О ПроектеАпологетикаНовый ЗаветЛитургияПроповедьГалереиМузыкальная коллекцияКонтакты

Алфавитный указатель:

АБВГ
ДЕЖЗ
ИКЛМ
НОПР
СТУФ
ХЦЧШ
ЩЭЮЯ


Все имена на сайте

Все имена на сайте

АВЕРИНЦЕВ Сергей Сергеевич
АДАМОВИЧ Георгий Викторович
АРАБОВ Юрий Николаевич
АРХАНГЕЛЬСКИЙ Александр Николаевич
АСТАФЬЕВ Виктор Петрович
АХМАТОВА Анна Андреевна
АХМАДУЛИНА Белла Ахатовна
АДЕЛЬГЕЙМ Павел Анатольевич (протоиерей)
АНТОНИЙ [Андрей Борисович Блум] (митрополит)
АЛЕШКОВСКИЙ Петр Маркович
АЛЛЕГРИ Грегорио
АЛЬБИНОНИ Томазо
АЛЬФОНС X Мудрый
АМВРОСИЙ Медиоланский
АФОНИНА Сайда Мунировна
АРОНЗОН Леонид Львович
АМИРЭДЖИБИ Чабуа Ираклиевич
АРТЕМЬЕВ Эдуард Николаевич
АЛДАШИН Михаил Владимирович
АНДЕРСЕН Ларисса Николаевна
АНДЕРСЕН Ханс Кристиан
АЛЛЕНОВА Ольга
АНФИЛОВ Глеб Иосафович
АПУХТИН Алексей Николаевич
АФАНАСЬЕВ Леонид Николаевич
АКСАКОВ Иван Сергеевич
АНУФРИЕВА Наталия Даниловна
АРЦЫБУШЕВ Алексей Петрович
АНСИМОВ Георгий Павлович
АДРИАНА (монахиня) [Наталия Владимировна Малышева]
АЛЬШАНСКАЯ Елена Леонидовна
АРХАНГЕЛЬСКАЯ Анна Валерьевна
АЛЕКСЕЕВ Анатолий Алексеевич
АРКАДЬЕВ Михаил Александрович
АЛЕКСАНДРОВ Кирилл Михайлович
АРБЕНИНА Диана Сергеевна
АРШАКЯН Лев (иерей)
АБЕЛЬ Карл Фридрих
АЛФЁРОВА Ксения Александровна
БАЛЬМОНТ Константин Дмитриевич
БУНИН Иван Алексеевич
БЕХТЕЕВ Сергей Сергеевич
БИТОВ Андрей Георгиевич
БОНДАРЧУК Алёна Сергеевна
БОРОДИН Леонид Иванович
БУЛГАКОВ Михаил Афанасьевич
БУТУСОВ Вячеслав Геннадьевич
БОНХЁФФЕР Дитрих
БЕРЕСТОВ Валентин Дмитриевич
БРУКНЕР Антон
БРАМС Иоганнес
БРУХ Макс
БЕЛОВ Алексей
БЕРДЯЕВ Николай Александрович
БЕРЕЗИН Владимир Александрович
БЕРНАНОС Жорж
БЕРОЕВ Егор Вадимович
БРЭГГ Уильям Генри
БУНДУР Олег Семёнович
БАЛАКИРЕВ Милий Алексеевич
БАХ Иоганн Себастьян
БЕТХОВЕН Людвиг ван
БОРОДИН Александр Порфирьевич
БАТАЛОВ Алексей Владимирович
БЕНЕВИЧ Григорий Исаакович
БИЗЕ Жорж
БРЕГВАДЗЕ Нани Георгиевна
БУЗНИК Михаил Христофорович
БОРИСОВ Александр Ильич (священник)
БЛОХ Карл
БУЛГАКОВ Артем
БЕГЛОВ Алексей Львович
БЕХТЕРЕВА Наталья Петровна
БЕРЯЗЕВ Владимир Алексееич
БУОНИНСЕНЬЯ Дуччо ди
БРОДСКИЙ Иосиф Александрович
БАКУЛИН Мирослав Юрьевич
БАСИНСКИЙ Павел Валерьевич
БУКСТЕХУДЕ Дитрих
БУЛГАКОВ Сергий Николаевич (священник)
БАТИЩЕВА Янина Генриховна
БИБЕР Генрих
БАРКЛИ Уильям
БЕРХИН Владимир
БОРИСОВ Николай Сергеевич
БУЛЫГИН Павел Петрович
БОРОВИКОВСКИЙ Александр Львович
БЫКОВ Дмитрий Львович
БАЛАЯН Елена Владимировна
БИККУЛОВА Алёна Алексеевна
БЕЛАНОВСКИЙ Юрий Сергеевич
БУРОВ Алексей Владимирович
БАХРЕВСКИЙ Владислав Анатольевич
БАШУТИН Борис Валерьевич
БЕРЕЗОВА Юлия
БАБЕНКО Алёна Олеговна
БУЦКО Юрий Маркович
БОЛДЫШЕВА Ирина Валентиновна
БАК Дмитрий Петрович
БЕЛЛ Роб
БИБИХИН Владимир Вениаминович
БАРТ Карл
БУДЯШЕК Ян
БАЙТОВ Николай Владимирович
БАТОВ Олег Анатольевич (протоиерей)
БЕНИНГ Симон
БАЛТРУШАЙТИС Юргис Казимирович
БЕЛЬСКИЙ Станислав
БЕЛОХВОСТОВА Юлия
БЕЖИН Леонид Евгеньевич
БИРЮКОВА Марина
БОЕВ Пётр Анатольевич (иерей)
БЫКОВ Василь Владимирович
ВАРЛАМОВ Алексей Николаевич
ВАСИЛЬЕВА Екатерина Сергеевна
ВОЛОШИН Максимилиан Александрович
ВЯЗЕМСКИЙ Юрий Павлович
ВАРЛЕЙ Наталья Владимировна
ВИВАЛЬДИ Антонио
ВО Ивлин
ВОРОПАЕВ Владимир Алексеевич
ВИСКОВ Антон Олегович
ВОЗНЕСЕНСКАЯ Юлия Николаевна
ВИШНЕВСКАЯ Галина Павловна
ВИЛЕНСКИЙ Семен Самуилович
ВАСИЛИЙ (епископ) [Владимир Михайлович Родзянко]
ВОЛКОВ Павел Владимирович
ВЕЙЛЬ Симона
ВОДОЛАЗКИН Евгений Германович
ВОЛОДИХИН Дмитрий Михайлович
ВЕЛИЧАНСКИЙ Александр Леонидович
ВОЛЧКОВ Сергей Валерьевич
ВАРСОНОФИЙ (архимандрит) [Павел Иванович Плиханков]
ВЕРТИНСКАЯ Анастасия Александровна
ВДОВИЧЕНКОВ Владимир Владимирович
ВАССА [Ларина] (инокиня)
ВИНОГРАДОВ Леонид
ВАСИН Вячеслав Георгиевич
ВАРАЕВ Максим Владимирович (священник)
ВИТАЛИ Джованни Баттиста
ВУЙЧИЧ Ник
ВОСКРЕСЕНСКИЙ Семен Николаевич
ВЕЛИКАНОВ Павел Иванович (протоиерей)
ВАСИЛЮК Фёдор Ефимович
ВИКТОРИЯ Томас Луис
ВАЙГЕЛЬ Валентин
ВАНЬЕ Жан
ВЛАДИМИРСКИЙ Леонид Викторович
ВЫРЫПАЕВ Иван Александрович
ВОЛФ Мирослав
ГОЛЕНИЩЕВ-КУТУЗОВ Арсений Аркадьевич
ГАЛАКТИОНОВА Вера Григорьевна
ГАЛИЧ Александр Аркадьевич
ГАЛКИН Борис Сергеевич
ГЕЙЗЕНБЕРГ Вернер
ГЕТМАНОВ Роман Николаевич
ГИППИУС Зинаида Николаевна
ГОБЗЕВА Ольга Фроловна [монахиня Ольга]
ГОГОЛЬ Николай Васильевич
ГРАНИН Даниил Александрович
ГУМИЛЁВ Николай Степанович
ГУСЬКОВ Алексей Геннадьевич
ГУРЦКАЯ Диана Гудаевна
ГАЛЬЦЕВА Рената Александровна
ГОРОДОВА Мария Александровна
ГАЛЬ Юрий Владимирович
ГЛИНКА Михаил Иванович
ГРАДОВА Екатерина Георгиевна
ГАЙДН Йозеф
ГЕНДЕЛЬ Георг Фридрих
ГЕРМАН Расслабленный
ГРИГ Эдвард
ГОРБОВСКИЙ Глеб Яковлевич
ГАЛУППИ Бальдассаре
ГЛЮК Кристоф
ГУРЕЦКИЙ Хенрик Миколай
ГУМАНОВА Ольга
ГЕРМАН Анна
ГРИЛИХЕС Леонид (священник)
ГРААФ Фредерика(Мария) де
ГОРДИН Яков Аркадьевич
ГЛИНКА Елизавета Петровна (Доктор Лиза)
ГУРБОЛИКОВ Владимир Александрович
ГРИЦ Илья Яковлевич
ГРЫМОВ Юрий Вячеславович
ГОРИЧЕВА Татьяна Михайловна
ГВАРДИНИ Романо
ГУБАЙДУЛИНА София Асгатовна
ГОЛЬДШТЕЙН Дмитрий Витальевич
ГОРЮШКИН-СОРОКОПУДОВ Иван Силыч
ГРЕЧКО Георгий Михайлович
ГРИМБЛИТ Татьяна Николаевна
ГОРБАНЕВСКАЯ Наталья Евгеньевна
ГРИБ Андрей Анатольевич
ГОЛОВКОВА Лидия Алексеевна
ГАСЛОВ Игорь Владимирович
ГОДИНЕР Анна Вацлавовна
ГЕРЦЫК Аделаида Казимировна
ГНЕЗДИЛОВ Андрей Владимирович
ГУТНЕР Григорий Борисович
ГАРКАВИ Дмитрий Валентинович
ГОРОДЕЦКАЯ Надежда Даниловна
ГУПАЛО Георгий Михайлович
ГЕ Николай Николаевич
ГАЛИК Либор Серафим (священник)
ГЕЗАЛОВ Александр Самедович
ГЕНИСАРЕТСКИЙ Олег Игоревич
ГЕОРГИЙ [Жорж Ходр] (митрополит)
ГИППЕНРЕЙТЕР Юлия Борисовна
ГРЕБЕНЩИКОВ Борис Борисович
ГРАММАТИКОВ Владимир Александрович
ГУЛЯЕВ Георгий Анатольевич (протоиерей)
ГУМЕРОВА Анна Леонидовна
ГОРОДНИЦКИЙ Александр Моисеевич
ГИОРГОБИАНИ Давид
ГОЛЬЦМАН Ян Янович
ГАНДЛЕВСКИЙ Сергей Маркович
ГЕНИЕВА Екатерина Юрьевна
ГЛУХОВСКИЙ Дмитрий Алексеевич
ГРУНИН Юрий Васильевич
ДЮЖЕВ Дмитрий Петрович
ДОРЕ Гюстав
ДЕМЕНТЬЕВ Андрей Дмитриевич
ДЕСНИЦКИЙ Андрей Сергеевич
ДОВЛАТОВ Сергей Донатович
ДОСТОЕВСКИЙ Фёдор Михайлович
ДРУЦЭ Ион
ДИКИНСОН Эмили
ДЕБЮССИ Клод
ДВОРЖАК Антонин
ДАРГОМЫЖСКИЙ Александр Сергеевич
ДОНН Джон
ДВОРКИН Александр Леонидович
ДУНАЕВ Михаил Михайлович
ДАНИЛОВА Анна Александровна
ДЖОТТО ди Бондоне
ДИОДОРОВ Борис Аркадьевич
ДЬЯЧКОВ Александр Андреевич
ДЖЕССЕН Джианна
ДЖАБРАИЛОВА Мадлен Расмиевна
ДРОЗДОВ Николай Николаевич
ДАНИЛОВ Дмитрий Алексеевич
ДИМИТРИЙ (иеромонах) [Михаил Сергеевич Першин]
ДИККЕНС Чарльз
ДОРОНИНА Татьяна Васильевна
ДЕНИСОВ Эдисон Васильевич
ДАНИЛОВ Анатолий Евгеньевич
ДАНИЛОВА Юлия
ДОРМАН Елена Юрьевна
ДРАГУНСКИЙ Денис Викторович
ДУДЧЕНКО Андрей (протоиерей)
ДЕГЕН Ион Лазаревич
ЕСАУЛОВ Иван Андреевич
ЕМЕЛЬЯНЕНКО Федор Владимирович
ЕЛЬЧАНИНОВ Александр Викторович (священник)
ЕГЕРШТЕТТЕР Франц
ЖИРМУНСКАЯ Тамара Александровна
ЖУКОВСКИЙ Василий Андреевич
ЖИДКОВ Юрий Борисович
ЖУРИНСКАЯ Марина Андреевна
ЖИЛЬСОН Этьен Анри
ЖИЛЛЕ Лев (архимандрит)
ЖИВОВ Виктор Маркович
ЖАДОВСКАЯ Юлия Валериановна
ЖИГУЛИН Анатолий Владимирович
ЖЕЛЯБИН-НЕЖИНСКИЙ Олег
ЖИРАР Рене
ЗАЛОТУХА Валерий Александрович
ЗОЛОТУССКИЙ Игорь Петрович
ЗУБОВ Андрей Борисович
ЗАНУССИ Кшиштоф
ЗВЯГИНЦЕВ Андрей Петрович
ЗАХАРОВ Марк Анатольевич
ЗОРИН Александр Иванович
ЗАХАРЧЕНКО Виктор Гаврилович
ЗЕЛИНСКАЯ Елена Константиновна
ЗАБОЛОЦКИЙ Николай Алексеевич
ЗОЛОТОВ Андрей
ЗОЛОТОВ Андрей Андреевич
ЗАБЕЖИНСКИЙ Илья Аронович
ЗАЙЦЕВ Андрей
ЗОЛОТУХИН Денис Валерьевич (священник)
ЗАЙЦЕВА Татьяна
ЗОЛЛИ Исраэль
ЗЕЛИНСКИЙ Владимир Корнелиевич (протоиерей)
ЗОБИН Григорий Соломонович
ИВАНОВ Вячеслав Иванович
ИСКАНДЕР Фазиль Абдулович
ИВАНОВ Георгий Владимирович
ИЛЬИН Владимир Адольфович
ИГНАТОВА Елена Алексеевна
ИЛАРИОН (митрополит) [Григорий Валериевич Алфеев]
ИАННУАРИЙ (архимандрит) [Дмитрий Яковлевич Ивлев]
ИЛЬЯШЕНКО Александр Сергеевич (священник)
ИЛЬИН Иван Александрович
ИЛЬКАЕВ Радий Иванович
ИВАНОВ Вячеслав Всеволодович
КОНАЧЕВА Светлана Александровна
КАБАКОВ Александр Абрамович
КАБЫШ Инна Александровна
КАРАХАН Лев Маратович
КИБИРОВ Тимур Юрьевич
КИНЧЕВ Константин Евгеньевич
КОЗЛОВ Иван Иванович
КОЛЛИНЗ Френсис Селлерс
КОНЮХОВ Фёдор Филлипович (диакон)
КОПЕРНИК Николай
КУБЛАНОВСКИЙ Юрий Михайлович
КУРБАТОВ Валентин Яковлевич
КУСТУРИЦА Эмир
КУЧЕРСКАЯ Майя Александровна
КУШНЕР Александр Семенович
КАПЛАН Виталий Маркович
КУРАЕВ Андрей Вячеславович (протодиакон)
КОРМУХИНА Ольга Борисовна
КУХИНКЕ Норберт
КУПЧЕНКО Ирина Петровна
КЛОДЕЛЬ Поль
КОЗЛОВ Максим Евгеньевич (священник)
КАЛИННИКОВ Василий Сергеевич
КОРЕЛЛИ Арканджело
КАРОЛЬСФЕЛЬД Юлиус
КИРИЛЛОВА Ксения
КЕКОВА Светлана Васильевна
КОРЖАВИН Наум Моисеевич
КРЮЧКОВ Павел Михайлович
КРУГЛОВ Сергий Геннадьевич (священник)
КРАВЦОВ Константин Павлович (священник)
КНАЙФЕЛЬ Александр Аронович
КИКТЕНКО Вячеслав Вячеславович
КУРЕНТЗИС Теодор
КЫРЛЕЖЕВ Александр Иванович
КОШЕЛЕВ Николай Андреевич
КЮИ Цезарь Антонович
КОРЧАК Януш
КЛОДТ Евгений Георгиевич
КРАСНИКОВА Ольга Михайловна
КОРОЛЕНКО Псой
КЬЕРКЕГОР Серен
КОВАЛЬДЖИ Владимир
КОВАЛЬДЖИ Кирилл Владимирович
КОРИНФСКИЙ Аполлон Аполлонович
КЮХЕЛЬБЕКЕР Вильгельм Карлович
КОЗЛОВСКИЙ Иван Семёнович
КАРПОВ Сергей Павлович
КАМБУРОВА Елена Антоновна
КРАСИЛЬНИКОВ Сергей Александрович
КОПЕЙКИН Кирилл (протоиерей)
КАЛЕДА Кирилл Глебович (протоиерей)
КРАСНОВА Татьяна Викторовна
КРИВОШЕИНА Ксения Игоревна
КОТОВ Андрей Николаевич
КОРНОУХОВ Александр Давыдович
КЛЮКИНА Ольга Петровна
КАССИЯ
КРАВЕЦ Сергей Леонидович
КАЗАРНОВСКАЯ Любовь Юрьевна
КРАВЕЦКИЙ Александр Геннадьевич
КРИВУЛИН Виктор Борисович
КОСТЮКОВ Леонид Владимирович
КЛЕМАН Оливье
КУКИН Михаил Юрьевич
КОНАНОС Андрей (архимандрит)
КИРИЛЛОВ Игорь Леонидович
КАЛЛИСТ [Тимоти Уэр ] (митрополит)
КРИВОШЕИН Никита Игоревич
КИТНИС Тимофей
КИНДИНОВ Евгений Арсеньевич
КЛИМОВ Дмирий (протоиерей)
КОЗЫРЕВ Алексей Павлович
КУПРИЯНОВ Борис Леонидович (протоиерей)
КОКИН Илья Анатольевич (диакон)
КНЯЗЕВ Евгений Владимирович
КРАПИВИН Владислав Петрович
КЕННЕТ Клаус
КОЛОНИЦКИЙ Борис Иванович
ЛИЕПА Илзе
ЛИПКИН Семён Израилевич
ЛЮБОЕВИЧ Дивна
ЛОПАТКИНА Ульяна Вячеславовна
ЛОШИЦ Юрий Михайлович
ЛЕВИТАНСКИЙ Юрий Давыдович
ЛЕРМОНТОВ Михаил Юрьевич
ЛУНГИН Павел Семенович
ЛЬЮИС Клайв Стейплз
ЛУКЬЯНОВА Ирина Владимировна
ЛИСНЯНСКАЯ Инна Львовна
ЛЕГОЙДА Владимир Романович
ЛЮБИМОВ Илья Петрович
ЛОКАТЕЛЛИ Пьетро
ЛЮБАК Анри де
ЛАЛО Эдуар
ЛЕОНОВ Андрей Евгеньевич
ЛОСЕВА Наталья Геннадьевна
ЛИЕПА Андрис Марисович
ЛЯДОВ Анатолий Константинович
ЛАРШЕ Жан-Клод
ЛОСЕВ Алексей Федорович
ЛИСТ Ференц
ЛЮЛЛИ Жан-Батист
ЛЕГА Виктор Петрович
ЛОБАНОВ Валерий Витальевич
ЛЮБИМОВ Борис Николаевич
ЛЕВШЕНКО Борис Трифонович (священник)
ЛОРГУС Андрей Вадимович (священник)
ЛАССО Орландо
ЛЮБИЧ Кьяра
ЛУЧЕНКО Ксения Валерьевна
ЛЮБШИН Станислав Андреевич
ЛЕОНОВ Евгений Павлович
ЛАВЛЕНЦЕВ Игорь Вячеславович
ЛЮДОГОВСКИЙ Феодор (иерей)
ЛЮБИМОВ Григорий Александрович
ЛАВРОВ Владимир Михайлович
ЛЕОНОВИЧ Владимир Николаевич
ЛОПУШАНСКИЙ Константин Сергеевич
ЛИТВИНОВ Александр Михайлович
ЛУЧКО Клара Степановна
ЛАВДАНСКИЙ Александр Александрович
ЛОБЬЕ де Патрик
ЛАШКОВА Вера Иосифовна
ЛИПОВКИНА Татьяна
ЛОРЕНЦЕТТИ Амброджо
ЛОТТИ Антонио
ЛУКИН Павел Владимирович
ЛАШИН Емилиан Владимирович
МАЙКОВ Апполон Николаевич
МАКДОНАЛЬД Джордж
МАКОВЕЦКИЙ Сергей Васильевич
МАКОВСКИЙ Сергей Константинович
МАКСИМОВ Андрей Маркович
МАМОНОВ Пётр Николаевич
МАНДЕЛЬШТАМ Осип Эмильевич
МИНИН Владимир Николаевич
МИРОНОВ Евгений Витальевич
МОТЫЛЬ Владимир Яковлевич
МУРАВЬЕВА Ирина Вадимовна
МИЛЛИКЕН Роберт Эндрюс
МЮРРЕЙ Джозеф Эдвард
МАРКОНИ Гульельмо
МАТОРИН Владимир Анатольевич
МЕДУШЕВСКИЙ Вячеслав Вячеславович
МОРИАК Франсуа
МАРТЫНОВ Владимир Иванович
МЕНДЕЛЬСОН Феликс
МИРОНОВА Мария Андреевна
МАЛЕР Густав
МУСОРГСКИЙ Модест Петрович
МОЦАРТ Вольфганг Амадей
МАНФРЕДИНИ Франческо Онофрио
МИХАЙЛОВА Марина Валентиновна
МЕНЬ Александр (протоиерей)
МИХАЙЛОВ Александр Николаевич
МЕРЗЛИКИН Андрей Ильич
МАССНЕ Жюль
МАРЧЕЛЛО Алессандро
МАКИН Андрей Сергеевич
МАШО Гийом де
МАХНАЧ Владимир Леонидович
МАШЕГОВ Алексей
МЕРКЕЛЬ Ангела
МЕЛАМЕД Игорь Сунерович
МОНТИ Витторио
МИЛЛЕР Лариса Емельяновна
МОЖЕГОВ Владимир
МАКАРСКИЙ Антон Александрович
МАКАРИЙ (иеромонах) [Марк Симонович Маркиш]
МИТРОФАНОВ Георгий Николаевич (священник)
МОЩЕНКО Владимир Николаевич
МОГУТИН Юрий Николаевич
МИНДАДЗЕ Александр Анатольевич
МЕЛЬНИКОВА Анастасия Рюриковна
МИКИТА Андрей Иштванович
МАТВИЕНКО Игорь Игоревич
МЕЖЕНИНА Лариса Николаевна
МАРИЯ (монахиня) [Елизавета Юрьевна Пиленко]
МИРСКИЙ Георгий Ильич
МАЛАХОВА Лилия
МАРКИНА Надежда Константиновна
МОЛЧАНОВ Владимир Кириллович
МАГГЕРИДЖ Малькольм
МЕЛЛО Альберто
МОРОЗОВ Александр Олегович
МАКНОТОН Джон
МЕЕРСОН Ольга
МЕЕРСОН-АКСЕНОВ Михаил Георгиевич (протоиерей)
МИТРОФАНОВА Алла Сергеевна
МЕНЬШОВА Юлия Владимировна
МАЗЫРИН Александр (иерей)
МУРАВЬЁВ Алексей Владимирович
МАЛЬЦЕВА Надежда Елизаровна
МАГИД Сергей Яковлевич
МАРЕ Марен
МИРОНЕНКО Сергей Владимирович
НАРЕКАЦИ Григор
НЕКРАСОВ Николай Алексеевич
НЕПОМНЯЩИЙ Валентин Семенович
НИКОЛАЕВ Юрий Александрович
НИКОЛАЕВА Олеся Александровна
НЬЮТОН Исаак
НИКОЛАЙ [ Никола Велимирович ] (епископ)
НОРШТЕЙН Юрий Борисович
НЕГАТУРОВ Вадим Витальевич
НЕСТЕРЕНКО Евгений Евгеньевич
НОВИКОВ Денис Геннадьевич
НЕЖДАНОВ Владимир Васильевич (священник)
НЕСТЕРЕНКО Василий Игоревич
НЕКТАРИЙ (игумен) [Родион Сергеевич Морозов]
НАДСОН Семён Яковлевич
НИКИТИН Иван Саввич
НИКОЛАЙ [Николай Хаджиниколау] (митрополит)
НАЗАРОВ Александр Владимирович
НИВА Жорж
НИШНИАНИДЗЕ Шота Георгиевич
НИКУЛИН Николай Николаевич
ОКУДЖАВА Булат Шалвович
ОСИПОВ Алексей Ильич
ОРЕХОВ Дмитрий Сергеевич
ОРЛОВА Василина Александровна
ОСТРОУМОВА Ольга Михайловна
ОЦУП Николай Авдеевич
ОГОРОДНИКОВ Александр Иоильевич
ОБОЛДИНА Инга Петровна
ОХАПКИН Олег Александрович
ОРЕХАНОВ Георгий Леонидович (протоиерей)
ПАНТЕЛЕЕВ Леонид
ПАСКАЛЬ Блез
ПАСТЕР Луи
ПАСТЕРНАК Борис Леонидович
ПИРОГОВ Николай Иванович
ПЛАНК Макс
ПЛЕЩЕЕВ Алексей Николаевич
ПОГУДИН Олег Евгеньевич
ПОЛОНСКИЙ Яков Петрович
ПОЛЯКОВА Надежда Михайловна
ПОЛЯНСКАЯ Екатерина Владимировна
ПРОШКИН Александр Анатольевич
ПУШКИН Александр Сергеевич
ПАВЛОВИЧ Надежда Александровна
ПЕГИ Шарль
ПРОКОФЬЕВА Софья Леонидовна
ПЕТРОВА Татьяна Юрьевна
ПЯРТ Арво
ПОЛЕНОВ Василий Дмитриевич
ПЕРГОЛЕЗИ Джованни
ПЁРСЕЛЛ Генри
ПАЛЕСТРИНА Джованни Пьерлуиджи
ПЕТР (игумен) [Валентин Андреевич Мещеринов]
ПУЩАЕВ Юрий Владимирович
ПУЗАКОВ Алексей Александрович
ПАВЛОВ Олег Олегович
ПРОСКУРИНА Светлана Николаевна
ПАНИЧ Светлана Михайловна
ПЕЛИКАН Ярослав
ПОЛИКАНИНА Валентина Петровна
ПЬЕЦУХ Вячеслав Алексеевич
ПЕТРАРКА Франческо
ПУСТОВАЯ Валерия Ефимовна
ПЕВЦОВ Дмитрий Анатольевич
ПАНЮШКИН Валерий Валерьевич
ПОЗДНЯЕВА Кира
ПИВОВАРОВ Юрий Сергеевич
ПОРОШИНА Мария Михайловна
ПЕТРЕНКО Алексей Васильевич
ПАРРАВИЧИНИ Эльвира
ПРЕЛОВСКИЙ Анатолий Васильевич
ПАНТЕЛЕИМОН [Аркадий Викторович Шатов] (епископ)
ПРЕКУП Игорь (священник)
ПЕТРАНОВСКАЯ Людмила Владимировна
ПОДОБЕДОВА Ольга Ильинична
ПОПОВА Ольга Сигизмундовна
ПАРФЕНОВ Филипп (священник)
ПЛОТКИНА Алла Григорьевна
ПАРХОМЕНКО Сергей Борисович
ПАЗЕНКО Егор Станиславович
ПРОХОРОВА Ирина Дмитриевна
ПАГЫН Сергей Анатольевич
РАСПУТИН Валентин Григорьевич
РОМАНОВ Константин Константинович (КР)
РЫБНИКОВ Алексей Львович
РАТУШИНСКАЯ Ирина Борисовна
РОСС Рональд
РАНЦАНЕ Анна
РАЗУМОВСКИЙ Феликс Вельевич
РАХМАНИНОВ Сергей Васильевич
РАВЕЛЬ Морис
РАУШЕНБАХ Борис Викторович
РУБЛЕВ Андрей
РИМСКИЙ-КОРСАКОВ Николай Андреевич
РЕВИЧ Александр Михайлович
РУБЦОВ Николай Михайлович
РАТНЕР Лилия Николаевна
РОСТРОПОВИЧ Мстислав Леопольдович
РОГИНСКИЙ Арсений Борисович
РОЗЕНБЛЮМ Константин Витольд
РЕШЕТОВ Алексей Леонидович
РОГОВЦЕВА Ада Николаевна
РЫЖЕНКО Павел Викторович
РОДНЯНСКАЯ Ирина Бенционовна
РИЛЬКЕ Райнер Мария
РОШЕ Константин Константинович
РАКИТИН Александр Анатольевич
РОМАНЕНКО Татьяна Анатольевна
РЯШЕНЦЕВ Юрий Евгеньевич
РАЗУМОВ Анатолий Яковлевич
РУЛИНСКИЙ Василий Васильевич
СВИРИДОВ Георгий Васильевич
СЕДАКОВА Ольга Александровна
СЛУЦКИЙ Борис Абрамович
СМОКТУНОВСКИЙ Иннокентий Михайлович
СОЛЖЕНИЦЫН Александрович Исаевич
СОЛОВЬЕВ Владимир Сергеевич
СОЛОДОВНИКОВ Александр Александрович
СТЕБЛОВ Евгений Юрьевич
СТУПКА Богдан Сильвестрович
СОКОЛОВ-МИТРИЧ Дмитрий Владимирович
СМОЛЛИ Ричард
СЭЙЕРС Дороти
СМОЛЬЯНИНОВА Евгения Валерьевна
СТЕПАНОВ Юрий Константинович
СИМОНОВ Константин Михайлович
СМОЛЬЯНИНОВ Артур Сергеевич
СЕДОВ Константин Сергеевич
СОПРОВСКИЙ Александр Александрович
СКАРЛАТТИ Алессандро
САРАСКИНА Людмила Ивановна
САМОЙЛОВ Давид Самуилович
САРАСАТЕ Пабло
СТРАДЕЛЛА Алессандро
СУРОВА Людмила Васильевна
СЛУЧЕВСКИЙ Николай Владимирович
СОКОЛОВ Александр Михайлович
СОЛОУХИН Владимир Алексеевич
СТОГОВ Илья Юрьевич
СЕН-САНС Камиль
СОКУРОВ Александр Николаевич
СТРУВЕ Никита Алексеевич
СОЛЖЕНИЦЫН Игнат Александрович
СИКОРСКИЙ Игорь Иванович
СУИНБЕРН Ричард
САВВА (Мажуко) архимандрит
САНАЕВ Павел Владимирович
СИЛЬВЕСТРОВ Валентин Васильевич
СТЕФАНОВИЧ Николай Владимирович
СОНЬКИНА Анна Александровна
СИНЯЕВА Ольга
СОЛОНИЦЫН Алексей Алексеевич
САЛИМОН Владимир Иванович
СВЕТОЗАРСКИЙ Алексей Константинович
СКУРАТ Константин Ефимович
СВЕШНИКОВА Мария Владиславовна
СЕНЬЧУКОВА Мария Сергеевна [ инокиня Евгения ]
СЕЛЕЗНЁВ Михаил Георгиевич
САВЧЕНКО Николай (священник)
СПИВАКОВСКИЙ Павел Евсеевич
САДОВНИКОВА Елена Юрьевна
СЕН-ЖОРЖ Жозеф
СУДАРИКОВ Виктор Андреевич
САММАРТИНИ Джованни Баттиста
САНДЕРС Скип и Гвен
СКВОРЦОВ Ярослав Львович
СТЕПАНОВА Мария Михайловна
САРАБЬЯНОВ Владимир Дмитриевич
СЛАДКОВ Дмитрий Владимирович
СТОРОЖЕВА Вера Михайловна
СИГОВ Константин Борисович
СТЕПУН Фёдор Августович
СЕНДЕРОВ Валерий Анатольевич
СВЕЛИНК Ян
СТЕРЖАКОВ Владимир Александрович
СТРУКОВА Алиса
СУХИХ Игорь Николаевич
ТЮТЧЕВ Фёдор Иванович
ТУРОВЕРОВ Николай Николаевич
ТАРКОВСКИЙ Михаил Александрович
ТЕРАПИАНО Юрий Константинович
ТОНУНЦ Елена Константиновна
ТРАУБЕРГ Наталья Леонидовна
ТАУНС Чарльз
ТОКМАКОВ Лев Алексеевич
ТКАЧЕНКО Александр
ТЕУНИКОВА Юлия Александровна
ТАРТИНИ Джузеппе
ТИССО Джеймс
ТРОШИН Валерий Владимирович
ТАХО-ГОДИ Аза (Наталья) Алибековна
ТАВЕНЕР Джон
ТОЛКИН Джон Рональд Руэл
ТРАНСТРЁМЕР Тумас
ТАРИВЕРДИЕВ Микаэл Леонович
ТЕПЛИЦКИЙ Виктор (протоиерей)
ТРОСТНИКОВА Елена Викторовна
ТОЛСТОЙ Алексей Константинович
ТУРГЕНЕВ Иван Сергеевич
ТЕПЛЯКОВ Виктор Григорьевич
ТИМОФЕЕВ Александр (священник)
ТИРИ Жан-Франсуа
ТАРКОВСКИЙ Арсений Александрович
ТЕЙЛОР Чарльз
ТАРАСОВ Аркадий Евгеньевич
ТЕРСТЕГЕН Герхард
ТАЛАШКО Владимир Дмитриевич
ТУРОВА Варвара
УЖАНКОВ Александр Николаевич
УОЛД Джордж
УМИНСКИЙ Алексей (священник)
УСПЕНСКИЙ Михаил Глебович
УЗЛАНЕР Дмитрий
УГЛОВ Николай Владимирович
УСПЕНСКИЙ Федор Борисович
УЛИЦКАЯ Людмила Евгеньевна
ФУДЕЛЬ Сергей Иосифович
ФЕТ Афанасий Афанасьевич
ФЕДОСЕЕВ Владимир Иванович
ФИЛЛИПС Уильям
ФРА БЕАТО АНДЖЕЛИКО
ФРАНК Семён Людвигович
ФИРСОВ Сергей Львович
ФЕСТЮЖЬЕР Андре-Жан
ФАСТ Геннадий (священник)
ФОРЕСТ Джим
ФЕОДОРИТ (иеродиакон) [Сергей Валентинович Сеньчуков]
ФОФАНОВ Константин Михайлович
ФЕДОТОВ Георгий Петрович
ФРАНКЛ Виктор
ФЛАМ Людмила Сергеевна
ФЛОРОВСКИЙ Георгий Васильевич (протоиерей)
ФОМИН Игорь (протоиерей)
ФИЛАТОВ Леонид Алексеевич
ФЕДЕРМЕССЕР Анна Константиновна
ХОТИНЕНКО Владимир Иванович
ХОМЯКОВ Алексей Степанович
ХОДАСЕВИЧ Владислав Фелицианович
ХАМАТОВА Чулпан Наилевна
ХАБЬЯНОВИЧ-ДЖУРОВИЧ Лиляна
ХУДИЕВ Сергей Львович
ХЕРСОНСКИЙ Борис Григорьевич
ХИЛЬДЕГАРДА Бингенская
ХОРУЖИЙ Сергей Сергеевич
ХЛЕБНИКОВ Олег Никитьевич
ХЕТАГУРОВ Коста Леванович
ХОРИНЯК Алевтина Петровна
ХЛЕВНЮК Олег Витальевич
ХИЛЛМАН Кристофер
ХОПКО Фома Иванович (протопресвитер)
ЦИПКО Александр Сергеевич
ЦВЕТАЕВА Анастасия Ивановна
ЦФАСМАН Михаил Анатольевич
ЦВЕЛИК Алексей Михайлович
ЦЫПИН Владислав Александрович (протоиерей)
ЧАЛИКОВА Галина Владленовна
ЧУРИКОВА Инна Михайловна
ЧЕРЕНКОВ Федор Федорович
ЧЕЙН Эрнст
ЧАЙКОВСКАЯ Елена Анатольевна
ЧЕХОВ Антон Павлович
ЧЕСТЕРТОН Гилберт
ЧЕРНЯК Андрей Иосифович
ЧЕРНИКОВА Татьяна Васильевна
ЧИЧИБАБИН Борис Алексеевич
ЧИСТЯКОВ Георгий Петрович (священник)
ЧЕРКАСОВА Елена Игоревна
ЧАВЧАВАДЗЕ Елена Николаевна
ЧУХОНЦЕВ Олег Григорьевич
ЧАВЧАВАДЗЕ Зураб Михайлович
ЧАПНИН Сергей Валерьевич
ЧАРСКАЯ Лидия Алексеевна
ЧЕРНЫХ Наталия Борисовна
ЧИМАБУЭ Ченни ди Пепо
ЧУКОВСКАЯ Елена Цезаревна
ЧЕЙГИН Петр Николаевич
ШЕМЯКИН Михаил Михайлович
ШЕВЧУК Юрий Юлианович
ШАНГИН Никита Генович
ШИРАЛИ Виктор Гейдарович
ШАВЛОВ Артур
ШЕВАРОВ Дмитрий Геннадьевич
ШУБЕРТ Франц
ШУМАН Роберт
ШМЕМАН Александр Дмитриевич (священник)
ШНИТКЕ Альфред Гарриевич
ШМИТТ Эрик-Эммануэль
ШАТАЛОВА Соня
ШАГИН Дмитрий Владимирович
ШУЛЬЧЕВА-ДЖАРМАН Ольга Александровна
ШТЕЙН Ася Владимировна
ШМЕЛЕВ Иван Сергеевич
ШНОЛЬ Дмитрий Эммануилович
ШАЦКОВ Андрей Владиславович
ШЕСТИНСКИЙ Олег Николаевич
ШВАРЦ Елена Андреевна
ШИК Елизавета Михайловна
ШИЛОВА Ольга
ШПОЛЯНСКИЙ Михаил (протоиерей)
ШМАИНА-ВЕЛИКАНОВА Анна Ильинична
ШВЕД Дмитрий Иванович
ШЛЯХТИН Роман
ШМИДТ Вильям Владимирович
ШТАЙН Эдит
ШОСТАКОВИЧ Дмитрий Дмитриевич
ШМЕЛЁВ Алексей Дмитриевич
ШНУРОВ Константин Сергеевич
ШОРОХОВА Татьяна Сергеевна
ШАУБ Игорь Юрьевич
ЩЕПЕНКО Михаил Григорьевич
ЭЛИОТ Томас Стернз
ЭКЛС Джон
ЭЛГАР Эдуард
ЭЛИТИС Одиссеас
ЭППЛЕ Николай Владимирович
ЭПШТЕЙН Михаил Наумович
ЭГГЕРТ Константин Петрович
ЭЛЬ ГРЕКО
ЭДЕЛЬШТЕЙН Георгий (протоиерей)
ЮРСКИЙ Сергей Юрьевич
ЮРЧИХИН Фёдор Николаевич
ЮДИНА Мария Вениаминовна
ЮРЕВИЧ Андрей (протоиерей)
ЮРЕВИЧ Ольга
ЯМЩИКОВ Савва Васильевич
ЯЗЫКОВА Ирина Константиновна
ЯКОВЛЕВ Антон Юрьевич
ЯМБУРГ Евгений Александрович
ЯННАРАС Христос
ЯРОВ Сергей Викторович

Рекомендуем

Абсолютная жертва Голгофы "Даже если Нарнии нет..." Вера без привилегий С любимыми не разводитесь Двери ада заперты изнутри Расцерковление Технический христианин Мифы сексуального просвещения Последие Времена Нисхождение во ад Христианство и культура Что делать с духом уныния? Что такое вера? Цена Победы Сироты напоказ Ты не один! Про ад и смерть Основная форма человечности Сложный человек как цель Оправдание веры Истина православия Зачем постился Христос? Жизнь за гробом Моя судьба Родина там, где тебя любят Не подавляйте боли разлуки Дом нетерпимости Сучок в чужом глазу Необразцовая семья Демонская твердыня Русский грех и русское спасение Кто мы? История моего заключения Мученик - означает "свидетель" Почему я перешла в православие Всех ли вывел из ада Христос? Что дало России православное христианство Право на мракобесие Если тебя обидели, бросили, предали В больничной палате Мадонна из метро Болезнь и религия Страна не упырей "Я был болен..." Совесть От виртуального христианства к реальному Картина мира Почему мои дети ходят в Церковь Божья любовь в псалмах Благая Весть Серебро Господа моего Каждый человек незаменим О судьбах человеческих "Вера - дело сердца" Антирелигиозная религия Пятнадцать вопросов атеистов Христианская жизнь как сверхприродная Можно и нужно об этом говорить Логика троичности "Душа разорвана..." Ecce Homo "Я дитя неверия и сомнения..." Мир, полный добра Крестик в пыли Все впереди Пасхальные письма Как жить с диагнозом Слишком поздно О страхе исповедания веры Единство несоединимого Убитая совесть Об антихристовом добре Чему учит смерть? Из истории русского сопротивления Религиозность Пушкина Тем, кто потерял смысл жизни Свет Церкви Рай и ад О Чудесах Книга Иова Светлой памяти Кровь мучеников есть семя Церкви Теология от первого лица Смысл удивления Начало света Как рассказать о вере? Право на красоту Любовь и пустота Осень жизни



Версия для печати

КОРЧАК Януш ( 1878 - 1942 )

Проза   |   Цитаты   |   О Человеке
КОРЧАК Януш

Януш КОРЧАК (1878 - 1942) - польский педагог, писатель, врач и общественный деятель еврейского происхождения: Видео | Проза | Цитаты | О Человеке | Фотогалерея.

Януш Корчак родился в Варшаве 22 июля 1878 года в интеллигентной ассимилированной еврейской семье. Школьные годы прошли в Варшаве, в русской гимназии. Там царила жёсткая дисциплина, поход в театр или поездка домой в каникулы возможны были только после письменного разрешения дирекции. Преподавание велось на русском языке.

После смерти отца в 1896 году семья оказалась в тяжёлом материальном положении. С пятого класса Генрик начал подрабатывать репетиторством. В 1898 года Корчак поступил на медицинский факультет Варшавского университета. Летом 1899 года он ездил в Швейцарию, чтобы поближе познакомиться с педагогической деятельностью Песталоцци. В своей поездке Корчак особенно интересуется школами и детскими больницами. В 1903 году он получил диплом врача.

В 1904-1905 гг. Корчак принимал участие в Русско-японской войне. В 1907 году Корчак на год едет в Берлин, где за свои деньги слушает лекции и проходит практику в детских клиниках, знакомясь с различными воспитательными учреждениями. В 1914-18 гг. Корчак находился на Украине, в частности, в Киеве, где, кроме деятельности военного врача, занимался обустройством детского дома для польских детей, а также написал книгу «Как любить ребенка».

Корчак возвращается в Варшаву в 1918 году, где руководит детскими приютами, преподаёт, сотрудничает с журналами, выступает по радио, читает лекции в Свободном польском университете и на Высших еврейских педагогических курсах.

С приходом Гитлера к власти в Германии и ростом антисемитизма в Польше в Корчаке пробудилось еврейское самосознание. Он стал польским несионистским представителем в Еврейском агентстве. В 1934 г. и 1936 г. он посетил подмандатную Палестину, где встретил многих бывших своих воспитанников. Педагогические и социальные принципы киббуцного движения произвели глубокое впечатление на Корчака.

В 1940 году вместе с воспитанниками «Дома сирот» был перемещён в Варшавское гетто. Он отклонил все предложения неевреев-почитателей своего таланта вывести его из гетто и спрятать на «арийской» стороне.

Когда в августе 1942 пришёл приказ о депортации Дома сирот, Корчак пошёл вместе со своей помощницей и другом Стефанией Вильчинской (1886-1942) и 200 детьми на станцию, откуда их в товарных вагонах отправили в Треблинку. Он отказался от предложенной в последнюю минуту свободы и предпочёл остаться с детьми, приняв с ними смерть в газовой камере.

Источник: ВИКИПЕДИЯ Свободная энциклопедия

..


Януш КОРЧАК: проза

Януш КОРЧАК (1878 - 1942) - польский педагог, писатель, врач и общественный деятель еврейского происхождения: Видео | Проза | Цитаты | О Человеке | Фотогалерея.

НАЕДИНЕ С БОГОМ


Молитва мальчика

Знаю, просить некрасиво. Но ведь я прошу не Тебя, добрый мой Боже. Ты мне ничего не давай - это дядюшка мой обещал подарить мне часы, если буду хорошо учиться. Ты мне только помоги: напомни дядюшке об обещании. А я постараюсь вести себя хорошо. Дядюшке-то все равно, когда дарить: сейчас или потом. Я уже ребятам сказал, что у меня часы будут, но они не верят. Начнут надо мной смеяться, подумают, что наврал или просто хорохорюсь. Помоги мне, Боже. Тебе ведь не трудно, Ты все можешь. Боже, дорогой мой, золотой, помоги. Прости мне мои грехи. У меня их много. Съел украдкой повидло из банки, смеялся над горбуном, наврал, будто мама разрешает мне ложиться спать, когда захочу; я уже два раза курил и ругался. Но Ты - добрый. Ты простишь меня, ведь я раскаиваюсь и хочу исправиться.

Хочу быть хорошим, но не получается. То вдруг кто-то разозлит, то подговорит подраться - а мне неохота, чтобы другие думали, будто я боюсь. То мне просто скучно, то очень чего-то захочется, чего как раз и нельзя. Сдержаться не могу, а потом жалею, что так поступил. Ну, не такой уж я плохой.

Добрый мой Боже, не думай, что я хвалюсь. Ты сам знаешь, что есть и похуже меня. Ты ведь все знаешь. Я изредка совру, а другие что ни слово - то ложь. Да еще воруют. Два раза у меня пропал завтрак, потом украли хрестоматию, из пенала стянули карандаш. Это они научили меня браниться. Да Ты и сам все это знаешь. Не люблю я жаловаться. Ты сам знаешь, что не такой уж я плохой, хотя часто и поступаю плохо.

Добрый мой Боже, помоги мне не грешить, дай здоровье и долгую жизнь маме и папе, и дядюшке о часах напомни.

Раз обещал, слово надо держать.

Молитва девочки

Боже Всемогущий, обещала я маме, что больше не буду вредничать, обещала, что буду послушной. Обещать легко, но как сдержать слово. Боязно. Буду стараться - очень хочу. Но разве всегда получается так, как хочешь? Столько раз я давала себе слово: с завтрашнего дня все будет по-новому. Может, в этот раз так и будет. Сдержу слово - очень хочу сдержать. А Ты, Боже Всемогущий, помоги мне.

Ты сотворил землю, что вращается вокруг своей оси и вокруг солнца. Ты создал параллели, меридианы, полюса. Полуострова, мысы, заливы, проливы, горы, плоскогорья и низины. Множество животных, растений, граниты и кварц. По Твоему велению леса заполнились зверьем. Стоит Тебе только кивнуть - и проливаются реки, короли собирают дань или складывают оружие. Ничто не происходит без Тебя, на все Твоя воля.

Знаю, трудно Бога объять, скуден ум человеческий - что капля в море. Но для Тебя нет ничего невозможного. Все к Тебе обращаются, а Ты - соглашаешься или нет.

Сердцем верю я в Твой ум и доброту, и если не все мне понятно, так это потому, что я еще маленькая и глупая. Прости мне, Боже, мои сомнения, но я хочу быть с Тобой откровенной - ведь нет тайн от Бога, и Ты все равно знаешь мои мысли. Так вот. Боже Всемогущий, если Ты хочешь, чтобы люди были добрыми и справедливыми, почему бы Тебе не создавать только добрых и справедливых? Почему позволяешь им грешить? Дал бы лучше людям волю посильнее, чтоб они слово держали. Я вот стараюсь, очень стараюсь, а не получается. И маме неприятности и мне. Иногда и дело-то пустячное, а я не уступаю. Может быть, потому, что дома и в школе не все добры и справедливы. Много я видела зла, и не моя в том вина, видела фальшь и грязь, которыми полнится мир. Верно, я только за себя отвечаю, но эти обманы, сплетни, неискренность делают жизнь ужасной. Боже Всемогущий, не хочу я вредничать, хочу быть послушной - помоги мне, дай волю выдержать, дай хоть капельку Твоего могущества.

За один день сотворил Ты мир! Вели: пусть дети будут послушными. И да будет так.


Януш КОРЧАК: цитаты

Януш КОРЧАК (1878 - 1942) - польский педагог, писатель, врач и общественный деятель еврейского происхождения: Видео | Проза | Цитаты | О Человеке | Фотогалерея.

«Всё, что достигнуто дрессировкой, нажимом, насилием, - непрочно, неверно и ненадежно».

«Вы говорите: дети меня утомляют. Вы правы. Вы поясняете: надо опускаться до их понятий. Опускаться, наклоняться, сгибаться, сжиматься. Ошибаетесь. Ни от того мы устаем, а от того, что надо подниматься до их чувств. Подниматься, становиться на цыпочки, тянуться. Чтобы не обидеть».

«Детей нет, есть люди».

«Душа ребенка равно сложна, как и наша, полна подобных противоречий, в тех же трагичных вечных борениях: стремлюсь и не могу, знаю, что надо, и не умею себя заставить».

«Меня не касается, маленький кто-либо или большой и что говорят про него другие: красив, некрасив, умён, глуп; меня не касается даже, хорошо ли учится, хуже меня или лучше; девочка это или мальчик. Для меня человек хорош, если хорошо относится к людям, если не желает и не делает зла, если он добрый».

«Многие детские игры - подражание серьезной деятельности взрослых».

«Одна из грубейших ошибок - считать, что педагогика является наукой о ребёнке, а не о человеке».

«Ребёнок - существо разумное, он хорошо знает потребности, трудности и помехи своей жизни».

«Уважайте текущий час и сегодняшний день! Уважайте каждую отдельную минуту, ибо умрёт она и никогда не повторится».

«Уважайте чистое, ясное, непорочное святое детство!»

«Упрямый ребенок - результат неразумного поведения матери».

«Я заметил, что только глупые люди хотят, чтобы все были одинаковые. Кто умён, тот рад, что на свете есть день и ночь, лето и зима, молодые и старые, что есть и бабочки и птицы, и разного цвета цветы и глаза и что есть и девочки, и мальчики. А кто не любит думать, того разнообразие, которое заставляет работать мысль, раздражает».


О Человеке: А.Л. Гринберг и Ицхак Бельфер о Януше Корчаке

Януш КОРЧАК (1878 - 1942) - польский педагог, писатель, врач и общественный деятель еврейского происхождения: Видео | Проза | Цитаты | О Человеке | Фотогалерея.

СОКРОВЕННАЯ МОЛИТВА КОРЧАКА
(А.Л. Гринберг о Януше Корчаке)

     
Они шли колонной, и зелёное знамя с вышитым на нём "Щитом Давида" развевалось над ними. Долгие годы он учил детей жить, сейчас он вёл их в последний путь. И в Корчаке, сгорбившемся, постаревшем, ведущем за руки двух маленьких детей, и во всех остальных было столько достоинства, что полицейские гетто вытянулись по стойке смирно, отдавая Корчаку честь, и немцы, поражённые этим шествием, чувствовали в нём невольное к себе презрение.
      
Кажется, какая-то неведомая сила влечёт их вверх, от земли к небу. Тонкие фигурки детей прильнули к Корчаку, слились с ним, стали частью его. А он почти вровень с ними. Как он сказал однажды о детях: "Надо подниматься до их чувств. Подниматься, становиться на цыпочки, тянуться. Чтобы не обидеть". Только голова Корчака выделяется среди детских голов - голова отца, учителя, друга. И глаза, знакомые корчаковские глаза, с этой навечно застывшей в них болью. И рука, большая сильная рука, которая в жизни была хрупкой и нежной, но могла накормить, защитить от зла, подарить радость после потерь, выпавших на их долю. Она, эта рука, обнимала их всех, как обнимает сейчас, прижав к груди, в скульптурной группе Баруха Сацкиера на одной из аллей Яд Вашем. Её тепла могло хватить на всех детей земного шара, но это было последнее объятие перед разлукой. Больше он ничем не сможет им помочь, только разделит с ними их участь и вместе с ними уйдёт в вечность...
      
Он берёг их, пока можно было беречь, скрывал от них правду, пока можно было скрывать. Пятого августа сорок второго года был получен приказ о депортации - и правду уже невозможно было скрыть. Но и тогда, собирая детей в дорогу, готовя их в последний путь, он пытался скрасить эти минуты: говорил, что едут в деревню, дал доесть завтрак, помогал одеваться. Когда-то Корчак писал, что детям нельзя преподносить сюрпризы, их следует заранее предупреждать, будут ли стрелять: если - да, то когда и как. Так он писал, когда речь шла всего лишь о спектакле, сейчас он хорошо знал, что ждёт их, его детей, но как мать, которая забыв о себе, утешает ребёнка, искал в душе силы, чтобы поддержать их. Он и Стефания Вильчинская, и те немногие воспитатели, которые поднялись с ними в вагон, везущий в Треблинку.

Его прадед с материнской стороны был странствующим стекольщиком, Януш Корчак, вспоминая о нём, писал: "Я рад этому - стекло приносит свет и тепло". Дом сирот был маленькой планетой, на которой дули чистые ветры, а стекло дарило свет и тепло. Но мир, отравленный ненавистью, приблизился к ним вплотную, и уже ничто не могло защитить их...

В Януше Корчаке всегда были сильны впечатления детства, и особенно явственно какие-то эпизоды проступали в старости, в последние месяцы жизни. За окном стоял немецкий часовой, дети спали, а он писал дневник, и в нём прошлое соседствовало с настоящим. Он чувствовал: пишется легко и даже создаётся впечатление безопасности, как будто ты - в глубоком тылу, хотя тыла уже давно не было. Дом сирот перевели на территорию гетто, и теперь он жил по законам гетто. Вокруг царили голод, холод, смерть. Днём Корчак занят детьми, ночью - пишет, спасаясь от мучительных снов, вобравших в себя весь ужас происходящего. В его воспоминаниях нет последовательности. Они приходят неожиданно, озаряют тихим светом давно забытые мгновения, заставляют заново осмысливать пережитое. Что он пишет: дневник ли, мемуары, биографию или просто подводит итог прожитому? Разве имеет значение, к какому жанру относятся его воспоминания? Главное, успеть написать и сохранить написанное. Удастся ли? Дойдёт ли или погибнет в огне войны, как гибнут люди? Он отбросил от себя эти мысли, вновь взялся за перо. "Жизнь, это, действительно, огонь: начинает гаснуть, хотя топлива ещё масса, затем вдруг вспыхивает снопом искр и ярким пламенем, а уже потом догорает. И гаснет. Жаркий осенний день и понимание того, что это уже последнее холодное июльское утро, неповторимое".
Какой удивительный дар - память. В своей книге "Когда я снова стану маленьким" он назвал память волшебным фонариком. И сейчас чувствует, как исчезают границы между прошлым и настоящим.    
         
Вот он возвращается вместе с товарищами из школы. Они задержались возле казарм русской армии, чтобы посмотреть, как тренируются конные казаки. И вдруг в голову еврейскому мальчику полетел камень, кровь текла по лицу, мальчик даже не вытирал её, а камни продолжали лететь. Он помнил эту сцену долгие годы: окровавленное лицо еврейского ребёнка и летящие камни, от которых некуда спрятаться. Спустя годы он написал об этом рассказ "Шрам". Да, шрам на голове зажил, но навсегда остался в памяти сердца, вместе с чувством горечи, навеянным этой сценой. Тогда он уже знал о своём еврействе. Ему было всего пять лет, когда сын домашнего сторожа дал ему почувствовать, что он другой, не такой, как мальчишки вокруг, и этот намёк породил в детском сердце растерянность и страх. И вот ещё одно, совсем раннее воспоминание. Отец привёл его в Большую синагогу в Варшаве. Она была полна яркого света. Вокруг были мужчины в талесах. Он впервые видел эти одеяния. Люди молились, а он, ребёнок, дрожал от страха, не понимая, что происходит. И почувствовав его волнение, отец вывел сына из синагоги и сказал странным голосом: "Ты еврей!". Не раз потом он возвращался к тому далёкому воспоминанию, и всегда ему казалось, что отец оборвал себя на полуслове: что-то не договорил. Как видно, побоялся, что сын ещё слишком маленький - не поймёт.
Когда он писал рассказ "Моисей" - из цикла "Дети Библии", осмысливая детство пророка, вдруг вспомнились слова отца. Только теперь они преломились в его сознании, как напутствие и неожиданно связали с Амрамом, отцом Моисея. И два таких далёких друг от друга образа: его отец - ассимилированный еврей, и отец Моисея, впитавший в себя еврейство с молоком матери, провожая своих сыновей в жизнь, говорят им одни и те же слова: "Помни, что ты родился евреем!"
       И кажется ему, что он слышит ответ Моисея: "Я буду помнить, отец".
 Да, он убеждён: иначе сын не мог ответить отцу. И завершая в своём рассказе этот диалог, написал: "Я знаю, что ты, мой молодой вождь и пророк, отвечал: "Я буду помнить, отец"".
Истоки зрелости он искал - в детстве. С Моисея он начинал серию портретов библейских героев, из цикла: "Дети Библии".

Он сам не говорил отцу этих слов. Отец рано умер, но он ещё очень долго не говорил их самому себе... Корчак никогда не отказывался от своего еврейства, но, быть может, до конца не представлял, как глубоко оно в нём. Оно было сутью его души. Это он понимает сейчас, оглядываясь на прожитые годы. Уже в пять лет Корчак задумывался над вопросом, как сделать, чтобы не было в мире голодных, грязных, больных детей. Ему казалось, что боль о чужом горе родилась вместе с ним. От кого в длинной цепи его предков перешло к нему это восприятие жизни? В книге "Как любить ребёнка" он написал: "Есть дети, которые несут груз не только своих лет, но - глубоко в душе - бремя многих поколений. В конвульсиях их мозга зафиксированы сотни лет страданий". Он сам и был таким ребёнком. Несколько поколений отделяли его от прапрадеда Йосефа и его жены Сары - двух сирот, вставших на ноги благодаря заботе еврейской общины, но несмотря на расстояние, разделявшее их, они были близки ему. Не от них ли в нём эта ранимая, тонко чувствующая душа, с которой он пришёл в этот мир, душа открытая человеческому страданию? Но почему же только от них? Разве мало страждущих было в длинной цепи его предков? Ну а он сам, так рано познавший горе утраты и тяжесть жизни, когда со смертью отца рухнул мир мальчика из благополучной семьи варшавского адвоката? Подобно тому, как небо зовёт птицу в полёт, как ветер вольных просторов манит лань, как рвётся к свободе, заключённый в клетку лев, так еврейская душа всей сутью своей откликается на страдание. И не об этом ли думал он, когда писал всё в той же книге "Как любить ребёнка": "Ты говоришь: "Мой ребёнок". Нет, это ребёнок всех - матери, отца, дедов и прадедов. Чьё-то далёкое "я", спавшее среди предков, чей-то истлевший, давно забытый голос вдруг зазвенел в твоём ребёнке".

В эти последние месяцы он всё чаще думает о жизни и смерти: "Дух томится в тесной клетке тела. Люди ощущают и рассматривают смерть, как конец, а она ведь продолжение жизни, другая жизнь. Если не верить в душу, то знай, что тело твоё будет жить, как зелёная трава, как облако. Значит, ты являешься лишь водой и прахом". Если не верить в душу... Кто знает, может вспоминал он в эти минуты слова из утреннего благословения еврея: "Душа, которую Ты даровал мне, чиста". Его всегда поражали дети, чистота их душ. Профессия детского врача столкнула с ними, маленькими пациентами, порой покидающими этот мир, не успев повзрослеть. И глядя на уходящего из жизни ребёнка, он задумывался над вопросом, откуда в такие минуты в маленьком существе это достоинство и мудрость, вместе с тем его поражало, с какой безжалостной силой разрывает младенец материнское чрево, вырываясь на свет, будто зрелый плод, подготовленный к новой реальности. Нет, мир не создан по воле слепого случая. И мысль человека, жадно устремляясь к высотам, ищет ответ на вопрос о Боге. Всю свою жизнь он ищет путь к Богу, но это мучительный поиск. У него были минуты сомнений, когда казалось: единственное, что осталось - колебание и скепсис. И тогда он с болью писал: "Сохрани я чистую веру в Бога, я бы молился о спасении мира, где страдают прежде всего дети". Но то были колебания ищущей души, которая не склонна принимать чьи-то истины за свою. "Я отвергаю церемонии, и потому может показаться, что я маловер. Но мне осталась вера в Бога и молитва. Этого я твёрдо придерживаюсь, так как без этого жить нельзя". Эти слова он написал не в последние месяцы жизни, когда на глазах рушился мир, и человек в страхе искал защиту и просил Бога о помощи, но задолго до этого. Корчак до конца честен с детьми: он не может сказать им, что Бога нет, потому что сам бьётся над тайной рождения и смерти, останавливаясь в удивлении перед чудом мироздания. Он не может лишить их веры, поиска собственного пути, который обогащает человеческую личность, углубляет взгляд на мир. И отправляя в путь своих выпускников, говорит им в словах напутствия: "Мы с теми, кто отправляется в долгое и дальнее путешествие. Это путешествие зовётся - жизнь... Мы ничего вам не даём. Мы не даём вам Бога, ибо вы сами, собственным трудом, должны найти его в своей душе. Мы не даём вам родины, потому что вы должны найти её трудом собственного сердца и мысли. Мы не даём вам любви, ибо нет любви без прощения, а прощение - это труд, огромный труд, который каждый должен предпринять сам. Мы даём вам только одно - тоску по лучшей жизни, которой нет, но которая когда-нибудь будет, тоску по истине и справедливости. Быть может, эта тоска приведёт вас к Богу, поможет обрести родину и любовь"...

В двадцать втором году Корчак написал эссе "Наедине с Господом Богом". "Восемнадцать молитв для тех, кто не молится". Читаешь эти молитвы и кажется: вот он приложил стетоскоп к сердцу каждого из восемнадцати, чтобы прослушать его биение, а услышал - невысказанную мольбу о помощи. У каждого из них свой голос, своя мечта, своя просьба: у мальчика и у девочки, у матери и у учёного, у озорника и у бунтаря... Восемнадцать молитв - один длинный диалог, за которым угадывается его собственные раздумья о Боге, его поиск. Он - то вопрошает, то бунтует, то молит о помощи, то спорит: "В чём я провинился перед Тобой, Господи, что нет Тебя рядом сейчас, когда ноги мои ободраны терновником, а руки и сердце истекают кровью? Я зову: "Люди". Не слышу ответа. Зову: "Мама". Молчание. Из последних сил призываю: "Господи". И что же? Нет ответа - один я".

Незадолго до этого он потерял мать. Эту рану он нёс в душе всю жизнь. Матери Корчак посвящает множество прекрасных строк. "Песнь песней, которую поёт материнская любовь. Радостная песнь - она как источник, бьющий из скалы, как ман, нисходящий с небес, как гора Хермон, возносящаяся ввысь. То не арфы и флейты звучат - то поёт само материнское сердце". Так он пишет в рассказе "Моисей", вспоминая Йохевед - мать Моисея, которую переполняет радость от рождения сына. Она не думает, не может думать в эти минуты, что еврейский мальчик не имеет права родиться на свет и по приказу фараона его ждёт смерть... Как часто всё это повторялось в еврейской истории. И, кажется ему, нечто подобное приближается вновь...

Случайно ли Корчак выбрал число восемнадцать? Восемнадцать молитв - подобно восемнадцати благословениям в - ежедневной молитве, с которой религиозные евреи трижды в день обращаются к Богу. Мог ли он, выросший в еврейской, пусть даже ассимилированной семье, не знать свои собственные источники? И дед Цви - Хирш Гольдшмидт, и отец, и брат отца были гордыми евреями, активными пропагандистами еврейского просвещения. "Из отчаяния, которое идёт рука об руку с надеждой, из горя и забот, из тоски и страдания, пробивается вера в Бога. Подлинная вера больше, чем просто отголосок традиции. Это творческое состояние, это событие. Это акт всего человека, его духа, воли, сердца..." - пишет Корчак.

Когда-то вот так же искали свой путь к Богу наши праотцы. Они оставались наедине с Ним и обращали к Нему мольбу своего сердца. Ещё не было слов традиционной молитвы, они не знали, как говорить с Ним, Неведомым, голос которого каждый из них слышал в своей душе, но верили, что Им создан мир, что Он Властелин Вселенной.

 ... В каждой жизни есть своя путеводная. Его вела любовь к детям, к самым беззащитным и страдающим из них: детям - сиротам, детям бедняков, познавшим нищету, болезни, несправедливость.

Источник: world.lib.ru .

Ицхак Бельфер о  Януше Корчаке



Как и его дед по отцу Цви - Хирш Гольдшмидт, чьё имя в приближённом к польскому звучанию - Хенрик - дал ему отец, он выбрал профессию детского врача. И казалось: нашёл свою дорогу. Побывал в Берлине, Париже, Лондоне для усовершенствования своего врачебного искусства. Но встреча с детьми пробудила в нём много мыслей о воспитании. Он чувствовал: его взгляд на воспитание отличается от общепринятого. У него рождаются свои педагогические концепции. Не случайно, бабушка в детстве называла его философом. Он начал писать. Уже в первой своей повести "Дети улицы" Корчак определил направление будущих книг: вопросы воспитания. Летом он работает в лагере для еврейских детей. Эти большеглазые, полные жизни и интереса к ней мальчишки станут героями его книги "Моськи, Йоськи и Срули". А через два года после работы в летнем лагере с польскими детьми появится его книга: "Юзьки, Яськи и Франки". Он в полной мере ощущал себя польским писателем, польским педагогом и искал общечеловеческое средство помочь всем страдающим детям. Он убеждён: "Нет смысла устраивать революции, не подумав сначала о ребёнке".
      
Больница, где он работает детским врачом, фронт - первый раз он был мобилизован как врач в Русско-японскую войну, лагерь для еврейских детей, лагерь для польских детей, первые книги о детях, раздумья о проблемах воспитания... После долгих колебаний Корчак оставляет медицину и решает посвятить себя воспитанию детей. Он вместе с архитектором работает над проектом будущего здания Дома сирот, которое создаётся на деньги еврейской организации "Помощь сиротам". Ровно через год, в 1912 году, Корчак вместе со Стефанией Вильчинской переступит его порог. Он ещё не знает, что "Дом сирот", где он и директор, и воспитатель, и врач станет единственным его пристанищем до конца жизни. Отсюда он дважды будет призван в армию, но вернётся в родные стены, где его с нетерпением и любовью ждали и воспитатели и дети. Отсюда, ровно через тридцать лет, Корчак, Стефания Вильчинская, и все работники приюта вместе с детьми уйдут в свой последний путь...

Но всё это впереди, а пока Корчак горит желанием поскорей окунуться в работу. Да, это именно то, о чём он мечтал: построить дом для детей-сирот и помочь им стать людьми, войти в жизнь, не испытывая чувство униженности. Пришло время, когда он, наконец, сможет воплотить свои идеи на практике, разработать свою педагогическую систему. Корчак много времени проводит с детьми. В рабочей одежде, он по пятницам моет им голову, подстригает ногти, учит чистить ботинки. Слушает их, наблюдает за ними, пытается постичь детские души. Но Первая мировая война неожиданно прерывает его работу: Корчак отправлен на фронт. Врач, капитан польской армии, в мыслях - он воспитатель, в мыслях - он не расстаётся со своими детьми. В полевых госпиталях, под грохот орудий, в минуты коротких привалов где-то на поляне, иногда на пеньке Корчак пишет книгу о душе ребёнка, тайне тайн, в которую непросто проникнуть: "Ребёнок - это пергамент, сплошь исписанный иероглифами, лишь часть из которых ты сумеешь прочесть... Ребёнок и бесконечность. Ребёнок и вечность. Ребёнок - пылинка в пространстве. Ребёнок - мгновение во времени... Твой мотылёк над бурлящим потоком жизни, как придать ему твёрдости, а не снижать полёта, как укрепить его крылья, а не подрезать их?" Вопреки войне, олицетворяющей зло и насилие, рождается произведение, наполненное теплом и светом. Корчак учит любви к ребёнку. Он так и назвал свою книгу "Как любить ребёнка". И невольно вспоминается Сент Экзюпери и его "Маленький принц". Сент Экзюпери летал над землёй, охваченной войной, где страдали и гибли люди, где тысячи маленьких принцев задыхались в газовых камерах, и тоже писал о любви к человеку и ответственности за него. И корчаковский король Матиуш, осиротевший ребёнок, который видит всю несправедливость мира и мечтает доверить его исправление детям, Матиуш, с его поиском друга, устремлённостью к добру, через годы и расстояния посылает свой духовный привет Маленькому принцу... И Маленький принц, словно откликаясь, повторяет грустные и прекрасные слова мудрого Лиса: "Ты навсегда в ответе за всех, кого приручил". И Корчак и Сент Экзюпери - удивительные, рождённые со своей земной миссией души, будто для того посланные в наш мир, чтобы поддержать в человеке веру в добро, когда, казалось бы, всё вокруг отдано во власть тьмы. У этих людей свой прочный фундамент, полученный в детстве, свои нравственные нормы. Пишет Сент Экзюпери матери: "Читал Библию: какое чудо, какая простота, какое величие стиля и часто, какая поэзия... Все законы морали поражают своей продуманностью и красотой. Это великолепно! " Пишет Корчак: "Я никому не желаю зла. Не умею. Не знаю, как это делается". И зимой сорокового года, когда евреи Варшавы гибли в гетто, он записывает: "С радостью убеждаюсь в том, что, за незначительным исключением, человек - существо разумное и доброе".

Его знала вся Польша. Его книг ждали. Никто прежде не писал так о воспитании. Никто прежде не писал так о душе ребёнка: её прошлом, настоящем, будущем. У него была своя программа на радио "Беседы Старого Доктора". Разве доктор лечит только тело? Если бы лишь в этом он видел свою цель, то, наверное, никогда не оставил бы больницу и своих маленьких пациентов. Он был воспитателем, наставником, другом, дети любили его, и когда он возвращался после нескольких дней разлуки, обнимали и целовали его, но продолжали называть уважительно и чуть отстранённо "пан доктор". Доктор - тот, кто приходит на помощь в трудные минуты жизни, лечит теплом, словом, добротой.

Сегодня даже трудно представить творческое и педагогическое наследие Корчака без его статей, писем, эссе, которые уцелели чудом, дошли до нас с большим опозданием, и, подобно последней вспышке костра, осветили его жизнь ярким светом. Сначала нашли "Дневник", тот самый "Дневник", который он писал в последние три месяца жизни. "Дневник", раскрывающий перед нами Корчака в самый трагический период его жизни. Он был замурован в кладке дома польского Детского приюта, пережил войну и был опубликован в 1958 году. Тридцать лет спустя обнаружили множество статей, писем, напечатанных и написанных от руки, и эссе "Почему они молятся?" Многое оказалось неожиданным для исследователей педагогической системы Корчака. И, прежде всего, эссе "Почему они молятся?" Воспитанники в Доме сирот молились: тот, кто хотел, кого вёл внутренний порыв. Корчак приходил на молитву и тихо сидел в сторонке. И задавая детям вопрос: "Почему ты молишься?", он помогал им понять себя, осознать, что стоит за их решением. Рождалось эссе, которое отразило подход Корчака к свободе выбора. Оно начинается так: "Когда собрались все мальчики, которые записались на ежедневную молитву, я спросил, почему они молятся, почему приходят на молитву. Это было давно, и я не помню, куда подевалась тетрадь, в которой я записывал их ответы. Но ответы были примерно такие.

Первый сказал: - Почему бы мне не молиться - ведь я еврей.
Второй сказал: - До завтрака мне в комнате делать нечего, а в классе тепло и светло...

Они совершенно искренни, эти дети: и тот, кто молится, потому что его попросила мама, и тот, кто ищет тепла и света в классе, и тот, кто хочет получить открытку за участие в 280 общих молитвах.

А седьмой сказал: - Когда зимой умер мой отец, мне не хотелось по утрам рано вставать и идти в синагогу. Но однажды отец мне приснился и начал корить: "Когда я был жив, я работал ради тебя, невзирая на непогоду... А тебе лень за меня прочитать кадиш". Проснувшись, я пообещал себе, что буду молиться.

А одна из девочек сказала: - Когда у тебя нет отца, хорошо знать, что Бог - для всех отец, а это значит, что и для меня. Молитву понимать не надо, её только чувствуют..."

Быть может, так родилась бы ещё одна книга, но она оборвалась неожиданно, как и жизнь автора эссе.

Шёл сорок второй год. Дети были беспокойны. Он чувствовал их тревогу. "Печальна серьёзность их дневников, - записывает Корчак. - В ответ на их доверчивость, я делюсь с ними, как равный с равными. Переживания у нас одни и те же - их и мои". Был холодный май и тихие ночи. Он, как всё последнее время, писал: "Как эти часы быстро бегут. Только что было четыре часа до рассвета, а теперь уже три. Сегодня я принимал гостя в постели. Мендельку что-то приснилось. Я принёс его к себе в постель. Он погладил меня по плечу и уснул... Вот ещё один внук".

Их было двести детей, которых нужно было воспитывать, кормить, одевать, оберегать от зла и Старый Доктор с больным сердцем, больными ногами, тяжёлой одышкой и тяжёлыми мыслями, мечется в поисках меценатов, денег, картошки, медикаментов. Он собирает детей, бесприютных, голодных, порою раненых. Кому-то Корчак запомнился с мальчиком на руках - он пытался купить ему ботинки. И объяснял: ребёнку нельзя ходить по стеклу босыми ногами - он может поранить ноги. Когда Дом сирот переводили в гетто, немецкая охрана конфисковала все продукты, добытые им с таким трудом. Корчак запротестовал, повысив голос, в ответ его бросили в Павиньяк - гестаповские застенки и продержали несколько месяцев. Все заботы пали на Стефанию Вильчинскую, как уже не раз бывало.

От имени общества "Помощь сиротам" Корчак обращался к своим соплеменникам, и его слова звучали не как просьба, но как напоминание о долге.

"К евреям! История догонит того, кто от неё бежит. Исключительные условия требуют исключительного напряжения мысли, чувств, воли и действий. Детский дом достойно выдержал трагическую неделю. Семь попаданий снарядов... Бог миловал. Пропадём, если не получим немедленной помощи.

 Мы несём общую ответственность не только за Детский дом, а за традицию помощи детям. Если мы от неё откажемся - значит, мы подлые, если отвернёмся - убогие, если опозорим её - грязные. Ведь это двухтысячелетняя традиция.(...) Достоинство нужно сохранять и в беде". И подпись: Доктор Хенрик Гольдшмидт. Януш Корчак.

 Да, именно в трудные минуты жизни он ощущал близость к своими соплеменниками. Он глубоко сожалел, что не знал идиш и был далёк от варшавской еврейской общины. Уже давно прошло то время, когда он верил, что независимость Польши принесёт евреям равенство. Он хорошо помнил, каким потрясением оказалась для него реальность: евреев сжигали в их домах, выбрасывали из поездов, вырывали бороды. "Таким евреям, как я, живущим двойной жизнью и лишённым фундамента традиции, стало очень скверно. Я выбился из привычной жизненной колеи и никак не мог выбрать новую", - делился он своим душевным состоянием с Иерахмиэлем Вейнгартенем, одно время выполнявшим обязанности его личного секретаря. Он считал себя поляком во всём, кроме религии: религия это личное дело каждого. А чем, собственно, он отличался от поляков? Польский писатель, врач, офицер польской армии, польский педагог. "Он был очень польский", - писал Игорь Неверли, ученик и биограф Корчака. Наверное, таким Корчак был в двадцатые-тридцатые, начале сороковых годов. На незнакомой мне фотографии, которую я получила от воспитанника Дома сирот, израильского художника и скульптора, - Ицхака Бельфера, посвятившего своё творчество памяти Корчака, - он в строгом тёмном костюме, при галстуке, с неизменной сигарой и в окружении детей. Эта фотография, несомненно, выполнена где-то в тридцатые, начале сороковых годов. Как же далёк он был зимой сорок первого, от того Корчака, которого знали и помнили в Польше.    
      
На портрете более позднего периода, нарисованном самим И. Бельфером, - Корчак сидит за своим рабочим столом, перед ним раскрытая тетрадь, из-под опущенных век прорывается боль во взгляде. Он постарел, вся его поза выражает глубокую задумчивость. В последние дни перед Йом Кипуром - в десять дней раскаяния - Корчак стоял чуть в стороне от своих детей и молился по Махзору в переводе на польский. В один прекрасный день он понял: желание раствориться в чужой среде, почувствовать себя поляком - самообман. Так уносит волной дом, построенный на песке, и он разлетается в щепки... Вот и его дом разлетелся в щепки... Общечеловеческие проблемы всегда затмевали для него проблемы национальные. Ещё совсем недавно он писал в Эрец Исраэль: "Проблема человека, его прошлого и будущего на земле несколько заслоняет от меня проблему еврея". В другом письме: "Мы акклиматизировались в краю сосен и снега, как физически, так и духовно". Но еврейские проблемы сами настигли его. Провожая детей в школу, он нередко видел, как те самые Юзьки, Яськи и Франки, о которых он писал с такой любовью, работая с ними в летнем лагере, а потом и в польском католическом приюте, бросали в его Срулей, Мосек и Йосек камни. Он не мог защитить их. И всё чаще вспоминал тот самый эпизод из детства, как у казарм русской армии в голову еврейскому мальчику летели камни. Прошли десятилетия, он уже старик, выросло новое поколение, и им суждено пройти через те же испытания... Что будет с его детьми, где они обретут родину? Всё чаще и чаще его мысли обращены к Эрец Исраэль. Возможно ли соединить концы нити, разорванной две тысячи лет назад? Когда-нибудь, наверное, это произойдёт, но сколько же нужно сил и мужества, чтобы вернуть этой земле жизнь и построить для себя страну... Кто-то из его бывших воспитанников уже там. Его и Стефу всё время зовут в гости. Она поехала первой и жила в киббуце Эйн-Харод. Корчак долго готовил себя к этой поездке. Мечтал о ней, и, быть может, не без страха, откладывал. Разгадка в словах, которые он написал своему бывшему ученику Йосефу Арнону: "Я всё ещё надеюсь, что немногие оставшиеся мне годы проведу в Эрец Исраэль, чтобы оттуда тосковать по Польше... есть страдания, принижающие человека, но есть и такие, что возвышают его. Тоска придаёт ему глубину и силу. Не будем называть злом трудные времена".    
      
Был конец тридцать второго года. Оставался год до прихода Гитлера к власти. Эрец-Исраэль и притягивает, и пугает его: он любит Польшу, это его родина, он не знает иврита, и уже немолод. После первой поездки в тридцать четвёртом году, Корчак написал уже более уверенно: "Сердце подсказывает мне, что через несколько лет... я буду именно с вами". Теперь в Доме сирот появилась карта Эрец Исраэль, а воспитанники учили иврит и истоки иудаизма. А Старый Доктор мечтал, что когда-нибудь построит в Северной Галилее, дом для своих детей, и виделись ему просторные столовые и спальни, маленькие "домики отшельников", и комнатка с прозрачными стенами на плоской крыше - для него самого, чтобы встречать восход солнца, и с уходом дня - провожать его, любуясь переходами красок, и писать в тишине ночи, озарённой лунным светом.

Ему всё тяжелее и тяжелее в Польше: как будто порваны все нити, связывающие его с этой страной. Письма в Эрец Исраэль полны горечи. Так чувствует себя человек, потерявший надежду, минутами ему кажется, что жизнь проиграна. В одном из писем он делает полное боли признание: "Хорошо, что у вас есть ребёнок. Я помню минуту, когда решил не создавать семью. Это было в цветущем городке под Лондоном. "Раб не имеет права на ребёнка: польский еврей под русской оккупацией". После я сразу почувствовал это как самоубийство".

В тридцать шестом году Корчак вторично посетил Эрец Исраэль. Его воспоминания об этой поездке проникнуты теплом и светом: "Вы молоды, будет хорошо. Страна велика, мудра и прекрасна". И в другом письме: "Хотел бы я беседовать с камнями - их речь немногословна и тиха, но они не лгут - и со звёздами". Камни - это Иерусалим, прошлое земли, которое так много говорит его душе. Быть может, Иерусалим придаст ему силы, пока же он планирует приехать на год, чтобы учить иврит и работать над своими книгами. Корчак просит близких людей подыскать ему комнатку в Иерусалиме. Эти письма датированы концом тридцать седьмого года, но чем тяжелее атмосфера в Польше, тем труднее ему принять решение об отъезде. Он не может оставить детей. Почувствовав душевное состояние Корчака, Стефания Вильчинская немедленно возвращается в Варшаву.
      
"Молодая Палестина старательно и мучительно добивается договорённости с землёй. Но придёт и час неба". Своим мудрым взглядом Корчак глубоко проник в суть возрождающейся нации: час неба, час, когда раскроет себя духовное величие человека, наделённого божественной душой. Не об этом ли он просил в своей "Молитве воспитателя?" Он берёг её, не публикуя - так боятся открыть чужому взгляду что-то сокровенное, очень личное. В ней он весь: со своей любовью к детям, тревогой за них, желанием помочь, защитить перед неизвестностью...

"Я не возношу Тебе длинных молитв, о Господи (...) Нет у моих мыслей крыльев, которые вознесли бы песнь мою в небеса. Слова мои не красочны и не благовонны - не цветисты. Устал я, измучен. Глаза мои потускнели, спина согнулась под грузом забот. И всё-таки обращаюсь к Тебе, Господи, с сердечной просьбой. Ибо есть у меня драгоценность, которую не хочу доверить брату-человеку. Боюсь - не поймёт, не проникнется, пренебрежёт, высмеет.

Всегда перед Тобой я - смиреннейший из смиреннейших, но в этой просьбе моей буду неуступчив. Всегда говорю с Тобой тишайшим шёпотом, но эту просьбу мою выскажу непреклонно. Повелительный взор свой устремлю в высь небесную. Распрямляю спину и требую - ибо не для себя требую.

Ниспошли детям счастливую долю, помоги, благослови их усилия. Не лёгким путём их направь, но прекрасным. А в залог этой просьбы прими моё единственное сокровище, печаль. Печаль и труд".

Разве не та же мольба вырвался из уст раби Леви Ицхака из Бердичева, когда просил он у Всевышнего за свой народ, не тот же крик страдающей и протестующей души, взвалившей на свои плечи слишком много чужой боли?

Чужая боль... Нет, то была его боль, его дети. Корчак любил их отеческой любовью, он пришёл к ним, осиротевшим, чтобы заменить отца или мать, дать то, чего лишила их судьба. Мог ли он бросить их, оставить одних перед лицом неизвестности? В "Дневнике" есть запись: "Тяжкое это дело родиться и научиться жить. Теперь мне остаётся куда более лёгкая задача - умереть (...) Хотелось мне умереть, сознавая происходящее и не теряя самообладания. Ещё не знаю, что я сказал бы детям в этот момент. А хотел бы сказать многое и так, чтобы они знали, что имеют полную свободу в выборе своего пути". Свой выбор он уже сделал. И когда друзья-поляки предложили вывести его за стены гетто и дать убежище - отказался. "На своём посту надо оставаться до последней минуты", - писал он. Эта минута наступила...

Они шли колонной, и зелёное знамя с вышитым на нём "Щитом Давида" развевалось над ними. Долгие годы он учил детей жить, сейчас он вёл их в последний путь. И в Корчаке, сгорбившемся, постаревшем, ведущем за руки двух маленьких детей, и во всех остальных было столько достоинства, что полицейские гетто вытянулись по стойке смирно, отдавая Корчаку честь, и немцы, поражённые этим шествием, чувствовали в нём невольное к себе презрение. Говорят, что, протиснувшись к вагону, немецкий офицер сказал Корчаку: - Вы свободны. - А дети? - А дети поедут. - Ошибаетесь, не все негодяи. Таким был этот диалог.

"Если бы можно было сказать солнцу: остановись, то это следовало бы сделать как раз сейчас". Так он писал, вспоминая, как остановил Солнце библейский герой Йеошуа.

Нет, солнце не остановилось, и они вошли в вагон... За ними закрылась тяжёлая дверь, сокрыв дневной свет...

Когда в семье еврейского адвоката Юзефа (Исефа) Гольдшмита родился сын, главный раввин Парижа благословил ребёнка, написав его отцу: "Ваш сын будет великим человеком Израиля". Корчак хранил это письмо всю жизнь.

На аллее Яд-Вашем в скульптурной группе они неразлучны: Корчак и дети. Его рука обнимает их, прижимая к груди. И кажется, какая-то неведомая сила влечёт их вверх, от земли к небу. Тонкие фигурки детей прильнули к Корчаку, стали частью его, а он - частью их. Как это и было: в жизни и смерти.
      
       В статье использованы материалы:
       Из книги "Януш Корчак. Избранное". (Библиотека Алия. 1988 год)
       Жерар Кан, "Педагогика Корчака и еврейское воспитание" и послесловие Ольги Медведевой.

    Напечатано на сайте "Заметки по еврейской истории" .
 


 Карта сайта

Анонсы




Персоны

АВЕРИНЦЕВ АРАБОВ АРХАНГЕЛЬСКИЙ АСТАФЬЕВ АХМАТОВА АХМАДУЛИНА АДЕЛЬГЕЙМ АЛЛЕГРИ АЛЬБИНОНИ АЛЬФОНС АЛЛЕНОВА АКСАКОВ АРЦЫБУШЕВ АДРИАНА БУНИН БЕХТЕЕВ БИТОВ БОНДАРЧУК БОРОДИН БУЛГАКОВ БУТУСОВ БЕРЕСТОВ БРУКНЕР БРАМС БРУХ БЕЛОВ БЕРДЯЕВ БЕРНАНОС БЕРОЕВ БРЭГГ БУНДУР БАХ БЕТХОВЕН БОРОДИН БАТАЛОВ БИЗЕ БРЕГВАДЗЕ БУЗНИК БЛОХ БЕХТЕРЕВА БУОНИНСЕНЬЯ БРОДСКИЙ БАСИНСКИЙ БАТИЩЕВА БАРКЛИ БОРИСОВ БУЛЫГИН БОРОВИКОВСКИЙ БЫКОВ БУРОВ БАК ВАРЛАМОВ ВАСИЛЬЕВА ВОЛОШИН ВЯЗЕМСКИЙ ВАРЛЕЙ ВИВАЛЬДИ ВО ВОЗНЕСЕНСКАЯ ВИШНЕВСКАЯ ВОДОЛАЗКИН ВОЛОДИХИН ВЕРТИНСКАЯ ВУЙЧИЧ ГАЛИЧ ГЕЙЗЕНБЕРГ ГЕТМАНОВ ГИППИУС ГОГОЛЬ ГРАНИН ГУМИЛЁВ ГУСЬКОВ ГАЛЬЦЕВА ГОРОДОВА ГЛИНКА ГРАДОВА ГАЙДН ГРИГ ГУРЕЦКИЙ ГЕРМАН ГРИЛИХЕС ГОРДИН ГРЫМОВ ГУБАЙДУЛИНА ГОЛЬДШТЕЙН ГРЕЧКО ГОРБАНЕВСКАЯ ГОДИНЕР ГРЕБЕНЩИКОВ ДЮЖЕВ ДЕМЕНТЬЕВ ДЕСНИЦКИЙ ДОВЛАТОВ ДОСТОЕВСКИЙ ДРУЦЭ ДЕБЮССИ ДВОРЖАК ДОНН ДУНАЕВ ДАНИЛОВА ДЖОТТО ДЖЕССЕН ЖУКОВСКИЙ ЖИДКОВ ЖУРИНСКАЯ ЖИЛЛЕ ЖИВОВ ЗАЛОТУХА ЗОЛОТУССКИЙ ЗУБОВ ЗАНУССИ ЗВЯГИНЦЕВ ЗОЛОТОВ ИСКАНДЕР ИЛЬИН КАБАКОВ КИБИРОВ КИНЧЕВ КОЛЛИНЗ КОНЮХОВ КОПЕРНИК КУБЛАНОВСКИЙ КУРБАТОВ КУЧЕРСКАЯ КУШНЕР КАПЛАН КОРМУХИНА КУПЧЕНКО КОРЕЛЛИ КИРИЛЛОВА КОРЖАВИН КОРЧАК КОРОЛЕНКО КЬЕРКЕГОР КРАСНОВА ЛИПКИН ЛОПАТКИНА ЛЕВИТАНСКИЙ ЛУНГИН ЛЬЮИС ЛЕГОЙДА ЛИЕПА ЛЯДОВ ЛОСЕВ ЛИСТ ЛЕОНОВ МАЙКОВ МАКДОНАЛЬД МАКОВЕЦКИЙ МАКСИМОВ МАМОНОВ МАНДЕЛЬШТАМ МИРОНОВ МОТЫЛЬ МУРАВЬЕВА МОРИАК МАРТЫНОВ МЕНДЕЛЬСОН МАЛЕР МУСОРГСКИЙ МОЦАРТ МИХАЙЛОВ МЕРЗЛИКИН МАССНЕ МАХНАЧ МЕЛАМЕД МИЛЛЕР МОЖЕГОВ МАКАРСКИЙ МАРИЯ НАРЕКАЦИ НЕКРАСОВ НЕПОМНЯЩИЙ НИКОЛАЕВА НАДСОН НИКИТИН НИВА ОКУДЖАВА ОСИПОВ ОРЕХОВ ОСТРОУМОВА ОБОЛДИНА ОХАПКИН ПАНТЕЛЕЕВ ПАСКАЛЬ ПАСТЕР ПАСТЕРНАК ПИРОГОВ ПЛАНК ПОГУДИН ПОЛОНСКИЙ ПРОШКИН ПАВЛОВИЧ ПЕГИ ПЯРТ ПОЛЕНОВ ПЕРГОЛЕЗИ ПЁРСЕЛЛ ПАЛЕСТРИНА ПУЩАЕВ ПАВЛОВ ПЕТРАРКА ПЕВЦОВ ПАНЮШКИН ПЕТРЕНКО РАСПУТИН РЫБНИКОВ РАТУШИНСКАЯ РАЗУМОВСКИЙ РАХМАНИНОВ РАВЕЛЬ РАУШЕНБАХ РУБЛЕВ РЕВИЧ РУБЦОВ РАТНЕР РОСТРОПОВИЧ РОДНЯНСКАЯ СВИРИДОВ СЕДАКОВА СЛУЦКИЙ СОЛЖЕНИЦЫН СОЛОВЬЕВ СТЕБЛОВ СТУПКА СКАРЛАТТИ САРАСКИНА САРАСАТЕ СОЛОУХИН СТОГОВ СОКУРОВ СТРУВЕ СИКОРСКИЙ СУИНБЕРН САНАЕВ СИЛЬВЕСТРОВ СОНЬКИНА СИНЯЕВА СТЕПУН ТЮТЧЕВ ТУРОВЕРОВ ТАРКОВСКИЙ ТЕРАПИАНО ТРАУБЕРГ ТКАЧЕНКО ТИССО ТАВЕНЕР ТОЛКИН ТОЛСТОЙ ТУРГЕНЕВ ТАРКОВСКИЙ УЖАНКОВ УМИНСКИЙ ФУДЕЛЬ ФЕТ ФЕДОСЕЕВ ФИЛЛИПС ФРА ФИРСОВ ФАСТ ФЕДОТОВ ХОТИНЕНКО ХОМЯКОВ ХАМАТОВА ХУДИЕВ ХЕРСОНСКИЙ ХОРУЖИЙ ЦВЕТАЕВА ЦФАСМАН ЧАЛИКОВА ЧУРИКОВА ЧЕЙН ЧЕХОВ ЧЕСТЕРТОН ЧЕРНЯК ЧАВЧАВАДЗЕ ЧУХОНЦЕВ ЧАПНИН ЧАРСКАЯ ШЕВЧУК ШУБЕРТ ШУМАН ШМЕМАН ШНИТКЕ ШМИТТ ШМЕЛЕВ ШНОЛЬ ШПОЛЯНСКИЙ ШТАЙН ЭЛГАР ЭПШТЕЙН ЮРСКИЙ ЮДИНА ЯМЩИКОВ