИЧ ГАЛИЧ ГЕЙЗЕНБЕРГ ГЕТМАНОВ ГИППИУС ГОГОЛЬ ГРАНИН ГУМИЛЁВ ГУСЬКОВ ГАЛЬЦЕВА ГОРОДОВА ГЛИНКА ГРАДОВА ГАЙДН ГРИГ ГУРЕЦКИЙ ГЕРМАН ГРИЛИХЕС ГОРДИН ГРЫМОВ ГУБАЙДУЛИНА ГОЛЬДШТЕЙН ГРЕЧКО ГОРБАНЕВСКАЯ ГОДИНЕР ГРЕБЕНЩИКОВ ДЮЖЕВ ДЕМЕНТЬЕВ ДЕСНИЦКИЙ ДОВЛАТОВ ДОСТОЕВСКИЙ ДРУЦЭ ДЕБЮССИ ДВОРЖАК ДОНН ДУНАЕВ ДАНИЛОВА ДЖОТТО ДЖЕССЕН ЖУКОВСКИЙ ЖИДКОВ ЖУРИНСКАЯ ЖИЛЛЕ ЖИВОВ ЗАЛОТУХА ЗОЛОТУССКИЙ ЗУБОВ ЗАНУССИ ЗВЯГИНЦЕВ ЗОЛОТОВ ИСКАНДЕР ИЛЬИН КАБАКОВ КИБИРОВ КИНЧЕВ КОЛЛИНЗ КОНЮХОВ КОПЕРНИК КУБЛАНОВСКИЙ КУРБАТОВ КУЧЕРСКАЯ КУШНЕР КАПЛАН КОРМУХИНА КУПЧЕНКО КОРЕЛЛИ КИРИЛЛОВА КОРЖАВИН КОРЧАК КОРОЛЕНКО КЬЕРКЕГОР КРАСНОВА ЛИПКИН ЛОПАТКИНА ЛЕВИТАНСКИЙ ЛУНГИН ЛЬЮИС ЛЕГОЙДА ЛИЕПА ЛЯДОВ ЛОСЕВ ЛИСТ ЛЕОНОВ МАЙКОВ МАКДОНАЛЬД МАКОВЕЦКИЙ МАКСИМОВ МАМОНОВ МАНДЕЛЬШТАМ МИРОНОВ МОТЫЛЬ МУРАВЬЕВА МОРИАК МАРТЫНОВ МЕНДЕЛЬСОН МАЛЕР МУСОРГСКИЙ МОЦАРТ МИХАЙЛОВ МЕРЗЛИКИН МАССНЕ МАХНАЧ МЕЛАМЕД МИЛЛЕР МОЖЕГОВ МАКАРСКИЙ МАРИЯ НАРЕКАЦИ НЕКРАСОВ НЕПОМНЯЩИЙ НИКОЛАЕВА НАДСОН НИКИТИН НИВА ОКУДЖАВА ОСИПОВ ОРЕХОВ ОСТРОУМОВА ОБОЛДИНА ОХАПКИН ПАНТЕЛЕЕВ ПАСКАЛЬ ПАСТЕР ПАСТЕРНАК ПИРОГОВ ПЛАНК ПОГУДИН ПОЛОНСКИЙ ПРОШКИН ПАВЛОВИЧ ПЕГИ ПЯРТ ПОЛЕНОВ ПЕРГОЛЕЗИ ПЁРСЕЛЛ ПАЛЕСТРИНА ПУЩАЕВ ПАВЛОВ ПЕТРАРКА ПЕВЦОВ ПАНЮШКИН ПЕТРЕНКО РАСПУТИН РЫБНИКОВ РАТУШИНСКАЯ РАЗУМОВСКИЙ РАХМАНИНОВ РАВЕЛЬ РАУШЕНБАХ РУБЛЕВ РЕВИЧ РУБЦОВ РАТНЕР РОСТРОПОВИЧ РОДНЯНСКАЯ СВИРИДОВ СЕДАКОВА СЛУЦКИЙ СОЛЖЕНИЦЫН СОЛОВЬЕВ СТЕБЛОВ СТУПКА СКАРЛАТТИ САРАСКИНА САРАСАТЕ СОЛОУХИН СТОГОВ СОКУРОВ СТРУВЕ СИКОРСКИЙ СУИНБЕРН САНАЕВ СИЛЬВЕСТРОВ СОНЬКИНА СИНЯЕВА СТЕПУН ТЮТЧЕВ ТУРОВЕРОВ ТАРКОВСКИЙ ТЕРАПИАНО ТРАУБЕРГ ТКАЧЕНКО ТИССО ТАВЕНЕР ТОЛКИН ТОЛСТОЙ ТУРГЕНЕВ ТАРКОВСКИЙ УЖАНКОВ УМИНСКИЙ ФУДЕЛЬ ФЕТ ФЕДОСЕЕВ ФИЛЛИПС ФРА ФИРСОВ ФАСТ ФЕДОТОВ ХОТИНЕНКО ХОМЯКОВ ХАМАТОВА ХУДИЕВ ХЕРСОНСКИЙ ХОРУЖИЙ ЦВЕТАЕВА ЦФАСМАН ЧАЛИКОВА ЧУРИКОВА ЧЕЙН ЧЕХОВ ЧЕСТЕРТОН ЧЕРНЯК ЧАВЧАВАДЗЕ ЧУХОНЦЕВ ЧАПНИН ЧАРСКАЯ ШЕВЧУК ШУБЕРТ ШУМАН ШМЕМАН ШНИТКЕ ШМИТТ ШМЕЛЕВ ШНОЛЬ ШПОЛЯНСКИЙ ШТАЙН ЭЛГАР ЭПШТЕЙН ЮРСКИЙ ЮДИНА ЯМЩИКОВ